Особо дружные взаимоотношения

Под конец рабочего дня любые мысли об отчетах, миссиях, документах, планах и остальных по должности тебе обязанных вещах вылетали прочь из головы вместе с дымом тлеющей в потемках весеннего вечера сигареты. В последнее время он курит все чаще, но это точно не из-за того, что злостно завидует любовно порхающей мимо него молодёжи; ему до них дела нет и не будет ближайший месяц как точно! Вы себе представить не в силах, какой дурдом творится в период с марта по середину мая: куча самоубийств, на места совершения которых им приходилось ехать, спонтанные кражи, убийства, мошенничества, ведь какая же дурь порой твориться весной в головах у дефективного народа; незаконные места подготовок к пляжному сезону - это вообще бред, почему они, полицейские с большим опытом и стажем, должны заниматься таким? А потому что ребята, ранее занимавшиеся подобными рода делами, уволились, а у всех остальных, видите ли, происшествия по серьезнее! Вот Кертису и приходится кататься то с Соней, то с Кабалом туда-сюда-обратно, выполняя «побочные квесты». Думать о подобном – только нервы мотать, а потому бравый полицейский еще разок затянулся дешманской сигаретой, купленной сегодня впопыхах и набегу, так как тот тогда спешил на работу, ведь их с Кабалом по середине одного-единственного выходного дня, который им по доброте душевной достался от начальства за преданную службу и днем и ночью в последние несколько недель, вызвали на очередное пустяковое задание, смысл которого Страйкер уже успел благополучно забыть. Вроде там что-то из разряда паковки группы закладчиков, точно он не скажет. «Другие же не могут, другие же заняты. Они обязаны мне за это сверху знатный кусочек хорошей премии!» - про себя ворчал мужчина, устало смотря на темное небо, усеянное романтичным ничем. Помимо учащения потребления сигарет до трех в день, Кертис, как он думал, стал более негативным и пессимистичным в своей голове. Бедняга банально устал от такого наплыва работы и гнетущих мыслей особого характера, к которым ему приходилось возвращаться снова и снова. Он переживет, а потом хорошенько отдохнет от этого! Хотя бы от работы. Мужчина почти докурил. Внезапно из двери пафосно и крайне элегантно, прям как петух в курятник, вошла причина, по которой Страйкер не посещал общественные курилки. Нет, Кейдж не был этой причиной в абсолюте, просто Кертис не любил, когда его медитационное курительное время одиночества прерывалось появлением на глаза не всегда приятной ему личности. На улице этого практически не происходит, но сегодня, по всей видимости, день сюрпризов. -Кертис, давно не виделись, приятель! – Кейдж протянул руку в знак приветствия, Страйкер вежливо ответил. – Не одолжишь курнуть, свои сегодня все истратил, продолжил актер. «Тебе бы и прикурить не помешало…» - про себя проворчал уставший мужчина. Выглядел этот неприятный гость подозрительно, нервно и точно под слабенькими веществами, но Страйкер решил не зацикливаться; он лишь слабо улыбнулся и нарочито оскорбленно выдохнул – к нему этот человек подходит так уже с месяц, почти каждый день и говорит постоянно одну и ту же причину, но полицейский не настолько злился на него, чтобы послать подальше или хотя бы вежливо отказать. Вроде как приятели же, неудобно отказывать. Кейджу дали закурить. Хотя бы зажигалка у него была. -Как твои дела? Что со съемками нового фильма для пубертатных школьниц? прозвучало слишком уж недружелюбно, но Страйкер лишь слегка скривился от собственных слов и предпочел не обращать внимания. В последнее время Кейдж и правда снимался в каком-то ширпотребе, а потому Кертис разрешил простить себе такую грубость. В ответ он услышал недовольное цоканье. - На этот раз продюсер обещал по-настоящему крутую и зрелищную программу! – возразил парень, закуривая и на пару секунд скрещивая руки на груди. -Я бы так не доверял этому эльфу торговцу после того, как он затащил тебя сниматься в Холостяке, - полицейский разочарованно хмыкнул, выкидывая чуть подгоревший фильтр. -Да ладно тебе! Это было не так плохо, зато как рейтингам помогло! Кертис развернулся, чтобы покинуть это место поскорее - голова начала болеть. Внезапно подтвердились догадки о нечистом замысле неожиданного появления нервного экстраверта оратора в слишком отдалённом от определения «людное место» уличном пустующем уголке: на плечо Страйкера упала рука, немного, но требовательно сжимая сустав. – Кертис Страйкер, сегодня Вы как-то слишком несговорчивы, что-то случилось? Какие планы на вечер? – мужчина не стал доставать пистолет или хотя бы вставать в оборонительную стойку, он лишь обернулся в пол оборото спокойно диктуя, казалось бы, известную Кейджу несколько раз истину: -Кейдж, я для подобного вообще не в настроении, если ты нашпехался травки и хочешь поагрессивничать, то иди с Джексом побеседуй. Только не в клубе, умоляю, а то нас снова вызовут из-за потасовки, а работы и так столько, что можно полгода одними бумагами питаться, - качая головой и ероша свободной рукой свои светлые волосы, промычал мужчина. -Прекрати заливать, как будто ты будешь против провести как можно больше времени на очередной миссии с этим прекрасным непокорным характером, с этими невероятным телосложением и с этим просто ахрененным личиком, - Кейдж мечтательно вдохнул, чтобы продолжить. Кертис же ни то чтобы вдохнуть, он моргнуть был не в состоянии. Те секунды, когда чертов актер говорил и даже когда наконец заткнулся, казались просто вечностью. Как… как, почему и откуда. Это все было похоже на очередной кошмар, которые мучают мужчину в самые тяжелые в моральном плане дни. Хотелось повернуться, ударить и спросить, откуда этот клоун это взял. Но понимал, что врать смысла тогда не будет – все станет слишком очевидно. Придурок продолжил: - Какие ноги, какие руки, какая грудь, я смотрю, ты тоже запал? С каждым словом в яблочко и с каждым словом все хуже. Ноги немели, руки начинали поддаваться тремору, горло сжалось вместе с зубами, кисти приобрели форму кулака. Он старался быть спокойным хотя бы физически, старался расправить плечи и одернуть этого идиота, но внутри его сжимало и корежило. Подобное было слишком неожиданным, это должно было вскрыться не так и не им, не сейчас, сейчас слишком тяжело! Тут же парень продолжал, дыша еле уловимым перегаром прямо в спину ошарашенному товарищу: - карие глаза, светлые волосы… это совершенная красота… - как завороженный бормотал актер, пока на него резко не посмотрели, как на крайне конченного поехавшего десять раз психически нестабильного шизоида. Кертис быстро собрал пазл и мысленно вложил пару пуль в голову этому циркачу. Его перебили: - Скажи, что она тебе нравится и ты сегодня пойдешь к ней вечером далеко не чаи распивать, да? А я-то думал мы друзья, Кертис, - Джонни шипел надоедливее гадюки. Но благодаря его словам Страйкер сегодня будет жить и не схватит сердечный приступ. Мужчина правильно сделал, прослушав это громогласную речь чуть подольше. Может быть наутро, после похмелья, его «друг» не вспомнит до ужаса напуганный взгляд, который полицейский явно прятал недостаточно хорошо, в подобной ситуации даже кепка не спасла бы. Сейчас стоило отделаться от надоеды раз и на сегодня: -Мистер бабник, я самый последний, кто будет спать с Соней, меня ее ни грудь, ни руки, ни волосы не интересуют. А сегодня я с ней далеко не чай пить буду, тут ты прав, ведь мы, с твоего великого позволения, планировали выпить две полторашки некачественного пива, и я очень надеюсь, что в этот раз, твои великолепные не обремененные количеством серого вещества опилки усвоят одну простую истину: - мы с Соней друзья и так будет до того момента, пока мы не перестанем общаться, другого исхода никогда не будет, - на речь Страйкер в этот раз сильно уж разошелся, адреналина в крови было слишком много. Далее он резко дернул плечом, убирая с него чужую руку и, открыв дверь, почти влетел в здание. Джонни не упустил шанс бросить напоследок еще пару слов: - Конченый лжец и врун, ты всегда смотришь только на нас с ней, как только я прихожу. Ты еще и ничтожный завистник, Кертииис! – самодовольно выкрикнул парень, далее, судя по звуку, впечатавшийся лицом в захлопнувшуюся дверь. Страйкер облегченно выдохнул, со счастьем вспоминая гребанные местоимения и «светлые волосы», которые, по факту, решили всю проблему. Какой же бред, ну что этот помешанный алкогольный дурик сочиняет. Было бы все так просто… Кертис спрятал лицо в ладонях и тяжело выдохнул перед тем, как зайти в основной офис участка. Провел рукой по волосам и почесал затылок, чтобы прийти в себя побыстрее. Далее рывком открыл дверь и легкой непринужденной походкой уставшей псины дошел до столиков. Стол Сони был где-то слева, а в ее мусорке, как и ожидалось, лежал очередной букет цветов. Этот придурок уже полгода таскает розы человеку, который розы ненавидит и говорит ему об этом статично раз в месяц. Бедная девушка устала раздаривать эти цветы, пару раз даже Страйкеру перепало заполучить этот букетик счастья, так как долгое время Блейд не могла смириться с тем, что цветы, а особенно цветы от Джонни Кейджа, можно выкидывать сразу. Было крайне странно прийти и заметить розы у себя на столе в обычный рабочий день. А в этом букете записка черным маркером, написанная поверх какого-то стиха: «прости, больше некому отдать.» Слава богу Джонни этого не знает. Страйкеру стало поспокойнее от таких воспоминаний, сердце почти наладило ритм, а ноги он чувствовал значительно лучше. Ему срочно нужен отдых… и не только ему. Неподалеку от него сидел мужчина, обвешанный трубками, обложенный бумагами и в немного смехотворной синей кепке. Ритмично стуча по полу огромным крюком со сточенным лезвием на конце, он держал его свободной рукой, пока другой методично то писал что-то в бумагах, то печатал на клавиатуре, заполняя, похоже, очередную табличку в компьютере. Вдруг он потянулся тем же крюком к принтеру, стоящему на столе его партнера по несчастью, снайперски и даже не глядя включая тот с помощью небольшой кнопочки. Спустя минуту на столе Страйкера валялся какой-то документ. -Раз уж ты пришел, то освободи меня от участи напрягать свои прекрасные ноги, подай бумажку, - его друг удивительно хорошо мог определить даже с завязанными глазами, присутствует ли Страйкер в пределах тридцати метров от него или же он уехал домой; иного варианта, кстати, обычно не наблюдается. Мужчина даже не удивился, но от этого замечания про прекрасные ноги его передернуло. В любом случае все уже в порядке. Когда-нибудь твой принтер переедет ко мне на стол, спасибо, -рука в перчатке аккуратно перехватила бумагу, начиная подписывать ее – по всей видимости это был очередной отчет и как раз о той солевой группировке в парке, что им пришлось сегодня ловить и считать. Страйкер… крайне плохо разбирался в документации, оттого все подобное ложилось на плечи более понимающего в этом деле участника. Кабал на удивление хорошо с таким ладил и полюбил это дело, наверное, больше основных работ, после полноценного вступления в их организацию. Страйкер не всегда книги то мог вдумчиво читать, а тут слишком ответственно и сложно. Он старается писать отчеты и отдавать их на проверку другу, чтобы Кабалу не приходилось так тяжело. Так же он старается что-то ему таскать из Архива, если потребуется. В таком положении они в любом случае уставали равно пропорционально и одинаково. -А кепка тебе моя нужна, чтобы познать всю мощь моего мозга и быстрее справиться с работой? – Страйкер быстро приметил, что кепка на его друге явно чужая, так как для его маски сильно туго затянута и сидит слегка смешно, а еще сама по себе затерта так, будто ей лет под двадцать. -А… прошу прощения, нас вызвали немного слишком внезапно, собираться пришлось быстро, забыл свою дома. К начальству сейчас шел документы отдать, а оно нас без них, видимо, не узнает, пришлось твою одолжить, - не отрываясь от компьютера ответил Кабал. Страйкер был точно не против такого, для него это было в какой-то степени даже милым, а потому он лишь посмеялся с шутки про начальство, ведь оно правда заставляет всех строго-настрого носить эти шапки даже в здании. Прийти к ним без нее – смертная казнь. Кертис забрал свою кепку, надел ее, и постучал по железке на голове друга указательным пальцем. Почему-то эта ситуация казалась ему приятной, от этого он чувствовал себя чуть глупо, но не менее радостно. Захотелось вместо простых постукиваний погладить друга по волосам, ведь все же редко бывают причины, по которым он может так сделать и получить не так много вопросов в свою сторону, хотя, как будто Кабал их задаст. Руку Страйкер с помощью большой силы воли, но убрал. -Нужна еще какая-то помощь от меня? – слегка взволнованно, но умело держа в себе эту капельку счастья, спросил мужчина, смотря на маску, которая почему-то казалась ему в данный момент задумчивой. Через нее не увидеть лица приятеля, но Страйкер отчетливо помнит, как тот до всех горячих событий, решая подобного рода задачи, хмурился и немного щурился, а потому, скорее всего, сейчас Кабал делает тоже самое. -Да, но не сегодня. Сможешь завтра до работы подбросить? -Мы завтра разве работаем? -К сожалению. И послезавтра тоже. Обещают, что это скоро закончится и нам дадут недельный перерыв, но как-то слабо верится, - ответил Кабал и снова уставился носом в бумаги. Страйкер, очевидно, зря надеялся, что за сегодняшний сорванный отдых будут какие-то привилегии завтра. -Да без проблем, подъезжать к семи? – спросил мужчина, в голове продумывая, как он с небольшой попойки встанет в шесть, приедет и будет работать полноценный рабочий день. -Да, где то около того, -он кивнул, продолжая писать. Далее повисла тишина, которая сопровождалась жужжанием больших ламп, гудением принтера, шумевшими подростками за окном и громким шипением респиратора при каждом вдохе или выдохе. В такие моменты, моменты, когда понимаешь, что вот-вот, и работа оставит тебя на десяток часов отдыхать, хочется просто сидеть на стуле, наслаждаясь томно плывущем временем, которое можно провести в наблюдении за важными тебе людьми: как они заканчивают работу, убирают свои столы, собирают свои личные вещи, берут его, Страйкера, с собой в охапку и тащат до выхода, ведь наш полицейский всегда предпочитал заканчивать свой рабочий день вместе с кем-то из приятных ему личностей. Разговор об еще одном рядовом рабочем дне, пока они идут по лестнице сначала к кофемашине, там Кертис частенько брал чай в течение всего дня, потом до раздевалки и только затем уже к выходу, где он вежливо прощался с собеседником, а иногда подвозил его, если тот попросит. Было приятно закончить смену именно так: непринужденно, забыв о суете и вечно душащих тебя обязательствах. К себе домой мужчина спешил только тогда, когда были настроение и силы поиграть в очередную компьютерную игру или тогда, когда на кухне его ждала им же накануне вкусно приготовленная еда, но последнее было не более пары раз в месяц. Он любил изредка готовить, но на звание супер-повара не претендовал. Сегодня же планы были иными: с Кабалом уйти он не сможет, ведь, как ранее было сказано, на этот вечер он запланировал дружеские посиделки с Соней, а так как время было позднее, то смысла ехать к себе домой уже не было – оставалось ждать подругу. Потихоньку начала подтягиваться ночная смена, достаточно скоро в их офис вернется гул и гам, было бы хорошо уйти до этого момента. Кабал продолжал стучать своим крюком еще долго, а Страйкер вслушивался в размеренный ритм не только стука, но и шипящего дыхания, сопровождаемого небольшим паром, который еле заметен из-за спины товарища. Спустя не более двух минут этой идеальной спокойной обстановки, в которой даже клацанье клавиатуры не казалось таким важным, все прекратилось. Респиратор мгновенно затих, а крюк был поднят, будто его друг собрался вновь дотянутся им до чего-то, но догадки опровергла дверь, резко открывшаяся и показавшая за собой быстрым шагом входящую девушку, что тащила очередную папку документов. Вот и миссис Блейд собственной персоной. После этого Кабал, даже не посмотрев на новоприбывшую, выдохнул, стукнул железякой по полу и, сохранив файл, выключил компьютер, отодвигая от себя бумаги подальше.  -Удачного вам посидеть, - чуть устало внезапно произнес мужчина, поворачиваясь к удивленному другу. –Я подслушал, когда Соня в сотый раз отшивала… этого… клетку в очках,- память на имена у Кабала была фундаментально плохая. Страйкер шутливо скрестил руки и закатил глаза, чтобы чуть-чуть и совершенно не всерьёз пристыдить друга. -Джонни Кейдж. И тебе удачи добраться, если что, я на связи, как всегда, денег на такси? – заботливо предложил Кертис, зная, что у друга из-за звания зарплата поменьше, а выплату им задерживают обоим одинаково долго. -Не стоит, сегодня у меня в планах попугать детей в общественном транспорте, - Кертис синхронно усмехнулся вместе с Кабалом, пока тот демонстративно подкрутил респиратор, чтобы выпустить пар и снизить в нем давление. -Уверен, они обязательно прочувствуют все тепло твоей души, - шутить над несколько лет назад сожженным другом – дело святое. Мгновенье погодя, Страйкер с замиранием души добавил: -Да и… выглядишь ты все равно красиво, - мужчина закусил губу изнутри, лишь бы напряжение в остальном его теле никак не проявлялось; достаточно мало надо, чтобы Кабал раскусил его, как дешевку. Глаза полицейский отвел, тут же натыкаясь взглядом на махающею ему Соню, которая ждет его. Он нервно помахал ей в ответ и крикнул, что сейчас подойдет. Взгляд перешел на угрожающе спокойного друга, который бездвижно сидел на стуле, ведь с его конструкцией за спиной кресло противопоказано, и выжидающе смотрел на собеседника. Кертис сглотнул, быстро моргнул пару раз и, подойдя к приятелю, вновь постучал указательным пальцем по верхушке железной маски, легко произнеся: -Я заеду в семь, не проспи. Хорошего тебе вечера! –Кертис поспешил удалиться в сторону девушки, но краем уха уловил: «И вам. Передавай Соне пламенный привет!». Кертис спокойно улыбнулся. -И да, спасибо, что подвезла! – крикнул Кертис, стоя на пороге чужого дома с двумя бутылками пива. Дверь напротив приоткрылась и оттуда вышла девушка в немного помятой домашней футболке и коротких серых шортах, Страйкер выжидающе смотрел на нее, пока та, мастерски заплетая хвостик, а мужчине подобное правда казалось мастерством: как они делают это так аккуратно и быстро, не сказала: -Да пустяки, не ехать же тебе по трассе пол часа на пьяную голову на своей потом. Ты че стоишь, как невдупленыш? Будто в первый раз. Ветровку на крючок, кепку в шкафчик, пиво и закуски на стол, сейчас притащу кружки; давай, бегом, - она проговорила это, слегка жестикулируя плечами и головой, не прекращая заплетаться, а прическа все равно получилась идеальной. Вывод один - тут замешен дьявол. Страйкер хихикнул со своей же шутки, начиная делать все точно по инструкции. Вот одежда, вот их сегодняшний низкокалорийный ужи…, точнее, обед, полицейский сегодня даже не успел пообедать; тут же пришли кружки с тарелкой под чипсы по скидке, а далее и сами участники трапезы. Сели на диванчик, потрепанный томной съемной жизнью и отсутствием мужчин, взяли по кружке и начали в своей манере: -Мистер Кертис, дорогой, спасибо, что угостили меня этим прекрасным пшеничным мартини, -девушка тут же отпила три глотка из посудины. -О, Боже, не стоит благодарности, миссис София. Спасибо Вам, что прикрыли мою немного бомжующую задницу и оплатили этого невероятного сушёного краба! –мужчина съел пару чипсин из тарелки и так же запил их, задорно улыбаясь. -Прошу простить меня, душевно извиняюсь, но, кажется, это не краб, а холодец с хреном, -Блейд глянула на рядом валяющуюся пачку. По скидке только такое отродье и продают. -Ах, запамятовал, но извольте объясниться: в сортах гастрита осведомлен плохо! -Оба громко рассмеялись, не зная стеснений, притирок и усталости. Соня вновь сделала глоток, а затем продолжила, стараясь вновь не начать смеяться: -Видел бы нас Кейдж… Ушел бы плакать и сниматься в очередной мелодраме, -Кертиса слегка передернуло, он все еще помнит то чувство беспомощности и моральной обнаженности, потому смог выдавить из себя лишь слабое «Да… это точно». Кертис закусил и выпил почти всю кружку залпом. Соня мельком взглянула на него, отзываясь дальнейшими словами: -Он к тебе сегодня ходил? Просто вновь зашел ко мне приставать, а потом свалил в неизвестном направлении, -Страйкер скромно кивнул, тут же допивая пиво. Но продолжил, чтобы Соня не пошла разбираться с этим идиотом прямо сейчас: -Он зашел ненадолго, начал лезть по поводу нашей встречи и…, - его тотчас перебили: -Ох, прости за это, на нервах нас выдала. Он слишком настойчив и вреден, -видно, что девушке противно, даже слегка стыдно. Она отставила посуду. –Можно я…? –Страйкер тут же кивнул. Соня закурила, а Кертис продолжил говорить: -лезть и слишком много болтать. Я его не трогал, просто ушел; все в порядке, -Девушка затянулась и, закрыв глаза, начала говорить, поспешно кивая: -Прости, тебе сейчас и так не весело, я же вижу. Мне стоит разобраться с ним,- Блейд предложила другу затянуться, видя, как тот начал нервно дергать ногой. Мужчина принял предложение, взял сигарету и затянулся, зажимая в зубах, пока наливает новую порцию пива им обоим. -Спасибо. Это не было чем-то ужасным, -Кертис усмехнулся, -Но ты права. Мне кажется, стоит поговорить с охраной. София хотела сказать что-то, но ей не дали договорить: -И не надо тут. Если он спас тебе жизнь – это не значит, что он теперь имеет право в нее гадить, -сейчас мужчина был тверд, как никогда. Настойчивые ухаживания до добра не доводят даже того, за кем ухаживают! Девушка захотела объясниться: -Просто… я не понимаю. Я старалась с ним общаться, но он явно не мой человек. Несет пургу, а мне работать надо! Ноль ответственности! Да я б скорее на лысо побрилась, чем начала пытаться строить с ним какие-либо отношения, кроме приятельских. Менять и воспитывать кого-то мне мое чувство самодостаточности не позволит! –видно, что она устала. Мужчина терпеливо слушал и кивал, напоследок сказав: -Я поговорю и решу этот вопрос. Завтра как раз, кто бы удивлялся, моя смена, -Девушка очень признательно посмотрела на собеседника и улыбнулась ему. Она протянула кружку с непринужденной просьбой пить за хорошую зарплату, а Кертис, убирая сигарету, чокнулся в ответ, добавляя: «И большую премию!». Оба вновь рассмеялись, закусили. Такие вечера приятны, легки и беззаботны. И все же Страйкеру неспокойно. У него к подруге был разговор немного личного характера, который он планировал затронуть сегодня в обязательном порядке, но начать все никак не мог - искал момент. Соня перебила его размышления, когда, сделав пару глотков, внезапно сказала: -А у меня сестра на медицинский идти планирует. Уже документы подала, -она улыбнулась и даже казалось, что больше хвасталась, чем делилась новостями из своей жизни. Страйкер поздравил ее и попросил передавать привет, но секунду спустя добавил: -Что ж вы все такие одиночки трудоголики, уже на семейное похоже, -и действительно. Мать, две дочери, и все, как один, работают с утра до вечера, не имея ни второй половинки, ни каких-то сторонних увлечений. Нет, Страйкер понимал, что счастье для каждого разное по определению, но уточнить хотелось. А девушка лишь продолжила гордо заявлять: -Не надо тут! Я к ним неделю назад приезжала, так она парня нашла. Он бестолочь безработная правда… но вроде она счастлива. Хотя бы чувство юмора у него хорошее, -Соня отпила немного пива. Страйкер в задумчивости кивнул головой, отвечая: -В принципе, чувство юмора – самая главная черта, но только после упругого длинного чл…, -Соня перебила друга, смачно поперхнувшись шалманкой. После того, как она откашлялась, посмотрев на своего специально невинно и мило сидящего друга с самым ангельским выражением лица на земле, наигранно скривилась, скрещивая руки и говоря саркастично на выдохе: -Как хорошо, что у него не такое чувство юмора, как у тебя. Я б его уже убила. И вообще паренек вроде как христианин, -мужчина с удивлением взглянул на собеседницу, тут же восклицая: -И твоя мать до сих пор не оскорбила его чувства своими изуверскими фашистскими шуточками? - насмешливо улыбаясь, крыл полицейский, тут же закусывая снеком. –Не помню, что бы твоя сестра была религиозной, с чего такие предпочтения? -Соня в ответ пожала плечами, но попыталась ответить: -Просто нашли друг друга, может подойдут, -мужчина в ответ пожал плечами и уже открыл рот, но его опередили: -Если пошутишь про распятие – такси обратно будешь оплачивать из своего кармана, -Кертис скорчил недовольную моську и продолжил пить, пока его неожиданно не прервали: -Вот ты что то говоришь про мою генетическую незамужность, а сам как будто у нас тут амбассадор семейной жизни. Сколько лет с тобой знакома, а ни одной девушки у тебя не видела! Общаешься, дай бог, со мной, мамой и уборщицами, если говорить про женщин. -А откуда тебе знать? Может я уже как пять лет женат и у меня двое детей, -со скрываемой неприязнью проговорил мужчина. Ему такие разговоры радости не внушали, хотя поговорить в этом ключе хоть с кем-то язык очень чесался. -Мистер, кому Вы врете? Тому, кто видел твою одинокую холостяцкую квартиру раз двадцать? Или тому, кто видит твой паспорт несколько раз на неделе? –девушка усмехнулась, отпила из кружки, -И все же, мне интересно, у тебя образ жизни такой или просто с девушками проблемы? - «Скорее со мной проблемы…» -подумал Кертис. -Скорее с девушками, -ответил Страйкер. Смысла уходить от разговора не было, ведь он изначально планировал затронуть эту тему и как хорошо, что Соня сделала это первой.  -Может, смогу помочь чем-то? -Да… как можно ухаживать за человеком? Ну… то есть, как заботиться? Заботиться и одновременно намекнуть, и чтобы одновременно непонятно, и чтобы не испортить, и чтобы не выглядеть идиотом, и…, и, -мужчину внезапно прервал вопрошающий голос, полный озарения: -Ты признаться кому-то что ли не можешь? -НЕТ… ну, почти. Если только… если только чуть-чуть, -Страйкер смущенно сощурился и сжал плечи, отводя взгляд. –Вот только давай без издевок, пожалуйста! –полицейский увидел, как Блейд расплылась в удивлении и улыбке, будто точно через секунду рассмеется над нем. -Я так рада за тебя, Кертиииис, -сейчас эта суровая стальная женщина настолько тепло заулыбалась, что сам Страйкер от радости на секунду забыл о всех своих проблемах. Она потянулась, чтобы обнять его, а он только рад ответить и потому, стараясь не запачкать грязными руками после чипсов, мужчина обхватил ее руками в ответ, не касаясь кистями; смешно то, что Соня сделала точно так же. Оба сидели как дураки, но кого это волнует? Правильно, только вас, читателей, которые пытаются представить эту картину. Как бы то ни было, для Кертиса это было очень мило и много, что значило: одобрение одного из близких друзей, хоть этот близкий друг еще не до конца понял всю паршивость ситуации, было важным. Он надеялся, что когда-нибудь сможет рассказать Соне все до конца, и та примет его не менее радушно, чем сейчас. Он обнимал подругу, тепло улыбаясь для самого себя, пока Блейд не решила прервать процесс: -Для такого пива нам будет маловато, -она встала с дивана и, подойдя к шкафчику, легким движением руки вытащила оттуда хорошую бутылочку чего-то явно покрепче пшеничной шалтайки - вино. Поставив его на стол, девушка весело побрела за, по всей видимости, бокалами, а полицейский остался сидеть в недоумении: он немного не рассчитывал сегодня напиваться, на сегодня планы были серьезнее. Страйкер, наконец, сам себе стыдливо признался, что пришел к Соне не столько на алкоголь, сколько за дружескими разгрузкой и советом. Она уже и так была слегка поддатой, нужно не упустить момент возможности завести диалог. Да, для него это было очень важно, и он уже пообещал себе, что хорошенько выпьет с ней на приближающемся корпоративе в честь дня рождения начальника. В ожидании мужчина застыл на диване, подобно статуе, так как глубоко в голове наконец решился окончательно продумать разговор и…, и он тут же послал все к черту, решая в очередной раз рассмотреть никак не изменившуюся однокомнатную квартиру: немного одежды на стуле и в открытом шкафу, парочка книг, самый обычный стол с небольшим количеством полок, семейные фото, телевизор, который тут сдался лишь хозяйке, у которой девушка снимала квартиру, и которой этот телевизор принадлежал, сейф для оружия, немного рабочих приблуд. Скукота, у него дома почти все то же самое. Насколько мужчине известно – все награды, игрушки, подарки, принадлежащие девушке, находились у ее матери, которая никак не соглашалась выкинуть все эти вещи, говоря, что это память и так нельзя. Блейд не особо вроде как стояла на своем, а потому оставила разбирательство с, по ее словам, хламом прошлого до лучших времен. Раздался небольшой звон от стука двух бокалов, с помощью которого Соня демонстрациозно обратила на себя внимание, а затем плавным шагом подошла, уверенно заявляя: -Теперь моя очередь наливать. Жду рассказов, герой-любовник, -Кертис протянул подруге бутылку, непонимающе хлопая глазами; Блейд продолжила: -Ну… кто все же посмел украсть твое неприступное, обогащенное отвратительным юмором сердце? -Я бы предпочел рассказать это позже, -Страйкер замялся, стараясь перевести все свое внимание на то, как Соня крайне аккуратно наливает вино в небольшие бокалы с длинной ножкой, -мне немного, я не сильно люблю вино. Выпью ради тебя разве что, -к счастью, проницательность девушки еще не заволокло пеленой алкоголя; она неплохо вошла в курс дела: -Как тебе угодно, но помочь я тогда, возможно, не смогу, -Блейд протянула другу напиток, получая от него немой кивок головой в качестве благодарности. Кертис отпил из посуды, почти на выдохе проговаривая: -Мне нужны методы ухаживаний, как общаться более близко, более, -он заметно съежился и постучал кулаком по колену, -более интимно даже, не знаю. Я вроде знаю, а вроде ты в этом плане понимаешь будто бы больше. Ну не в силах я признаться пока, мне нужны более тесные связи и хотя бы какая-то гарантия, что есть взаимность, -сам для себя подытожил Страйкер, вцепляясь губами в бокал и выпивая все содержимое залпом. -Прощупать почву? –быстро смекнула София, методично отпивая винца. -Именно! Да! –мужчина на эмоциях ударил себя по ноге, тут же показывая в сторону собеседницы жест с указательным пальцем вперед и оттопыренным большим пальцем. Она его, кажется, поняла. Уже прекрасно. Полицейский начал нервно грызть чипсы, чтобы убрать приторный резкий вкус вина, а заодно снизить стресс. Девушка быстро вошла во вкус: -Кто бы что не говорил, а лучше всего в этом деле помогают прикосновения, -Кертис немного опешил. Знал этот факт, но не считал допустимым в его ситуации, а потому резко начал отнекиваться: -Нет, нет, нет, я не думаю, что это хорошая идея, -Соня резко начала твердить свое, ее будто осенило: -Нет да! Я в этом не специалист, но, если она не шипит как гадюка, когда ее трогают, то попробовать стоит. Только аккуратно, без пошлостей. Вы давно общаетесь? –Мужчина слушал эту яркую резвую речь с неким придыханием, не успевая и мыслить, и представлять, и просчитывать, и придумывать ответ одновременно. Спустя время до него дошла суть вопроса, он поспешил ответить: -Ну… Достаточно. Годиков пять будет, -застенчиво повел носом и сощурился Кертис, вспоминая моменты и стараясь сосчитать прошедшие лета точнее. Глаза собеседницы стали по размеру напоминать среднего диаметра блюдце, мужчина без задней мысли спокойно посмотрел на нее, а та с обиженным выражением лица и чуть от хитрости блестящими глазами грустно прошептала: -И ты мне не сказал, а я-то думала, что я у тебя одна-единственная… -она наигранно всхлипнула, тут же добавляя: -Вот говнюк, -Страйкер плохо представлял, как из этой ситуации выбираться; он сидел слегка зажато и ждал каких-нибудь более точных инструкций, вопросов. Пока что ему казалось, что стоит извиниться, но девушка его перебила, положив руки ему на плечи и начиная пристально смотреть будто в глубь души, пробираясь сквозь мысли, раскапывая сознания нашего слегка зажатого в данный момент полицейского. -А если без шуток и секундных обид: тебе стоит попробовать «дружеские» ухаживания, -слово «дружеские» она выделила особым образом и подняла брови, укоризненно смотря на Кертиса, который тут же решил уточнить: -«дружеские»? –стараясь сымитировать интонацию, повторил внимательно слушающий мужчина. Соня сразу ему ответила: - «дружеские». -Что ты подразумеваешь под словом «дружеские»? –озадачено спросил полицейский, искренне плохо понимая это акцентирование. -Ну вот… знаешь, когда во всяких любовных приторный произведениях… -ей не дали закончить, тут же расставляя все точки над палочкой: -И в который раз напомню тебе: я не увлекаюсь подобным и да, в играх я такого тоже не видел. Ухаживания в отношения знаю, а твое «дружеские» слышу впервые, - отрезал Страйкер, немного уже жалея, что придает этой ситуации такую серьезность для тех людей, что в это не должны были быть ввязаны. Ну… для одного человека, хотя он, Кертис, тоже мог бы перестать настолько сильно париться и, возможно, перестать надеяться на что-то. Блейд только цыкнула, ведь снова забыла то, что ее друг плохо просвещен в теме флирта, ведь всю свою жизнь мало искал какой-то романтики целенаправленно. Заботиться, общаться, дружить и даже, не обращая внимания на постоянные возмущения девушки по поводу его юмора, шутить он умел просто отменно, многие в части его уважали, даже руководство любило, ведь Страйкер был далеко не конфликтным, даже приятным во многом человеком, но вот именно с «дружбой» бравый тридцатичетырехлетний полицейский не ладил так же хорошо, как и с отношениями. Соня до сих пор старается раскрыть эту загадку до конца. Каждому свои проблемы и особенности. Она вздохнула, начиная подбирать новые слова: -Это как ходить на свидания, называя их встречами, -Кертис поднял брови в небольшом удивлении, а затем медленно кивнул, как бы говоря «продолжай». Стараться делать ее жизнь лучше, называя заботой. Наверное, можно и так сказать. Принес чашечку кофе, так как она весь день, дура, ничего не ела. Если хочешь приятно удивить, то должен стараться подмечать такие мелочи, мой тебе дружеский совет, -девушка наконец отпустила собеседника и вернулась к бокалу, начиная его чуть-чуть болтать в серьезных раздумьях. Мужчина плохо улавливал суть: -Так забота – это всегда попытка сделать чью-то жизнь лучше. И почему мне надо кого-то именно удивлять? -Ну, да, но… Да тут без «но»! –Блейд нахмурилась, а друг продолжил: -И почему кофе? Если весь день ничего не ест, то лучше предложить чего-нибудь поадекватнее, как мне кажется. А то кофе на пустой желудок не пахнет заботой, знаешь ли, - полицейский усмехнулся и откинулся набок на спинку дивана, скрещивая руки на груди. Собеседница ответила ему взглядом, полным радостного озарения какой то, судя по всему, внезапной идеей. Она скрестила руки на груди в ответ и со слегка игривым прищуром посмотрела в начавшее резко что-то искать лицо Страйкера. Он мобильно отреагировал на подобное изменение обстановки: -Я что-то не так сказал? Возможно это не столь романтично; кофе как-то, наверное, будет более минималистичным и милым для такого, но я все равно не смогу понять этого, даже не пытайся. Внезапно Соня повернулась к нему, посмотрела, как на дурака, отставила вино и ткнула указательным пальцем этой же руки Страйкера в грудь, уверенно отчеканив каждое слово с особым воодушевлением: -Хоть в ресторан ее приглашай, главное, не бойся этого делать, -Кертис резко кивнул, не ожидая такой напыщенной серьезности. В небольшом замешательстве, обдумывая слова подруги, он вспомнил про пиво, которое стоило бы допить. Мужчина взял в руки кружку, тут же слыша более легкое продолжение совета: -А удивлять стоит, чтобы она больше думала о тебе и замечала, какой ты хороший. Обнял, если раньше не обнимал – удивил, но если что-то спросит, то это, естественно, по «дружбе», пригласил в ресторан, а такого ранее не было – тоже удивил. Хитрость некая тут все же должна присутствовать, но от чистого сердца. Комплименты словесные или даже в виде цветов так же могут допускаться, но не забудь потихоньку выяснить, какие вообще цветы она любит. В принципе стоит побольше слушать, тогда и удивлять будет чем, -Блейд, гордая собой, допила бокал и закусила, смотря на настолько внимательно слушающего друга, что тот почти захлебнулся хмельным напитком и немного пролил его себе на колено. Слава богу, диван цел, иначе Софию бы унизительно прибила старая ворчливая бабушка–арендодатель. Страйкер начал кашлять и поспешно вытирать рядом лежащими салфетками пятно, а потом посмотрел на диван, перекрестился со словами «Господи Боже» и извинился перед девушкой, которая в ответ лишь задорно хихикнула. -Я… постараюсь что-то с этим придумать. Вроде как я тебя понял. Не думаю, что получится применить все, но большинство как-нибудь да осуществлю, -растерянно ответил Кертис, стараясь в своей уже слегка пьяной голове собрать и соединить по кусочкам услышанное. -Жду от тебя новостей и свершений! Уверена, она не устоит перед твоим вниманием и не сможет отказать тебе,- Блейд смешно подмигнула, снова берясь за вино. Страйкер выдохнул, улыбнулся и нашел в себе силы выбраться из глубоких размышлений, чтобы ответить его спасительнице: -Спасибо тебе большое, сгнил бы в гнусных мыслях без тебя. Обязательно буду пытаться и обязательно расскажу, как буду готов. Спасибо, -мужчина отставил кружку, замечая, что Соня раскрыла руки, чтобы обнять его в очередной раз. Она, когда в приятной компании с кем-то тет-а-тет, а, особенно, если слегонца выпьет чего веселящего, становится раскрепощенной жизнерадостной девушкой, которая чего только ради тебя не сделает. Не бука она вовсе… ну, не совсем. Кертис, конечно же, ответил, мягко обнимая подругу, которая нагло начала ерошить его светлые волосы суставом пальца. Он обязательно ей расскажет, она в праве знать. Сейчас можно ненадолго выдохнуть. Все важное на сегодня было завершено, и теперь Кертис в праве посидеть еще с полтора часика в уютной обстановке с прекрасным человеком, поглощая вместе с ним не только спиртное, но и все больше новостей, историй, предположений на счет ближайших рабочих обстоятельств от друг друга. Можно на минутку перестать переживать, забыть заботы, отдаться акуна матате, постигнуть забвение буддистской культуры и, в конце концов, перестать придумывать все больше и больше фразеологизмов, описывающих простой отдых. По планам, смеяться да радоваться им предстояло еще долго, но вот жизнь над Страйкером не перестанет смеяться никогда! Раздался трезвон, и комната наполнилась не предвещающим ничего хорошего звуком телефонного рингтона. -Спам? –предположила собутыльница, отпустившая Кертиса, чтобы тот смог сбросить надоедливый звонок с немного противной системной мелодией. Стало немного досадно, когда на выражении лица смотрящего на входящий появилась волнительная серьезность и непонимание. Относительно предсказуемо то, что именно сейчас им, возможно, придется разойтись. И не дай бог это руководство! Просто бесчеловечно вызывать и так уставших, десять раз отработавших в свой же выходной ребят на ночную смену этого же рабочего дня! Соня их порвет на куски, она найдет способ, как. Хотя, опять же, скорее всего последствия придется разгребать этим же ребятам и, более вероятно, ей самой. Они настолько много работают, что ей стало слегка жаль даже Кабала, к которому она, если быть честным, особой симпатии не питала. Он составлял ей конкуренцию в наглости. -Главное не беспокойте его и не беспокойтесь сами, все в порядке. Да, шваброй тыкать не надо; да, я его знаю. Позже расскажу, скоро прибуду, -быстро проговорил Страйкер, сбрасывая трубку. Он тут же начал собираться и попутно все объяснять человеку, с которым они сегодня все же не смогли спокойно посидеть: -Кейдж, когда я уходил, по пьяни врезался в дверь и, судя по звуку, прямо там и упал. Ну, я думаю, что это он, ибо больше тел на территории полицейского участка в «блюстючьем таком костюмчике, грязных кедах и странных очечах» быть не может, -напялив на себя кепку и по быстрому допив свое пиво, протараторил мужчина. Из-за небольших нервных переживаний, так как мало ли что этот гений может учудить, когда проснется, полицейский забыл, что такси вызывается в первую очередь. Сев на диван, он начал лазить в телефоне, тыкая на нужные кнопки. Время было неплохое: цена приемлема, пробок нет; получится доехать может быть даже минут за пятнадцать. -Мистер тихоня, а он точно сам упал? –немного неуверенно спросила девушка, пристально разглядывая в очередной раз начавшийся синдром беспокойной ноги у друга. -Могу поклясться своим фонариком! И пальцем не тронул, больно надо мне его лапать. Он не в моем вкусе, -беспокойно отшутился Кертис, сообщая следом Соне о том, что машина будет через пять минут. Стараясь не терять времени, Страйкер поспешил собрать остальные вещи и уже мгновение минуя оказался на пороге. -Помощь не нужна будет? –спросила Блейд, как то уставши опираясь на стенку.  -Да не, справлюсь уж, не переживай. Делов то. Главное, успеть, а то потом с три короба разгребать… -устало выдохнув, ответил полицейский и напоследок поправил кепку. –Ты прости, что все вот так получилось; мы обязательно скоро нормально посидим, я правда и не думал, что он там валяться будет. А Батья с этим одна явно не разберется… прости, еще раз, -он неловко почесал затылок и уже собрался попросить открыть дверь, но Соня, в который раз за этот вечер, его перебила, мягко обнимая и тут же проворно суя в карман чужой ветровки купюру: -Это на такси, я же обещала. Спасибо, что нашел время приехать. И не забудь ее тоже потом обнять. Если так же оставишь ей денег, только чуть побольше, а то подумает, что жмот, ей, уверена понравится. Главное, не в трусы, а то, наверное, не оценит, -спокойно проговорила девушка, чувствуя, как ее крепко обнимают в ответ. –И нормально мы с тобой посидели, не переживай. Мне все понравилось, -она выпустила друга из теплых объятий и полезла открывать дверь. –Все, бегом, а то еще не факт, что в этой обвалине лифт работает! –Соня ухмыльнулась, дружественно выталкивая мужчину за дверь. -И тебе спасибо, я напишу потом обязательно! –Кертис услышал еще пару теплых фраз перед тем, как дверь закрыли. Теперь ему стоит бежать со всех ног, так как он на девятом этаже, а лифт все-таки сломан! Зараза. «И что мне с этим делать…?» -Кертис вертел эту мысль у себя в голове, рассматривая ее под всеми ракурсами. Его везли довольно быстро, легко и без слов. Тишина давала время подумать, да вот только мысли блуждали в голове пьяными тенями, не имея с собой и ниточки, за которую можно было бы зацепиться. Резкость всего давила на черепную коробку, не позволяя кислороду как-то разряжать обстановку. Полицейский не мог и вдоха сделать, чтобы не подумать о приближающемся будущем, что будто бы тянуло его на дно: в его жизни за последнее время остановилось все. Это было, наверное, из-за вечной работы, с неравномерным графиком которой нельзя было строить планы как минимум на ближайший час и при этом не боятся, что все отменится вот уже буквально сию минуту, в это мгновение. Мужчина никогда не был склонен к негативу на длительных дистанциях, а потому и сейчас сдаваться с потрохами не намерен! «Ну что это? Почти, считай, несколько лет мучился, а тут в один день сдаюсь,» - глубоко в голове он прекрасно понимал, что о своем проигрыше грезит бессчётный день и бесконечную ночь, - «Мне нужно начать думать, а не ныть себе на себя же. Что мне говорила Соня? Надо вспомнить.» «Он никогда не отличался любовью к прикосновениям, но возражений тоже сложно припомнить. Не было недовольства, если я его, скажем так, почти случайно, коснусь. Он был вполне спокоен и с виду, и в действиях; я следил. Буду ли я иметь право уже в открытую как-то его… хотя бы по голове мельком погладить…?» -Кертису стало слегка стыдно перед самим собой. Скрестив руки на груди, он тут же закрыл свою кривую улыбку ладонью. Таксист и так и так его не увидит, а если заметит, то какая ему вообще разница? «Да, я уже задумывался о таком и тысячу раз говорил себе четкое нет, но сейчас, если подумать… Мы же друзья, я же могу его и обнять, наверное,» -мысли горели своими желаниями, о которых Страйкер предпочитал более дозволенного не думать. В подтверждении, даже самом малом подтверждении, он искал аргумент, что все же позволит ему стереть им же надуманные рамки того самого дружеского общения, создавая уже новые прозрачные границы общения «дружеского». «Ну Соню то я обнимаю…». -Кажется, до него дошло, -спокойно сказал автор, пересказывающий Вам историю, посасывая свой остывший чай. Машина неслась на пике ограничений ПДД, а потому ночные фонари в окошке мелькали в самостоятельном размеренном порядке, идеально визуализируя своей ритмичной сменяемостью друг друга стук сердца немного крайне взволнованного Кертиса Страйкера, что не мог налюбоваться заоблачными представлениями о том, как будет в романтическом плане трогать какого то мужика за более-менее не интимные части тела и, возможно, прикрывшись объяснениями «дружеского» характера, не получит уничижительных замечаний на этот счет.  Как и предполагалось: пробок нет, машины на трассе практически отсутствуют. Еще пара минут и полицейский будет на месте; спокойно разберется со всем, извинится перед Батьей, утащит Кейджа куда-нибудь, а затем ляжет спать. Хотелось надеется, что последний пункт можно успеть выполнить до часа ночи. «Все же у нас не такие плохие отношения, если он будет против, то молчать не станет… а если станет, то моя ли эта ответственность? В конце концов я не нарушаю никаких законов даже с моральной точки зрения. Девушки у него нет, каких-то договоренностей у нас тоже не было. К гомосексуализму он… без понятия как. Нейтрально уж точно относится, злостных высказываний не было, я следил,» -скорее всего, говори он это вслух, то со стороны выглядел бы озабоченным идиотом. «Ну и пусть, какая другим разница? Я для мира сделал достаточно много, могу позволить себе попробовать увести у девушек всего то одного парня. Хотя такой харизматичный идиот, как я только умудрился влипнуть, запав на эту язву, явно стоит десятерых лучших,» -думая об этом, полицейский только сильнее сжал свое лицо пальцами. Глаза невольно глупо сощурились; он не мог с этим что-то поделать – тело машинально поддавалось волнительным тикам. Не то чтобы Кертис был когда-то человеком через чур эмоциональным. Служба хорошо урезала его и без того небольшой юношеский максимализм, оставляя лишь самые важные неизменные кусочки, дополнившие в последствии характер. Аккуратный в общении, немного суетливый, добрый и для своего положения очень даже эмпатичный мужчина. Скверный неострый юморок, что все же иногда мог зацепить его собеседника, достойное образование, имеет понятие долга, перед собой честен, для других, казалось бы, кристально чист. Страйкер именно таким видел себя в глазах общества и именно таким был для себя, и в это резюме никак не входил дополнительный комментарий «А еще он откровенный мужелюб и без ума от своего др…» -…или наличными?, -Кертиса от неожиданности махом вырвало из потока идей о том, как он будет проявлять свою крайне выборочную «дружелюбность», но ответить все же представилось возможным: -Что? Простите, задумался, -все же мужчина по привычке потянулся за деньгами, а потому, как только ему повторили заветные «Говорю, приехали. Оплата картой или наличными?» Страйкер уже тянул водителю купюру, взятую из ветровки. Далее дождался сдачи и, понимая, что тут денег даже на обратную дорогу домой хватит, вслух тихонечко поблагодарил Соню, выходя из машины. На удивление таксист подъехал сразу к главному входу, а не, как это обычно бывает, за два пешеходного перехода от назначенного места, а то полицейский даже не успел сообразить в момент выхода, туда ли он приехал. Голова теперь забита совсем не службой, ему стоит собраться. Лишний раз пересекаться с охранником, объясняться и тащиться через все здание, сталкиваясь с людьми, личными вещами людей и столами этих же личностей, не хотелось. А вот оббежать здание, подходя сразу к месту, где предположительно сейчас должна мирно пьяно валяться его цель, можно. Именно это Кертис и сделал, по пути надеясь, что Батья не закрыла с испугу дверь, иначе придется бежать обратно. -Кертис, дорогой мой, господи, прости, что так поздно. Ты уж не серчай, все с постов разбежались, а ты один единственный ладишь с этим чертом, -быстро и чуть скомкано проговорила женщина довольно преклонного возраста. «Лажу? Ну да, лажу…» -про себя устало насмешливо буркнул Страйкер, но в слух произнес полубодрое: -Все в порядке, сейчас уладим, как хорошо, что Вы дверь не заперли, -мужчина смотрел на этот живой труп гигантского синюка карпатского и лениво прикидывал, как будет тащить того до изолятора. -Ох, прости, испугалась. Среди ночи, сам понимаешь! А кроме тебя кто мне тут поможет? Охранник его больше моей тряпки боится, говорит, что связями черт этот какими-то важными грозится вечно и трогать его – лишний крест на душу, -слова про связи Батья говорила особенно осторожно, почти пытаясь шептать на ушко, будто ее за такие слова прям в этот участок, прям сейчас, прям вместе с Джонни и посадят. –Ну я уж не могла его вот здесь и оставить! Вдруг потом с меня и спросют, а что мне делать тогда? Прости меня, пожалуйста, -она тараторила быстро и с каждой секундой только эмоциональнее. Смотрела, как полицейский взял важную тушу, взвалил на спину, уже собирался выйти, но женщина постаралась успеть хотя бы дверку ему открыть, на что Кертис быстро среагировал: -Спасибо большое. Не стоит так волноваться. Это моя вина, я его тут оставил. Точнее, он упал, а я даже не заметил, просто ушел и… так в общем и получилось. Главное, что он ничего не натворил. -Как это? Хороший мой, точно ничего не наделал? А то наговорит чего еще, -уборщица оббежала мужчину и остановила его, аккуратно предлагая: -может мы его здесь запрячем где, чтобы не бубнонил лишнего. А утречком отправим в добром здравии, -Страйкер от такого странного наивного предложения ласково улыбнулся, так же аккуратно и тихо добавляя: -Ну, Батья Наруновна, камеры же… -Ах, точно, моя голова больная… -Батья Нарун, каковой она была по документам, работала у них в здании одной из уборщиц. Когда утром выйдет, когда ночью, когда и так и так дежурит. На вид была уставшей, немного седенькой, с морщинистой, но приятной глазу кожей. Лицо у нее хитрое, но не менее умное и доброе, как считал Кертис. Ручки всегда в перчатках, а сама она в халатике синеньком, рабочем. Много раз говорила она с ним: рассказывала, как будучи потомной еврейкой жила в разных странах, переезжала часто, а сейчас у нее дочки две хорошенькие, отец погиб, приходится как-то одной воспитывать, кормить, хотя старшая тоже работать иногда ходит, поддерживает. Страйкер несколько раз предлагал Батье свою помощь в финансовом плане, но та отказывала и говорила, что все в порядке. Работает она добросовестно, сама по себе душа легкая, но цепкая. Ей мешает лишь ее небольшая неграмотность в знаниях законодательства, но бравый полицейский старается с этим ей помогать по случаю: слушает, поддерживает, уточняет, понимает, что не понимает, ведет к Кабалу, и вот там они уже решают. Почему она сразу не шла к его другу? Хороший вопрос. Может, мягкая болтливость Кертиса нравилась ей чуточку больше острой суховщины местного горячего душнилы? Кто же знает Наруновну. Почему, к слову, Наруновна, а не Нарун? Привычнее было. Она так представилась в первые дни работы. Многие спрашивали, почему такое отличное от официального варианта окончание; Батья говорила, что всю жизнь ее так зовут, и другого она уже не вспомнит. На все были какие то, казалось, старческие причины, которые сложно понять, не будь ты родственником этой загадочной, но очень уж располагающей к себе женщины. -Не переживайте, все уладим. Лучше расскажите, как Вы? –Страйкер устал. Надеялся не меньшую суматоху и скорейшее обнимание своей подушки. Долго идти не пришлось, а охраннику по пути сказали, что вся ответственность ляжет на Кертиса, а далее даже слушать возражений не стали. Батья же рассказывала о своем обычном: -Да все, как всегда. Живем, проблемы есть, но счастливыми быть не мешают. Доченьки растут, учатся, я вот работаю в последнее время не так много, зарплату не задерживают. Поэтому все неплохо. А ты… ты куда его, а не опасно? –Наруновна смотрела, как Кейджа аккуратно укладывают в изолятор и осматривают на наличие травм. Страйкер проводил осмотр не долго, потому, спустя секунд десять, заключил: -Живой, морда не испорчена. Спит как убитый, утром приеду и разберусь с ним. Не опасно, я ручаюсь, -"надеюсь, не придется несколько дней отмазываться от острых замечаний о чутка испорченном костюме". Сзади он услышал спокойное: -Конечно-конечно… хорошо. Спасибо тебе, спас меня. Уж прости, еще раз. Пойду дальше хлопотать, еще работы много,-Батья еле заметно поклонилась и благодарно улыбнулась. Ей улыбнулись в ответ: -Все хорошо. Удачной смены. Не переживайте так. -Уж постороюсь… так неприятно вышло. -Больше его не впускать. Я беру ответственность за последствия на себя. -Ну, я уж тут никак, ты лучше с охранником… -женщина неуверенно поморщилась, но ее поспешили успокоить: -Его тоже предупрежу, но Ваша тряпка справится лучше, -Страйкер поправил кепку и вновь улыбнулся напоследок, чтобы Наруновна лишний раз не волновалась. –Хорошей ночи, -сказал он, направляясь в сторону двери. Ему скоро ответили: -Спасибо тебе еще раз. Приятных снов, прости ты меня. -Все в порядке, -Страйкер теперь уж точно был свободен. От дел. Но не от мыслей. Снова ожидание, снова такси, чуть не забыл закрыть камеру и отдать ключи. «Может зря я все это? И без того жил как-то…»    «И без того жил как то» -мысль не отпускала. Не отпускала на улице, не отпускала в машине, не отпускала в дороге, не отпускала во время разговора с таксистом, не отпускала… а мысль о том, что его не отпускала другая мысль, начала извращаться над умом практически спящего мужчины еще отвратительнее. -Приехали, -еле заметно сказали где то вдалеке. Организм воспринял этот, казалось, тихий бубнеж достаточно резко, потому Кертис взбодрился моментально и, так же по привычке, полез за деньгами. А далее он плохо помнит: несмотря на оперативность телодвижений голова толком не проснулась, так что моменты до того, как он оказался в душе, в разуме плывут смутными очертаниями. «А как я жил?» -да довольно неплохо. Общался с семьей, работал, помогал людям, дома убирался и частенько уделял время сторонним от бытовых дел увлечениям, в общем, не грустным каторжником был. Не сказать, что сейчас что-то поменялось, но появилось явное чувство какой-то неполноценности: раньше мысли о том, что он чего-то не может достичь, посещали светлую голову лишь в давнем возрасте до лет семнадцати, а потом учеба плотнее, служба строже, опять учеба, попытки заработать больше, купить машину и квартиру – все приходило постепенно, не было нормальным для него относиться к своим потребностям как-то трепетно и недосягаемо. Естественно, Кертис со своей хорошей спокойной жизнью понимал, что, даже учитывая старания, его удача раз на миллион. А сейчас каков итог? Все те же дела, все тот же образ жизни, но теперь на душе скребут кошки от мысли о том, что что-то настолько заоблачно для него прекрасное было почти неприкасаемо. Разве что изредка постучать по голове пальцем или похлопать по плечу, а еще реже дотронуться до чего бы то ни было в жесте случайного прикосновения. Нет, Вы не поняли. Не было у него мании заполучить все, что плохо лежит на расстоянии длиннее его руки, нет. Просто никогда не было в голове страха начать двигаться в сторону своей цели. Купить машину? Хорошо. Надо все изучить, все попробовать, усердно работать, определиться со своими хотелками, отмерить реалии возможного. Сообщить о какой-то неприятной новости начальству или участникам недавнего события? Тяжко, грустно, но долг есть долг, он сделает это прямо сейчас или, если совсем уж дело гиблое, после минутного перекура. Сходить в магазин за вафлями? А что ему помешает? Лечь спать вовремя? Он и с этим скорее всего справится без проблем; да, вот такой вот он умничка, жизнью выдрессирован, к обязанностям и слову «надо» приучил себя с юношества. Помочь кому-то? Конечно поможет! Признаться дру…ну, давайте, объекту воздыхания в любви? До свидания, сегодня полиция не работает. Она в депрессии. После душа всегда становилось легко, этот раз не стал исключением: небрежно вытерев себя рядом лежащим полотенцем, Страйкер накинул на себя легкие домашние шорты и голубую футболку со стершимся десять раз принтом странного футуристичного узора, а затем всем телом начал ощущать смену упаднического настроения на более свободное от угнетающих позитивную мыслительную деятельность дум самочувствие. Внезапно прошла головная боль, а та дремота в машине будто бы избавила от сонного состояния, появилось желание даже поесть что-то вкусное и посмотреть что-то интересное перед сном, так что само собой в голову булавой влетела ранее казавшаяся крайне наивной и глупой идея, заставившая с придыханием думать хорошем: «Идет оно все в пень. Не сложно начать, чтобы попробовать». Начать и правда не сложно, но как? Размышлял об этом мужчина достаточно. Успел за это время приготовить себе легкий поздний ужин, а то есть в полдвенадцатого ночи самое то, уже прибрал за собой, почистил зубы, лег в кровать смотреть очередную документалку про животных, ибо больше ничего другого опять не нашлось, но так и не придумал. Наблюдать за образом жизни капибар и думать о том, как соблазнить мужчину одновременно – верх его существования. Кертис мысленно усмехнулся и прикрыл глаза: «Я совершенно точно не планирую его соблазнять и тащить в постель, мне будет достаточно каких-то меньших тактильных признаков внимания…», -он даже в мыслях боялся добавить это заветное «пока что», ведь может ничего и не будет, куда он так далеко потянул, - «Ну, объятий…? О чем-то большем думать слишком непривычно и неприлично, не в этой жизни». Господи, да он ведет себя, как влюбленный идиот! Ну почему он так переживает? С каких пор к нему вернулась эта юношеская наивность? Мысли о счастливом будущем вместе с его практически отсутствующим планом звучат так же, как подростковые идеи из разряда «садик, школа, универ, здравствуй, мама, я кладмен». Разозлившись на самого себя, Страйкер начал очень требовательно и негодующе смотреть на капибару, которая методично жевала растительность. Далее он отставил от себя ноутбук немного дальше и удобно улегся, беря телефон в руки. -Начнем с малого, -будто опьяненный своей идеей пробурчал себе под нос Кертис, тыкая на нужные иконки приложений. Только решаясь настрочить заветные вежливые слова, он переключил свое внимание на то, что так и не написал Соне, а та, в свою очередь, за него уже беспокоилась. «Прости, долго мотался со всем и вся. Все в порядке и со мной, и с Кейджом. Приятных снов!» -он быстро напечатал и отправил сообщения, тут же переходя в чат не так часто посещаемый. В голове пронеслось: «Как-то странно; зачем я с дуру напишу ему? Так просто? Как-то подозрительно…» -но все быстро разрешилось, благодаря находчивости нашего переживающего. «Я заеду завтра ближе к семи, не проспи. Спокойной ночи :)» -а далее мужчина выкинул телефон из рук и зажмурился, предвещая небольшую ненормальность его резкого появления, но благодарствуя свою идею с ссылкой на так удачно подвернувшуюся планируемую ситуацию. Не было страха, но легкая взволнованность присутствовала, как ее не прогоняй мыслями о том, что он поступает совершенно нормально: они так-то и раньше переписывались, но достаточно редко, поэтому до пожеланий на ночь доходило всего пару раз. Звук уведомления. Это Соня. Только Кертис зашел посмотреть, что она ему написала, как пришли заветные «Хорошо. И тебе спокойной.». И все. И остановилось сердце. И уснул наш балда с телефоном на груди, так и не выключив ноутбук. Главное, что будильник был заведен.