Мир на грани войны

Ризли сидел на холодном полу пещеры и гладил волосы уже заснувшего Нёвиллета. Того он уложил рано, не хотя слушать его возмущения. Беловолосому нужен был отдых, в этом не было никаких сомнений. Но Ризли ещё не хотел спать. Он услышал тихий кашель из другого отдела пещеры и осторожно поднялся, чтобы не разбудить отшельника. Он тихо прошагал до отверстия в камнях, которое отделяло большую комнату пещеры от их, маленькой, и протиснулся в него, доходя до своего командира, который не спал, тихо кашляя в углу. — Кейа, вы в порядке?— Осторожно спросил он, присаживаясь на корточки рядом с синеволосым. Тот улыбнулся, медленно качая головой, его мудрые, спокойные глаза добро осматривая своего главного помощника. — В порядке. Я думал, ты умер. Ризли вздохнул, усаживаясь на пол напротив Кейи, который сидел опираясь спиной на стену. — Я тоже думал, вы умерли. В этом плане, мы квиты. Тот опустил голову, выдавая несколько смешков, за которыми последовал кашель. Темноволосый насторожился, но вскоре кашель сам собой прекратился. — Не бойся.— Произнёс командир, когда увидел обеспокоенное выражение лица подопечного.— Я в порядке. Но ещё день — и вы бы уже тащили только мое тело. — Что с вами было? Почему вас... — Пытали? Я не хотел им говорить, где наши войска.— Перед ошеломленным выражением лица своего помощника, Кейа улыбнулся.— Наше войско живо, Ризли. Они ждут нас. Ризли невольно растаял в улыбке. Его войско, его люди, все, кого он уже оплакал и с кем попрощался, все они были живы... — А меня взяли. Ну, у Шермис всегда была неутолимая жажда крови. Ну, по крайней мере, у Яэ.— Взгляд Кейи устремился куда-то в сторону, потом вернулся обратно.— Дилюк не такой. Он спас меня. — Да, я давно хотел у вас спросить.— Вспомнил Ризли, усаживаясь поудобней. Широкая улыбка не покидала его лица.— Он же один из командиров Шермис, верно? Почему он вам помогает? — Потому что он не такой, как они.— Повторил синеволосый. Его взгляд смягчился, стал почти мечтательным, и Ризли все понял. —... Он ведь полюбил вас, верно?— Осторожно спросил он, получая в ответ легкий кивок.— Он бросил своё войско ради вас? Он бросил всех своих людей... — Он только что ушёл обратно.— Перебил Кейа, его лицо непроницаемо как всегда. Он снова повернулся к Ризли.— Он сказал, что не может оставить своих сражаться с госпожой Яэ. Им это не по силам. — Как не по силам? Я видел, было много протестующих... — И вместе с её войсками, они перебьют друг друга полностью. Помощник командира замолкнул. Он видел, сколько было бунтовщиков, но те выходили на улицы лишь с камнями и, лишь изредка, с кочергами. У войсков командирши были и мечи, и копья, и арбалеты, и много другого наиопаснейщего оружия, которое не сравнится с самодельным деревянным ножиком в руках неопытного жителя. —... А с ним будет всё в порядке? Почему он не позвал нас? — Нёвиллету не по силам идти обратно. Другие двое, которые пришли с нами... — Ваншу и Мэри. Кейа кивнул, пытаясь запомнить имена на будущее. — Ваншу и Мэри, они пожилые, им нельзя на войну. Это было бы против элементарных человеческих прав. — А я?— Ризли посмотрел на пустующий вход в пещеру, единственный источник света помимо потухавшего костра в центре помещения. Кейа посмотрел на него снова, лишь отвечая. — А тебе бы не стоило отходить от Нёвиллета. Это не прозвучало как ругань или отчитывание от командира. Это был просто факт, который заставил Ризли покраснеть от чувства вины. — Да, я наверное пойду... — Иди.— Кейа остался смотреть на костер; разговор был закончен. Да и командиру, наверное, надо было время на подумать. Ризли отошёл и пробрался обратно в проем своей комнаты. Нёвиллет не спал, опираясь руками на пол и усаживаясь, поворачиваясь к Ризли, когда тот вошёл. В комнате не было видно почти ничего, так как лунный свет еле доходил до неё. — Мы можем развести костер?— Тихо спросил он. Его вечное спокойствие теперь немного улетучилось; его глаза странно бегали, будто он чего-то боялся. Ризли кивнул, поворачиваясь обратно к выходу. — Я пойду за ветками... — Стой.— Нёвиллет встал, подходя к темноволосому.— Я с тобой. — Нёвиллет, ты ещё очень слаб... — Я с тобой.— Повторил он, пытаясь надеть на себя обеспокоенный фасад. Он не волновался, что на Ризли могут напасть снаружи, ведь тот умел хорошо защищаться, да и еще у Шермис сейчас было слишком много других проблем, чтобы отвлекаться на их поиски. Но то, что он до ужаса боялся темноты, он не собирался говорить Ризли. Звучало уж очень по-детски. Серый воин вздохнул, но улыбнулся, взяв беловолосого за руку и выходя из маленькой комнаты. Пройдя мимо Кейи, который будто и не заметил, что они вышли, пара немного отошла от пещеры и пошла искать ветки. Их в лесу было очень много, и скоро у них уже руки были полны сухими деревянными палками; Ризли ещё взял большой камень, чтобы развести с его помощью огонь. Они быстро вернулись и уселись обратно в своём уединении. — Умеешь разводить костер?— Спросил Ризли дабы наконец разрушить то неудобное молчание. Нёвиллет сначала кивнул, но в темноте он чувствовал себя слишком неуверенно, и боялся, что его руки начнут из-за этого дрожать, поэтому попросил: — Можешь ты развести, пожалуйста? Ризли кивнул, не прося объяснений. Он начал укладывать ветки и тереть палку против камня, поглядывая на Нёвиллета. Тот смотрел на камень, будто это было самым важным делом на свете: просто зажечь огонь. Может, ему холодно?, подумал Ризли. Он опустил камень с палкой, двигая беловолосого ближе к себе и обнимая его за плечи, немного прижимая к себе; немного неудобный жест, так как оба не знали, как это делается: показывать любовь. — Можешь, пожалуйста, разжечь костер?— Немного резко спросил Нёвиллет, сразу осознавая грубость своего тона и резко потряхивая головой.— Извини, я... Я наверное просто устал. Я не хотел. — Что-то не так?— Обеспокоенно осведомился Ризли, отпуская объятия, из-за чего обоим стало еще хуже и неудобнее. — Всё так, всё так, дай, я разведу...— Выпалил беловолосый, отбирая палку и камень и начиная их тереть друг об друга. Его руки и правда немного подрагивали, но ему уже было всё равно. Наконец, выпала искра, и поднялся дым. Отшельник подул на него, и вот появилось пламя. Наконец-то, при присутствии света, он облегченно вздохнул, поворачиваясь обратно к темноволосому, который внимательно за ним наблюдал всё это время. — Извини. Я просто... Мне легче с костром.— Лишь сказал он, опуская лицо обратно к пламеню, с облегчением чувствуя, как его вечное спокойствие приходило к нему обратно. Ризли лишь кивнул, тоже засматриваясь на огонь. Он продвинулся ближе к отшельнику, но обнимать не стал, боясь, что снова потревожит. Он начал догадываться, что происходило с Нёвиллетом, но спрашивать не стал, зная, что того это насторожит еще больше. —... Я раньше всегда рассказывал тебе обо мне.— Вдруг необдуманно выпалил он, поворачиваясь к отшельнику.— Я почти ничего про тебя не знаю. Как ты жил до... До этого всего? Тот вздохнул, не отводя взгляда от пламени. Он начал говорить, тихо, но четко. — Я в двадцать уехал от родителей. Нашел себе комнату в общаге, спокойно жил, учился, подрабатывал. У меня не было ничего осоьенного в жизни.— Он повернул голову к Ризли, заглядывая ему в глаза, и наконец сказал.— Я боюсь темноты. Очень боюсь темноты. Мои родители сначала это приняли за самую обычную фобию, пока не увидели, что я даже спать не мог, до того мне страшно было закрывать глаза.— Он передохнул, опуская голову на плечо темноволосому, который начал гладить его по голове.— Меня отправили в психический центр, где я пробыл около двух недель. Из-за недосыпания, у меня начались галлюцинации, но они быстро закончились. Я прошёл период усиленной терапии, и сейчас мне намного лучше. Беловолосый медленно поднял руки с колен и обнял Ризли. То, что он раньше никому не говорил, наконец сошло с его губ, и серый воин казался ему лучшим слушателем на тему. Тот лишь продолжал поглаживать его по голове, другой рукой тоже приобнимывая отшельника за спину. — Пока мы спим, можешь не тушить костер?— Спросил Нёвиллет, которого уже давно клонило в сон. Ризли одобрительно кивнул, осторожно укладывая любимого против стены пещеры на здоровое плечо и не очень далеко от костра, чтобы тот мог за ним наблюдать для большего спокойствия. — Не буду.— Темноволосый поднял руку и нежно убрал пряди волос с лица возлюбленного, целуя его в нос.— Спи. Я не потушу костер. С этими убедительными словами, Нёвиллет закрыл глаза и, уже скоро, погрузился в сон, за которым тоже потом последовал Ризли.