Сокровенная мечта

      В целом, кроме инцидента с падением Сяо Чжаня в воду, во время рыбалки больше ничего не произошло. Рыбу они, к собственному удивлению и удовольствию, поймали, обещая себе знатный ужин. Изрядно устав, подростки перебрались на берег, чтобы немного отдохнуть.       — Диди, — произнёс Сяо Чжань, мирно растягиваясь на песке во весь рост прямо рядом с сидящим Ван Ибо. — Как думаешь, долго мы здесь пробудем?       — А что, ты уже устал быть там, куда так сильно хотел попасть?       — Нет, напротив. Мне здесь очень нравится. — Сяо Чжань поднял руку, чтобы прикрыть глаза от солнца, а сам незаметно посмотрел на Ван Ибо. Парень устремил взгляд куда-то вдаль и явно о чем-то задумался. — Здесь нет давления со стороны, нет постоянного контроля, нет толп в меру любопытных людей.       — И всё? Это всё, что тебе здесь нравится? — Ван Ибо перевёл взгляд на лежащего рядом юношу.       — Ещё здесь есть ты.       — Какая честь. — Ван Ибо усмехнулся и даже хотел перевести всё в шутку, когда почувствовал, как его спины коснулись горячие сухие пальцы. Оказывается, Сяо Чжань успел завести руку за голову, чтобы было удобнее коснуться его. — Что?       — Спасибо, что ты здесь. Правда, спасибо.       Вдруг в голове Сяо Чжаня вспыхнул яркий луч света — словно молния, озарившая тёмные облака сомнений. Всё вокруг словно заплясало яркими красками, а внутри вспыхнуло понимание — простое и очевидное, как улыбка солнца за горизонтом. Смотря на поведение Ван Ибо, юноша понял, что это были не просто шутки или издевательства. Это было чувство привязанности. Именно то, что испытывал и сам Сяо Чжань. Стоило только это понять, как сердце наполнилось теплом, и словно по коже пробежала волна спокойствия.       «Как же я раньше не понял этого?» — мысленно сокрушался парень, вспоминая, с каким теплом Ван Ибо относился к нему.       — Как будто бы я мог быть в другом месте. — Ван Ибо отвел взгляд от Сяо Чжаня, стараясь скрыть свои чувства.       Но Сяо Чжань уже обо всём знал. Он чутко спал и замечал, как юноша крепко прижимает его по ночам, чтобы согреть. Или как он ищет его во сне рукой, стоит лишь отойти. А ещё Сяо Чжань чувствовал, как Ван Ибо неосознанно, но возбуждающе трётся о его ягодицы ночью. А Сяо Чжань потом не мог найти себе места из-за собственной неудовлетворённости.       — Конечно мог, — между тем продолжил Сяо Чжань, хитро прищурив глаза. — У тебя там осталась теперь армия фанатов, среди которых, я уверен, ты с лёгкостью мог бы найти себе кого-то более… Ммм… Адекватного. — Ван Ибо теперь смотрел на юношу настолько пристально, что Сяо Чжаню стало даже немного не по себе. Но он всё равно продолжил: — Так лихо перемахнул через борт, запрыгнул в бушующие волны и чуть не утонул, и ради кого?       — Я же говорил, что буду с тобой. И как бы ты тут выжил один, а? — Ван Ибо приблизился к лежащему рядом Сяо Чжаню. Он наклонился так низко, что рука, ранее заведённая парнем ему за спину теперь была почти в районе талии. — М-м?       — Ну-у… Ну как-нибудь бы выжил. — Сяо Чжань отвернул голову, лишь бы не смотреть в горящие бездонные глаза юноши.       — Забудь об этом. Я тебя так просто не оставлю, запомни уже.       И Ван Ибо опустился на нагретый солнцем песок, облокачиваясь на руку, второй же повернул лицо Сяо Чжаня к себе и поймал его полный нежности, ласки и заинтересованности взгляд. Тело двинулось быстрее мысли, и вот он только что лежал рядом, а в следующую секунду уже впивается губами прямо в сухие и немного потрескавшиеся губы Сяо Чжаня.       В этот момент, о котором юноша так долго мечтал, казалось, что вселенная остановилась, замерла, чтобы продлить этот момент волшебства. Все чувства словно взорвались, вырвались наружу из тесного кокона внутренних метаний и полностью поглотили подростков.       Ван Ибо целовал страстно, жадно, не давая вздохнуть, и, кажется, сам задержал при этом дыхание. Ему казалось, что если оторваться от желанных губ, больше никогда не получится приблизиться вновь.       Но потом почувствовал, как руки Сяо Чжаня обнимают в ответ, как раскрывается рот, впуская внутрь жадный до ласк язык и скорее почувствовал слабый стон, нежели услышал его.       Ван Ибо нехотя оторвался от Сяо Чжаня, чуть отстранившись. Щёки юноши под ним пылали алым, дыхание сбилось, а губы порозовели и стали влажными от ласк.       — Ты мой самый большой соблазн, Сяо Чжань, — прошептал еле слышно Ван Ибо.       — А ты мой, Ван Ибо, а ты мой. — Сяо Чжань сам притянул парня к себе. Они погрузились в сладкий поцелуй, наслаждаясь нежностью рук и трепетом тел друг друга.       Их чувства было сложно выразить словами. Поцелуй казался чем-то большим, чем просто соприкосновение губ. Казалось, они слились не только физически, но и на уровне дыхания и мыслей. Эмоции переплетались так тесно, что было трудно отделить одну от другой. На мгновение показалось, что они действительно стали одним целым. Но в следующий миг Ван Ибо отстранился, тяжело дыша, и нежно погладил растрепанные волосы парня рядом.       — Ты такой красивый. И такой мой. — В эти простые сумбурные слова Ван Ибо вложил гораздо, гораздо больше того, что произнёс. Он был готов не просто прыгнуть в пучину океана за Сяо Чжанем, он был готов даже бросить всё, лишь бы только быть вместе. Ван Ибо знал, что Сяо Чжань — его вторая половинка, его недостающий кусочек. Сяо Чжань был тем, кто дарован ему Небесами, вторая половинка души. Крепко обняв парня, он страстно прошептал: — Я никому тебя не отдам, слышишь? Никогда не отдам.       Сердце Сяо Чжаня заходилось не только от поцелуя, но и от страстно произнесённых слов. Он никогда не считал себя романтиком, но стоило лишь услышать «такой мой» и «никогда не отдам», как волнение затрепетало внутри подобно рою бабочек, что хрупкими крыльями порхают в животе, сметая какие-либо доводы рассудка.       — Ибо… — он смог вымолвить лишь имя, но этого хватило, чтобы Ван Ибо снова приник в страстном поцелуе, и всё, что оставалось сделать Сяо Чжаню, лишь держаться за крепкую спину, прижимая парня ближе.       Сладкий, пьянящий поцелуй, вкус пухлых губ и напор парня показались Сяо Чжаню смутно знакомыми. Поцелуй... Тот самый первый поцелуй, после которого юноша уверился в своей ориентации. Он не мог забыть этого. Сладость губ и напор того юноши остались в памяти и в сердце как самое сладкое воспоминание. Вот только лицо... Оно быстро стёрлось из памяти, оставшись лишь размытыми контурами.       ~ Двумя годами ранее ~       Всё началось с того, что после тренировки к Ван Чжочэну подошла поклонница и предложила встречаться. Парень даже не стал раздумывать над предложением и сразу ответил отказом. А всё потому, что недавно увидел по телевизору мужчину, который ему очень понравился. Этот образ стильного и уверенного в себе человека не давал ему покоя, и подросток уже две ночи подряд видел его во сне. На прощание разочарованная отказом девушка попросила поцелуй. С трудом переборов себя и опасаясь разоблачения, Ван Чжочэн поцеловал её, брезгливо морщась.       Вечером того же дня признался Сяо Чжаню, что, кажется, гей. Друг пришёл на выручку и предложил поехать в соседний город, чтобы проверить это наверняка. Для этого они нашли небольшой, но популярный ночной клуб и отправились отдохнуть.       Без каких-либо сложностей войдя внутрь, их окутали громкие танцевальные басы. Другие подростки, а также просто посетители сновали туда-сюда с напитками в руках. Некоторые же отдавались музыке на танцполе, а кто-то решил уединиться, спрятавшись в тени колонн.       Сяо Чжань и Ван Чжочэн прошли внутрь, всё ещё неуверенные в правильности своего решения. Они взяли напитки и расположились за столиком рядом с площадкой, чтобы присмотреться к танцующим.       Вот только смотрели не только они, но и сами юноши привлекали внимание. На этот вечер парни решили расслабиться, и так как родителей Ван Чжочэна снова не было дома, то все приготовления легли на его плечи. И это касалось не только дороги, но и одежды. И здесь он справился на все сто процентов.       Теперь благодаря другу Сяо Чжань был одет в узкие чёрные джинсы с белыми полосами по бокам, несколько тонких металлических цепочек различной длины выгодно оттеняли стройные ноги и тонкую талию, издавая при ходьбе тихий мелодичный звон. Сверху была широкая, наполовину расстёгнутая рубашка и ярко-красная майка без рукавов. В целом ему было даже комфортно в этом.       Так как Сяо Чжань до этого по клубам не ходил, то не знал, что те самые вставки в джинсах привлекут массу внимания именно к его персоне. Однако и Ван Чжочэн, нарядившись в кожаные штаны и черную футболку, не оставался без внимания, поэтому достаточно быстро скрылся из виду с каким-то парнем, оставив друга одного. Но Сяо Чжань не расстроился и просто решил отдохнуть, отбросить всю обычную серьёзность и... потанцевать.       Первые пару песен движения были скованными, но после на талию опустилась горячая ладонь, прижимая к кому-то сзади. Это напугало юношу, и он окончательно сбился с ритма, остановившись.       — Если ты расслабишься, я помогу тебе двигаться в такт. — Низкий бархатный голос прозвучал прямо около уха, опаляя жаром дыхания. — Не бойся, я не кусаюсь.       Сяо Чжань хотел повернуться, но руки намертво прижали к горячему телу, не давая какой-либо свободы. Он и сам не понял, как и почему, но спустя какое-то время расслабился в этих властных руках, позволяя незнакомцу обнимать себя и раствориться в громкой музыке, а также в лёгком аромате чужого парфюма.       Сяо Чжань не мог поверить в то, что теперь, так сильно прижатое к чужому телу, его собственное двигалось легко, движения плавно перетекали из одного в другое, а дыхание сбивалось. В голове был полнейший хаос, но юноше это даже нравилось.       Он чуть повернул голову, желая увидеть, кто был сзади, но в тот момент, а может, и не только в тот, незнакомец отвернулся, и удалось разглядеть только синие вьющиеся волосы, которые обрамляли лицо. Слегка разочарованный, Сяо Чжань отвернулся и снова немного вздрогнул, когда горячее дыхание вновь обожгло ухо.       — Хочешь узнать, как я выгляжу?       — Хочу.       — Прости, малыш. Боюсь, что после этого ты уже не сможешь так наслаждаться танцем, как сейчас.       — И пусть.       Сяо Чжань вновь попытался повернуться, ожидая сопротивления, но в этот раз его не было. Незнакомец и сам повернул парня к себе, а после впился в губы своими, целуя напористо. Руки его обнимали за талию, обозначая превосходство и явное возбуждение. Растерянность быстро уступила место жгучему желанию, и Сяо Чжань утонул в нём, как в бурлящей лаве. Их губы соединились в пылком и страстном поцелуе, который вырывался из самых глубин души. Тепло губ обжигало, словно огонь, влекущий и жгучий. Волнение пробежало по каждой клеточке тела — дыхание сбилось, руки непроизвольно сжали талию, притягивая ближе.       Поцелуй был безудержным танцем двух тел и двух сердец, в котором не было места ни для раздумий, ни для слов. Язык плавно касался, исследуя, отвечая на зов другого, а в груди разразилась буря страсти и желания. Время словно растянулось, и мир вокруг исчез — осталось только это ощущение настоящего, полного и захватывающего.       ~ Наше время ~       Сяо Чжань растворялся в том поцелуе так же, как и сейчас.       «Так это был ты. Ван Ибо, это всегда был только ты», — мысленно произнёс Сяо Чжань, крепче прижимая Ван Ибо к себе.       Оторвались друг от друга парни не сразу. Настолько не сразу, что солнце давно перевалило за полдень.       — Гэ, если ты меня не отпустишь, сегодня снова буду крепко прижимать тебя к себе.       — Если ты подумал, что это угроза, то ты чертовски ошибся. — лишь отмахнулся парень, снова осыпая лицо Ван Ибо поцелуями.       — Ладно-ладно, тогда просто отпусти, и мы с тобой укрепим наше гнёздышко, чтобы это всё не снесло к херам собачьим. — Ван Ибо всё же смог подняться настолько, что теперь смотрел на сгущающиеся вдалеке тучи. — Кажется, сегодня будет гроза. Нужно развести сигнальный костёр.       — Ага-а… Я не буду с тобой спорить, но учти, что если мы когда-либо сможем вернуться, то спорить со мной не будешь уже ты.       — По рукам. А теперь за дело!       Они провозились с укрытием до самого вечера. На их счастье, те самые тучи не добрались до острова, но надежды на то, что дождя не будет вообще, ни у кого не было. А уж болеть было совершенно запрещено. Припасенные Ван Ибо лекарства было решено использовать только в случае крайней необходимости. А после, утомлённые, легли спать, тесно прижимаясь друг к другу.       Этой ночью они чувствовали себя настолько счастливыми, насколько это вообще было возможно.

***

      — Ну что, удалось что-то разузнать? — Ван Чжочэн практически налетел на Лю Хайкуаня в холле отеля. Хоть и говорят, что отсутствие новостей уже является хорошей новостью, но этот случай определенно сюда не относился. Чем дольше не было вестей, тем сильнее парень чувствовал себя беспомощным.       — Нет. В участке сказали, что они делают всё возможное. — За эти несколько дней под глазами мужчины появились мешки и тёмные круги. Он старался держаться, но, видя, что полиция явно не отдаёт все силы для поиска подростков и не даёт семьям этого же сделать, отметая любые возможности, на самом деле вгоняло в уныние. Видя, как расстроился от ответа подросток, Лю Хайкуань постарался натянуть на себя самую доброжелательную улыбку.       — Перестань притворяться. Твои синяки под глазами говорят лучше любых слов. — Ван Чжочэн протянул руку и коснулся осунувшегося лица мужчины. — Они не пропадут. Уверен, что им там гораздо лучше, чем нам здесь. И как только увижу Чжаня, я ему…       — Спасибо…       — М-м? За что?       — Врать ты умеешь куда лучше меня. Знаю же, как сильно ты волнуешься, и всё равно ещё и меня приходится успокаивать. Ужасно. Чувствую себя таким жалким…       Мужчина опустил голову. Усталость исходила от него волнами, и подросток взял его руку в свою и потянул в сторону прохода. Нехотя, но Лю Хайкуань подчинился, а уже скрывшись от посторонних, Ван Чжочэн крепко обнял его и ласково гладил по спине, приговаривая, что они обязательно смогут найти потеряшек. И когда эти два олуха будут стоять перед ними, то он, Ван Чжочэн, обоим уши надерёт.       От неумелой попытки успокоить становилось смешно. С трудом, но мужчина смог улыбнуться. Всё же юноша прав, они обязательно найдут пропавших, а сейчас он обязан держаться. Не может же взрослый мужчина проиграть в стойкости младшему, правда ведь?       — Ты прав, мы найдём их.       — Я всегда прав, просто смирись с этим. И тебе надо поспать, а то смотреть страшно уже.       — Хорошо. Тогда я пойду. Ещё увидимся? — Это маленький остров. — Ван Чжочэн не дал прямого ответа, но и не отказал. Он лишь дьявольски усмехнулся и ушёл.       По поводу этого сорванца, который то лишает сил, то, напротив, даёт их, у Лю Хайкуаня было двоякое мнение. Разумеется, пока парень несовершеннолетний, то ни о каких отношениях даже думать нельзя. Но с другой… Стоит только вспомнить поцелуй или вот те нежные касания только что, удержаться становится всё сложнее и сложнее.       Внезапно из размышлений его вывел телефонный звонок. Быстро достав мобильный, Лю Хайкуань застонал. «Депутат». Быстро набрав в грудь воздух, а после резко выдохнув, мужчина взял трубку.       — Да, господин. Лю Хайкуань слушает.       — Уже нашли этого паршивца? — И правда, разве стоило ожидать чего-то хорошего от этого человека.       — Ещё нет, господин. Полиция делает всё, что в их силах, чтобы найти вашего сына.       — Только смотри, чтобы пресса не пронюхала ничего. — Он ненадолго замолчал, а после продолжил. — Дай им ещё день, а если не найдут, используй любые средства, но за шкирку притащи его. Ты понял?       — Да, господин. — Но это было сказано уже в тишину, так как отец Ван Ибо уже повесил трубку.       «Надеюсь, что с тобой всё в порядке, Ибо», — мысленно добавил мужчина, а после поплёлся в номер. Ему и правда стоит отдохнуть, пока совсем не свалился с ног.       Однако ни на следующий день, ни через три дня, ни даже через две недели подростков найти никак не получалось. Отец Ибо, господин Ван Дацзинь, совершенно недвусмысленно заявил, что использовать прессу строго запрещено. Вместо этого максимально скрытно и строго после подписи документов о неразглашении Лю Хайкуань нанял несколько поисково-спасательных отрядов, лишь им рассказав, кто именно пропал. Но пока что даже хотя бы малейших зацепок о местонахождении подростков не было.

***

      Между тем Ван Ибо и Сяо Чжань постепенно привыкли жить на острове. Они укрепили их убежище, сделали несколько больших и готовых к использованию сигнальных костров на обоих пляжах, а сами полностью погрузились в ту самую приятную и нежную романтику, о которой только можно было мечтать двум влюбленным подросткам.       Они делали всё вместе: ловили рыбу, собирали фрукты, ходили за хворостом днём, а по ночам ласкали друг друга, упиваясь сладкими стонами и звуками поцелуев. Но дальше простых, хоть и чувственных прелюдий так и не дошло. Хотя хотелось, конечно. Но они понимали, что если сделают это, то уже ничего и никогда не будет как прежде.       А ещё Ван Ибо опасался, что его отец крайне негативно воспримет новость о Сяо Чжане и попытается как-то помешать. Поэтому парень искренне намеревался продержаться столько, сколько потребуется. Но с Сяо Чжанем, чувственным и соблазнительным, это было колоссально сложно сделать.       И вот в один из дней, когда подростки собирались отправиться на рыбалку, к острову направлялась тёмная туча. Им уже пришлось пережить несколько ливней, но такого пасмурного неба они давно не видели. Они аккуратно спрятали вещи, чтобы их не смыло или не унесло ветром, и направились к бурным водам океана.       — Чжань-гэ, останься на берегу, сегодня там опасно.       — Ещё чего! Мы же с тобой уже решили, что куда ты, туда и я. К тому же, — крикнул Сяо Чжань, находясь уже на половине пути, — В воде будет спокойнее, чем на суше. Да и вообще, это ж разве туча? Брось, до нас, как и в прошлый раз, долетит лишь пара капель, а ты уже весь распереживался.       — Этот придурок… У кого он только научился быть таким безбашенным? — прошептал Ван Ибо себе под нос. Тот Сяо Чжань, которого он знал ранее, никогда бы не стал делать ничего настолько абсурдного, как отправляться в море во время надвигающегося шторма. Но, будучи таким, Сяо Чжань кружил голову ещё сильнее, чем обычно. И Ван Ибо крикнул что есть силы: — Подожди меня!       Сяо Чжань остановился, ослепительно улыбнулся и протянул к нему руку, дожидаясь. А у Ван Ибо и от бега, и от такого любимого сердце так и заходилось в груди. Как же сильно он его любит и как же сильно хочет защитить. Когда Ибо поравнялся с парнем, то добавил.       — Только быстро, вот прямо туда и обратно, понял? В море скоро тоже может быть опасно!       — Конечно!       Взявшись за руки, подростки побежали в воду, чтобы вместе нырнуть и, расцепив руки, поплыть ко дну в поисках моллюсков. Как бы им не хотелось, но быстро найти что-то стоящее не получалось.       К тому времени, как лёгкие начало жечь от нехватки кислорода, шторм добрался и до их побережья. Ван Ибо посмотрел вверх, оглянулся по сторонам, но не смог разглядеть Сяо Чжаня. И тогда ледяной страх за любимого сковал его сердце.       «Да чтоб его! Где же ты, Чжань-гэ?» — Ван Ибо оглядывался по сторонам, пока мог оставаться под водой. Не увидев парня, он решил подняться на поверхность, чтобы глотнуть кислорода и продолжить поиски.       Так он и сделал, но когда снова погрузился под воду, то почувствовал, как что-то утягивает его на глубину. Или кто-то.       Ван Ибо с трудом рассмотрел Сяо Чжаня, что заговорщески улыбался, а когда понял, что его раскусили, то, касаясь своего парня и держась за его тело на менер лестницы, поднялся до уровня губ и поцеловал. Теперь Ван Ибо не понимал, от чего у него начала кружиться голова: от безрассудного, но такого горячего поцелуя или же от того, что лёгкие снова загорелись, требуя срочно подняться на поверхность. Самое странное было то, что Сяо Чжань, похоже, таких проблем не испытывал.       Ван Ибо потянул любимого к берегу, чтобы они могли всплыть ближе к суше. А после, подгоняемые высокими волнами, выбрались на берег и поспешили в своё укрытие.       — Ты сумасшедший… Псих, вот ты кто! — Ван Ибо упал на уже привычные листья пальмы и старался отдышаться и от быстрого бега, и от борьбы с парнем под водой. — Как ты?.. Как тебе, блин, в голову вообще это взбрело?       — Ты про то, как я так долго пробыл под водой? — невинно спросил Сяо Чжань, ложась рядом и кладя руку на быстро вздымающуюся и опускающуюся грудь парня. — Я же хотел сюда попасть, поэтому втайне тренировался задерживать дыхание. Видишь, как это оказалось полезно!       — Аж пиздец как!       — Да ладно тебе, Бо-ди! Ты что же, обижаешься?       — Я не буду этого делать, если ты поцелуешь меня сейчас, а потом ещё раз под водой, но только не в бурю и чтобы я мог при этом видеть тебя.       — Договорились, — промурлыкал Сяо Чжань, полностью отдаваясь поцелую и не обращая больше ни на что внимания.       Он полностью расслабился, давая Ван Ибо сильнее прижимать его к себе. Их губы, что так часто встречались, не могли насытиться друг другом, языки переплетались, а из горла то и дело доносились слабые стоны. Сяо Чжань был не в силах терпеть постоянное возбуждение рядом с Ибо, ему хотелось большего. Никогда прежде юноша не испытывал такого сильного желания, которое почти вытесняло все остальные мысли. Похоть захватывала целиком.       — Бо-ди… — низким голосом проговорил Сяо Чжань, потираясь своим возбуждением о пах Ван Ибо. На них было только нижнее бельё, которое прямо сейчас безумно раздражало. — Диди, давай…       — Гэ… — сосредоточиться на том, чтобы отказать, было всё сложнее и сложнее. — Чжань-гэ…       — Не бойся. Я всегда буду с тобой, несмотря ни на что.       Вокруг бушевала стихия. Ветер безжалостно срывал охапки листьев, служившие крышей. Дождь хлестал с такой силой, что это могло быть больно, однако парни были поглощены исключительно друг другом.       И когда Сяо Чжань произнёс то, о чём Ван Ибо и не мечтал, казалось, последняя внутренняя линия обороны пала. Мысленно парень поклялся сам себе, что никому и никогда не позволит навредить Сяо Чжаню. Он обязательно защитит того, кого любит и не важно, чего при этом лишится он сам.       — Диди… — вновь прошептал Сяо Чжань на ухо Ибо, прикусывая мочку уха.       Рука парня ласкала бока Ван Ибо, очерчивала каждую мышцу, до которой могла дотянуться, пока, наконец, не опустилась до резинки нижнего белья. Пальцы юноши, такие длинные и прекрасные, играли с тканью одежды, лишь изредка проникая под неё и касаясь тех мест, которые они, не сговариваясь, решили не касаться. Сейчас же Ибо сам перехватил инициативу, прижав, а затем перевернув Сяо Чжаня на спину. И теперь Ван Ибо не мог налюбоваться возбуждённым парнем прямо под ним.       Его любимый лежал, расставив ноги так, чтобы он мог отлично между ними поместиться, руки протягивал вверх, желая обнять и притянуть к себе, а выпуклость на белье давала недвусмысленно понять степень желания.       Ван Ибо облизнул снова пересохшие губы и наклонился, страстно впиваясь губами во всё ещё соленые от морской соли любимые губы. Языки вновь страстно сплетались, танцевали во рту и не могли остановиться. Дыхание полетело к чертям, как и вся выдержка Ибо. Он немного отстранился и медленными поцелуями начал плавно спускаться вниз, начиная путь от маленькой темной родинки под приоткрытыми губами. После расцеловал лицо, слыша весёлый смех, слегка прикусил мочку уха, и смех сорвался на стон.       А после стал опускаться всё ниже и ниже, целовал ключицы, слизывал капельки солёной воды, ласкал горошины сосков, слегка их покусывая и играя пальцами. Сяо Чжаню казалось, что он тонет в ласке любимого. Всё, что сейчас занимало его внимание, был Ван Ибо, что медленными влажными поцелуями скользил по коже. Ни один миллиметр не остался без внимания. И когда юноша добрался до кромки белья, то стянул его ладонями, кончиками коротких ногтей чуть царапая кожу.       А когда ненужная более ткань полетела в сторону, Ван Ибо ртом опустился почти до самого основания крепко стоящего члена, а Сяо Чжань дёрнулся от неожиданности. Ван Ибо медленно выпустил изо рта член, и когда внутри осталась только алая и сочащаяся головка, начал ласкать её языком, попеременно посасывая. Парень под ним сходил с ума от удовольствия.       Сяо Чжань лишь читал про минет и видел в роликах для взрослых, но до этого момента и не представлял, насколько это приятно. Он чувствовал бархатный язык по всей длине плоти, ощущал, как тот облизывает вены, играет с уздечкой, при этом придерживая основание рукой. А после, причмокивая, Ван Ибо выпустил возбуждённое естество и взял в рот яички, перекатывая их языком прямо во рту. Сяо Чжань не представлял, куда себя деть от такой стимуляции. Он впивался пальцами во влажные волосы, выгибался и стонал. Юноша мечтал о том, чтобы это как можно скорее закончилось, и одновременно с тем, чтобы не кончалось никогда. Не потребовалось много времени, как с протяжным стоном он кончил, обмякая.       Ван Ибо посмотрел на него, снова облизнувшись, и такой малости хватило, чтобы он сам излился в руку, которой обхватил свой колом стоящий член.       — Бо-ди, ты лучший, — прошептал Сяо Чжань, притягивая парня к себе и страстно целуя. Он желал продолжения, желал, чтобы Ван Ибо вошёл в него, неистово двигался и заполнил изнутри. — Но это же ещё не всё, правда?       — Не сегодня, гэ. — Ван Ибо принялся расцеловывать лицо возлюбленного, прижимая к себе.       Юноше очень хотелось продолжить, хотелось взять Сяо Чжаня, войти в него до самого упора и вбиваться так, чтобы у его любимого сердечки из глаз посыпались, или же входить медленно и дразнить, пока сам Сяо Чжань не захочет ускориться. Эти мысли не давали покоя уже давно, и, видимо, Сяо Чжань сам на него скоро такими темпами запрыгнет. Принуждать любимого хоть к чему-то такому он совершенно не хотел.       Немного отдышавшись и в который раз радуясь окружающим их тропикам, подростки огляделись вокруг. В пылу внезапно охватившей их страсти они и не замечали, что творится вокруг, а теперь радовались, что их укрытие не упало сверху, потому как от «потолка» остался каркас и пара охапок листьев. Остаток дня они провели за тем, чтобы укрепить и собрать всё заново и разобрать дорожку на пляже к воде.

***

      Лю Хайкуань ходил из стороны в сторону по небольшому холлу гостиницы. Сейчас на острове остались только он и Сяо Донгэй. Школьники вместе с учителем неделю назад уехали домой, и могли бы сделать это ещё быстрее.       Сложнее всего уезжать пришлось Ван Чжочэну и Сюань Лу. Девушка то и дело всхлипывала и крепко ручками цеплялась за стоявшего рядом Цао Юйчэня. Юноша обнимал её и тихо, но уверенно твердил, чтобы она не опускала руки и надеялась на лучшее. Но здесь они всё равно ничем не смогут помочь, поэтому лучше будет вернуться домой.       Ван Чжочэн соглашался с ним, похлопывая подругу по плечу, и молча, чуть покрасневшими глазами, смотрел на Лю Хайкуаня. За время, проведённое на острове, они сблизились. Тот поцелуй на тёмной аллее не был единственным, что влюблённые разделили под покровом темноты. Ещё были прогулки по пляжу, любования луной и купание в ночном море, где лишь звёзды и небо были свидетелями их страсти.       Сейчас же юноша хотел прижаться к возлюбленному, чтобы почувствовать себя спокойнее и заодно попрощаться. Он не знал, когда сможет снова утонуть в бездонном взгляде мужчины, когда сможет почувствовать горячее дыхание на коже и ощутить обжигающие поцелуи. Он очень хотел, но не мог даже прикоснуться к нему, но видел, что Лю Хайкуань испытывает такие же чувства.       Но вот к ним снова подошли полицейские и ещё одной незримой стеной разделили два рвущихся друг к другу сердца.       Полиция снова и снова допрашивала подростков, выясняя малейшие детали происшествия. Кроме этого, их также интересовали и их взаимоотношения, атмосфера в классе и школе, завистники и различные слухи. Сяо Чжаня любили или прислушивались к его мнению. Одноклассники говорили, что он мог убедить кого угодно. Особенно тесное общение у него было с новеньким Ван Ибо. Тот держался холодно, и другие ребята не спешили с ним сближаться. А тех, кто пытался, он мог просто игнорировать или отшивать. Единственный, к кому Ван Ибо прислушивался, был Сяо Чжань.       Одной из версий, что выдвинули полицейские, был совместный побег школьников как влюбленных. Но ещё раз проверив семью Ван Ибо, сотрудники сами же эту версию и отмели, мотивируя тем, что сын политика не будет связываться с никому не нужным и неизвестным парнем, да еще и из неполной семьи. Посмеявшись, они начали прорабатывать иные версии, но так ни к чему и не пришли.       И теперь Лю Хайкуань и Сяо Донгэй вынуждены были слушать, что полиция сделала всё возможное и невозможное, но так и не смогла найти подростков, выразила соболезнование и посоветовала обоим отправляться домой и принять такие новости. Молча выслушав их, мужчины вышли из здания участка и переглянулись.       — Господин Сяо, вы верите в то, что мальчики ещё живы?       — Разумеется, господин Лю. Я буду верить в это несмотря ни на что!       — Отлично, тогда давайте пойдём и расскажем вашу идею о течениях специально нанятой команде. Это профессионалы своего дела, но ранее они обследовали местность, основываясь на своих знаниях. Кто знает, может, вы сможете дать им курс, который они не рассматривали ранее.       И вот так, придя к тому, что опускать руки запрещено, оба мужчины поспешили на вертолетную базу. По пути телефон Лю Хайкуаня снова зазвонил, и мужчина, лишь бросив взгляд на номер, поспешил ответить.       — Господин, вы уже прилетели? Мы уже направляемся на вертолетную базу к спасателям, которых вы рекомендовали. Что? А, да, хорошо. Будем ждать вас на месте!       Сяо Донгэю было очень интересно спросить, кто же это, но воспитание и непонятно откуда появившаяся скромность не позволили этого сделать. Но Лю Хайкуань заметил заинтересованный взгляд мужчины, а звонивший подарил надежду, сказав, что прилетел, чтобы при помощи своих знаний и связей помочь в поиске детей.