Осколки

             Не отводя взгляда от ангела, я положила листок в коробку, из которой его взяла, и сделала небольшой шаг назад. Я выдвинула руки вперед и вверх, показывая отсутствие угрозы. Существо моргнуло, закрывая себя крыльями.       Оно ярко засветилось и со звенящим треском уменьшилось в размере, перевоплотившись, но настораживающая, угрожающе-внушающая аура осталась.       В ту же секунду перед мной стояла девчушка в белом платье с сиреневыми узорами. Кожа её была какого-то необычного серебристого оттенка, с лиловым отливом. Белые волосы с градиентом в темно-фиолетовый неаккуратно торчали со всех сторон, закрывая собой сложенные за спиной две пары крыльев. Место ушей у неё занимали голубовато-фиолетовые крылышки, часть которых прикрывала лицо. Над головой висел голубой нимб, украшенный чем-то на подобии спиц.       Я слабо разбираюсь в ангельской иерархии, но, скорее всего — это серафим. Ибо у неё шесть крыльев. Что ж… Тогда мне пиздец. Только вот почему она не спешит нападать?              — Ну вы чего, офицер, не признали меня? Это же я, Эмили! Совсем уже за своими вратами с ума посходили… — голос её так и излучал добро и позитив. Словно она не та, кто собирается убивать меня, а после скидывать с высоты сотен километров.       Серьёзно, почему она не спешит вызывать охрану, Серу и прочих? Она меня назвала «офицер», а офицер это либо военный (в данном случае истребитель), либо мент. Значит, если она спросит что я здесь забыла, то можно сказать что я ищу записи о каком-нибудь преступнике, что вновь начал творить злое зло.       — Ну что, как служба? Сколько хулиганов да зловредов поймали? — ангел достала одну из коробок с документами. — Можно посмотреть? Или там что-то мега-секретное не доступное для простых смертных? — Эмили повернулась ко мне улыбаясь. — Ха-ха, тут простой смертный это скорее вы. Если что, извините. — ангел опустила голову. Я же продолжала молчать стоя как вкопанная.       — Ладно, я пойду тогда… Меня вообще сюда Сера послала, сказала, мол там кто-то в полицейский архив проник, слетай, посмотри кто там и если что приведи ко мне. Вообще, я должна была на суду сидеть, вместе с адской принцессой, но как видите, не совсем вышло. — ангел подошла к выходу из подвала, но в самый последний момент обернулась. — И извините, если напугала. До свидания!       В ту же секунду она исчезла в ярко-белой вспышке, оставив меня наедине со своими мыслями.       Что это вообще было? Пришла, стрёмно попялилась, выдала базы и ушла на разборки. Ничего не сказала ни про меня, ни про мою ауру, ни про невидимость. Она же вроде древняя сущность, что должна всё видеть и чувствовать, ещё и ангел. Неужели моя душа настолько очистилась, что меня посчитали за свою не увидев каких-нибудь даже самых мелких грешков? Хотя… Я сомневаюсь что крылатые убийцы, пусть и именующие себя ангелами, сильно отличаются по деяниям и ауре от простых грешников. Наоборот, адские даже чище, наверное.       Нужно убраться отсюда, да побыстрее. Хотя бы потому что Сере может приспичить всё проверить самой. И вот тогда мне точно будет конец.              

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Что я говорила насчет того, что мне будет пиздец, если я как можно скорее не унесу свои ноги с райских земель? Забудьте. Пиздец ждал меня в Аду, если конкретнее, то в отеле. Впрочем, не только меня…       Я и компания вернулись ровно за секунду до возвращения Чарли. Вся в слезах, принцесса вылетела из портала, вслед за ней появилась и Вэгги. Чарли сразу убежала куда-то на верхний этаж. Вэгги же злобно сверлила собравшихся смертных взглядом единственного покрасневшего глаза.       — Съебите отсюда нахуй и не возвращайтесь! Не нужны вы здесь никому! Доживите свои жалкие жизни, ибо грядет легион! — никто и не сдвинулся. — Вы что, не поняли?! Проваливайте, пока я вас сама не зарезала! — Вэгги подошла к камину, и достала стоящее возле него копьё. Схватила в руки и, угрожая, выдвинула его.       Вот тут уже постояльцы переглянулись между собой. Они осторожно зашагали назад. Я же осталась стоять на месте крепко сжав кулаки.       — Тебе особое приглашение нужно? — одноглазая сделала шаг в мою сторону, наконечник ангельского копья практически упёрся мне в шею. Но я его крепко схватила магией.       — Послушай, я конечно всё понимаю, тебе разворошили травму, тебе пришлось вернуться в место, которое ты теперь ненавидишь, тебя там стопудово забили палками, обматерили и забили камнями. Но это не повод доставать оружие и бросаться на всех осыпая матами! Сама меня ругала за агрессивность, а теперь сама орёшь!       — Ты не понимаешь! — злобно прорычала она, попытавшись выдернуть оружие из захвата.       — Что я не понимаю? Твою судьбу жалкую-несчастную? Прикинь, меня тоже незаслуженно изгнали в ад, ещё и не в своей вселенной, предварительно отобрав всю силу и статус!       — Откуда ты знаешь, что я бывший экзорцист? — Глаз Вэгги раскрылся в удивление. Ненависть поутихла.       — Прикинь, это очевидно! Во-первых, у тебя ангельское оружие, которое вряд ли тебе выделила Чарка. Во-вторых, у тебя нет одного глаза и нет звериных черт, как у большинства грешников, а если и есть, то не особо заметные. И, в-третьих, ты не особо хотела идти в Рай. Плюс ты насторожилась при первой встрече со мной, сказав что-то про то, что я экзорцист и пускать меня нельзя. А вообще хули тебе не плевать на своё прошлое, и то, что кто-то его знает? Ну была ты экзиком, ну убивала грешников и убивала, что с того? Здесь каждый третий такой! Ну изгнали тебя эти уроды из Небесной канцелярии, и что? Не одна такая! Я, как минимум, двоих таких же нашла, исключая тебя. Ну ненавидят тебя твои коллеги, и что? Мне вообще вся страна смерти желает!              Вэгги призадумалась закусив губу, вероятно, прокручивая в голове мои слова. Я же ощущала себя сидящей на пороховой бочке, фитиль которой либо мокрый, либо уже догорает.       Сделав тяжкий вздох, Вэгги забрала копье и ушла в сторону черного входа. Громко хлопнув дверью, она покинула территорию отеля. Мотив уходить мне был совершенно не ясен. То ли она просто не знает что делать, то ли она пошла искать кому можно набить морду, то ли она пойдет ныть в компанию к своей подружане.       Надо бы сходить к принцессе, да выяснить что такого произошло. Хотя… Это будет воистину бесполезно. Она просто поплачет мне в плечо, скажет как ей плохо от того, что всё равно бы произошло когда-то. Если конкретно, то посыл нахуй с просьбой сдвинуть чистку на полгода «дабы у грешников было больше времени, чтобы доказать, что они способны измениться» Ну, или просто пошлет нахуй.       Но наверное, всё-таки, надо сходить. Может произошло что-то гораздо серьезнее…

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Осторожно, стараясь не заскрипеть дверьми, я вошла в помещение. Комната оказалась огромной, больше всех остальных в гостинице, уж точно. Потолки высотой около четырех метров подпирали золотистые колоны, стены были разрисованы серебристо-золотыми линиями. В центре комнаты находилось большое панорамное витражное окно, а рядом с ним округлый диван. Багровые занавески ограждали несколько зон с диванами и креслами.       Возле левой стены стояла двуспальная кровать с балдахином, где укутавшись с головой в одеяло, лежала рыдающая Чарли. Рядом с ней парили два маленьких козлика с кучей платков в копытцах.       — Ну, как в Рай съездили? Настолько хорошо, что аж от радости плачешь? Или выгнали на входе ещё и побили?       — Отстань Луна, не до тебя сейчас. — тихо шмыгнула носом Чарли.       — Знаешь ли, я должна знать почему Вэгги всех хотела выгнать под страхом смерти.       — Да потому что вы, всё испортили! — ко мне резко повернулась опухшая, красная от слез рогатая морда. — Я вас один раз попросила нормально посидеть, потому что Рай будет на вас смотреть, а вы! Нет, вам приспичило гробануть архив экзорцистов! Зачем вам он! Почему, что бы я не делала, всё идет не так?!.. — Чарли встала с кровати подойдя к окну. — Может я зря тогда поверила, что у вас есть свет в душе, и всё что я делаю — бесполезно? — она повернулась ко мне, сверкнув глазами. — Может пора задуматься о том, что грешники могут правы быть, и что мечтам моим сбыться не суждено?.. Может пора перестать в грязь лицом бить? И мечты надо мне отпустить…       — А без натяжных рифм нельзя?       — Ой Луна, свали!

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      По итогу вышло так, что всех выселили. Меня в том числе. Как бы я не бранилась, как бы не злилась, как бы не била – всё равно оказалась на улице.        Энджел, скрепя сердце собрал свои немногочисленные пожитки, да умотал обратно на съёмную хату. Аластор, вместе со своими подчинёнными, ушел куда-то за приделы Пентаграмма, где у него (по его же словам)есть территории. Змей же завел свой корабль и улетел на окраину, где у него была база.       В общем, все разъехались. У одной лишь меня не было жилья.(Первый день в Аду передает привет) Более того, у меня не было даже кусочка земли, где его можно построить. Что у меня вообще есть? Немного денег, книги про другие вселенные и как туда попасть, (и то почти бесполезные) несколько самоделок и магия. Наличие последнего это самое важное. Пока у меня есть возможность колдовать, я не пропаду.              Оставаться в Пентаграмме мне не хотелось. Слишком шумно, грязно, и скоро он пойдет под нож вместе со всеми его жителями. Под раздачу я попасть не желаю. Вдобавок за полгода шумные соседи успели порядком надоесть. Посему я приняла самое логичное решение: перебраться в лес, что располагался за южной окраиной города, за Злыми скалами.       «Темный лес» встретил меня, как ни странно, тьмой. До него доходили лишь остатки и без того слабого света пентаграммы в небе. По сравнению с цветастым городом, чаща выглядела черно-белым фотоснимком. Над макушками пушистых лиственных деревьев тускло мигали далекие звездочки, что никогда не видно в окрестностях вечно не спящего мегаполиса.       Было холодно. На кончиках перьев, пальцев, всего остального, ощущался горьковатый привкус одиночества и тоски. Темные силуэты деревьев размывались в непонятное мясистое нечто, отдаленно напоминающее каких-то монстров из дешевых фильмов ужасов, что так любят снимать смертные. Возможно они там и правда есть, но мне как-то всё равно. Если я решила строить свою хибарку здесь — я буду строить её здесь. И вообще, я соседствовала и с более ужасным существом, и имя ему — Селестия. На крайний случай у меня есть нож, есть арбалет меч.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Ночь. Я сижу у окна, с кружкой почти остывшего травяного чая в руках и смотрю куда-то вглубь ночного леса. За спиной потрескивает пламя кривовато сложенного камина. Из окна дует прохладный ветер, покачивающий ставни. На столе стоит банка с адскими светляками, излучающими багрово-розовый свет.       На улице тишина, в недавно построенной хижине тишина, в голове тишина… Громкая, аж до звона в ушах, удушающая, она лезвием проходилась по разуму, до боли сжимала сердце. Вот они, долгожданные тишина и покой. Меня наконец никто не трогает, не надо разбираться с кучами бумаг, не надо сидеть на собраниях да заседаниях. Я одна со своими мыслями.       Больше нет надоедливой Чарли, из-за которой каждый день начинается с глупых уроков, что якобы приведут к искуплению. Больше нет Вэгги, что отчитает за каждый мат и косой взгляд. Больше нет Энджела с его пошлыми шуточками, вечно недовольного Хаска и снующей туда-сюда Ниффти. Больше не надо носить маску сарказма и иронии, строя безразличие.       Абсолютная и безграничная свобода, занимайся чем хочешь и когда хочешь. Но почему нет радости на душе? Почему по лицу не расплывается злобная ухмылка? Почему хочется чтобы те смазанные тени за окном принадлежали не деревьям, а одной группке грешников?       Поставив кружку куда-то на стол, я подошла к кровати и стянула с неё одеяло на себя. Натянув ботинки и плед на голову, я вышла на улицу.       Снаружи было темно и влажно. Что-то упало мне на челку, а после, подобно слезе пробежав по щеке, упало в лужицу под ботинком. Посмотрев вверх, я поняла, что всё это время шел дождь. А я и не заметила… Земля под ногами превратилась в мерзкую кашицу, липнущую к подошве обуви. Волосы слипались в сосульки, по которым стекали крупные капли воды.       У смертных в массовой культуре дождь часто сопровождает чью-то смерть. Что ж… В таком случае этот дождь сопровождает смерть моей веры в то, что мне безразличен ад и грешники живущие там (ну или по крайней мере несколько). Кто-то привязался настолько, что теперь не представляет свою жизнь без них… Ладно. Это пройдет. К тому, что предков убили, я тоже не сразу привыкла.       Что-то шло из леса. Значит пора уходить… К тому же я уже совсем промокла и продрогла.       Зашла в дом. Повесила мокрое одеяло над камином. Закрыла двери и ставни на шпингалет. Накрыла банку со светляками тряпочкой. Закинула дров в камин да и пошла спать.       Но сна не было ни в одном глазу. Сколько бы я ни крутилась, сколько бы положение не меняла, заснуть никак не выходило. В голове скучковались самые разные мысли. От того, что надо сделать на завтра, до того, как всё это меня заебало и я хочу вернуться в Эквестрию, да разнести там всех и вся нахуй.       Жизнь в лесу меня устраивала не особо. Но существование в городе ещё хуже. Каждый день просыпаться в три утра в своей маленькой засраной квартирке на окраине города, собираться на завод, ехать в душном автобусе полном таких же несчастных бедолаг, отпахивать шестнадцатичасовую рабочую смену, получая за это сущие копейки, ехать обратно и полностью разбитой плюхнуться на кровать с мыслью «вот бы завтра не настало». Мне оно надо? Мне оно не надо. Пусть этим страдает кто угодно другой.       Возле чащт витала какая-то своя атмосфера. Здесь никогда не бывает светло. В безоблачные дни на небе видна блеклая серебристая звёздная полоса, которую изредка рассекают метеоры. И лишь она освещает блеклый мертвенный лес, громадные чёрные деревья которого, кажется, доходят до самых небес. В зарослях блуждают огни. Иногда это просто светлячки, а иногда духи, что очень любят полакомиться заблудшей душонкой.       Пошла я значит ягоды собирать. Слышу — кто-то ходит рядом, похрустывая ветками, а вдалеке голубые огни. Осматриваюсь и нахожу скелет, а рядом лежит старенькая книжка с надписью «Дневник». Взяла её в руки, села на пенёк читать. Принадлежал он некой «Лупе», возможно, даже той, что упоминалась в архивных документах.       Рассказ не обещал быть интересным. Наверное, просто записи девки о том, как она ходила по чащобе, встречала рандомную дичь и обсиралась от неё. Потому я сразу пролистала в конец дневника. Он заканчивался на том что «Огни приближаются. Я слышу чьи-то голоса. Они хотят, чтобы я вернула им жизнь. Они взяли меня в кольцо». Книженку я не стала забирать, слишком уж старая, развалится ещё.       Если исключать всяких монстриков да сущностей, то в целом, жить можно. Однообразно, скучно, трудно, но можно. Уже полторы недели как здесь выживаю.       Каждый день я ходила колоть дрова для печи. И поскольку я не абы кто, а королевская особа, я использовала не топор, а меч. Да, это может аукнуться и артефакт потеряет силу. Но это же артефакт. А с холодом по ночам что-то делать да надо. Питалась в основном подножным кормом, преимущественно грибами да ягодами. Ох и долго я возилась с тем, чтобы найти хотя бы пару видов, в которых магия не найдет яда. Пару раз удавалось прирезать оленей. И не потому что я лох ни на что не способный, а потому что живности нет совсем. То ли всех огни сожрали, то ли изначально животные здесь не жили, ибо место гиблое. Мне этого не понять.       Днём собирала пропитание, таскала воду, находила разные безделушки начиная красивыми камешками, заканчивая мелкими кристалликами. Вечером я заваривала чай и садилась у окна, погруженная в свои мысли о том, как до такого докатилась и почему я предпочла убогую лачугу на окраине леса, какому-нибудь парку в том же районе каннибалов.       Книги и прочие перенесенные из комнаты вещи мирно пылились на полке, ожидая момента, когда они мне почему-то понадобятся. Первые несколько дней мне было совершенно не до них, ибо хижина сама себя не построит, даже если ты колдун со стажем. А потом на меня опустилась какая-то серая тоска, потом с крыши упала доска, потом вам на уши навешалась лапша. Не пылилось у меня ничего на полке.       Книги я перечитала ещё в первый день. Чтиво интересное, написано поэтично, но всё равно полетело в топку, в прямом и переносном смысле. Что? Мне не сподручно каждый раз магический огонь призывать, иногда приходится довольствоваться обычным.       Правда потом, меня мучила совесть за то, что я сожгла бесценные знания, словно какой-то варвар, не понимающий ценность томов на сотни страниц. Потому, я попробовала исполнить описанные обряды. Ничего у меня, (как удивительно) не вышло, ибо произведение о моем путешествии в ад ещё не закончилось.       И, судя по всему, закончится не скоро. Забирать меня никто не собирается, (даже те аликорны из пролога) а погибать от ангелов не планирую уже я. Слишком жалкая смерть, что постигла кучу людишек до меня и постигнет после. Возможно, постигнет и команду отеля. Жаль их, однако… Они были неплохой компанией, иногда слишком бесячей, но неплохой. По сравнению с остальными смертными уж точно.       Эх… Надо бы навестить гостиницу. Скоро же её снесут. Да и весь остальной город тоже. Надо же запомнить как выглядело самое большое пепелище ада, до того, как оно стало таковым.       А возможно экзорцисты уже прилетали, а я стала жертвой очередной аномалии. Что-то слишком сильно мне везет на них. Слушайте, может быть подкинете аномалий для экзиков, чтобы они задержались на какой-то неопределенный срок, и чтобы я успела составить схемы действий на ближайшее будущее?       Почему-то мне кажется, что единственный хороший план — это подготовить оружие и защиту. Времена грядут не простые… Либо мне так кажется.