бывшие

Макс полчаса назад выехал с работы, но до сих пор даже не повернул в сторону дома. Ему туда совсем не хотелось. Он кружил по улицам, размышляя, где бы поужинать, и просто убивая время. Наконец ему на глаза попался небольшой итальянский ресторанчик, имевший два неоспоримых преимущества: свободные места на парковке и отсутствие воспоминаний, связанных с Настей. Здесь они никогда не были вдвоем. Он припарковался, вышел из машины и вдруг услышал за спиной оглушительный вопль: ?: горыныч! Дружбан! Вслед за этим на него налетело нечто хохочущее басом, похлопывающее по плечам и улыбающееся до ушей. Это был его старинный друг Пашка. П: Как жизнь? вопрошал он радостно и громогласно. М: Да ничего себе. А ты как? П: Все пучком. Вот, в отпуск собираюсь. Ты вообще как здесь? М: Поесть хотел Макс кивнул в сторону ресторана. П: Один? М: Ага. П: Поесть он хотел! восторженно повторил Пашка. П: А не хочешь ли пивка выпить со старым другом? Тут в подвале есть один барчик... Пиво прямо из Праги. Ну и колбаски там всякие с рульками. Пошли, а? М: Ну, пошли. П: Ха-ха! Пашка треснул Макса по плечу, тот в долгу не остался. Завязалась небольшая потасовка, которая, как ни странно, привела Макса в прекрасное расположение духа. Он почувствовал себя шестиклассником, который и не догадывается, что в мире существует такая вещь, как проблемы с женщинами. Барчик оказался таким, каким ему положено быть: сумрачным, полным деревянных и каменных поверхностей и вкусных запахов. Пашка сразу захватил стол в дальнем углу и потребовал у официанта «как обычно два раза». После двух бокалов крепкого пива Макс сам не заметил, как рассказал другу о своих семейных проблемах. Пашка стал первым, с кем он заговорил на эту тему. Больше никто - ни друзья, ни коллеги - даже не догадывался, что Настя от него ушла. Он и сам не знал, зачем пытается сохранить видимость того, что у него все в порядке. Наверное, догадывался, что жалости и сочувствия не вынесет. Но от Пашки жалости ждать не приходилось. Он смотрел на вещи просто, а это как раз то, что нужно было совершенно запутавшемуся Максу. П: Обычное дело изрек Пашка, выслушав его историю. П: Бабе захотелось романтики, всяких там вздохов при луне, ужинов при свечах, серенад под окном. Вы же сто лет вместе. Надоели друг другу. Как же без разнообразия? Вот тебе, например, разве не хотелось какого-нибудь... Пашка нарисовал в воздухе что-то вроде женской фигуры с пышными формами П: разнообразия? М: Речь не обо мне отрезал Макс. М: Романтики, говоришь... Он задумался. П: Ну да. Разве у вас была романтика после стольких-то лет? М: Была неуверенно произнес Макс. М: У нас была романтика. Все было хорошо. П: «Все хорошо» - это не романтика, а скучная обыденность. М: Может, ты и прав вздохнул Макс. П: Эй! воскликнул Пашка. П: Даже не думай раскисать! И тем более объявлять себя виноватым. Мало ли что романтики не было. Она все равно не должна была. Это подло и не по-товарищески. Да она просто... М: Ты все-таки воздержись от крепких выражений остановил его Макс. П: Так ты собираешься и дальше по ней сохнуть? Максим пожал плечами. П: Может, ты ее и простить готов? М: Да что-то не похоже, что ей нужно мое прощение. П: Ну так выкинь ее из головы! Не стоит она того, чтобы ты так убивался. Пашка взмахнул пивной кружкой, пена выплеснулась на стол. М: С чего ты взял, что я убиваюсь? Макс глотнул прохладного янтарного напитка. П: Да что я, рожу твою не вижу? Ты же похож на дохлого суслика. Скукоженный весь и чахлый. Никакого задора в глазах! М: Да уж. Чего нет, того нет. П: Вот поэтому я и не женюсь глубокомысленно изрек Пашка. П: Слушай, я тут в отпуск собрался. В Египет. Поехали вместе, а? Я тебя так отдохну, ни разу не вспомнишь про свою Настю! М: А мы в Солнцегорск собирались... проговорил Макс. П: В Солнцегорск?! возбудился Пашка. П: Вот это тема! Да это же наше место! Помнишь, как мы там, в лагере, на последней смене?.. Да и на предпоследней. Всегда! О! Давай вдвоем рванем в Солнцегорск! У тебя когда отпуск? М: Скоро. Через десять дней. П: А у меня через неделю. М: Все, решено. Я первый полечу. Разведаю там, как и что. Подготовлю тебе достойную встречу. С оркестром. Солнцегорск! Как я сам не догадался туда съездить? Настя услышала отчаянный вопль подруги и со всех ног бросилась в ее комнату. Н: Что случилось? спросила она с порога. Подруга стояла перед зеркалом в расстегнутом платье бледно-зеленого цвета. Н2: Я потолстела! Н: Я подумала, на тебя шкаф упал выдохнула Настя. Н: Ты так вопила. Н2: А ты бы не завопила, если бы на тебе не застегнулось любимое платье? Н: Наверное пожала плечами Настя. Н2: Вот именно. Ты даже не представляешь, каково это! Ты всегда была худой, а за последний месяц вообще отощала. А я наоборот! Набрала за зиму три килограмма и выгляжу как беременная бегемотиха. Н: Зимой все набирают вес успокаивающим тоном произнесла Настя. Н2: Нет, не все. Подруга смотрела на нее очень недобрым взглядом. Н: Да, я выпадаю из брюк. И мне это совершенно не нравится. Я бы с удовольствием забрала твои три килограмма себе. Н2: Ты настоящий друг! Подруга обняла ее. Н2: Может, подарить это платье тебе? спросила подруга через несколько минут, когда они уселись на диване перед телевизором. Н2: Думаю, этот цвет тебе пойдет. Н: Ну уж нет возразила Настя. Н: Ты что, не собираешься отвоевывать талию обратно? Н2: Собираюсь. Но вдруг у меня не получится?‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍