Медведь и Дракон

Парни неспешно прогуливались по Центральному парку, наслаждаясь теплым летним вечером. Листва деревьев, мягко шелестевшая на ветру, создавалась ощущение уюта, а городские огни мерцали сквозь листву, добавляя атмосфере волшебства. Юэн и Джереми говорили обо всем на свете, обсуждая события последнего месяца, который оказался на удивление насыщенным. Телефон в кармане Юэна завибрировал, прерывая его мысли. Он отхлебнул кофе, достал телефон и посмотрел на экран. Сообщение гласило: «Тебя сегодня ждать?». Юэн остановился и быстро набрал ответ: «Нет, милая. Ложись без меня». - Девушка? – с интересом спросил Джереми, приподняв бровь. - Нет, это Клеменс. У нее проблемы со сном начались. Таблетки не всегда помогают, - Юэн вздохнул, спрятав телефон в карман. - Ты не говорил об этом раньше, - с легкой укоризной заметил Джереми. - Знаю. Ты и не спрашивал. Она что-то скрывает, и это меня беспокоит, - Юэн нахмурился, глядя вдаль. - Может мне попробовать поговорить с ней? – предложил Джереми, пытаясь помочь другу. - Чтобы вы потом поругались? Каждая ваша встреча начинается с ссоры. Удивительно, что вы не убили друг друга. Так что плохая идея. – Юэн тяжело вздохнул. – Если ты не против, я уйду раньше. Хочу вернуться в номер, когда она уже уснет. Если вообще уснет. - Может, тогда тебе лучше не… – начал было Джереми, но Юэн перебил его: - Ничего, возможно, я поступаю неправильно. Но мне нужно отвлечься, хоть на какое-то время. - Отвлечься? – Джереми прищурился. - Ты понимаешь, о чем я. Не начинай, - Юэн устало улыбнулся, стараясь смягчить разговор. Когда они вошли в маленькую квартиру Джереми, Юэн заметил, что ничего не изменилось. Обстановка была как всегда уютной и непритязательной, что навевало чувство спокойствия. Оставив рюкзак у порога, Юэн произнес: - Я в душ. Юэн быстро скрылся в ванной, включив воду. Джереми тем временем пошел на кухню, чтобы приготовить чай. Спустя некоторое время он спокойно сидел и пил чай, когда услышал, как дверь ванной открылась и Юэн быстрыми шагами направился на кухню. На нем было только полотенце, небрежно обернутое вокруг бедер. - Я думал, ты зайдешь, - заметил Юэн. - Подумал, что ты хочешь побыть один, - Джереми пожал плечами. – Ладно, я тоже схожу. Можешь пока перекусить или просто отдохнуть. – Джереми взъерошил свои волосы и направился в ванную. Юэн поставил кружку в раковину и пошел в спальню. Комната была небольшой, но уютной. Джереми умудрился втиснуть туда книжный шкаф, который всегда вызывал у Юэна уважение. Он начал изучать книги на полках, пока его взгляд не упал на тумбочку. На ней лежала книга, которую Клеменс подарила Джереми перед его отъездом. Рядом стояли фотографии – одна с Клеменс, другая, где были только Юэн и Клеменс, и третья, на которой они втроем. Дверь в комнату со скрипом открылась. - Юэн? – тихо позвал Джереми, возвращая Юэна из раздумий. - Сколько раз ты прочитал эту книгу? – спросил Юэн, кивая на книгу на тумбочке. - Не знаю. Сбился со счета, - Джереми улыбнулся и подошел к Юэну. Тот внимательно смотрел на него и тихо произнес: - На кровать, сейчас. Джереми улыбнулся, не задавая вопросов. Он снял полотенце, аккуратно проведя им по влажным волосам, и залез на кровать. Юэн последовал его примеру, сняв свое полотенце. Он медленно забрался на кровать, его движения были плавными и уверенными. Юэн мягко провел пальцами по губам Джереми, словно изучая каждую линию и изгиб его рта, задерживаясь на уголках, где кожа была особенно нежной. Затем он наклонился и поцеловал его, сначала нежно, словно легкое касание весеннего ветерка, но вскоре поцелуй стал более настойчивым, как волна, разбивающаяся о берег. Джереми ответил на поцелуй с такой же страстью, его руки начали исследовать тело Юэна, медленно скользя по его спине вниз, ощущая каждый мускул, каждое напряжение под пальцами. Юэн остановил его, оторвавшись от поцелуя, его глаза горели решимостью и страстью. Он прошептал, хриплым голосом, от которого у Джереми побежали мурашки по коже: - Сначала я. Ляг на живот. Джереми подчинился, его кожа мгновенно ощутила прохладное прикосновение простыней, вызывая волны мурашек по всему телу. Он чувствовал, как простыни чуть царапают его кожу, когда он устраивался поудобнее. Как только он оказался на животе, Юэн медленно и уверенно вошел в него, чувствуя, как напряжение в теле Джереми постепенно сменяется расслабленностью и доверием. Джереми тихо прохрипел: “Черт.” Этот звук послужил сигналом для Юэна. Он вошел глубже, его движения были быстрыми и жесткими, ритм ускорялся, наполняя комнату звуками их дыхания и стонов. Юэн двигался быстро и жестко, его руки крепко держали бедра Джереми, направляя их движения. Ритм был интенсивным, словно Юэн хотел выплеснуть всю накопившуюся страсть. Джереми почувствовал, как Юэн напрягся, его дыхание стало прерывистым. Секунды позже, Юэн кончил, издав громкий стон, и его тело расслабилось, словно выпущенное из тисков напряжения. Он лег рядом с Джереми, их дыхание постепенно успокаивалось. Джереми отдышавшись, приподнялся и посмотрел на Юэна с улыбкой, его глаза блестели в полумраке комнаты, отражая свет луны, пробивающийся сквозь шторы. Он провел пальцами по волосам Юэна, чувствуя их мягкость и слегка влажную текстуру. - Готов? – Юэн кивнул, его дыхание все еще было тяжелым, Джереми, улыбнувшись, мягко сказал: - Тогда на живот. Юэн выполнил просьбу, чувствуя, как его тело отзывается на прикосновения Джереми, словно каждый нерв был обнажен. Джереми оказался сверху, его движения были медленными и уверенными, как у мастера, который знает, что делает. Он медленно и уверенно вошел в Юэна, его движения были мягкими и нежными, словно он хотел запомнить каждый миг. Джереми двигался, чувствуя каждое напряжение и расслабление в теле Юэна. Джереми не торопился, он наслаждался каждым медленным толчком, чувствуя, как волны удовольствия накатывают на него. Почувствовав, что скоро кончит, Джереми сжал свои руки сильнее на бедрах Юэна, его движения становились все сильнее и настойчивее, их тела двигались в едином ритме. Когда он наконец кончил, из его груди вырвался громкий стон, почти рык, наполняя комнату эхом их страсти. Выйдя из Юэна, он упал рядом с ним, их дыхание постепенно успокаивалось.