Пророчество

      Тяжелый снег лежал вокруг дома, кажется, вечность. Ветер яростно пытался уничтожить его, изгнать, растоптать, но каждый раз больно ударялся о жестокую белоснежную насыпь. Бесконечные белые поля, что были плохо видны из грязного, побитого окна, лежали вокруг дома, не давая даже подобраться к фасаду. Это и подтвердил Артур, одним из первых пришедший на неофициальное собрание Ордена — при попытке открыть дверь мерзлый сугроб сопротивлялся и стоял на месте камнем. Пришлось его подпалить, отчего загорелась и дверь, и крыльцо.       Секретное место Ордена уже давно перестало быть таковым, но по привычке волшебники стекались сюда каждый раз, когда патронус Кингсли требовал того. Иллюзию безопасности не портили даже сведения о том, что только ленивый не знает, где собирается Орден, а также яркий указатель в виде подпаленной посреди квартала двери.       Они были здесь уже две недели. И если сначала времяпрепровождение походило на отдых и даже долгожданные каникулы, то сейчас это вполне можно было назвать тюрьмой. Белое снежное море смотрело в окна голодным и жадным взглядом, выжидая следующую мишень.       — Живая мишень говорите, — глубоким грудным баритоном протянул Кингсли, поглаживая подбородок. По его крупному лицу было видно, что очередная проблема, возникшая после пророчества, сильно отвлекала его от дел текущих и плодила множество ненужных беспокойств. Он и сам теперь был не рад тому, что внял песенке Трелони.       — Да, именно так я и сказала. Пусть Пожирателей и немного, но сейчас Северус слишком часто отлучается из школы, его легко перехватить, — Макгонагалл, помня о летнем инциденте, приложила руку к поврежденному животу. Та схватка далась тяжело, но приблизила их к победе.       — Не больше десятка. Поганый остаток, — цокнул языком мистер Уизли, грустно смотря на стол. Если бы Молли все-таки отправилась с ним на Гриммо, вместо того, чтобы навестить Джинни в Хогвартсе, то можно было бы вкусно поужинать и вместе с тем обсудить все дела.       — Снейп сильный маг, ему ничего не стоит защититься от них, — отмахнулся Ремус, — он в свое время мог и нас четверых уложить. Однажды он пустил в Хвоста такой сильный Петрификус, что тот разбил окно и вылетел в него, как муха.       — Так это вы впятером устроили?! — взвилась Макгонагалл, — это было двухметровое окно с потрясающим витражом, сделанным еще в 15 веке!       Рон тихо прыснул в кулак, тоже вспомнив об инцидентах, которые не были известны директору. Тем лучше, пусть старушка спит спокойно.       — Ну… может…быть…       — А пусть профессор остается на Гриммо, — Гермиона оторвалась от окна, возвращая всех в реальность, — так будет безопаснее. Зелье здесь, дева здесь, Фиделиус тоже на месте.       — Школьные каникулы давно закончились, мисс Грейнджер, поэтому отпустить ещё и Северуса из школы я не могу. Да и вам стоит поскорее вернуться к обучению.       — Слизнорт недавно заходил в гости, — словно невзначай вставил Люпин. Минерва так сильно поджала губы, испепеляя взглядом оборотня, что они побелели, а кончик дамской шляпы повернулся к каштановой макушке с проседью, мечтая его проткнуть. Больше, чем отпускать Снейпа из школы, ей не хотелось упрашивать Слизнорта вновь преподавать. Старый дурак имеет высокие расценки за свой труд.       — А вы не хотите его самого спросить? — уточнил Гарри с надеждой на то, что шпион пошлет этот цирк куда подальше. Он, конечно, мечтал объясниться с профессором, ведь их связывало куда больше, чем школьные неприятности, но на Гриммо и так было неспокойно из-за ссор Рона и Гермионы, а жадный до стычек профессор мог только усугубить ситуацию.       — Профессор Снейп в больничном крыле, — пояснила Тонкс, — вечером он отправился в Косую Аллею и был ранен Руквудом. Когда мы доставили его в Хогвартс, то кровотечение только усилилось, голову задело режущее. По опросу свидетелей, Пожиратели жаждут повесить его голову на могилу Лорда.       — Это из-за последней газеты? — Тонкс печально кивнула. Обстоятельства не складывались в их пользу.       Тяжелое молчание заполнило старый комод, шкаф для посуды, пустые стулья и даже жаровню в углу. Можно было сколько угодно шипеть на Снейпа, обзывать его за спиной за скверный характер, но без него Орден не будет Орденом. Знания и умения, которыми обладал зельевар, делали его стратегически важным человеком, которого нельзя было потерять. И даже наоборот, Кингсли искал скрытые возможности переманить порядком успокоившегося после войны мага в Министерскую нишу на полную ставку.       Рон, который вертел в руках ложку, вдруг громко уронил ее, сбивая оцепенение с кучки волшебников.       — Я согласен с Ремусом, — негромко сказал рыжий парень, — пусть профессор Снейп сам выбирается из этого.       — Как спасать твою задницу, так профессор Снейп, а как обезопасить его, так пусть сам? — нахмурилась Гермиона.       Гарри, чувствуя новую взбучку, отодвинул стул назад, чтобы молнии из глаз летели прямиком в Уизли, минуя его шрамированную голову. Он невольно вспомнил грозное лицо Снейпа, смотрящего на них со вчерашней газеты, и статью, провозглашающую его тайным консультантом Министерства с едким заголовком Скиттер «Из Пожирателей в Политики. Сколько жертв падёт от руки Снейпа на этот раз?».       Но очередной ссоре не суждено было случиться, потому что из пыльного коридора в проеме возникла черная макушка, заставив Макгонагалл схватиться за сердце и встать, а Кингсли, Люпина и Тонкс выкатить глаза. Троица тут же обернулась к двери, уставившись на гостя большими глазами.       — Ты должен быть в больничном крыле! — громко возмутилась директор.       — У меня нет времени на подобные глупости, — Снейп прошёл к ребятам и поставил флакон с мочевидным зельем перед рыжим парнем. Девушка тут же потянулась к склянке, но Снейп легко ударил ее по рукам, — Уизли, принимать внутрь по десертной ложке в день. Ни в коем случае не выпивать все сразу.       — И сколько мне пить эту бурду? — кисло спросил Рон.       Снейп проигнорировал вопрос, резко повернувшись к Кингсли, отчего шрам с запекшейся кровью от лба до виска бросился в глаза:       — В следующий понедельник можем начинать. За 7 дней организм Уизли адаптируется к зелью.       — Да, но… — Кингсли нервно погладил гладковыбритую голову, — Северус, угрозы Пожирателей смерти говорят о том, что ты у них на особом счету, поэтому отлучаться из школы будет небезопасно. Может, до понедельника ты побудешь здесь? — с надеждой спросил Министр, ни на что не надеясь.       — Мне нужно собрать необходимые вещи, — не дрогнув ответил тот и вновь растворился в коридоре.       И когда он это сказал, то все разом выдохнули, но Снейп не появился на Гриммо ни в четверг, ни в пятницу. И пока Гарри и Гермиона раздумывали, стоит ли писать Кингсли письма о том, что зельевар нагло соврал, Рон дулся в своей комнате на друзей. Ему казалось, что Гарри встал на сторону Гермионы, бросив его одного. Он и раньше пытался гасить эти ядерные вспышки между ними, но от того становилось лишь хуже. Ярость так и кипела внутри, постепенно превращаясь в глухую безысходность. Какой бы план по отомщению сплотившимся против него напарникам он не придумал, все упиралось в одну простую истину — они ведь друзья.       — Если анимаг превращается в свою вторую сущность и попадает в беду, то магический кодекс закрывает глаза на подобные происшествия, — будущий аврор несмело выглянул из-за лестницы, и увидел, как подняв палец вверх умничала Гермиона, — например, если ты стал уткой и не смог улететь от охотников (тебя убивают), то автоматически становишься пропавшим без вести.       — А если анимаг пытается превратиться обратно, когда его поймали? — Гарри протирал очки футболкой, пытаясь не думать, зачем Гермиона знала эту информацию. Наверняка, дело было в той книжке о трансфигурации тела.       — Как правило, так и происходит. Невыразимцы выезжают на место и стирают память магглам (если это были они), а горе-волшебника отпускают. Потом час бюрократической возни, и ты снова можешь становиться уткой для чьего-то ужина. К тому же, не исключено, что хищники захотят полакомиться, поэтому превращения не очень мне импонируют.       — И всё это ты говоришь чтобы?       — Я всего лишь поинтересовалась у тебя, может ли у Трелони быть анимагическая форма. Вдруг между предсказаниями тебе смерти она вдруг обмолвилась. Потому что я ненавижу её все больше с каждой минутой!       — После того, что ты сделала со Скиттер, я бы всё равно тебе не сказал, — Избранный вдруг услышал шум с лестницы и напрягся.       — Заскучали, гриффиндорские выскочки? — друзья обернулись в сторону коридора, ожидая увидеть Рона, который наконец-то смирился со своей участью, но вместо него на них смотрел, сверкая глазами, Северус Снейп. Суровое лицо выглядело ещё более недовольным, чем обычно, руки по привычке, убраны за спину, и носки туфель смотрят в разные стороны. Кроме прочего, сюртук был наполовину растегнут, а из-под него торчал криво завязанный платок — бездельничаете, мистер Избранная башка?       Рональд провалился на первой же фразе, из чего Гермиона сделала вывод, что ему не особо даётся маскировка. Гарри тут же прыснул скорее от неловкости, чем от комичности ситуации, а за ним и Рон. Друг подошёл к дивану, плюхнувшись на него, как обычно, расставив ноги в стороны и закинув руку за спинку.       — Где ты взял его одежду? — нахмурилась Гермиона, громко захлопнув книгу.       — Его вещи стояли в коридоре второго этажа у двери, — хмыкнул парень, рассматривая свои длинные пальцы, — наверное, опять прокрался и сидит в лаборатории.       — Ясно. А зелье ты, вероятно, выпил всё и сразу, пренебрегая инструкцией? — продолжала гнуть свою линию упрямая ведьма. Гарри пересел на кресло, чтобы быть подальше от взрыва, на всякий случай. Попытки примирить друзей с треском провалились множество раз.       — Ну а чего ждать-то? Время поджимает, вот я и хлопнул весь пузырёк, — девушка издала осуждающий звук, — да брось Гермиона. Посмотри: я вылитый Снейп и чувствую себя хорошо, не считая того, что в его сальной шкуре. Гарри ты чего?       — Простите… просто я вижу Снейпа, а то, что ты делаешь, так не похоже на Снейпа… и у меня этот… как его…       — Диссонанс, — кивнула Гермиона, присаживаясь рядом с Роном. Она грубо отпихнула его руку, обнимающую спинку, собрала длинные ноги поближе друг к другу, заставила сесть ровнее. Вгляделась в чёрные глаза, у которых даже не было намёка на морщинки, отодвинула волосы от лица, погладив грубоватую кожу, и глубоко задумалась о том, куда подевался шрам у виска.       — Только не надо заниматься этим при мне, хорошо? — Гарри скривился, вытащив язык так, будто его тошнит. Гермиона ещё раз задумчиво погладила бледный висок, преследуя интересы исследователя.       — Нет, я просто… Хм, никогда так близко с профессором не сидела, неверное, — она переместила руку от его щеки к макушке, трогая волосы, затем уши, нос и горло, — странно, и на шее нет шрама. Но ведь в волосе хранится генетическая информация о хозяине, позволяющая трансформировать физическое тело и…       — Можно попроще? — остановил её Рон.       — Я думаю, что профессор добавил в зелье свой старый волос, который принадлежал ему до войны. Хотя он зельевар, наверное, у него есть волосы на все случаи жизни. У меня, кстати, тоже есть ваши волосы…       — У тебя есть коллекция наших волос? — вытаращил глаза парень.       — Бойся, Избранный, — улыбнулась она, безумно сверкая глазами,— хм, если бы я вышла замуж за профессора Снейпа, то наш тандем мог бы прилично подорвать существовующий порядок.       — Она размышляет, как Тёмный лорд, — прошептал Рон Гарри.       Избранный лишь потёр свой шрам, задумчиво смотря на возможную миссис Снейп. В чем-то она была неоспаримо права...