Мастера стихий. Книга 2: Безликая охота.

Алистер вернулся домой уже затемно. В последнее время, раньше у него и не получалось. Спасибо дорогому Высочеству за его наводки. И откуда вообще эти балахонистые повылазили? Столько времени о них не было никаких новостей. Еще и сегодня передал один документ с весьма конкретным адресом, который надо проверить. И мало того, что он пришел, на удивление, лично, так еще и в компании с невероятно знакомой, пусть и скрытой очками и современной, совсем не характерной для него одеждой. Задавать Императору вопросы, в общем, он не стал. Это не его дело и проблемы. Ему бы со своими разобраться. И первое, это как можно скорее разрешить вопрос с Оррелом. Чтобы совет наконец-то разрешил тому хотя бы просто помогать другим мастерам стихий, преимущественно Блейзу и Зои, в зачистке мерзостей из темной материи, что периодически добирались до берегов Ниндзяго. Да и ему было бы спокойно, если бы тот сопровождал его на различные выездные операции. В том числе и по этим странным координатам. Алистер чувствовал, что должен проверить это лично, и что присутствие Оррела будет там необходимо. Да, в его распоряжении есть два мастера стихий, пусть и второстепенных, но связанных с частицами земли. Но от чего-то, мужчине казалось, что их помощи будет недостаточно. Император пообещал ему что постарается всё решить в ближайшее время. С самого порога мужчина заметил, что у них гости. Опустим тот момент, что мужчина даже в мыслях называет эту квартиру, их с Оррелом, общей. Впрочем, учитывая, как часто эти дети здесь бывают, и как незаметно для самого мужчины оккупировали одну из комнат, называть их гостями, даже у него, язык не поворачивался. В общем именно там они и нашлись. Что было логично. Было действительно поздно, и всем детям уже положено в это время спать. Оба парня уже привычно лежали, сцепившись в один клубочек. Слава Первому в этот раз не шипящий. Один раз, вероятно, у Кая было не очень хорошее настроение, что-то за день его явно сильно вывело из себя. В момент, когда мужчина подошел к кровати, просто поправить одеяло, что немного успело сползти, с его стороны послышалось возмущённое шипение. Прям буквально, тот самый звук, который издают змеи или серпентины. В общем, мужчина не растерялся, быстро сообразив кто может издавать этот звук. И кто смотрел сейчас на него своими ярко горящими глазами с таким осуждением, явно показывая, что он думает о том, что их побеспокоили. В общем разбушевавшуюся маленькую змейку в итоге быстро успокоили, сильнее прижав к себе, и что-то чуть слышно запев, что и дало Алистеру возможность закончить начатое. Сегодня он справился намного быстрее, дети даже не пошевелись от его действий. Можно было идти искать другого обитателя этой квартиры. К кому конечно у него были кое-какие вопросы. Искать, конечно, слово громкое. Учитывая их связь, Алистер мог даже, закрыв глаза найти к Ореллу путь. Особенно в своей собственной квартире, в которой он знает каждый угол. Мужчина в данный момент находился в их комнате. Но, в отличии от детей, тот не спал. Устроившись на подоконнике приобняв колени, мужчина наблюдал за чем-то за окном. Весьма компактно устроившись, учитывая, что подоконники у него не особо широкие. Хотя для мужчины явно будто бы было в самый раз. Не то что бы можно было много рассмотреть из окон его квартиры, всё же это далеко не первый этаж. Да и вряд ли там было хоть что-то что могло привлечь внимание мужчины. — Угадай, в чьей компании ко мне явилось наше Императорское Величество сегодня? — натянув улыбку на лицо поинтересовался мужчина, останавливаясь буквально в паре шагов от окна. — Чена? — поворачивая в его сторону голову, слегка усмехаясь. — О, так ты в курсе? — Кай столкнулся с ним сегодня. — И как часто вообще старый змей разгуливает там, где ему разгуливать не положено? — Хм… дай подумать — Оррел, неосознанно прикусив губу, начал вспоминать все случае, когда Чен покидал остров. — По-разному? Но как минимум раз в месяц. Чаще всего проверяет своих людей и предприятия. Иногда сам собирает какие-нибудь слухи. Незаметным он быть умеет. — И я, так понимаю, в компании императора оказался он тоже не просто так? — Ты не знаешь? — удивился Оррел. — Первый! Ты действительно не знаешь. — Так может просветишь такого не знающего. Если это, конечно, не какая-то государственная тайна, что положено знать только близкому кругу Его Высочества. Мужчина произнёс это и тут же замер. Оррел даже мог наблюдать как постепенно осознание приходило к нему отражаясь на лице вместе с сомнениями и неверием. Человек, что не застал события войны и разборки после вряд ли бы смог связать эти факты. Да и кто был там, в общем, не сразу бы смог это сделать. Алистер дураком не был, и сложить два и два смог. Спустя столько лет, конечно, но… Да это даже в голове звучало дико. Но чем дольше мужчина об этом думал, тем более логичной ему казалась его догадка. — Клятва? — А как ты думаешь ему удалось противиться яду Анакорндрай? Действительно веришь в силу воли? Что она способна перебороть яд, которому сопротивляться невозможно в принципе? — Честно, о яде я даже не думал. Хотя Алистер и знал о том факте, что Чен был им отравлен, он даже не задумался о том, а по какой причине он сейчас вполне адекватен. Относительно. Мужчина сам воочию и не один раз видел, как на людей влияет укус этих опасных пурпурных серпентинов. Это всегда был билет в один конец. Правда, не в Мир Ушедших, а в добровольное рабство змей. Яд ломал волю и перестраивал разум так, что укушенный сам проникался их идеями и становился самым преданным, готовым на всё ради своего господина, последователем. И при этом имеющим лютую неприязнь ко всему человеческому. Сколько собственных товарищей и подчиненных ему по итогу пришлось собственноручно отправить в Мир Ушедших. А всё потому, что противоядия от него, в отличии от яда других Серпентинов, не было. Гипноз гипнобрай легко можно было снять неслабым ударом кулака по лицу (очень освежающе). От яда фенгпайе еще в то время у каждого солдата с собой было очень действенное противоядие. Да и последствия у него не сильно страшные, если честно. Ну походишь ты пару дней с чешуей по телу, пошипишь на людей рядом и на этом всё. Переходить на другую сторону этот яд никак не заставляет. Деморализует немного, а в остальном терпимо. Оцепенение констриктай весьма неприятно, и может стать летальным, окажись ты в такой ситуации в одиночестве. Но тут тоже опасность была быть задушенным в их крепких недружественных объятиях, нежели от действия самого яда. Действие, которого, к слову, само по себе проходило за пару часов. Веномари… ну, тут сложно сказать. Действует он только если попадет в глаза. Искажает мир вокруг, и галлюцинации ты ловишь знатные. Но защищать глаза не проблема, а никак по-другому этот яд навредить организму не сможет. Эффект, в общем, у него правда интересный. Алистер знал лично некоторых личностей, что готовили интересные… настои из этого яда. Принимать часто Алистер его бы точно не стал, но просто расслабиться после тяжелого дня, раз так в месяц, можно было. Вот яд анакондрай нейтрализовать нельзя было никак. И единственным способом не попасть под влияние, было не дать себя покусать, или ввести его к каким-либо другим способом. А Чен сейчас явно не под его влиянием. Снова возвращаясь к своей догадке, он понял, что всё встает на свои места. Действительно, яд анакондрай нельзя нейтрализовать никаким образом. Если не вспоминать про энергию разрушения. Действительно, что еще может сработать в этом случае как не то, что может превратить в ничто буквально всё что угодно. — Я был там и видел все стадии действия яда,. — тем временем продолжил Оррел. — А потом он пришел в себя. Хоть и продолжал на людях делать вид, что яд всё еще имеет над ним власть. — И как Сейш, с его паранойей и недоверием даже к собственным лю… змеям, на это купился? В нем не промелькнуло даже капли сомнения? — О его паранойе, особенно к концу войны, действительно можно было слагать легенды. Но о чем еще можно сказать также, так это о его самоуверенности. И непреклонной вере в свою правоту и силу. В яд анакондрай в том числе. Он даже не думал о том, что что-то способно ослабить его действие. И все странности в поведении Чена списывал… на все ту же паранойю. Самоуверенность в итоге его и погубила, принеся смерть вместе с вонзившимися со спины клинками. Которые тот сам, лично, подарил своей самой «послушной и надежной» марионетке. Продолжить разговор никто больше не решался, и в комнате воцарилась тишина. Оррел вновь вернулся к своему занятию, отвернувшись в сторону окна, а Алистер только обреченно вздохнул, ощутив вновь усиливающиеся негативные мысли со стороны своего мастера земли. — Так и будем вести отвлеченные беседы, или молчать. Или ты уже скажешь, почему весь день, да и до сих пор, мне хотелось послать всю работу к о́ни под хвост и выйти в окно? Сразу Оррел отвечать не стал, только, казалось, напрягся сильнее, сильно сжав предплечья. Ему явно не хотелось поднимать эту тему, просто переварив всё в себе. Однако Алистер переваривать всё это еще и в себе тоже не мог допустить. Он и так с этим чувством провел целый день. Хотелось бы знать хотя бы, что именно ввело мужчину в такое состояние. — Скажи… насколько ты был огорчен, когда узнал о приговоре? — неожиданно всё же вывалил на него Оррел, смотря ему прямо в глазах. Алистер, казалось, понял, что произошло. Оррел поболтал со своих внуков по душам и вспомнил прошлое. Тот самый процесс, во время которого, да и уже после, они даже не увиделись. Его на слушанье не пустили, ввиду их связи, видите ли, он являлся заинтересованным лицо. Потому о его решении он узнал уже сильно после. Когда их обоих, и Чена и Оррела, уже отправили на остров. — Честно. Мне было плевать, — признался мужчина. Он понял, что Оррел рассчитывал от него услышать. Но к сожалению, или счастью, давать это Алистер не собирался. Всё же, у него было свое мнение на этот счет. — Ты перестал маячить перед глазами и ладно. Да и мне некогда было об этом думать. Правда, до того момента, ока связь не натянулась до предела. В общем, этот нюанс ты знаешь. — Но… Тебе бы не прошлось таскаться на острова… чтобы… — Ну, знаешь ли, Криптариум тоже не то чтобы рядом находится. Но, если подумать, будь ты всё же там, всё для обоих могло закончится намного хуже. Мы оба с тобой упрямые ослы. Стоит уж признать. И всегда терпели натяжение связи до самого конца, чуть ли не до предобморочного состояние. Но всегда один из нас сдавался и срывался к другому. Будь ты заперт… В общем не будем об этом. — Но я испортил тебе жизнь — Как и я тебе. Связь — это штука, которая работает в обе стороны, напомню. Окружающие, да и сам Оррел, могут сколько угодно говорить о том, насколько сильно мужчина провалился как мастер стихий. Ни с якорем не смог найти общий язык ни в общем ни с кем из окружающий. Но Алистер знает, что он и сам был далеко не подарок. В то время он думал только о карьере военного, только закончил обучение, и ему было не до связи со всякими странными личностями. Он точно также отрицал эту связь. Делал все чтобы сделать той второй половине больнее. Так что говорить, что виноват тут только один Оррел было бы неправильно. — Просто забей. Мы оба хороши. Обоим было плевать на состояние другого и личные цели, и амбиции всегда стояли выше. Так уж вышло. С этим ничего не поделаешь. Просто принять то, что мы были такими эгоистичными ублюдками, и просто жить с этим, идти дальше. — Как у тебя всё просто. — Оррел по грустному усмехнулся отворачиваясь. — Не просто, но никто и не говорил, что будет легко. В общем, если вдруг опять на тебя накатит, сразу говори мне или просто попытайся дотянутся до меня по связи и уже дальше будем решать, что с этим делать. Вместо того, чтобы копить в себе. Я, знаешь ли, не особо горю желанием, переживать вместе с тобой твои душевные терзания, мне и своих хватает. — Ну уж прости, ты же знаешь, что это нельзя никак контролировать. — Именно поэтому мы с тобой просто не будем говорить и вспоминать о прошлом, а всем своим видом показывать окружающий и, самое главное, детям, как у нас всё хорошо. Глядишь так, рано или поздно, сами в это поверим. Как тебе идея? — Отвратительная, если честно. Но выбора у нас не то чтобы много, — мужчина неспешна слез с подоконника, направляясь к выходу из комнаты. — Спасибо. Мне стало легче. — Еще бы не стало. И не думай, что я это делаю для тебя. — Да-да. Всё ради своих эгоистичных потребностей и спокойствия, я понял. — Оррел рассмеялся и вышел, оставляя Алистера одного. Впрочем, мужчина знал, что не надолго.