Недоразумение «誤解»

22:21 手錶 ' «不歸路» До боли привычное тиканье часов, сердце стучит в такт. Тишина обхватывает горло и вот-вот норовит сжать его. Такое ощущение, что сейчас закончится воздух, будто легкие не раскрываются. Хруст в пальцах – подавленная агрессия, направленная на себя. С каждым щелчком становится все тяжелее. Губы искусаны до крови, во рту неприятный металлический привкус. Не хотелось бы, конечно, подаваться собственной кровью… Скревный запах тревожности и паники; ужасная пара, не так ли? Ноги давно затекли и кажется окаменели, пока Ли сидел за кухонным столом на небольшой табуретке. Взгляд направлен на те настенные часы. Ожидать что-то или кого-то хуже всяких пыток. Хотя, Хисын бы предпочел быть убитым, но только не проклятое ожидание. Время будто замедлилось, а минуты утратили свое свойство быть такими беглыми. Минута, как десять таких же. Давящая атмосфера вдруг стала в миллион раз тяжелее, когда в сотый раз на звонок отвечает автоответчик со словами «абонент недоступен, перезвоните позже» Локти убиты в хлам : разодраны до самых костей, живого места на них не видно. Был бы Хисын чуть послабее, взвыл бы от невыносимой боли, но сейчас хотелось закричать от другого. А еще хотелось бы чувствовать под кожей холодное лезвие острого ножа, но только не страх. Джей пропал. Его нет уже несколько часов. На звонки не отвечает. В голове крутится только один вопрос – «где он?» Хисын, конечно, понимает, что он взрослый человек, умеющий постоять за себя, но все же тревога охватывает с головой. Ли сейчас вот-вот сорвется с места и побежит искать его, но лишь одна мысль и том, что они могут разминуться, заставляет быть прикованным на этой несчастной табуретке. В ход уже идут мокрые от пота волосы. Он выдирает их, не задумываясь о последствиях. В руке очередной неживой, розовый клок волос. Каждая попытка заглушить душевную боль оказывалась провальной. Бездна, в которую вступил Хисын, была нестерпимо мучительной. И было жарко, несмотря на сильный ливень за окном. Духота пронзающе проходила по худым конечностям. Окна запотели, но открыть их считалось смертным грехом, будто Ли нарушит какое-то обещание. 22:30 手錶 ' «熱的» Стрелка часов доходит до пол одиннадцатого и с левого глаза скатывается горькая, обжигающе горячая слеза. Она кажется была наполнена свинцом, что так разъедает кожу лица. Нервное дыхание сменилось бездумным глотанием воздуха, дабы не задохнуться. Перед глазами мутнеет и стрелки часов перестает быть видно. Хисын пытается всеми силами сфокусировать зрение, но делает только хуже, из-за чего сильно зажмуривается, а после открывает глаза и тут же теряет равновесие. С сильным грохотом валится на пол и издает что-то наподобие глухого стона. Тело окончательно перестает слушаться своего хозяина. В ногах, такое ощущение, будто в них впиваются тысячи, даже миллионы острых иголок и гвоздей. Ли все ещё не сводит глаз с проклятых часов. «Долго ты еще будешь лежать на полу вот так?» «…вот так?» ’ Окончание, даже не озвученного в слух предложение, заставило выпасть из реальности на долю секунды. На тот момент воздух окончательно кончился. Дрожащими руками Хисын снова набирает наизусть выученный номер телефона Пака. Гудок, глухое молчание, пару гудков и снова раздражающая одна и та же фраза. Ли готов был начать биться головой о пол, разбить голову в щепки, но только не эти пытки. 22:45 手錶 ' «寒冷的» Бросает то в жар, то в холод. Обычно вода «смывает все беды» но на этот раз она будто подливала масло в огонь. Вода хлестала по худой спине. И когда он успел так похудеть? В последнее время аппетита нет…и сил тоже. Давайте признаем, что всем тяжело сначала пойти в душ, а потом выйти из него. Именно в этом «таинственном» месте всегда появляются миллионы разных тем для рассуждения. Этим то и занимался Хисын прямо сейчас – бездумно лил почти кипяток на обнаженное тело и тупил в одну точку. Вспоминались ему те дивные моменты, проведенные вместе с Джеем : их совместную любовь, долгие объятия в постели, легкие, или, наоборот, страстные поцелуи. А сейчас только кошки скребут на душе. После «ванильных» воспоминаний стало ещё тоскливее. Надежда на то, что Джей вернется сразу, как Хисын выйдет из ванной окончательно испарилась. Перед собой совершенно поникшее, с синяками под глазами лицо. Взгляд цеплялся сначала за пухлые губы, потом за родинку на лбу, которую Джей так любил целовать, потом за усталые глаза, а потом и вовсе ушел куда-то вниз к полу. «А если он мне изменил?…» — почти шепотом произнес Ли. Нет же! Об этом думать даже не хотелось, но этот проклятый вопрос въелся под самую кожу. Острыми шипами вонзилась эта фраза в сердце, из-за чего Хисын чуть не согнулся пополам. 23:27 手錶 ' «破壞» Хисын сорвался с цепей и рванул на улицу, правда, пару раз чуть не упав с лестницы в подъезде… Лужи громко разливались под ногами, пачкая штаны. Погода радовала только своими крупными каплями дождя, что так и хотели задеть и так мокрого Ли. Сквозь очки стало видеть почти невозможно, линзы были сильно забрызганы водой. Оббежав весь двор и немного за ним, Хисын подскользнулся и угодил прямо в лужу полную грязи, а позже его чуть не сбила машина. Свет фар почти ослепил того, а далее на него начали кричать благим матом, что лучше не стоит расхаживать ночью пьяным по дворам. Сил объяснять, что он даже не пьет не было, поэтому водитель отделался легким испугом при виде красных глаз. Истерзав себя до последней капли, Хисын присел на ближайшую лавочку, и молился всем богам, что это просто глупая, тупая и совсем дурацкая шутка. Взглянув на часы, Ли увидел 0:00. «Где ты шляешься?…» И дома снова пусто, снова кромешная тьма и ощущение сырости, неполноценности. От бессилия Хисын сел прямо на пол в прихожей, уже полностью забив на свой внешний вид. Он уткнулся носом в колени и тихо засопел. Заснуть он мог в любом месте и в любое время, но только когда полностью избавится от внутренней дури. Кроссовки полностью промокли, но было уже плевать. 0:54 手錶 ' «成立» За дверью послышались чьи-то торопливые шаги и через пару секунд ключи оказались в замочной скважине. Раз, два, три… дверь открывается, и заходит Джей. Уставший и весь мокрый от дождя. Этот вид ему непривычен. Яркий свет озаряет комнату и Пак начинает морщиться с непривычки. Взгляд невольно падает вниз – на Хисына. Раньше он никогда не казался настолько маленьким. Тот лишь потирает глаза и сразу же поднимется, как только замечает знакомую фигуру. Самую любимую и долгожданную. – Где ты был все это время!? — выкрикивает Ли, сразу бросаясь осматривать Чонсона на наличие «чужих меток» — Говори мне всю правду, немедленно! — Ли попытался покрутить голову Пака, но тот успел схватить его за руку. – Нам нужно присесть, — делая паузу, продолжает Джей, — желательно не на полу… — и вправду, обоим давно пора сменить одежду на более презентабельную и найти местечко поудобнее. 1:27 手錶 ' «冷靜的» – Чонсон, где, мать твою, ты был? — сразу же начинает встревоженный Хисын. – Тише, — успокаивает того Джей, — во-первых, сегодня, точнее уже вчера… я был на работе и задержался с одним учеником, помогая ему объяснить пару прошедших времен в английском языке. Я так разговорился с ним и даже не заметил как стемнело. Чтобы не расстраивать тебя, что так задержался, я решил сходить в ближайшую пекарню и купить тебе твои любимые эклеры. Да, кстати, вот они, — Пак поставил на стол парочку просто сногсшибательных, ароматных и красиво украшенных эклера с заварным кремом и клубникой сверху, — честно, просто в восторге от того, что они остались целыми, хотя я по таким кушарам добирался до дома! — Хисын тут же напрягся, про какие нафиг кушары идет речь, Джей, с тобой все в порядке? — так вот, в чем проблема дальше. Время уже переваливало за девять и нужные мне автобусы перестали ходить. Спросишь ты, в чем проблема заказать такси? Вот я тоже так подумал, но не тут то было – у меня как назло разрядился телефон… – Подожди, — вдруг перебивает Ли, — я тебе столько раз звонил, неужели он все это время был разряжен? – Скорее всего да, ведь вчера я забыл его нормально зарядить, и поэтому пришлось идти на работу с 20% . – Ещё вопрос, что ты забыл на работе в воскресенье? – О чем ты? Опомнись, хен, — Джей пару раз щелкает пальцами у носа собеседника, — сегодня воскресенье, вчера была суббота. — Какую ерунду несет этот Пак? – возникает вопрос у Ли, но тут же хватает телефон и смотрит сегодняшнюю дату – действительно, 1:34 вс . — Хисын, ты по-моему что-то перепутал. Я работаю 6 дней в неделю, у меня только один выходной. Все это время Хисын терзал себя из-за какого-то недоразумения? Нужно же было почти весь день угнетать себя и чахнуть из-за жутких мыслей, хотя совсем ничего не произошло. То есть произошло, — Ли облажался, хотя, Чонсон тоже заварил кашу – не предупредил бедного тревожника. – А потом мне пришлось переться домой пешком, с другого конца города! А там и ливень пошел, я весь вымок. Сегодня весь день такой…безумный. Извини, что ничего не сказал тебе. Хисын будто дар речи потерял, он крепко вцепился в широкие плечи парня и заревел, уткнувшись в него. Джей взаимно положил одну руку на талию Хисына, а другую на голову, поглаживая лохматую макушку. Наконец-то они ощущали присутствие и тепло друг друга. Теперь будто гора с плеч, так хорошо и так свободно. По щекам Ли скатывались слезы счастья и немного, совсем чуть-чуть, слезы досады из-за уже вчерашней ситуации. Чонсон касался губами щек, лба, кончика носа и уголков губ розоволосого парня, даря ему сотни поцелуев. Такие легкие, но одновременно приятные. Со вкусом крема и клубники. – Люблю тебя, только не делай так больше…