Боги тоже устают

      Иногда Капитано кажется, что он не умеет быть с Мавуикой. Ему кажется, что она нуждается в большем, чем он может дать. Пиро богиня не требует постоянного присутствия, но Капитано убежден, что должен быть рядом.       Она не требует ласки, заботы, не проявляет слабости, но фатуи убежден, что одаривать Мавуику всем подобным просто его долг. Мужчине кажется, что он ее знает, а если и не знает до конца, то чувствует. Чувствует в ней то, что сама она отрицает словесно, то, что пропускает мимо себя, закапывает поглубже, лишь бы не показывать настоящих чувств.       Капитано всегда рядом, чтобы замечать то, чего не видят другие, чтобы видеть то, что отрицает сама богиня. Капитано кажется, что он видит ее насквозь, и в маске веселья чувствует ее слезы, ее боль, ее страх.       За блеском огненных волос, за статью тонкой талии мужчина замечает дрожь, читает ее настоящую, за ярким игривым смехом. За тем, как она приходит в его кабинет под вечер и устало опускается на софу. Мавуика молчит.       Устала — понимает Капитано. И не требует от нее ничего, не спрашивает. Бродит взглядом, мягко касаясь ладони, напоминая, что он здесь и готов ей помочь, выслушать.       Может, он не умеет с ней быть, может не видит всего, в чем она нуждается, но всегда рядом, готовый подставить плечо, напомнить, что его госпожа не одна, она может рассчитывать на Капитано.       Ее взгляд следит за тем, как мужчина мягко поглаживает ее руку, внутри все расслабляется, ему хочется довериться полностью и утонуть в своей слабости. Госпожа все еще молчит, стараясь подавить жалкие всхлипы, но вместе с тем и свои настоящие чувства.       А Капитано напротив, желает, чтобы его госпожа выплакалась, выговорилась и отдалась истинным чувствам. Показала себя настоящую, а не бежала прочь, прячась за маской веселья и радости.       То, что пиро архонт держит его руку в ответ, доказывает правоту Капитано. Мавуики сложно, она потеряна и одинока. Такова участь архонтов, и фатуи ощущает в этом несправедливость. Она ведь живая. Она имеет право быть счастливой и нужной, быть слабой, но все равно любимой.       — Моя леди, — тихонько зовет мужчина, — вы устали, — это звучит с сочувствием, — оставайтесь сегодня у меня, можем всю ночь молчать и всю вечность, я присмотрю за вами, здесь вы в безопасности.       Она одаривает его слабой, благодарной улыбкой. Мавуика не понимает до конца: что между ними, кто он ей и надолго ли, но ощущает странную близость, душевную, ощущает, что может быть собой без осуждения и призрения.       — Спасибо, что готов разделить со мной даже молчание, ты единственный, с кем вот так можно. Все чего-то ждут, требуют. но знаешь, боги тоже устают, милый… И. — она вдруг улыбается уже как-то игриво, — не у всех есть возможность согреться в объятиях, или, чтобы их просто держали за руку. мне одной так повезло. — госпожа смеется, наконец, искренне.       — Пусть завидуют, — поддерживает Капитано, — если кому и повезло, так это мне, миледи, — он наконец садится на один уровень, целуя девушку в лоб, — сегодня вы будете спать спокойно, любовь моя…       Мавуика делает вид, что не заметила последней фразы, но получается плохо. Поэтому Капитано улыбается, заметив ее покрасневшие щечки, куда немедленно следует поцелуй.