Розовые очки.

На следующий день Киркоров приехал к четко обозначенному времени и увидел друга-режиссера с Пугачевой, которая приехала чуть раньше - они сидели в комнате, пили чай, о чем-то беседовали, уплетали домашние бутерброды с докторской колбаской. Фил молча улыбнулся и, стянув с себя кожаную куртку, повесил ее на спинку близстоящего стула, а затем подошел к коллегам: - Всем привет, - поздоровался артист, пожав Анатолию руку, - Алла... - запнулся он на миг, но сразу же добавил, - Борисовна, здравствуй, - на его удивление Пугачева протянула ему руку, но он так растерялся, что тоже ее слегка пожал, вместо того, чтобы поцеловать тыльную сторону ладони, как делал раньше. Пугачеву его легкое, но все-таки заметное, волнение немного рассмешило: - Здрасьте-здрасьте, Филипп Бедросыч, - ухмыльнулась женщина, поставив почти пустую кружку на место, - а мы Вас ждем-с. Что же Вы опаздываете? - иронично интересовалась прима, но все-таки не перебарщивала - никакой издевки в ее тоне не было, так - легкая кокетливость, игривость. - Я вовремя приехал. - пожал плечами Киркоров, - Назначено на двенадцать, а сейчас только без пяти минут, - лишний раз удостоверившись в своей правоте, взглянув на часы, немного нервно улыбнулся он. - Король не может опоздать, это все другие пришли раньше... - задумчиво произнесла Пугачева, - Садись, - пнув слегка низенький табурет, она предложила ему место подле себя, - думать будем над треком. - Киркоров молча переглянулся с Анатолием, который за происходящим наблюдал с повышенным интересом, но тот лишь незаметно пожал плечами, давая понять, что не в курсе дальнейших планов Пугачевой. Филипп пододвинул себе ближе соседнее кресло на колесиках и уселся рядом, на что Алла лишь хмыкнула, - Я вчера как-то не подумала о том, что петь песню израильского патриота в текущее время не выгодно ни тебе, ни мне. Мало ли, что могут подумать. Да и потом - случись что, тебя просто распнут и растерзают, - призадумалась Алла. - Не надо обо мне думать, - отрезал Фил, - я за свои действия отвечаю сам. - Что, так не терпится со мной дуэтом спеть? - ухмыльнулась певица, - Правильно - все хотят со мной дуэт. А знаешь, почему? - чуть подавшись вперед, наклонилась к нему женщина, - Потому что я - эпоха. Понятно? - Киркоров еще раз глянул на Толю, но тот лишь сделал вид, что ничего не слышал и принялся настраивать аппаратуру. - Алл... Я тебя не понимаю, - честно признался Фил, - Ты не хочешь еврейскую песню, тогда какую? - Ты слышал про такого певца Хулио Иглесиаса? - Ну конечно! - фыркнул Фил, не понимая, к чему ведет его бывшая жена, - Только, насколько мне известно, дуэтов он ни с кем не пел. - Он - нет, - подтвердила Алла, - А вот его сын Энрике - да. Культовый дуэт с Уитни Хьюстон. - Если это то, о чем я подумал, - вспомнил Филипп знаменитую песню, которая покорила сердца поклонников в далеком 2000-ом году "Could I have this kiss forever", - то эта композиция она... очень романтическая. И потому у меня вопрос - зачем? - Затем, что еще чуть-чуть, и мне придется самой ездить по зарубежью и петь половину вечера живьем, а оставшееся время - под фанеру, если у Макса так дела дальше пойдут. А этот сонг, да еще грамотно переведенный на русский язык и выпущенный здесь, в России, произведет фурор. - Рад принять участие в благотворительности, - хихикнул Киркоров, понимая, что этот дуэт обеспечит заработок Пугачевой на несколько месяцев вперед без всякой нужды самостоятельно надрывать связки зарубежом, - но... еще раз - песня излишне романтическая. И почему именно я? Галкин не обделен талантом пения, он вполне сносно справится сам. - Но король российской эстрады - ты. - сухо заметила прима, всем своим видом показывая, что продолжать дискуссию она не намерена, - Или тебе, что - западло? Ножки промочить слезами поклонниц боишься? - Толь, - обратился Филипп к товарищу, который уже давно настроил аппаратуру и ждал всего лишь команды начать, - у тебя есть качественный минус этой песни? - Лопатин кивнул, - Ну хорошо... Дайте мне текст, и сразу приступим к работе, чего просто так сидеть-то! - Текст ему дайте! - зачем-то передразнила его Алла, - Сам в Интернете найдешь. Я вчера смотрела - есть парочка достойных литературных переводов. А я пока чай допью. - Киркоров быстро нашел литературный перевод на одном из сайтов и, прочитав несколько раз, смог запомнить. Через считанные минуты Фил твердо произнес: - Я готов. - Тося, - ласково обратилась Пугачева к давнему другу, - сперва давай все-таки еврейскую запишем. А то его Величество так часто в горы ездит, когда я еще успею такой дуэтик записать? Может, выпущу потом... - две песни были записаны за долгие и мучительные для Аллы четыре часа - несколько раз голос едва ли не срывался, верхние ноты брать уже трудновато, а потому пришлось в буквальном смысле "шаманить", убирая из вокала излюшнюю хрипотцу, делать звучание более чистым на компьютерных профессиональных программах. Под конец записи уже и Киркоров прилично вымотался, устав - Пугачева иногда забывала текст, и куплет приходилось перепевать заново. Однако, ближе к вечеру, трудоемкая работа была, наконец, закончена. - Толь, совсем мой голос хреново звучит, да? - сквозь ухмылку спросила Пугачева. - Да нет, нормально. Если что, через программу подредактирую, можно немножко ИИ добавить, и будет отлично. - Ну, не хуже же, чем у Фильки! - игриво напрашивалась на комплимент Алла, но, сосредоточенный на правках Анатолий, лишь заметил: - У Филиппа есть очень характерная черта в вокале - ноту позиционировать глубоко позади, при этом звуки "Ы" и "И" наоборот - позиционированы на лице спереди. - попытался на обывательском уровне объяснить звукорежиссер, - И довольно специфичное вибрато/снятие. - Так, ладно, давайте прервемся на легкий перекус, - предложила Пугачева. Она прошла на маленькую кухоньку, которая также обустроена в студии и, поставив чайник, принялась готовить бутерброды, - Держи, - протянула она Филиппу сэндвич с ростбифом, рукколой и сыром фета, - ты сегодня клево работал. Молодец. Как всегда, впрочем. - Спасибо, Аллочка, - поблагодарил Фил, чуть улыбнувшись. Взяв бутерброд, прикусил его, - Очень вкусно! - закивал Киркоров, найдя перекус действительно вкусным и сытным. Пугачева лишь улыбнулась. Анатолий на трапезу не прервался - работы было предостаточно, а сжатые сроки вынуждали трудиться без паузы. И все же, Алла буквально вынудила его прерваться, рассказывая о недавнем посещении с детьми интересных кипрских мест: - Есть у меня одна фотография... В зоопарк мы пошли поутру. Покаталась я там на жирафе. До сих пор я сидеть не могу, - она показывала фото на смартфоне, попутно комментируя, даже не осознав, что ее рассказ вдруг превратился в двусмысленные стихи, над которыми Филипп, не сдержавшись, негромко засмеялся, а Лопатин не смог сдержать широкой улыбки, - Пошляки! - осознав, что сказала что-то смешное, Пугачева и сама улыбнулась, - Филька, а ты чего ржешь? - вдруг прервала она веселье бывшего мужа, - Про тебя тоже много каких слухов ходит! Что было в Анапе недавно? - Да блин, это все слухи! Меня поселили в апартаменты, из продуктов - ничего. Я вышел за хлебом всего на минутку! - Вернулся, а в спальне уже - проститутки! - громко засмеялась Алла, подкалывая бывшего мужа, - Вечно ты хулиганишь! - Мне... приятно знать, Аллусь, - улыбнулся Филипп какой-то горькой, едва заметной, улыбкой, - что ты осведомлена обо всех аспектах моей жизни. Правда. Без иронии. - воспользовавшись подходящим моментом, Анатолий ушел в другую комнату за необходимой аппаратурой, оставив бывших наедине. Чувствуя некую неловкость, Пугачева сразу поспешила придумать какую-нибудь колкость в оправдание своей осведомленности: - Конечно, я в курсе. Максиму же надо шутить над тобой, веселить публику. - А это кого-то веселит разве? Мои промахи? Я думал, это сведение счетов. А... если автором являешься... ты... - Филипп мгновенно помрачнел от такого предположения, и Алле вдруг стало как-то гадко: - Нет. Он свою программу сам составляет и редко со мной советуется. - вернувшийся Анатолий с настроенной аппаратурой мгновенно разрядил ту внезапную горечь, что за недолгие две минуты успела повиснуть в воздухе. С Филиппа словно розовые очки сняли - если раньше они нужны ему были, чтобы обелять бывшую жену и в глубине души надеяться, что она хотя бы его не ненавидит, то сейчас, после таких явных подколов и откровений... У него словно мир рухнул, почва из под ног ушла, а стекла розовых очков не просто треснули - разбились в крошку навсегда. Только он сам не догадывался, что прозрел неправильно, и что Алла в глубине души никогда бы не сделала того, что могло бы навредить бывшему близкому человеку. Сделав неправильный вывод, Филипп захотел уйти - прямо встать и ретироваться. Демонстративно посмотрев время на наручных часах, он уточнил у звукорежиссера: - Толь, у нас все? - Блин, Фил, надо один куплет переписать, в некоторых местах звук очень некачественный. - А может, это у тебя аппаратура некачественная? - отчего-то сорвался Фил, чуть повысив голос, чем удивил не только Лопатина, но и бывшую, - Ладно. Только давай чуть быстрее. - Мне сперва настроить надо, - не отвлекаясь от техники, ответил Лопатин, - Отдохните пока в соседней комнате, посидите на диванчике, я вас позову. - Ладно, - Филипп и Алла прошли в небольшую комнату и, плюхнувшись на диван, Фил уткнулся в смартфон, чтением новостной ленты пытаясь отвлечь себя от мрачных мыслей. Заметив спустя некоторое время, что Пугачева буквально жмурится, расхаживая по комнате, мельтеша перед глазами, Филипп отложил телефон в сторону, - Алл... Случилось что? - на всякий случай спросил он, видя, что женщина буквально терпит что-то, что доставляло ей дискомфорт. - Ноги болят очень, - честно призналась она сквозь стиснутые от боли зубы, - не проходит никак. - Присядь, тебе полегче станет, - демонстративно подвинулся Фил на итак просторном диване. - Не могу... - потирая правой рукой бедро, двусмысленно ответила Алла. - В смысле? - удивился Киркоров, вскинув бровью, - Как это - не можешь? - Доживешь до моих лет - узнаешь! - небрежно бросила Пугачева, не желая тратить силы на пустые объяснения, - Ноги отекают, но это не самое страшное. Дико болит поясница. Потому и ходить больно, и сидеть неприятно. А обезболивающие таблетки, зараза, давление повышают и не помогают уже, - все-таки пояснила она. - Так, понятно, - Киркоров встал с дивана и протянул ей руку, - Давай, ложись, - предложил он ей, - я попытаюсь тебе помочь, - заметив ее недоверчивый взгляд, объяснил, - В Китае когда был, мне показали одну методику, которая хорошо снимает боль. - чувствуя, что она как будто не решается, Фил пожал плечами, - Ладно, если не хочешь, я не настаиваю. - Помоги мне лечь... - тихо попросила Алла, тяжко вздохнув. Женщина вцепилась в его протянутую руку и одним ловким умелым движением Киркоров уложил ее на диван, взяв сперва на руки, - Ай-ай-ай! - воскликнула Пугачева, не сдержавшись, - Ну что ж ты делаешь, больно же! - Извини... - полушепотом произнес Фил, снимая с ее ног белые кроссовки, - попробуй немножко расслабиться. - Учитывая, как у меня задница горит, - шутила Алла, рукой потирая бедро, - это весьма трудно. - Киркоров аккуратно повернул ее на живот и теплыми ладонями дотронулся до сильно ноющей поясницы. - Китайцы верят, что в теле человека, - рассказывал он, приступив не спеша к необычному массажу, - проходят "чи". - Что это? - Линии, где проходит энергия. В некоторых местах эти линии соединяются, образовывая точки, которые называются акупунктурными. И их лечат иглоукалыванием, - руки скользнули под ее объемную кофту, обнажив слегка поясницу, коснулись чуть загорелой кожи, но Алла и не дрогнула, позволив бывшему мужу совершить любые манипуляции, лишь бы снять болевой синдром, - но берутся за это не все мастера. - Почему? - чувствуя бережные касания к своей пояснице, благодаря которым почему-то стала отступать боль, спросила Пугачева. - Потому что каждая точка за что-то отвечает и, самое интересное, глубина проникновения иголки в одну и ту же точку может как навредить, так и вылечить. Именно поэтому важно знать не только расположение этих точек, но и глубину ввода игл, чтобы не навредить в каждом конкретном случае. Да и иглы должны быть соответствующие - серебряные. Они довольно дорого стоят, их желательно выкидывать после индивидуального использования, да и стерилизовать после каждого пациента - очень большая морока. Поэтому за лечение иглотерапией берутся единицы, и знания, в основном, передаются из поколения в поколение. - пока он повествовал своим успокаивающим мелодичным голосом, Алла под воздействием его легкого массажа смогла расслабиться, и ноги автоматически перестали больно дергаться. - Но у тебя же сейчас нет игл, - заметила она, - ты меня просто массируешь. - Да, я делаю тебе легкий массаж, который снимет приступ боли. У тебя, кстати, ноги перестали ходуном ходить. - Мне легче, - устраиваясь поудобнее, ответила Алла, на что Фил довольно улыбнулся - рад был помочь. - закончив десятиминутный массаж, Филипп пересел чуть дальше, к ногам и, коснувшись левой стопы, попросил: - Ляг на спину, пожалуйста. - И не брезгливо ведь тебе, - переворачиваясь с живота на спину, произнесла Пугачева, - старой бабке ноги-то массировать? - Где ты видишь здесь старую, да тем более, бабку? - Пугачевой комплимент понравился, и она улыбнулась, - Да и потом, я всегда от твоих ножек фанател, - в подтверждение Киркоров наклонился и, не спрашивая дозволения, кратко чмокнул сквозь джинсы правую конечность. - Ноги тоже будешь массировать? - уточнила Пугачева, глядя, как он снимает с нее фирменные белоснежные носочки. - Да. Чтобы тебе полегче было. Но массаж будет более агрессивным, будет даже немного неприятно. - Делай, что надо, только аккуратно. У меня в ногах тромбы. - подумав немного, Филипп сменил тактику, разминая только стопы. Неприятные ощущения чередовались с приятными, поглаживания с нажатием, и Алла распласталась на диване, поджимая губы то от удовольствия, то от легкой незначительной боли. - Филя, - прошептала она, впервые за долгое время назвав его ласково по имени, - мне от твоих манипуляций легче стало. Спасибо. - Я могу скинуть тебе ссылку на подробный видео-урок, чтобы Максим тебе мог таким массажем снимать боль, - предложил Фил, но Пугачева лишь ухмыльнулась: - Он не будет мне это делать, Филипп. - ничего не ответив, Киркоров продолжил свои манипуляции. Его действия забирали тяжесть в ногах, вскоре появилось ощущение легкости, и Пугачева сама не заметила, как уснула... Фил закончил процедуру и, накрыв ее пледом, аккуратно, чтобы не разбудить, встал с дивана. Стоя возле нее, коснулся пальцами щеки любимой женщины, слегка улыбнулся, глядя, как она спит. Но затем, вдруг вспомнив то, что произошло сегодня, сжал руку в кулак и убрал конечность от ее лица, а сам нахмурился. - Фил! - без какого-либо стука в комнату вошел Лопатин, но Киркоров сразу шикнул на него, прислонив указательный палец к губам: - Тише! - попросил Филипп, - Алла спит, не буди ее! - мельком глянув на мирно сопевшую Пугачеву, Лопатин шепотом произнес: - Я все настроил, можно продолжать запись. Пугачева проспала всего полчаса, но этого вполне хватило, чтобы проснулась она бодрой и даже в хорошем настроении. В ногах все еще сохранялась легкость, и женщина, пройдя в комнату, где Фил и Анатолий просматривали звуковую дорожку на компьютере, что-то редактируя, прилюдно поблагодарила бывшего: - Спасибо, Филипп. - Всегда пожалуйста, - почему-то не отрываясь от монитора, ответил ей певец. - Ну что, продолжаем? - все-таки посмотрел на бывшую, а затем на свои наручные часы. И Алла кивнула. Наконец, спустя еще час работа была полностью завершена - две дуэтные песни ждали своей обработки звукорежиссером, чтобы потом запустить релиз. Уже, когда Филипп накинул на себя кожаную куртку и, попрощавшись с присутствующими, собирался уезжать, Алла, следуя какому-то, непонятному даже ей, порыву, обратилась к бывшему: - Я тоже не в восторге от того, что Максим тебя высмеивает, - сказала она, и Фил на мгновение оторопел, внимательно слушая то, что говорит Пугачева, - но... - Я понимаю, - прервал он ее, - ты однажды мне сказала - любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Высмеивайте, если вам это доход приносит, - горько ухмыльнулся Филипп, - моей репутации только я один могу навредить, в конце концов. Но не Максим. - зачем-то прикоснувшись пальцем к ее щеке, будто окончательно прощаясь со своей иллюзией о ней, что ее постоянно оправдывала, Фил одернул руку и уже собирался уйти, но Пугачева перехватила его ладонь, крепко сжав: - Филь, это не так! - чуть повысив голос, словно в отчаянии, произнесла женщина, - Все идет совсем не так, как я хотела, не так, как я предполагала! - Киркоров повернулся к бывшей лицом и молча слушал все, что она говорит, все еще не отпуская его конечность, а иногда и сжимая чуть сильнее, - Поверь, я... никогда не хотела, чтобы так вышло. - Я понимаю, - еще раз повторил Филипп, - и помню, что ты хотела на закате жизни только одного - покоя. А сейчас... ты вынуждена переезжать с места на место вслед за своим супругом и разделять с ним его участь. Вряд ли о такой старости ты мечтала, но это твой выбор. И я его уважаю. Ты меня просила, - напомнил он их последний разговор в 2021 году в грим-уборной, - уважать твой выбор. - Да уж... Между счастьем и покоем предпочла покой. А сейчас что я имею? Беспокойную жизнь, скитания... Вот ведь какая ирония... И дети... Они... - запнулась прима, подбирая слова, - скучают. Им тоже трудно. И я не могу быть счастлива, зная, что они несчастны. - Тебе, Алла Борисовна, - глубоко вздохнул Фил, - в этой ситуации труднее всех. Потому что... как бы ты ни старалась убить в себе саму себя, время все равно расставляет все на свои места. Я понимаю, что тебе тяжело. Но от слов своих не отказываюсь - если будет нужна помощь, я рядом. - У меня не хватит сил, Филипп... - прошептала Пугачева, - слишком поздно тебя просить. - Твое счастье, - поразмыслив немного, ответил Киркоров, - это твои дети. А покой, - пожал он плечами, не зная, что добавить, но Алла перебила его, подняв на него свой пронзительный взор: - Я только недавно поняла, что покой там, где есть счастье, Филя... Абсолютное счастье вкупе с уверенностью в завтрашнем дне - и есть та самая квинтэссенция того покоя, который я искала все эти годы. И, который находился рядом, а я просто не понимала... - внезапно разговор перешел на такие тона, что обсуждать вовсе не планировалось и более - было даже неловко. Непривычно. Откровенно и больно. Филипп смотрел на нее, пытаясь в ответе найти подтекст, которого не было, а признание, лежавшее на поверхности, посчитал за ее мимолетную слабость, о которой, как он думал, она пожалеет завтра же, и именно по этой причине просто не знал, как реагировать. Любовь, жившая в нем к этой женщине, диким трепетом рвалась наружу, заставляя сердце биться так часто, что, прислушавшись, можно было услышать частый глухой звук из грудины - и все же он бездействовал, не зная ее дальнейшую реакцию. Они не общались чересчур долго, чтобы он мог за две минуты решить что-то для себя окончательно, ему, чувствам, нужно было время. Вспомнив ее фразу о том, что каких-либо гарантий у жизни просить просто глупо, Киркоров отбросил тени сомнений, сократив на принятие важного решения время, которого у них итак почти не было. Приподнял чуть-чуть ее личико, посмотрел в глубокие глаза, пытаясь найти в них то, что его бы убедило в правильности своего решения - новые розовые очки. Взял ее за руку и, крепко сжав, твердо произнес: - Идем со мной. - прекрасно помня свою главную ошибку: что он не ограничивал ее действия, а вольной птицей позволял летать и совершать те ошибки, что в итоге привели к распаду их брака, Фил сейчас не стремился быть ее надзирателем - нет. Но тем самым светом в конце тоннеля, который осветит ей путь. Той протянутой рукой в глубокий колодец, который вытащит из ледяной бездны. И сжал так крепко, что Алла, немного колеблясь, вмиг перехотела сопротивляться - женщина посмотрела на него, словно на спасителя и как-то дергано улыбнулась - не бросил. Не предал. Дал надежду на стабильность и на то, что она вычеркнула из жизни вместе с Филом несколько лет назад - на любовь. Молча Киркоров открыл дверь и уже собирался выйти, держа Аллу за руку, как вдруг раздался звонок телефона - звонили дети. Киркоров отпустил на миг ее ладонь и ответил на вызов. Проговорив с сыном меньше минуты, он не заметил, как Пугачева, будто бы испугавшись собственных намерений, воспользовалась моментом и мышкой ушла... Киркоров пулей вылетел из студии, но увы - машина Пугачевой с пассажиркой на борту уже уехала в неизвестном направлении. - Это... твой выбор, - прошептал ей вслед Филипп, в руках сжимая телефон.