Мастера стихий. Книга 2: Безликая охота.

— Мои глаза меня не обманывают? — провожая мужчин взглядом, поинтересовался Оррел у стоящих рядом мастеров стихий. — Это старик Валент? Я думал, он давно уже на пенсии. Сколько уже ему? Лет пятьсот? По поводу возраста он, конечно, утрировал. Во времена войны Валент быв вполне себе ничего таким мужчиной. Высокий, спортивно сложенный. Даже сейчас ему на вид не дашь больше, чем им с Алистером, можно представить, каким он был тогда. Если бы тот еще и молчал, или хотя бы сдерживался в высказывании своих чувств, в него даже влюбиться можно было бы. Но нет, надо ему грязно и жестко, даже жестоко ругаться и ворчать. Портить такую прекрасную картину. — Маршал Валент, — поправила Аири. — И Вам лучше не повторять этого при нем. — Поверьте, это не самое обидное, что он мог бы от меня услышать. Так что, в случае чего, он это переживет. В конце концов, сейчас по нему и не скажешь, что его как-то заделао хоть что-то из услышанного. Да и времени столько прошло. Любой другой бы уже давно забил на то, что ему так, в порыве эмоций, кто-то сказал. — Вы часто пересекались в прошлом? — неожиданно поинтересовался Карлофф. — В смысле, до войны? — Чаще чем нам обоим этого бы хотелось. А пересекаться, как минимум Оррелу, с мужчиной, что уже тогда занимал высокое положение, не хотелось совершенно. У него была своя жизнь. Которую он прожигал как хотел. Несмотря на удовольствие семьи и окружающих. Наоборот даже, многие его поступки были направленны на то, чтобы вызвать у вышестоящих злость и раздражение. Неожиданно появившийся на горизонте якорь, никак во всё это не списывался. И даже то, что у него появился еще один объект, кого можно было выводить из себя просто фактом своего существования, никак не радовал. Удивительно, но раздражать якорь мастеру земли не хотелось. Да и вообще, хоть как-то взаимодействовать с ним. Причина этого странного поведения вскрылась уже позже, а в тот момент, Оррел даже не хотел задумываться о ней. Удобнее было думать, что это просто его реакция на то, как активно ему этот якорь подсовывают, при этом совершенно не заботясь о том, как звучит это со стороны. В этот момент, с характерным для этого звуком, несколько раз мигнул свет. Как при сбое или замыкании. Сопровождался он при этом еще слабым толчком. Для многих незаметным, почти не ощутимым, но не для мастера земли. Стоящие рядом Аири и Кафлофф, и на удивление пара людей из офицерского состава, присутствующих тут (вероятно чувствительных к элементальным частицам), также этот толчок заметили, и сначала с подозрением посмотрели в его сторону. Ну, конечно, на кого еще в первую очередь? Но если военные так и продолжали сверлить его взглядом, то мастера стихий, переглянувшись, перевели взгляд на дверь, где скрылись их генерал и маршал. — Они точно там просто разговаривают? — обеспокоенное поинтересовался Карлофф. — Алистер пока относительно спокоен, — сообщил Оррел прислушавшись к связи. — Так что не переживайте, ничего со стариком маршалом не случиться. Если он, конечно, будет держать язык за зубами. Что для старика Валента почти невозможно. — Вообще, почему он всё еще маршал? Разве Алис уже давно не должен был занять эту должность? — Фактически, генерал уже давно выполняет обязанности главнокомандующего в том числе и штабные. Все совещания проводит он. Все документы проходят через него на прямую. Любая миссия должна быть одобрена им. — Но членом совета является Валент. — Как и положено маршалу, — произнёс Карлофф, разводя руки в стороны. — Всё, что входит в его полномочия сейчас, это заседания в совете, из обязательных условий, всё услышанное и принятое на нем передать генералу, а также… — Имеет возможность влиять на его решения? — продолжил Оррел, заметив, как замер мастер металла, не решаясь продолжить. — Скорее, опротестовать какое-либо из принятых генералом решений. Если вдруг оно его не будет устраивать. — И часто такое происходило? — Можно было бы сказать, что не очень. Но… — Аири как-то грустно усмехнулась. — Кто мы такие, чтобы с нами делились подробностями? Возможно, такое происходит постоянно. Оррел на это ничего не ответил, снова переведя взгляд на дверь. То, что старик не доверяет своему воспитаннику, было странно слышать, но вполне ожидаемо. Еще и до войны, Валент носился с ним, как курица с яйцом, кидаясь на всех, кто мог хоть как-то навредить его «дитя». На Оррела больше всего, хотя тот старался к нему даже не приближаться. Стоило ему почувствовать свой якорь поблизости, как появлялось желание тут же перестроить свой маршрут в другом направлении. Но, Оррел был готов поклясться, у Валента был какой-то встроенный датчик, с помощью которого тот всегда определял наличие мастера земли недалеко. По-другому объяснить, как мужчине всегда удавалась на него выйти, Оррел не мог. Удивляло также, что тот вообще позволил заниматься чем-то настолько травмоопасным. Возможно, тут сыграло упрямство уже самого Алистера, который явно был не в восторге от подобной опеки. Его почти перманентное раздраженное состояние мастер земли ощущал практически всегда. Всё же нежной хрупкой фиалкой, требующей постоянного внимания и присмотра, тот не был. Как бы Валенту не хотелось его таким видеть. Слабым и беззащитным, не способным принимать взвешенные самостоятельные решения. И таким он, видимо, видит Алистера до сих пор, раз даже сейчас продолжает его таким способом контролировать. Ну, или считает, что он способен это сделать. Удивительно, что несмотря на их отношения, то, как они избегали друг друга, их «разговоры» и иногда прямые конфликты, Оррел умудрился узнать своего якоря лучше, чем за всю жизнь, проживший с ним Валент. Если тот до сих пор не понял, что у него не выйдет ограничить свободу действий и выбора своего воспитанника… мастер земли не знал, что должно случится, чтобы до того наконец-то дошло. Если тот не хочет столкнуться с последствиями, которые тому точно не понравятся. В следующий момент их снова тряхнуло. Уже настолько сильно, что даже самый невосприимчивый мог ощутить волну энергии. Кто-то даже не устоял на ногах. Оррел, с усмешкой, продолжая уверенно стоять на месте, наблюдал за тем, от чего даже молодые мастера стихий немного пошатнулись. Свет также начал лихорадочно мигать, но на этот раз лампы такого напряжения не выдержали, лопнув, осыпаясь на пол мелкими осколками. А из земли, прорезая плотный металл, вырастали покрытые золотыми жилами шипы. Правда далеко от двери они не распространялись. Даже не загораживали проход, просто образуя весьма интересную арку. Оррел восхищенно присвистнул, наблюдая за разрухой вокруг и за тем, как солдаты пытаются не сорваться в панику. Даже более высокие по званию, кто, видимо, впервые был свидетелем подобного проявления сил и даже не догадывался, кто был её источником. Но, слава Первому, всё обошлось. И военные продолжили заниматься своими делами, будто бы ничего и не произошло. Или как минимум делали вид. По спине мужчины пробежали мурашки. Не от страха, а от предвкушения, сопровождающиеся чужой, темной, холодной яростью. Видимо, Валент всё же перешел черту, сказав, или сделав что-то, что стало для его якоря последней каплей. Прикрыв глаза мужчина с наслаждением пропускал через себя чужие чувства, в коем-то веке направленные не в его сторону. А когда он в последний раз ощущал настолько яркие эмоции своего якоря. Именно так, по связи? Если подумать, то… никогда? Оррел, как тот, кто ощущал отголоски чужих эмоций практически всегда, мог это подтвердить. Как бы не казалось со стороны, Алистер всегда был весьма сдержанным человеком, и прекрасно мог контролировать свои эмоции. Нет, он не сдерживался, сразу показывая свои раздражение или недовольство. Или наоборот, что было много реже, радость. Но он никогда не давал этим чувствам владеть собой. Или, может, дело было в том, что рядом с ним никогда не было ничего, что могло бы вызвать настолько сильную и яркую реакцию. Как сейчас. Но Оррел действительно впервые ощущал, чтобы его якорь был настолько поглощен яростью, что мастер земли даже переживал за здоровье старика-маршала. Не сдержавшись, Оррел потянулся разминая затекшие мышцы. Но в этот же момент, пропуская через себя отголоски чужих чувств (Алистер, несмотря на столь мощную вспышку, весьма быстро взял себя в руки), мужчина замер. Ощутив ответный импульс, идущий, на удивление, не со стороны кабинета, где всё еще разговаривали два высокопоставленных военных, а откуда-то из глубин лаборатории, если не глубже. Уловить природу импульса, Оррел, к сожалению, не успел, но он точно был связан со стихиями. Но не его родной точно. Иначе бы проблем с его определением у мужчины не возникло. — Вы это почувствовали? — поинтересовался Оррел у Аири с Карлофом. Не то чтобы он на что-то надеялся. Если даже ему было сложно этот импульс уловить, но... кто знает. В отличии от него эти двое в полном расцвете сил, с пробужденным потенциалом и ярко горящей сущностью внутри. — Почувствовали что? Вот этот ужас? — Карлофф указал, на разруху вокруг. — Ну, да, волна прошлась мощная, но и без этого даже слепой бы заметил… Не хотелось бы, конечно, сейчас оказаться на месте Маршала. Генерал, пусть и не чувствителен к элементальным частицам, но стихия земли его любит… почему-то. — О, так вы заметили, что стихия по своей воле отзывается на него? — Сложно не заметить, тем более, когда сам близок с подобной стихией. Как это вообще работает? — Попозже. Если вопрос будет актуален, я попробую объяснить, — честно, Оррел и сам не до конца уверен, что именно было причиной такой любви стихии к его якорю, но предположение у него было. Вероятно всего догадка его даже была правильной. — Но нет, я не о последствиях неаккуратно высказанных слов. Вы правда ничего странного не заметили? Оба молодых мастера стихий недоуменно переглянулись, явно говоря, что ничего странного не почувствовали. — Понятно. Мне, может быть, просто показалось. Попробуйте сосредоточиться сейчас. — Оррел несильно ударил по земле ногой, сразу принимая более твердую и уверенную стойку, послал энергетический импульс. Достаточно сильный, чтобы охватить всю ближайшую территорию. Что бы не было источником той энергии, что мужчина смог уловить, если оно поблизости, то проигнорировать подобное точно не сможет. Мастера металла и кристаллов, прикрыв глаза, следили за распространением импульса. Не по наслышке они знали, что не стоит игнорировать такие вещи. Даже если мужчине и правда показалось, лучше было бы перепроверить, и убедиться в этом. Нежели потом столкнуться с последствиями собственной невнимательности. И сделали они это действительно не зря. Не успело пройти даже минуты, как в ответ их окатило чужой энергией. Темной, холодной энергией, заставляющей мурашки пробежаться по спине. И почувствовали на этот раз, эту волну все трое. — Всё-таки не показалось.