Месть едят холодной

Ирина плохо запомнила, что происходило на пресс-конференции. Инициативу в разговоре они с Иваном уступили другим журналистам, а девушка просто сидела, глядя на кумира, отсчитывая последние минуты их встречи всем своим существом. Расставаться не хотелось, но и продлить время встречи сейчас казалось ей не возможным. Воспитание и мораль кричали, что нельзя отдаваться пусть даже крайне обаятельному, но все равно чужому для нее мужчине, которого она любит… Ну и что, что любит? Он-то ее не любит. Константин, конечно, видел взгляды, что бросала на него ведьмочка. Да что там бросала – она попросту глаз с него не сводила, любовалась, как в последний раз. С одной стороны – такое внимание мужчине, конечно же, льстило. С другой, Ирина сама сделала свой выбор, и теперь, даже если сердце подскажет ей, что она ошиблась – разумом она своего решения не изменит. Не из таких она, не из ветреных. Именно поэтому повторных предложений на совместное проведение вместе вечера-ночи-утра от Константина не последовало. Давно уже став в большой степени фаталистом, Константин совершенно спокойно относился к подобного рода встречам и расставаниям. Сейчас их пути разошлись, так что? Будущее покажет, когда и как они встретятся в следующий раз. А что такая встреча, и даже не одна, обязательно произойдет – в этом Кот был совершенно уверен. Последние вопросы, благодарность от журналистов звезде за искренность и терпимость, последний пристальный взгляд в глаза между юной ведьмой и ее будущим наставником, холодные кивки вместо теплых объятий, и вот Ирина и Ванечка покидают дом культуры, чтобы дойти до автобусной остановки и поехать домой. Ира сосредоточенно смотрела перед собой, внимательно выслушивала восторги Ивана по поводу концерта, что-то даже ему отвечала… С каждым шагом от дома культуры, где оставался Кот, ее сердце словно разрывалось надвое, и это было так больно… Но вернуться, повернуть назад было невозможно, немыслимо, нужно было просто смириться, перетерпеть сейчас эту боль, и жить дальше, ожидая, когда судьба снова поможет им встретиться. Написать Косте письмо, дождаться весточки от него (несмотря на всю занятость звезды, Ира была уверена, что на ее письма Кот отвечать будет), и перестать жалеть о том, что поступила так, как требовал от нее разум, а не сердце. Окончательно накрыло Ирину уже в автобусе. Она тихо всхлипывала, уткнувшись в плечо Ванечки, перепуганного такой реакцией подруги, и слезы катились из глаз у девушки безостановочно. Что же она натворила! Оттолкнула мужчину, которого любит. А он ведь звал ее! – Зачем… Зачем мне все эти условности: этика, мораль, твердость, когда я полжизни сейчас готова отдать за один его поцелуй! Какая же я дура-а! Ванечка тихо вздыхал, не зная, как утешить подругу, а Кот, от которого автобус увозил девушку все дальше, задумчиво улыбался: первый раз в жизни он видел, чтобы девушка так безумно желала его, и так непреклонно отвергла. Как бы то ни было, а теперь ему Ирину сложно будет забыть. Да и ни к чему это. Все произошло так, как произошло, и лишь будущее сможет расставить все по своим местам. А раз так – то к чему переживать и раздумывать, не совершил ли он ошибки, не проявив настойчивость, и не остановив эту девушку сегодня. Юной ведьме же осталась только поздняя истерика, да понимание, что она и в самом деле больше никогда не сможет забыть Пана. Он всегда будет для нее самым лучшим, и любого другого она будет сравнивать с ним. Наверное, то была достойная месть за тот обидный для рок-звезды спор.