Ситуация-дерьмо

Сознание вернулось к Морти медленно. Сначала было ощущение, что его выкинули на холодный пол и забыли. Не боль, именно этот мерзкий, липкий холод, который ползёт по спине и заставляет внутренности сжиматься. Потом пришёл звук. Низкий, гудящий, как будто где то рядом работала огромная фигня, которой плевать, жив ты или нет. Сон, просто кошмар, воспаленное воспоминание с Бекса-309. Морти дернулся и тут же стукнулся локтем. -Блять! Вырвалось. Он резко открыл глаза и тут же зажмурился. Свет был тусклый. Не яркий, нет, мёртвый. Такой, как в больнице или в школьном коридоре ночью, когда лампы жужжат и явно ждут, когда ты сдохнешь. Когда зрение чуть прояснилось, до него дошло. Он сидел. И вокруг были прутья. -Не… нененене… Пробормотал Морти, судорожно оглядываясь. Клетка. Настоящая, блинский, клетка. Толстые искривлённые прутья, холодные, будто их специально держали в морозилке. Под ногами, решётка, а под решёткой, темнота. Не просто «дыра», а такая, от которой тянет сыростью и чем то химическим, будто там внизу кого то уже растворили. Сердце долбануло по рёбрам, такой страх Морти чувствовал лишь несколько раз в жизни. -Рик?! Он почти заорал, но голос вышел жалкий и тонкий, как будто его задушили на полпути. Ответа, конечно, не было. Морти схватился за прутья. Металл был не как металл, он вибрировал под пальцами, чуть чуть, еле заметно, словно клетка хотела что бы он убрал руки. От этого по коже пробежали мурашки. -Охренеть… Выдохнул он. -Где я вообще?.. В голове была каша. Обрывки. Гараж, свет, портал… и потом, пусто. Как будто кто то взял и вырезал кусок памяти тупыми ножницами. Он зажмурился, пытаясь вспомнить, дрался ли, орал ли, звал ли Рика. Ничего. -Блять…Чёрт… За пределами клетки было ещё хуже. Огромное пространство, слишком большое, чтобы быть комнатой, и слишком ровное, чтобы быть природой. Пол из тёмных плит, трещины светятся грязным красным, будто планета сама гниёт изнутри. Где-то вдалеке двигались тени. Не скрываясь. Не торопясь. Как будто знали, что ему некуда деться. Морти медленно подтянул колени к груди и обхватил их руками. Голова гудела, желудок сводило, а внутри росло это тупое, мерзкое чувство, не паника, нет. Осознание. Он здесь один. Рика нет. Портала нет. И клетка никуда не денется. Он уткнулся лбом в колени и выдохнул дрожащий воздух. -Только бы он…снова нашел меня.

***

Рик был в гараже. Как обычно. Как будто, сука, что то в его жизни вообще бывает как обычно. Он собирал механизм. Маленький, аккуратный, почти как детская игрушка, если вообще можно так сказать о железе, проводах и иглах. Устройство для введения препаратов прямо в кожу. Без боли. Без проколов. Без вот этого вечного «ай, Рик!» и «ты уверен?!». Всё ради этого говноеда. Сколько раз он уже ставил Морти уколы и каждый раз тот морщился, дёргался, сжимался, будто Рик собирался не витамин вколоть, а душу вытащить. -Ну конечно, тебе не больно, ты же, блин, не чувствуешь. Буркнул Морти, когда Рик припаивал очередной контакт. Дальше Морти что то рассказывал. Какую то чушь. Про школу, про какую то тупую хрень, про что то, что Рик даже не пытался осилить. Слова шли фоном, сплошным шумом, но приятным шумом. Тем самым, который не бесит. Не давит. Не требует ответа. Рик не слушал ни одного слова. И ему было хорошо. Никакая музыка, никакое радио, никакой грёбаный подкаст про «гениев галактики» не заменил бы это бормотание за спиной. Живое. Настоящее. Присутствующее. И именно поэтому он заметил это первым. Стеллажи затрещали. Не громко. Не драматично. Просто заметно. Земля под ногами едва ощутимо дрогнула, как если бы пространство кашлянуло. Инструменты на столе подпрыгнули на миллиметр и замерли. Морти продолжал говорить. -Морти. Сказал Рик автоматически. Ещё секунда. -Морти, блять, ко мне. Быстро. Он уже вскакивал, стул с грохотом улетел назад. Рик резко развернулся, протягивая руку, привычно, рефлекторно, раньше чем полностью понял что происходит. -СЮДА, СУКА! И тут, бац. Вспышка, белая и сухая. Без портала. Без предупреждения. Как будто кто то выдрал кусок реальности грязными руками. Морти просто изчез. Не упал, не отлетел, не растворился, его не стало. Рик схватил воздух. -…что. Пауза длилась долю секунды. Потом гараж снова стал обычным. Тихим. Он рванулся вперёд, туда, где секунду назад стоял Морти. Руки тряслись, пальцы судорожно шарили по пустоте, будто можно было нащупать хоть что-то. След. Остаток. Грёбаный атом. -Нет..не..не..нет..нет Рик обернулся, взгляд бешено бегал по гаражу, пока тот истерически посмеивался. Датчики. Сенсоры. Камеры. Нихуя. Ни портального следа. Ни разрыва. Ни сигнатуры. -Ты охуел, космос?! ТЫ ЧТО, РЕШИЛ ПОИГРАТЬ СО МНОЙ?! Заорал он в пустоту. Он влетел к консоли, ударил по панели так, что экран мигнул. Пальцы летали по кнопкам, он одновременно матерился, считывал данные и задыхался. -Только не он… только не этот пиздец. Бормотал Рик, и голос срывался. Механизм на верстаке тихо щёлкнул, закончив сборку. Безболезненный. Идеальный. Ненужный. Рик смахнул его на пол одним движением. -Я же был рядом… Я, блять, протянул руку. Он замер посреди гаража, грудь ходила ходуном, глаза бешено блестели. -Я тебя найду. Где бы ты ни был. Хоть в жопе вселенной. Хоть вне времени. Хоть вне всего. И в этот момент в Рике не осталось ни сарказма, ни усталости. Только чистая, концентрированная ярость. С этого момента начинается Риково-безумие. Худшее из его состояний. Гараж больше не был гаражом. Он стал пристанищем безумного гения. Ладно, раньше тут тоже было не особо уютно, но сейчас... Рик не останавливался. Он мастерил, не собирал, не конструировал, а именно мастерил, как больной ублюдок, которому нужно постоянно двигать руками, иначе голова взорвётся. Что то паял, что то ломал, тут же собирал заново, не проверяя, не тестируя, не отдыхая. Формулы писались поверх старых формул, схемы перечёркивались и возвращались снова, уже с другими цифрами. Он пил. Много. Бутылки валялись под ногами, пустые. Фляга, та самая, родная, была опустошена ещё хрен знает когда и с раздражением брошена в угол. Алкоголь не расслаблял. Он просто не давал останавливаться. Хуй вам земные маркетологи. Хуй! Рик не купится на энергетики. Рабочий стол он вернул. Конечно, вернул. Как будто вообще могло быть иначе. Рик протащил его обратно через портал, через собственное бешенство. Ему нужно было все. Каждый инструмент. Каждая склянка. Каждая ошибка, которую он когда-то допускал. Он не мог позволить себе потерять ни одной возможности. Он резко выпрямился из за стола, спина хрустнула, в глазах на секунду потемнело. Рик выругался и пошёл к стеллажу, шатаясь не от пьянства, а от перегруза. Рука дёрнулась, вытащила первую попавшуюся коробку. И тут…мешок свалился с полки. Развязался. Из него выкатилась ракушка. Та самая. Рик замер, всего на секунду. На долю ебаной секунды. Ракушка лежала на бетоне, тёплая, гладкая, идиотски красивая. Та, на которую Морти пялился, как на чудо. Та, из за которой он так выбесил Рика. Та, которую он трогал. -…блять. Рик прошипел на выдохе. Он пнул её. Резко, со злостью, так что она с сухим щелчком улетела под стеллаж, исчезнув в тени. Даже не посмотрел, треснула она или нет. Плевать. Остальные ракушки оставшиеся в мешке превратились в пыль. Каблук опустился без колебаний. Потом ещё раз. И ещё. Хруст был мерзкий. Мелкий. Как ломаются зубы. -Хуйня. Всё это хуйня. Он стоял, тяжело дыша, среди осколков и пыли, что вылетели из тканного мешка, руки дрожали так, что он сжал их в кулаки до хруста костяшек. Рик был словно старой тачкой, вот вот развалится. Голос сорвался. -Никакие миры… никакие, блять, ракушки… =Мне нужен он.= Рик отвернулся, будто боялся, что ещё одна ракушка выкатится и посмотрит на него. Он вернулся к столу и схватив инструменты, продолжил работать. Потому что если он остановится, он начнёт думать. А это было куда страшнее чем спасать Морти. Спасение- это действие. Это вектор. Это чёткая цель: координаты, расчёты, кровь, взрывы, чёрные дыры, если понадобится. Рик без колебаний прыгнул бы в сингулярность, если бы знал, что Морти там. Разорвал бы пространство, время, саму логику, лишь бы дотянуться. Но думать, значило чувствовать. Ощущать эту блядскую правду: что прямо сейчас он беспомощен. Он! Рик! Что где то там Морти, возможно, орёт, паникует или уже не понимает, жив он или нет, а Рик здесь, в гараже, среди бутылок и осколков. Думать- это понимать что он мог бы уже его спасать…если бы знал как..И это было хуже любой чёрной дыры.

***

Тело помнило реальность слишком хорошо, чтобы отпустить её полностью. Он чувствовал голод тупой, тянущий, как будто внутри кто-то медленно наматывал кишки на кулак. Слабость расползалась по рукам и ногам, холод не уходил, он сидел где-то под кожей. Не страшный, недостаточно сильный что бы окоченеть, но и не слабый, что бы было возможно не обращать на его внимание. И всё вокруг было другое. Гараж. Он узнал его мгновенно, даже не задумываясь. Запах масла, озона и чего то горелого, родного. Скрипучая койка у стены. Та самая, на которую Рик иногда падал, не раздеваясь, в блевотине, матерившись чаще, чем делал вздохи. Ну короче да, дом, милый дом. Морти сидел на ней, свесив ноги, слишком усталый, чтобы удивляться, что он здесь. Перед ним был Рик. Сосредоточенный, молчаливый и спокойный. В руках у него был какой то прибор, сложный, замысловатый, с лампочками что мигали в один такт. Он водил им вдоль ноги Морти, чуть выше колена, и там, где проходило излучение, становилось теплее. Боль- та, что тянулась с реальности, будто притуплялась. Морти хотел сказать: =Мне холодно. Я хочу есть. У меня ещё тут болит, и здесь, и вот тут тоже.= Он открыл рот. Ничего. Даже воздуха не вышло. Горло сжалось, будто его и не существовало. Морти попробовал снова, сильнее, напрягая всё тело, но звук так и не появился. Ни слова. Ни шёпота. Рик не поднял взгляд. Он работал дальше, уверенно, будто всё шло как надо. Будто Морти сидел ровно, спокойно, будто ему нормально. Рик что то буркнул себе под нос, Морти не смог разобрать слов, только интонацию. Рабочую. Обычную. =Он не понимает= Дошло до Морти, и от этого стало хуже, чем от боли. Он попытался дёрнуть ногу, привлечь внимание, но тело слушалось плохо, как будто было сделано из ваты. Рик лишь машинально придержал её рукой, даже не посмотрев в лицо. -Сиди. Почти закончил. Голос был ровный, но приглушенный, Морти сам еле слышал его, не то что остальной мир. Такой, каким бывает звучание, когда он заботится. Морти посмотрел на него снизу вверх. Рик был здесь. Рик лечил его. Рик был рядом. И всё равно он был один. Голод тянул сильнее. Холод возвращался. А Рик продолжал работать, не замечая, что Морти молчит не потому, что ему хорошо. Потому что он не может сказать. Сон начал расползаться по краям, растворяться, и последнее, что почувствовал Морти перед тем, как снова провалиться в пустоту, это тёплое прикосновение прибора к колену. Морти проснулся. Не как от кошмара, без рывка, просто осознал себя. Тело вернулось раньше головы, и первым пришло ощущение тепла на колене. Странного, неуместного в нынешних реалиях. Он моргнул, опустил взгляд. Его светло-голубые джинсы были испачканы. Не грязь..и на ржавчину не похоже.. Одно колено, то, что было согнуто прямо перед глазами, стало тёмно-красным. Ткань потемнела, пропиталась. Морти уставился на неё, не сразу понимая. Кап. Капля упала на это пятно, сквозь решётку. Он замер. Это кровь, теплая и блин настоящая. Его джинсы были пропитаны кровью. Сердце переместилось в горло. Морти медленно, очень медленно поднял голову, не потому что хотел, а потому что стремно не поднять и не узнать что там. Прямо над клеткой, в полумраке, висел человек вверх ногами. Огромный ржавый крюк проходил сквозь его тело, как через кусок мяса. Вошёл где-то внутри, неаккуратно, грязно и острый конец выходил изо рта, разрывая губы, фиксируя челюсть в вечном, немом крике. Кровь стекала по подбородку, по лицу, капала вниз, прямо на Морти. Лицо было бледным, перекошенным, глаза распахнуты и смотрели во внутрь, прямо в него. Морти не дышал. Всё внутри сжалось в одну точку, готовую взорваться. Крик уже поднимался где то в груди, царапал горло, требовал выхода. И только одно удержало его. Он не узнавал этого человека: ни лица, ни одежды. Это был не Рик. Не кто-то из семьи. Просто труп. От этого стало не легче, но достаточно, чтобы Морти не закричал. Он сидел, застыв, чувствуя, как тёплая кровь медленно остывает на ткани, как капли продолжают падать вниз, как чужие мёртвые глаза всё так же смотрят на него. И тогда до него окончательно дошло: Сон- закончился. А кошмар- нет.