Из мечты в реальность или никогда не думай, что никогда.

После ночи розыгрышей выспался только Хосок, потому-что уснул в наушниках, а зашедший к нему Джин, который хотел позвать его с нами, не стал будить. Только утром, точнее днем, когда все проснулись, ему все рассказали, и он ухахатывался с видео и говорил, что мы умницы. Мы все дружно решили, что он так говорит, ибо разыгрывали не его. Та ночь, нас незримо сплотила. Мы как будто стали ближе друг другу. Если раньше и было смущение, то теперь общение стало совершенно простым и парни, заметно больше, стали с нами общаться и куда-то звать. На следующей неделе, мы поехали с ними на интервью. Не участвовали, были зрителями. Сидели в зале в специальных наушниках, в которых Ромин голос нам переводил все сказанное. Так как говорили много, он переводил своими словами и иногда такое, что мы тихо смеялись. С ним легко, сдружились сразу. Надо же было быть «не разлей вода», так и получилось. Мы нравились ему, он нам. Он даже иногда говорил, что не чувствует себя нанятым работником, потому что мы настолько его внедрили во все, что он просто забывается. Парни к нему относятся тоже по-дружески, и спокойно реагируют на то, что Рома всегда рядом. Мы наблюдали за интервью и старались запоминать, как стоит себя вести, самые интересные вопросы Рома переводил в точности вместе с ответами. Это так увлекательно. Заметно, что парней, в их родной стране, очень уважают. Но они, остаются простыми, хоть и мировые звезды. В другой день, мы ходили смотреть, как записываются песни. Сидели в студии как мышки. Боялись, лишний раз вздохнуть. Так интересно и волнительно, присутствовать при рождении хита. От вокала парней, просто кровь в жилах застывала. Как же это красиво. А когда была часть реперов - наши глаза округлялись от крутости услышанного. Но это для нас было «вау», для парней это обычная работа, и они успевали и подурачиться. По приезду домой, мы всегда что-то готовили, либо девочками, либо к нам кто-то присоединялся из парней. Много шутили и смеялись. Они нам тоже начали открываться и не стеснялись при нас обсуждать многое. Вот в один из таких дней, после готовки, мы сидели за столом после обеда и общались. Тэхён рассказывал историю про Ёнтана (это его собачка, миленький маленький шпиц.) мы слушали и смеялись. Я отнесла тарелки на кухню и подошла обратно. Встала за спинами у Джина и Намджуна, облокотившись на спинку стула Джина. Слушая Тэ, я провела своими длинными заостренными ногтями по шее Джина вверх к голове. Проводила мягко массируя. Я так часто делаю Ксюше или Даше. Им очень нравится. Вот и сейчас, просто порыв, слушая уже Хосока, просто рука сама поднялась и помассировала Джину затылок. Вожу рукой и понимаю, что все смотрят на Джина, а потом как засмеялись. Я замерла, осознавая, что я делаю. Осторожно убрала руку, чтобы не сделать больно и отошла. Балин, как же стыдно. Смотрю широкими глазами от страха на Джина. Он повернулся и в своей манере шутника, говорит: - Эй, чего остановилась, ну-ка продолжай! Чего это ты? Сделай еще раз так. Я в удивлении на него уставилась, но потом подошла и повторила движение. Джин издал какой-то звук и захохотал. Я расслабилась и провела ноготками по его спине. Он выгнулся, повернулся и смотрит на меня в удивлении. - Как ты это делаешь и почему ты так делаешь только сейчас? - я расхохоталась. Даша: - Это тебе только сейчас так сделали, а мы так кайфуем, ежедневно. Круто, правда? Короткими ноготками так не получается. Будет приятно, но не до таких мурашек. Ксюша: - О, мне тоже нравится, иногда прихожу, Лена читает, я ложусь к ней на коленки, и она просто водит по голове ногтиками. Кайф. Лена: - Кайфует она. 5 минут и все, клиент готов. Мирно сопит и спасибо не скажет, - смеюсь, Даша, кстати, тоже засыпает быстро, когда ее гладишь. Джин: - Ты там не болтай, а давай продолжай. А то они кайфуют, а мы обделенные, - я посмеялась, но выполнила просьбу, пусть и этот человек кайфанет. В момент моего мини-массажа головы и спины Джина, смотрю на Дашу, а она, одними глазами, показывает мне на рядом сидящего Намджуна, который, просто смотрит на мои манипуляции. Я ей показала, что не буду так ему делать, что, мол, стесняюсь, но она настаивала. Я решила перебороть свое стеснение и, наверное, впервые, дотронуться до Намджуна, просто так, без необходимости и не случайно. Переместилась за спину Джуна и сделала все то же самое, что и Джину. Ожидала, какую угодно реакцию, но он так дернулся, и моя рука повисла в воздухе. Вот сейчас стало очень неловко. Я машинально спрятала руки за спину и отошла на шаг. - Извини, я больше так не буду, - сделала еще небольшой шаг назад. - Неет, я просто не ожидал. Все нормально. Можешь еще раз так сделать? - Намджун, нормально, если тебе не нравятся мои прикосновения. Не надо себя заставлять. Все нормально, - говорю я легко и с улыбкой, а внутри какое-то такое неприятное чувство зародилось, где-то в области солнечного сплетения. Он развернулся сильнее ко мне, и взял за руку, которой, как оказалось, я сминаю майку, в том самом месте, в котором почувствовала неприятное ощущение. Так, Лена, научись уже контролировать свои руки. - Мне не неприятно. Не думай так. Я, правда, просто не ожидал. Но теперь я готов узнать, от чего так кайфуют девочки и почему у Джина было такое лицо. Я улыбнулась и немного расслабилась. Подошла к Намджуну, развернула его к себе спиной и медленно промассировала ногтиками ему голову. Затылок, прошлась к вискам и опустилась к спине. Заметила у него на шее, кожу в мурашках. Все, кто видел его вырождение лица, смеются. - Ого, никогда не думал, что это так приятно. Можешь иногда так делать? - Могу, конечно, - улыбаюсь. - Прикольно, что вы такие чувствительные. Не все мужчины такие. Девочкам многим нравится, а вот парни не все наслаждаются. И не надо так смотреть, я проверяла на друзьях, Ксюша не даст соврать, - смеемся. Ксюша: - Да, было дело. Она один раз, имела глупость, вот так же не проконтролировать свои руки и теперь, некоторые наши друзья, подходят и просят «почухать» их. А некоторые ничего особенного не почувствовали. Лена: - У них просто кожа, как у слоников, - опять смеемся, вспоминая тот вечер в компании. Не стоит рассказывать, что через минуту, возле меня уже стояли Чонгук и Тэхён. Я с ними проделала то же самое и оба меня заверили, что это я зря, и что теперь они будут частыми моими клиентами. Я сказала, что с радостью, иногда, буду их «мурашить». Хосок тоже не остался без внимания. Только он еще и сравнил ощущения, попросил Дашу, поводить у него по спине, а потом меня. Хитренький. Уверена, что Дашины прикосновения вызвали гораздо больший восторг, но мурашки победили. Он сказал, что круто и так и так. Выкрутился. Я только подмигнула Даше. Рома все перевел, я у него спросила, как он переводит слова, которые даже не существуют. Он сказал, что объясняет значение или показывает пантомимы. Мы с девочками угарнули с этого. Тяжела жизнь Романа, хотя он выглядит вполне ею довольным. Заметила, что за столом не было Чимина. Спросила где он, Тэ сказал, что он в своей комнате. Решила, пока все общаются, сделать его любимый чай и отнести вместе с едой. Может, занят чем-то. Поднялась на второй этаж, подошла к его комнате, стукнула тихонько носочком ноги, руки заняты, и вошла, с трудом открыв дверь. Чимин сидел на полу, спиной облокотившись на кровать, и смотрел в пустоту. Казалось, он меня даже не заметил. Я прошла в комнату, поставила еду и чай на стол, закрыла дверь и села рядом с Чимином. Он не повернулся и никак не показал, могу я остаться или нет, мешаю ли я? Молчание знак согласия. Я минуту просто сидела и смотрела на него. Что у него сейчас в голове происходит, что он похож на сломанную игрушку? Ничего не говоря, я развернулась к нему боком и засунула одну ногу, ему за спину, под кровать, а вторую согнула в колене и обняла его. Он не сопротивлялся. Позволил себя обнять. Я села поудобнее, и обнимала, поглаживая по голове. Спокойно и размеренно. Иногда, не нужны слова, нужно просто присутствие того, кто поддержит. Какое-то время мы и сидели молча, были слышны, только тихие всхлипы. У него плакала душа, а у меня разрывалось сердце. Стоял ком в горле и слезы поступали к глазам и лишь силой воли, я не давала им пролиться. Я немного покачивалась из стороны в сторону и продолжала его гладить по голове, тихонько перебирая прядки. Он немного отстранился и посмотрел мне в глаза. Мне не было его жалко, мне просто хотелось помочь, если он захочет. Не знаю, что именно он увидел в моих глазах, но сел и спросил: - Я, правда, ужасен? Свое искреннее удивление я сдержать не смогла. - Ужасен? Почему ты ужасен? - Вышло наше интервью. И так много комментариев… Я все поняла. Долбанные хейтеры! Чтоб их… за что они постоянно его гнобят? За что? - Ты прочитал много негативных отзывов о себе? Это тебя расстроило? - Меня это расстраивает уже много лет. Никак не могу приучить себя относиться к этому спокойно. Я же так стараюсь, - опустил голову. - Чимин, мне сложно тебя понять, я не сталкивалась с подобным, возможно, у нас еще все впереди, но можно я скажу тебе честно? - смотрю на него и жду, когда он поднимет на меня глаза. - Ты прекрасен. Ты прекрасен как артист, как человек, как друг… Ты даришь свет, одной своей улыбкой. Ты всегда приходишь на помощь к тому, кто в тебе нуждается. Ты создаешь прекрасную музыку, твой голос способен успокаивать или же наоборот побуждать к действию. Ты очень красив и талантлив. Ты сейчас понимаешь, что я тебе говорю? - он только кивнул, но щечки немного порозовели, смущается от такого количества комплиментов, а я же, не солгала ни в одном слове. - Ты же понимаешь, что ты не щенок, чтобы всем нравится, да даже щенки не всем нравятся, - он немного улыбнулся. Я взяла его за руку и продолжила. - Есть люди с грязной душой. Они ничего не добились в жизни и умеют только обвинять всех в своей никчемности или же завидовать тем, у кого что-то получилось. И им плевать, что этот человек пахал без сна, валясь с ног от усталости на грани обморока, чтобы чего-то добиться, им на это плевать. Они не умеют мыслить, умеют только плеваться желчью, оскорбляя кого-то и получая от этого удовольствие. Но они не достойны, не достойны ни одной твоей слезинки, не достойны твоих мыслей, твоих самокопаний. Понимаешь? Ты тот, кто ты есть, потому что сделал себя таким. Ты справился, ты выстоял. Я понимаю, сложно не обращать внимание на хейт, но нужно любить себя так сильно, чтобы никто не смог разрушить эту любовь. - Я иногда так устаю от вечных мыслей в голове. Почему я им не нравлюсь? Чем я так плох, что мне нужно сделать еще, чтобы понравится? Постоянно прокручиваю события, пытаюсь понять, где допустил ошибку… Нам всем, приходится сталкиваться с хейтом, но на меня, порой, выливается столько всего, что я не понимаю, чем я это заслужил и как это исправить. - Чимин, на тебя льют много дерьма, не потому что ты плохой, а потому что ты ранимый. Вы столько снимались в разных шоу. Своих или были приглашенными. Показывали свою жизнь под камерами. За вами наблюдало и наблюдает огромное количество людей. И те, кто с чернотой в душе, знают, что ты дашь реакцию на их яд. Знают, что тебе будет больно. Что ты больше других подвержен самокопанию. Да, ты прав, вам всем тяжело и парни, иногда страдают и пытаются как-то восстановиться, в этом жить сложно. Но они тверже внутренне. Я сейчас не про силу характера или силу воли. Я про душу. Ты все берешь близко к сердцу. Пропускаешь через себя всю эту грязь. Уходишь и закрываешься в себе и остаешься один на один с болью, которую тебе приносят все эти слова. Но, тебе надо осознать, что тех, кто говорят все эти мерзости, их мало. А тех, кто тебя любят и желают тебе только добра – миллионы. Посмотри на меня. В моем лице, сейчас, с тобой говорит и фанат и просто человек, который полюбил тебя всем сердцем. Фанат - за твое творчество и талант, за песни, которые помогают идти дальше. А человек - за твою прекрасную душу. За то, какой ты человек. Ты мне всегда нравился, когда я смотрела на тебя из своей далекой страны, через экран телефона, всегда чувствовала, что ты хороший. Но когда мы приехали, и познакомились лично… ты же не представляешь, каким я тебя вижу и не одна я. Ты прекрасен Чимин. - он улыбается, но из глаз текут слезы. - Ты говоришь столько приятных слов, мне уже даже неловко, как будто я выпрашиваю комплименты. - Я тебя сейчас стукну, - улыбнулась ему. - Я говорю тебе все эти вещи, за тех людей, у которых нет возможности это сказать, кто чувствует то же самое, но не может достучаться до тебя по разным причинам. Я не льщу тебе и не пытаюсь наговорить комплиментов, лишь бы ты успокоился. Нет, я говорю только то, что думаю. Вот смотри - беру телефон, захожу в его инстаграм и показываю количество его подписчиков. - Видишь? Посмотри на это количество людей, которые готовы подарить тебе свою любовь, которые такие же, как и я, как девчонки. Людей, которые восхищаются тобой и твоими успехами и чисты в своем восхищении. Конечно, среди этого числа есть и те, кто просто завидует тебе, но их численность ничтожно мала. Знаешь что? Старайся слушать тех, кто тебя правда любит и способен оценить по достоинству. Своих родных и близких, братьев и просто тех, кто рядом, и свободны в своей искренности. Прислушивайся к ним. А когда читаешь такие комментарии, от которых опускаются руки, то представляй, что это пишет некто, в драной неопрятной одежде, дурно пахнущий, с засаленными волосами, с самой дешевой бутылкой пива в руках, живущий в неуютной квартире, и лежащий на продавленном, неудобном диване. И единственная радость этого никчемного существа - брызнуть ядом в кого-то, кто добился всего своим трудом. Представляй их такими. - Как ты хорошо описала. Мне нравится, такого человека хочется пожалеть. Я не ожидал, что в твоем лице сегодня найду поддержку. Думал, просто пересижу внутреннюю бурю, соберусь, и как всегда буду жить дальше, но ты пришла и сказала много таких теплых слов, показала, как я важен, что есть много тех, кто любит меня, и что не надо о них забывать в такие моменты. Спасибо, что поддержала меня в начале и не задавала вопросов, мне это было нужно. Огромное спасибо, - мы обнялись и посидели так немного. Я только услышала, как открылась и закрылась дверь. Оказалось, заглядывал Намджун. - Тебе стало немного легче? Вот здесь? - указала пальцем в область сердца. - Конечно, стало. Так тепло внутри. Неприятный осадок еще есть, но это уже мелочи. - Всегда, когда больно внутри, надо эту боль выпускать. Можно плакать или смеяться. А можно покричать. Хочешь, поорем в подушку? - смотрю на него и улыбаюсь с реакции. - Что сделаем? - Поорем в подушку. Мне говорили знакомые, что когда им было очень плохо внутри, они ехали в лес, подальше и орали, сколько есть сил, так выходит боль и становиться легче. В лес мы не поедем, но в подушку можем и поорать. Могу с тобой, чтобы не было неловко. Правда к нам быстро прибежит кто-нибудь, но мы успеем освободится от внутренних оков. Если хочешь. Я ни разу так не делала раньше. - Это как-то странно. Кричать в подушку. - Ну, нет, так нет, мое дело предложить, - хотела подняться … - Я не говорил, что не хочу, просто это странно. Но давай попробуем, мне интересно. - Давай, если что, то быть дураком, с кем-то, не так позорно, - Чимин улыбнулся и взял две подушки. Мы договорились рухнуть в них лицами и орать, сколько есть сил на счет три. Чимин отсчитал пальцами до трех, и мы вместе как заорали. Не знаю, что там подумали обитатели дома, но мы, когда воздух в легких закончился, подняли головы, посмотрели друг на друга и как захохотали. Просто до слез. Валялись на полу и хохотали в голос. Так, что не могли ничего сказать. В комнату вбежал Намджун, а за ним, спустя несколько секунд, девочки с Ромой и Хосок. А мы, видя их удивленные лица, смеялись только сильнее. Истерика закончилась не сразу, мы успокаивались и снова смеялись. Успокоив домочадцев и сказав, что с нами все в полном порядке, они удалились, хотя вряд-ли поверили нашим заверениям. А нам было все равно. - Ну что, стало легче? - Удивительно, но да. Так легко сейчас, как будто и не рыдал еще несколько минут назад, - говорит с теплой улыбкой. И нет этой пустоты в глазах. В них снова свет. И мое сердечко перестало болеть. - А я что говорила. Тетя Лена плохого не посоветует. Слезы, ор, смех. И отпустило. Если что, всегда приходи. Если просто хочется чьего-то присутствия, или плохо, или просто посмотреть фильм захочется, просто приходи, не будь один, хорошо? - Если честно, то я хотел пару раз зайти к тебе. Было поздно, но ты не спала, думал или поговорить или фильм посмотреть, но не решился, постеснялся. - Вот это ты зря, конечно. Не стесняйся. Приходи всегда, когда захочется. Бери пример с Чонгука, он не только заваливается ко мне, когда душе его угодно, но еще и ворует мою еду прямо у меня с тарелки, при этом смотря мне в глаза, - Чимин хохочет уже в голос. - Да, Чонгук такой, хотя и ему, иногда бывает тяжело. Тогда мы все, стараемся его поддержать, но больше всего с ним проводит время Тэхён. У него всегда, получается, подобрать правильные слова. - У всех бывают плохие дни, но они становятся радостнее, когда рядом любимые люди. Так что, может я и не любимый для тебя человек, что не странно, но ты всегда можешь на меня рассчитывать. И не стесняйся, понял? Вот как ты ко мне относишься? - В каком смысле? - В смысле, я тебя привлекаю как девушка? - Прости, но нет, - смеется, прикрываясь рукой. А я смеюсь с него. - Прощаю, вот и ты меня не привлекаешь как мужчина, да простят меня твои поклонницы. Я отношусь к тебе как к другу или младшему брату. Вот и ты меня воспринимай так же. И тогда нечего будешь стесняться. Ты же не будешь стесняться друга или сестру? Ну вот, так и воспринимай. - Хорошо, так и сделаю, буду тебе надоедать своим присутствием. - Мелкий, если ты мне надоешь, я тебя из комнаты вышвырну, - смеемся. - Хорошо, договорились. - Ладно, пошли я тебя покормлю, а то эта еда остыла вместе с чаем. Мы спустились на первый этаж. Разогрели Чимину еду, и я сделала новый чай. И себе тоже. Стоит ли говорить, что в этот же вечер, мы смотрели вместе с Чимином у меня фильм? Позже к нам пришли и девчонки, а потом и Чонгук. Хорошо, что в моей комнате большая кровать. Всем места хватило, все были довольны.