Касания

Дань Хэн не заметил, но Келус заметил. О чём речь? О прикосновениях. Келус, как фанат всевозможных художественных произведений, в первое время определял Дань Хэна как типичного крутого холодного парня, эмоции на лице которого появлялись чересчур редко. Ошибался. Очень сильно ошибался. Дань Хэн проявлял много эмоций, просто слишком неумело. Он часто шутил, неловко сжимая губы, когда это получалось неудачно. Или когда он не понимал шутки других. Порой Дань Хэна вгоняли в смятение самые обычные вещи, порой он был очень неловким. И, конечно же, он умел улыбаться, просто делал это не очень часто. А после того как произошли события Лофу Сяньчжоу и с его плеч спал огромный груз, когда Экспресс принял его вновь, он стал ещё более неловким, ведь пытался открываться им всем. Чаще говорил о себе, чаще делал странные вещи и спрашивал вопросы, которые, казалось, боялся задать раньше. Он наконец-то начал вливаться в их семью, сплетая себя со всеми. И ещё одна вещь, которую Келус заметил, — касания. Заметил лишь он, потому что относились они только к нему. Парень не был дураком и понимал, что Дань Хэн действительно касался только его. Это было похоже на то, что он просто доверял ему больше всего, ведь именно Келусу тот рассказывал самые интимные подробности собственной души. Он не понимал, чем заслужил подобное отношение, но против не был. Был… Был, наоборот, рад. Счастлив. И со временем доверие переросло в касания. Дань Хэн часто касался его плеч, говоря что-то. Если ему надо было позвать Келуса, то он касался его, а также называл по имени. Он часто это делал. Редко использовал «ты», предпочитая «Келус». Своим мягким и спокойным голосом, он всегда так говорил. Равномерно, совершенно не торопясь. Интонация очень хорошо сочеталась с его природным голосом, таким невинно-ночным — под этим сочетанием Келус подразумевал ощущение тёплой летней лунной ночи, когда видны тысячи звёзд. За завтраком они сидели рядом, их ноги часто случайно соприкасались, а Дань Хэн никогда их не одёргивал. Раньше, когда они только познакомились, он вёл себя аккуратно, если и касался, то сразу убирал свою ногу или руку. А тут не оказывал никакого сопротивления. — Дань Хэн, что-то изменилось? — спросил Келус почти напрямую, когда они сидели в главном зале и играли в шахматы, которые притащил Вельт и сказал молодёжи развиваться. Келус мгновенно пошутил про то, что Дань Хэн старше Вельта раз в десять, на что мужчина сказал, что это форма речи такая. Дань Хэн не сразу сообразил, проблемы с таким у него давно наблюдались. Ни сленга, ни шуток — пень пнём. — Что ты имеешь в виду, Келус? — он поднял взгляд с фигур. Келус посмотрел прямо в глаза Дань Хэна, пытаясь различить ложь. Лжи там не было. Обычное непонимание. — Забей. — Кого? — Дань Хэн, это выражение такое. Типо… «Забудь». — А. Вот оно, спасибо. Тяжёлый случай. Тяжёлый случай, после которого случай стал ещё тяжелее. Добавилось ещё более интимное движение. Дань Хэн начал засыпать у него на плече, пока читал. Чего Келус не ожидал, так того, что этот парень мог потерять бдительность и совершенно случайно заснуть! Первый раз Келус сильно напрягся, боясь вспугнуть этого дракона, который был похож на кота. На кота, который приходил понежиться к хозяину раз в столетие. Когда Дань Хэн проснулся, то ситуацию никак не прокомментировал. А потом был второй раз. И третий. И четвёртый. И на пятый эту сцену заметила Химеко. — Эм… Мальчики, между вами что-то произошло? — спросила она робко. — Ничего. Ничего. Абсолютно ничего, — выглядело это так, будто Келус говорил с сожалением. В тот момент он не понимал, действительно ли это было так. Позже об этом узнали все на Экспрессе, но вслух не говорили. Боялись вспугнуть Дань Хэна. Они это не обсуждали, но всеми движела именно эта мысль. У них на Экспрессе появился новый сериал. Однажды, когда Дань Хэну пришлось принять облик Пожирателя Луны, произошло нечто кошмарное. Келус стоял рядом, никого не трогал, внимательно вникал в разговор, пока не почувствовал… Не почувствовал странные ощущения. Прохладные и эфемерные. Он напрягся, опуская взгляд вниз. Дань Хэн обмотал его хвостом, которого у него обычно нет. — Дань Хэн? — М? Келус одними лишь глазами указал на проблему. Дань Хэн перевёл взгляд и замер. Через пару секунд хвост испарился, а Келусу или почудилось… Или это правда было… В общем, на бледной драконьей коже проявился румянец. С тех пор такого не происходило. Всё вернулось на круги своя — Дань Хэн касался его плеч и ног, а ещё засыпал на нём. Следующий этап был частично инициирован Келусом. Однажды Дань Хэн коснулся пальцев его рук, когда рассказывал о своих переживаниях. Руки были ледяными. Келус сразу предположил, что это было в силу драконьей природы. И позже, в один из своих очередных рассказов о прошлом, Дань Хэн вновь запереживал, но к руке Келуса не потянулся. Тот опередил его, беря их пальцы и переплетая. Он помнил, когда это впервые произошло. Они сидели у Келуса в комнате на кровати, рука дракона лежала на простыне, а позже переплелась с его рукой. Дань Хэн был удивлён, Келус почувствовал мурашки в тот момент. Увидел красноту щёк своего друга и его смятение в глазах. — Мы… Можем посидеть так, да, Келус? — он сказал только это. И этого хватило, Келус кивнул головой. Он чувствовал лёгкое напряжение в холодных руках Дань Хэна, поэтому начал поглаживать большим пальцем внутреннюю сторону его ладони. Тот прикрыл глаза. — Спасибо. Теперь они брались за руки. Темп, которым развивались их непонятного рода отношения, Келуса немного удивлял. Не пугал, а вызывал интерес. «Чем же это всё закончится?» Келус прекрасно понимал, что Дань Хэну нужна поддержка. Поддержка в том числе и через физический контакт. Но только он не понимал, какой характер всему этому придать. Дань Хэн так доверял ему, потому что Келус внушал доверие? С ним легче общаться? Или… Или потому что он… Влюблён? Келус мог сколько угодно шутить про отношения и любовь, предлагать встречаться первому встречному или встречной, но когда дело касалось Дань Хэна… Дань Хэн — это совершенно другая история. И от осознания этого Келус смутился, чувствуя, как громко стучит сердце. Насчёт Дань Хэна он не знал, а вот сам… Сам он точно влюблён. Хотя, подходит больше слово «любит». Да… Он любил Дань Хэна. Келус не привык что-либо скрывать, но в случае с Дань Хэном его чувства были обременительными, поэтому он решил молчать и ждать. Касания, сон, руки. Что же могло быть дальше? Пока никого не было рядом, Дань Хэн брал в замок руку Келуса и долгое время не отпускал. Выглядел довольным, мягко улыбался. Не хватало только виляющего хвоста. Пусть Келус и не знал, какого рода их отношения, был более чем доволен, ведь Дань Хэн чувствовал себя хорошо. Это было мягкое ощущение, похожее на кровать после долгих бессонных ночей или тяжёлого рабочего дня. Следующим этапом… Совершенно внезапно… Стали объятия. — Келус, я могу тебя обнять? — они были на Лофу, в Чешуйчатом Ущелье, без всяких людей. Особо не говорили, просто стояли в тишине. Но, видимо, общая атмосфера и воспоминания, которые до сих пор не были структурированы, сильно подействовали на Дань Хэна. Келус в этот раз ответил не мгновенно. Некоторое время смотрел в туманные глаза, где были скрыты капли сожаления. Сожаления о многих вещах, вероятно. Дань Хэну всё ещё тяжело было избавиться абсолютно от всего. Воспоминания с каждым днём всё сильнее и сильнее атаковали его разум. Он не ответил, сам повернулся и захватил в охапку Дань Хэна. Келус почувствовал, как тот вздрогнул, но быстро расслабился. Дань Хэн уткнул свой нос в шею парня, которая, как и всегда, была тёплой. Холодный нос вызвал мурашки, очень приятные, к слову. Сам Келус расслабился в этой нежности. Он ощущал дыхание Дань Хэна, совсем тихое и медленное, а сквозь ткань чувствовал стук сердца. — Спасибо тебе, Келус, — прошептал Дань Хэн в его шею, и дыхание у него оказалось тёплым, согревающим и так горячую кожу. Келус почувствовал себя в этих трепетных объятиях уютно и уединённо, прохладный воздух создавал особую атмосферу их прикосновений. Келус чувствовал тепло от рук, хотел уснуть прямо в этих объятиях и никогда не просыпаться. Неспокоен Дань Хэн, но успокаивает именно Келус. — Келус… — Дань Хэн начал говорить что-то, но запинался. Он ощущал, как сердце дракона начинало стучать сильно быстрее. Чувствовал напряжение. — Ты можешь от меня ничего не скрывать, Дань Хэн, — прошептал Келус, пока дракон незаметно вплетал собственную руку в его волосы, прижимал ещё ближе к себе. Келус чувствовал запах его парфюма — цитрус и дерево. — Говори, не останавливайся. — Такие слова… Тяжело сказать, — признался Дань Хэн, — я очень боюсь. Может, ты со своей догадливостью сам додумаешься? — он сильнее уткнулся в шею, скоро там дыру пророет. — Не понимаю, о чём это ты, — Келус, кажется, начал соображать, о чём идёт речь. — Я… Я не могу. Когда я читал о таком, это постоянно происходило само по себе и как-то лаконично… И… Чёрт, Келу-у-у-ус, — он что-то ещё пробормотал в шею, возможно, это был первый и последний мат в жизни Келуса. — Давай, давай. Вдруг я тебя не так понял, и мы попадём в неловкую ситуацию? — Келус уже откровенно улыбался, пытаясь не засмеяться. — С тобой сплошные неловкие ситуации… Я столько раз в них влипал из-за тебя, а тебе один раз жалко. Дань Хэн поднял свою голову, лицо его было смущённое, хотя ещё ничего не произошло. Дыхание сбилось. Он коснулся губ Келуса и сразу же отстранился. — Иначе не умею, — отрезал он, смотря на совсем немного удивлённое лицо Келуса. — А я умею, — парень притянул Дань Хэна за голову к себе, коснулся его холодных губ и зашел дальше этого не касания. Он медленно углубил поцелуй, перемещая руки на бледные щёки. Келус нежно их поглаживал, смотрел в смущённо-зажмуренные глаза Дань Хэна и улыбался сквозь поцелуй, — расслабься, — прошептал он в секунду отстранённости, и Дань Хэн повиновался. — Я люблю тебя, — следующая секунда отстранённости была инициирована Дань Хэном с раскрасневшимися губами. Келус не продолжал поцелуй, остановился, смотрел прямо в блестящие глаза. Неровно дышал, наслаждался близостью и касаниями, которых так желал. Эта робкость и нежность, вся эта свойственная Дань Хэну неловкость. Всё это заставляло его душу трепетать. — Правда? — Ты издеваешься? — Ты уверен, что любишь меня, Дань Хэн? Это точно именно эти чувства? Может, это дружба? Просто привязанность? Подушка безопасности? — Ты серьёзно считаешь, что ты для меня просто психолог, на которого можно свалить все свои проблемы? — Дань Хэн поменялся в лице, сжал губы, а в его глазах плескалась не злость, а грусть. — Келус, у меня проблемы с выражением чувств и эмоций, долгое время это всё было закрыто для меня. Был квинтет, который научил меня многому, но тогда я всё ещё не был свободен. Ты понимаешь, мы уже обсуждали с тобой то время… Экспресс открыл для меня новые чувства, в частности ты. Я люблю Экспресс, но любовь к тебе… Она другая. И я это понимаю, чувствую, ощущаю. Если ты не ощущаешь того же, то сразу скажи, — Дань Хэн закрыл глаза, пытаясь восстановить дыхание. — Я правда люблю тебя. Не представляешь, насколько сильно, — он сжал руки на спине Келуса, его глаза стали блестеть ещё сильнее, — люблю, — в глазах начали появляться слёзы, которые Келус на автомате убрал своими шершавыми пальцами. Келус уложил его голову к себе на плечо, а потом наклонился к его уху и прошептал. — И я. И я люблю. Тебя.