mermaid look

В Италии всегда светило солнце, и этот день для Мэттью не был исключением. Парень с улыбкой потянулся, вставая. Коричневые волосы были растрёпаны, глаза слиплись и едва могли раскрыться, а на щеке тонкой дорожкой засыхала слюна. Мэттью с улыбкой поморщился, слезая с кровати. Он быстро спустился по деревянной лестнице, громко топая босыми ногами и, дойдя до умывальника, тщательно умылся. Глазам сразу стало легче открыться и шатен пару раз проморгался с довольной улыбкой. Он снова поднялся на второй этаж, вернулся в свою комнату и переоделся в белую рубашку и лёгкие хлопковые штаны. Дверь с хлопком закрывается и парень прикрывает ладонью лицо, щурясь под солнечными лучами. Мэттью бодро шагает по улице, направляясь в знакомую церковь. Сейчас он снова будет петь церковные песнопения. Парень открывает широкие массивные двери и проходит в прохладную тёмную церквушку. Свет сквозь большое витражное окно освещает все скамьи и стены. —Давай быстрей становись,—шепчет ему рыжеволосый парень, кивая на священника. Мэттью подбегает к другу, хитро улыбаясь. Хор начинает петь. Приходят ещё несколько жителей, тоже садящихся слушать хор. Пение прекращается и прихожане, поклонившись, расходятся. —Почему торопил? Я же не опаздывал,—спрашивает Сок, смотря на друга. Тот улыбается, поправив рыжую шевелюру: —Просто. —Ну чудак,—хмыкает Мэттью, стукнув парня в плечо,—Куда пойдём? —Плавать,—отвечает парень. —Тэрэ, мы вчера ходили плавать,—цокает Мэттью,—Одежда мокнет, её сушить надо. —Так ты голым купайся,—Тэрэ удивлённо смотрит на него,—Я же не виноват, что ты почему-то стыдишься и в воду всё время в одежде залезаешь. Хоть ботинки снимать,—Тэрэ не договаривает, опуская взгляд на ноги,—Ты снова босой. Звучит осуждающе и с укором из-за чего Мэттью удивлённо смотрит на рыжеволосого: —А что не так-то? —У тебя же мозоли будут,—Ким качает головой удручённо. —Ничего страшного,—Мэттью махнул рукой,—Ладно, пошли на твоё море, только я домой за башмаками забегу. —Как скажешь,—Тэрэ ярко улыбается, останавливаясь возле скамейки и присаживаясь на неё,—Я тут подожду. Мэттью убегает к дому, по пути чуть не упав пару раз. Он быстро открывает дверь, хватает башмаки, натягивает их на ноги и выбегает из дома, снова хлопнув дверью. Тэрэ всё так же сидит на скамейке, болтая ногами и что-то напевая под нос. —Пошли,—Мэттью бежит вперёд, к берегу моря и Тэрэ шагает за ним. Пляж пустой, от чего парни довольно улыбаются. Мэттью скидывает обувь на горячий песок, айкнув по непривычке, когда чувствует горячий песок. Тэрэ рядом быстро избавляется от одежды, складывая её подальше от волн. Оставшись полностью нагим, он залезает в воду и чуть вздрагивает. —Ну что?—спрашивает Мэттью сберега, осторожно снимая свою одежду. —Прохладная немного,—кричит Тэрэ, отплывая от берега. —Ладно,—вздыхает Мэттью и тоже залезает в воду, морщась,—Ничего не немного! Ким смеётся заливисто, уплывая. Сок щурится, быстро плывя за другом. Парни дурачатся, плеская в друг друга солёной водой, иногда случаянно глотая её и кашляя потом. —Бе,—Мэттью кривится, высовывая язык, когда ему в рот снова попадает плеск воды. —А ты рот поменьше открывай,—хохочет Тэрэ, спиной плывя от Мэттью. —Прозвучало обидно, знаешь ли,—хмыкает тот. —Да брось, ты же меня знаешь, я тебе – никогда и ни за что не нагрублю,—Тэрэ улыбается, останавливаясь и оглядевшись. Он забирается на небольшой камень, прислоняя колени к себе и кладя голову на них. Сок кивает удовлетворительно и оглядывается на берег. —Ох, далеко мы заплыли,—охает поражённо Сок, подплывая к камню и садясь в такую же позу, как и Ким. —А что, боишься?—Тэрэ лукаво улыбается. —Кого мне бояться?—усмехается Мэттью, в вопросе изгибая бровь. —Русалок. —Выдумки это,—фыркает Мэттью. —А вот и не выдумки, дедушка Ульсок говорит, что видел одну недавно! Прямо здесь!—Тэрэ показывает пальцем на пляж,—На этом берегу в общем. —Ульсок старый уже, может почудилось,—Сок пожимает плечами. —Ничего не почудилось. Русал самый настоящий был. Вот на этом же камне сидел, рассматривая свой хвост лазурного, как море цвета,—твёрдо произносит Тэрэ, уверенный, что слова его дедушки – чистейшая правда. —Ещё и русал. Я и в русалок с трудом поверил бы, а тут русалы,—фыркает Сок, окуная ноги в воду. —А вот они таких, как ты любят. Голоса такие любят,—говорит Тэрэ, скрестив ноги, садясь в позу лотоса. —Ох, ну если им нужны голоса, то у тебя голос явно лучше будет. Священнику Паку нравится твой голос,—усмехается Мэттью. —Пф. —И не фыркай. —Буду. —Тогда я тебя в воду столкну,—в подтверждение своих слов Мэттью с лёгкостью сталкивает Кима с камня и тот плюхается в воду,—Дурак. Тэрэ выныривает, хватая воздух ртом и осуждающе смотря на друга. Тот громко хохочет, прежде чем его за ноги так же стягивают в воду. Он выныривает, громко кашляя. —Я из-за тебя словно соль выпил!—возмущается Мэттью, пытаясь догнать Тэрэ, плывущего к берегу. —Я тоже, так что всё честно,—хихикает Тэрэ с берега, отряхиваясь будто собака. Он натягивает на себя штаны с рубашкой обратно и быстро суёт ноги в сандали. Мэттью тоже вылезает на берег, отряхнувшись, и натягивая на себя одежду с обувью обратно. —Ну что, сходим на рынок?—спрашивает Тэрэ. —Не знаю, у меня монет мало осталось. Не помешало бы у священника Пака попросить за сегодняшнее пение,—вздыхает с тоской Мэттью. —Монеты не проблема, я могу и за тебя заплатить,—махнул рукой Ким, закатывая глаза,—Знаю ведь, в какой ты ситуации. Так что, пойдём? —Ладно, пошли. Но дома будем у меня, не хочу твоих родителей беспокоить,—соглашается Мэттью. Тэрэ кивает, быстро убегая домой, дабы забрать сумку и мешочек с монетами. —Ты наверняка не завтракал,—цокает недовольно Тэрэ. —Конечно, я ведь спал,—кивает Сок, пока они шагают к большой улице с рынком. —Вот если бы вставал раньше, успевал бы позавтракать перед пением,—качает головой Тэрэ. —Уж лучше посплю и подожду обед. Кстати,—спрашивает Сок после недолго молчания, когда Ким останавливается у одного прилавков,—Вечером песнопение будет? —Будет,—Ким кивает,—Там и попросишь у священника Пака. Доброго утра, могу ли я попросить две булочки из белого хлеба? —Конечно, ещё что-то?—спрашивает мужчина с чёрной бородой. —Ой, это пирог у вас? С чем?—спрашивает Тэрэ, увидев на прилавке пирог, накрытый платком. —Тэрэ, дорого, не надо...—возражает было Сок, но Тэрэ только мотает головой. —Ягодный, юный господин,—улыбается торговец. —Можно и его,—кивает Тэрэ. Им заботливо дают корзину, с постеленной на дне тканью, куда кладётся четыре куска ягодного пирога и две булочки. Они идут дальше, покупая ветчину и один кусок сыра. —У меня дома есть апельсиновый сок,—вспоминает Мэттью. —О, отлично!—улыбается Тэрэ,—Тогда можно теперь к тебе. Они приходят в дом Сока. Пока Мэттью уходит в погреб, Тэрэ остаётся резать ветчину и сыр, чтобы положить их внутрь булочек, а затем раскладывает кусочки пирога по тарелкам. Мэттью возвращается с кувшином сока и разливает его по большим стеклянным стаканам. Они выходят на улицу, садясь за столик, стоящий в саду дома. —Так как у тебя с деньгами?—спрашивает Тэрэ, отпивая сок,—Неужто так нигде и не хотят брать, кроме церкви? —Да всё почему-то нет,—вздыхает Мэттью с грустью,—Не пойму, вроде я такой же, как ты. А тебе жители всё равно больше доверяют. —Это потому, что у меня семья богатая,—хмурится Ким,—Люди почти все жестокие и смотрят только на деньги. У моей семьи за счёт дела их много. —А у меня нет семьи,—удручённо говорит Мэттью,—Ведь надо было родителям отдать меня бабушке, потом уехать, а потом и вовсе умереть где-то у себя на родине. —Мне очень жаль, что твоя бабушка так пропала,—сочувственно говорит Тэрэ,—папа правда искал её, даже на окраине города и в лесу, но нигде ни следа не было. —Да понятное дело. Зачем ей внук такой,—Мэттью заметно поник, от чего Тэрэ думалось, что надо его срочно отвлечь. —А вот знаешь,—громко говорит Тэрэ и парень поднимает на него любопытный взгляд,—У нас в городе, оказывается, воришка бегает. —Воришка? В Милане?—удивляется Мэттью,—Да ну? —Да, он говорят сбежавший от работорговца. Его везли аж с самого Китая, представляешь? —Ого... а работорговец его куда вёз?—интересуется Сок, откусывая булочку и блаженно прикрывая глаза. —Хотел в столицу, но почему-то в Милане остановился, а он и сбежал. Пропажи хватился уже в Риме, но обратно решил не ехать,—отвечает Тэрэ,—Я всё папу просил не ловить, хотел даже помочь мальчику, зашуганный совсем. —Может, пойти поискать?—предлагает Мэттью,—Жить может у меня, я не против. Может и друзьями станем. —Мне нравится твой настрой,—улыбается Тэрэ,—Я думаю, мы доедим, пойдём ему чего-то на рынке купим. —Хорошо,—соглашается Сок. После трапезы они снова приходят на рынок и покупают кусок белого хлеба и кувшин с водой. Тэрэ, как выясняется, знает где прячется юноша. Тот прячется в заброшенной церкви на окраине города, а потому, когда его находят два парня, ужасно пугается, роняя из рук какие-то тряпки. У парня были узкие глаза, пара царапин на лице и чёрные волосы. Он испуганно моргает, глядя на незнакомцев. —Вы... с полиции?—произносит он с довольно сильным акцентом. —Нет, мы пришли помочь,—Тэрэ улыбается уголками губ, протягивая парню хлеб и кувшин с водой,—Не отравлено, честно. Могу отпить. —Да неважно, даже если отравлено,—махнул рукой парень, жадно прислоняясь к кувшину, глотая воду так, что та стекает по шее, делая грязную китайскую одежду на парне мокрой. —Я Мэттью, это Тэрэ,—здоровается Сок, протягивая руку и юноша жмёт её с недоверием,—А тебя как зовут? —Я не знаю своего имени,—брюнет отводит взгляд,—Торговец кличил меня Рики. А украли меня из родной семьи с детства. Я ничего не помню. —Ладно, Рики, так значит, ты решил жить тут?—спрашивает Мэттью, пока парень грызёт хлеб, словно его вот-вот отберут. —Я не знаю, как вернуться на родину, да и есть ли смысл,—Рики разводит руками растерянно,—В целом, у вас в Италии неплохо и я вполне сносно могу говорить на местном... —Не хочешь жить у меня? Я живу один и буду не против соседей,—предлагает Мэттью, улыбнувшись. Если парень откажется, он не станет уговаривать, хоть ему и очень хочется помочь. —А можно?—в глазах Рики загорается надежда,—Просто... я же вор. —Мы знаем, что воровать тебе пришлось,—Тэрэ присоединяется к разговору, обводя взглядом пустую церковь,—Так что, мы с радостью поможем. Проходит неделя, Рики живёт вместе с Мэттью. Тэрэ поговорил со своим папой, так что Рики находится в Милане как законный житель отныне. Рики всё же иногда ворует, ибо чувствует угрызения совести, что Тэрэ приходится помогать и ему, а ещё Мэттью ходит на песнопения чаще и иногда даже просит милостыню. Мэттью этот факт немного расстраивает, но он старается не давить сильно на Рики, понимая, что тому итак тяжело. Однажды, Мэттью с Тэрэ и Рики гуляют вместе по пляжу. —Мэттью, думаю, что я завтра на песнопение не приду,—оповещает Тэрэ. —Почему?—удивляется Мэттью. —Мама приболела, поэтому я останусь с ней,—отвечает Тэрэ. —Может, я могу помочь?—подаёт голос Рики,—Я знаю одно снадобье, оно хорошо помогает от лекарств. —О, было бы здорово,—улыбается Тэрэ и смотрит на море,—Может искупаемся? —Я не умею плавать,—хмурится Рики. —Мы научим,—Мэттью чуть улыбается, снимая одежду,—Давай, Тэрэ уже пошёл. Эй, как вода? —Холодная немного,—бросает Тэрэ, снова плывя к тому камню. —Давай, я помогу,—Мэттью ныряет в воду. Рики раздевается, осторожно погружаясь,—Вот, расслабься. Вот! Держишься ведь! А дальше руками просто греби. Мэттью плывёт к камню, переодически оглядываясь на Рики. Тот хоть и плывёт гораздо медленнее, но плывёт. Сок доплывает до камня, снова смотря на Рики. Тот на что-то глядит в воде и внезапно гребёт быстрее, в миг доплывая до камня. —Там, там...—Рики дрожащим пальцем указывает на водную гладь,—Там... —Что такое, Рики?—спрашивает испуганно Тэрэ,—Там нет ничего. —Там... глаза... зелёные...—проговаривает с трудом Рики, залезая на камень подальше от воды,—Парень смотрел на меня, парень с зелёными, очень зелёными глазами. —Но у нас нет в городе никого с очень зелёными глазами,—удивляется Мэттью,—Ты уверен, что тебе не могло показаться? —Нет, я ясно видел, там был... русал, по-вашему,—хмурится Рики. —Я же говорил тебе!—восклицает Тэрэ. —Не может быть!—хмурится Сок. Они слышат плеск и синхроннно поворачивают голову. Из воды рукой машет полуобнажённый юноша-блондин с ярко-зелёными глазами. Мэттью чувствует прожигающий взгляд и ухмылку и юноша исчезает, ныряя в воду. Они видят мелькнувший русалочий хвост. —Он смотрел на тебя, Мэттью!—кричат Тэрэ и Рики. —Неужели русалки не выдумки?—удивлённо произносит Мэттью, потирая глаза,—Вы тоже видели? Рики с Тэрэ кивают. —Не ходи лучше в море следующие несколько дней,—задумчиво советует Тэрэ,—Я скажу папе, что сегодня видел. Пусть что-нибудь сделают с этим русалом. —Нам нужно возвращаться на берег,—выдыхает Рики обеспокоенно. Парни соглашаются и в спешке плывут к берегу, там быстро отряхнувшись и одевшись, а затем расходясь по домам. Мэттью всю ночь плохо спал, его мучали странные сновидения, где был этот парень с ярко-зелёными глазами. Утром он пошёл на песнопение в одиночку. Рики никогда не ходил петь, а Тэрэ по понятным причинам будет отсутствовать явно дольше. Он встаёт рядом с другими парнями и, как обычно, начинает петь. Внезапно, в церковь входит высокий парень. Блондин. С ярко-зелёными глазами. Мэттью удивлённо моргает пару раз, оглядывая лазурного цвета рубашку и белые брюки. Он садится на самую дальнюю скамью и вежливо улыбается, замечая на себе взгляд Мэттью. Песнопение заканчивается и Мэттью выбегает из церкви, оглядываясь. Но блондина нигде нет. Он бежит к Рики домой и, очутившись в доме, торопливо рассказывает об увиденном. —Я даже не знаю, что бы это могло значить,—хмурится Рики озадаченно,—Я думаю, что Тэрэ в этом больше смыслит. Стоит пойти к нему. —Пойдём со мной,—просит Мэттью. Быстрым шагом парни доходят до дома Кимов и стучат в калитку. Из окна дома выглядывает Тэрэ, улыбнувшийся, увидев друзей. Он сразу выходит из дома, подходя к калитке и открывает её, выходя к парням. —Что-то случилось?—обеспокоенно спрашивает Ким. —Мэттью говорит, что видел русала в церкви,—оповещает Рики, хмурясь. —О нет,—шепчет Тэрэ, изгибая брови,—Это может значить... что он хочет забрать тебя себе, Мэттью. Кто-то из дома окликает Тэрэ, тот кричит "секунду". —В общем... держись возле Рики и подальше от воды,—советует Тэрэ,—Мне придётся остаться с мамой... дольше. —Как скажешь,—кивает Мэттью,—Скорейшего ей выздоровления. —И вам не хворать. Следующая неделя проходит без Тэрэ. Мэттью редко находится дома, чаще находясь в церкви и на улице, иногда за небольшие деньги помогая торговцам, почему-то решившим помогать ему сейчас. Одним вечером он снова поёт в церкви, снова видит этого загадочного парня. Он выбегает из церкви через чёрный вход, оказываясь на улице раньше парня. Тот останавливается, увидев поджидавшего Сока возле церкви. —Здравствуй,—мелодичным голосом говорит незнакомец. —Кто ты такой?—спрашивает Мэттью, хмурясь. —Мне нравится твой голос. А зовут меня Джиун,—Джиун улыбается. —Э... —Может, прогуляешься со мной по пляжу?—предлагает Джиун, сверкнув глазами. Ну, или Мэттью так показалось. —Хорошо,—соглашается Мэттью. Они приходят к пляжу. Сначала Джиун просто болтает с Мэттью, расспрашивая о детстве, о том, как ему тут живётся, с кем общается. О себе же Джиун говорит немного: —Я приехал с другой далёкой страны, она находится в упадке, быть может, уже и не существует, пока я нахожусь здесь. Друзья все остались там. Здесь тоже неплохо. —Ну так, ты сирота получается?—спрашивает Мэттью и Джиун кивает,—Я вот тоже. —Да,—Джиун слабо улыбается и смотрит на воду,—Я бы поплавал сейчас. Мэттью хмурится. На берегу оставаться неприлично. Однако и незнакомец доверия не внушает, узнав о Мэттью всё, а о себе не рассказав ничего. —Почему не поплаваешь?—спрашивает Сок. —Мне... нельзя. Болезнь. До ужаса в воду боюсь заходить после одного случая,—усмехается Джиун. "Значит, он вовсе не русал? Ну как русал может бояться в воду заходить? Да и куда делся его хвост?"—думает Мэттью, усмехаясь. —Я мог бы поплыть с тобой,—улыбается он,—Вдвоём не страшно. —Правда?—глаза Джиуна счастливо сверкают. Они быстро раздеваются и одновременно входят в воду. Мэттью украдкой поглядывает на обнажённый торс свежеиспечённого знакомого. "Тебя, вроде, парни не привлекали"—фыркает мысленно Мэттью. Он решил остаться одному, хоть ему уже шестнадцать лет. —Знаешь, ты красивый. И голос ангельский,—говорит внезапно Джиун, пока они отплывают от берега. —Спасибо,—застенчиво проговаривает Мэттью,—Ты тоже красивый. —Спасибо,—усмехается Джиун,—Знаешь... я бы даже забрал тебя себе. Навечно. И ты бы пел только мне. Мэттью сдержанно смеётся. Джиун неожиданно подплывает близко к нему, опаляя горячим дыханием губы Сока. Мэттью краснеет, смущённый такой близостью. Глаза Джиуна снова сверкнули. Он осторожно целует Мэттью, нежно сминая его губы. Мэттью мычит, зарываясь пальцами в светлые волосы парня и углубляя поцелуй. Здравый смысл расстворился, оставляя только жгучее опаляющее желание целовать Джиуна до исступления. Пока кислород не закончится. Пока они не начнуть тонуть. Тонуть... Мэттью раскрывает глаза, оглядываясь. Они находятся под водой. Сок хочет отстраниться, но встретившись с взглядом Джиуна заметно расслабляется, возобновляя движения губ и тихо простонав в поцелуй. Руки Джиуна блуждают по обнажённому телу парня, прижимая к себе за талию. —Джиун...—Мэттью выдыхает, отстраняясь и чуть хмурится,—Мы... дышим? Под водой? —Всё хорошо, мой ангел,—ухмыляется Джиун,—Просто целуй меня. Джиун сам целует Мэттью, проникая в рот языком, заставляя парня рвано выдохнуть, обнимая Джиуна. Мэттью кусает нижнюю губу Джиуна, пытаясь слиться в одно целое с Джиуном. Он не замечает, как вокруг них начинает кружиться водоворот. Рука Джиуна неосторожно касается члена Мэттью, от чего тот со всхлипом отстраняется. Он моргает пару раз, чувствуя под ногами холодный мрамор. Оглядевшись, парень видит богатую комнату, с белыми стенами, позолоченным окном, большой кроватью с балдахином, заправленной жемчужно-белыми простынями и закиданную подушками белых, мятных, нежно-розовых и сиреневых цветов. Стоял комод и стол с зеркалом. —Где мы?—удивлённо шепчет Мэттью. —Я же сказал, что я бы забрал тебя себе. Навечно. Чтобы ты пел только мне,—Джиун хихикает, потираясь носом о шею Мэттью,—Ты ведь хочешь остаться со мной, правда? Мэттью завороженно кивает. Джиун ухмыляется, опрокидывая парня на кровать и с новой силой вгрызаясь в его губы. *** —Мэттью! Мэттью!—кричит брюнет, бегая по улице. —Нашёл?—спрашивает рыжеволосый парень. —Нет,—брюнет разочарованно вздыхает,—Тэрэ, надо было мне проводить его и ждать возле церкви, а теперь... —Не раскисай, Рики,—сурово говорит Ким,—Мы должны найти его. Рики кивает, хоть он уже и потерял найти надежду. Поиски продолжаются неделю. Месяц. Год. Десять лет. Рики с Тэрэ уже взрослые мужчины, но всё ещё находятся в Милане, всё так же надеясь найти пропавшего друга. —Неужели нам его действительно не найти?—спрашивает разочарованно Рики, поправляя отросшие чёрные волосы и пиная камушек под ногой. —Он не мог просто под землю провалиться,—хмурится Тэрэ, шагая по песку,—Явно тот незнакомец, о котором ты говорил, виноват. —Если бы я тогда не сглупил, Мэттью был бы с нами,—фыркает Рики,—Одиннадцать лет прошло. Нам уже двадцать девять. Может, он вообще сбежал и живёт где-то хорошей жизнью. —Он бы не стал так поступать с нами,—недовольно говорит Тэрэ, останавливаясь на краю берега и глядя на воду. Воспоминания, как он тут плескался ещё совсем мальчишкой, нахлынули с новой силой. Он вспомнил, как сидел с Мэттью на том камне. Как впервый раз был здесь с Рики,—Чёрт, Мэттью, дай же знак. —Тэрэ!—Рики внезапно зовёт его, снова показывая дрожащим пальцем в воду,—Ты... ты видел? —Видел что?—спрашивает Тэрэ. —Вот! Тэрэ поворачивает голову как раз в момент, как из воды выныривает мужчина блондин со светлыми волосами и ярко-зелёными глазами. —Это он! Тот, кого мы видели одиннадцать лет назад,—удивлённо громко говорит Рики, хватаясь за волосы. —Эй, ты! Где Мэттью?—кричит Тэрэ с берега. Рики и Тэрэ одновременно вздрагивают, слыша голос Мэттью из ниоткуда. Он словно раздавался из под воды, но при этом звучал везде. —Всё в порядке, Рики, Тэрэ,—голос звучит заботливо, но немного отличается с момента, как они слышали его последний раз,—Мы с Джиуном хорошо живём вместе. Не беспокойтесь обо мне! —Мэттью... ты вернёшься?—спрашивает Рики растерянно. Мэттью молчит, пока Джиун качается туда-сюда, заглядывая переодически под воду. —Может быть... через одиннадцать лет?—спрашивает неуверенно Мэттью и Джиун кивает,—Вы дождётесь? —Дождёмся,—кивает Тэрэ, сжимая руку Рики. —Мы подождём столько, сколько потребуется, Мэттью,—кивает согласно Рики, сдерживая слёзы от радости. Радости, что с его другом всё в порядке. С их с Тэрэ другом всё в порядке.