Кукольные девочки и футбольные мячи

Эйко было девять лет, когда этот произошло. Она играла с одноклассниками в футбол во дворе. Играя нападающей, скучать не приходилось, так что после почти часового матча Эйко хоть и запыхалась, но уходить с поля точно не планировала. На секундочку отвлекшись от игры, Киришима поймала взгляд своей лучшей подруги, сидящей на кинутой на землю куртке. Поймав ее взгляд, Даоми помахала ей обеими руками и широко улыбнулась. Эйко улыбнулась в ответ, в этот же момент слыша: — Эйко! Мяч! Девочка резко развернулась и буквально через пару секунд ей в ноги врезался мяч. Она сразу сорвалась с места и побежала к воротам. Ребята вокруг кричали ей, чтобы она пинала быстрее, прямо с того места, где была сейчас, потому что мальчик из другой команды уже буквально наступал ей на пятки. Подумав: — "Будь, что будет", — Эйко со всей силы пинает мяч и тот летит. Да только совсем не туда, куда было надо Киришиме. Едва ли по касательной задев ворота мяч с оглушительным треском влетает в окно первого этажа. Изнутри слышиться короткий девичий вскрик. Вся футбольная команда с поразительной скоростью хватает свои вещи и начинает разбегаться в разные стороны. Эйко не исключение — она с широко раскрытыми глазами несколько секунд смотрит на разбитое окно, после чего разворачивается и бежит к Даоми. Та подхватывает свою куртку, их рюкзаки и несется в сторону ворот впереди нее. Вечером ничего не стоило сказать отцу: — "Да нет, пап, сегодня ничего не случилось". *** На следующий же день Эйко с сожалением рассматривала миленькое лицо девочки из параллельного класса, на котором красовался огромный синяк. Киришима со стыдом закусила губу, рассматривая грустную девочку, сидящую на крыльце совсем одну. — Хей! — Внезапно сказал кто-то под самым ухом, опуская руку ей на плечи. — Чего такая печальная? Эйко повернулась и почти нос к носу столкнулась со своей подругой, стоявшей фактически вплотную к ней. — Боже! Киришима отпрыгнула, с возмущением смотря на невозмутимую Каминари. — Не надо так близко подходить ко мне, блин! — Скрещивая руки на груди, пробурчала Эйко. Даоми в жесте капитуляции подняла руки: — Да ладно тебе, ничего такого же, — потом она опрокинула ладони, хлопнув ими по бедрам, и переспросила: — Так чего ты такая грустная, милая? Путь впереди тебе кажется тернистым и опасным? Эйко, вспомнив о своем стыде, опять повернулась посмотреть на девочку из другого класса, по которой она вчера попала. Та была совсем одна, наблюдая печальными лавандовыми глазами за играющими ребятами на площадке. Она была светловолосая, с косой, повязанной розовой лентой. Как хрупкая крошечная статуэтка, которую почти разбили, испортив фарфоровое личико темно-фиолетовым пятом. Эйко опять вздохнула. — Ну че ты такая кислая? — Недоуменно спросила Даоми, пихая ее локтем. — Неужто больше играть не зовут с этими задротами? — Да нет... — Киришима поежилась, обнимая себя руками. — Просто чувствую себя.. Сволочью. Надо же мне было умудриться попасть именно в это окно, а? Где эти дурацкие девочки-гимнастки у станков занимались, надо же. Даоми проследила за ее взглядом, также зафиксировав глазами одинокую фигурку на крылечке. — Ааа, — понятливо протянула Каминари. — Чë, муки совести? Да ладно, не парься. Подумаешь, синяк поставила этой балерине маленькой. Ничë, сама то ты сколько раз себе что-нить отбивала а? Дохрена — это уж точно. — Ну я это я, — поморщилась Эйко, — а это вон — девочка какая-то, крошечная к тому же. Даоми фыркнула, закатывая глаза: — Ой, подумаешь, девочка. Ты, что-ли, не девочка? Переживет как-нить. Но Эйко все равно было совестно. Прозвенел звонок. Учителя повыскакивали из школы, стали загонять ребят на уроки, пока Киришима продолжала напряженно смотреть на девочку. Даоми тоже не спешила пока никуда уходить, рассматривая небо или ещë что-то такое. Половина из младших уже зашла в школу, когда на крыльцо выскользнула учительница хореографии — совсем молоденькая студентка, оказавшаяся в их городе по чистой случайности. Она несла с собой костыли. Кровь Эйко застыла в жилах. Она совсем не заметила перемотанную бинтом лодыжку. Учительница подошла к девочке, помогла ей подняться и сунула в руки костыли, провожая еë в школу. "Нет", — подумала в ту же секунду Эйко. — "Я обязательно должна извиняться". *** Решила долго не медлить — пошла в соседний класс на следующей же перемене. Когда зашла, обнаружила, что никого нет. Никого, кроме, как ни странно, той самой девочки, которая сидела на ряду, который был ближе всего к двери, всего на второй парте. Физкультура может быть? Эйко сглотнула, когда та подняла голову на шум и вопросительно уставилась на неë. — Эм, — неловко протянула Киришима. Она не знала с чего начать. Никакого заготовленого плана на этот разговор у неё не было, так что ориентироваться приходилось на месте. В итоге она под заинтересованным взглядом девочки прошла на два шага от двери и прямо в проходе между рядами согнулась в идеальном поклоне на девяносто градусов. — Прости меня пожалуйста! — Громко сказала она и зажмурилась, начиная быстро объяснять. — Это я вчера мячом в тебя попала, но я правда не хотела. У меня просто прицел сбился и я... Я... — Эйко тяжело сглотнула. — И я правда не хотела, — шёпотом закончила она. На несколько секунд повисла тяжелая тишина. — Оу, — наконец послышалось со стороны девочки. Эйко осмелилась открыть глзаа и из-под завесы волос кинуть взгляд на девочку. Та выглядела донельзя смущенной. Покраснела, теребя пальцами края форменной блузки и кусала губы. Наконец, она тихо сказала: — Всё в порядке, можешь перестать кланяться. Эйко неуверенно распрямилась, чувствуя себя также неловко, как и другая девочка. — Ничего страшного, — так же тихо продолжила она, — я и сама могла быть повнимательнее, так что... — Нет-нет, — замахала руками Эйко, — это я виновата — не надо было бить, не целясь, это была глупая идея. Вновь повисла смущающая тишина. — Может я могу чем-то помочь? — Наконец прерывая молчание, спросила Киришима. — Ну, — видя удивление собеседницы, начала она, — ты же теперь на костылях таскаешься, так что это наверное приносит тебе кучу проблем. Так вот я готова помочь со всякими вещами — ну, двери перед тобой открывать, с лестницы помогать спускаться, компанию тебе на переменах составлять. Ты же одна всё сидишь, как я заметила... — Еë голос неуверенно затих под конец и она подняла вновь опустившийся взгляд на девочку. Та сидела, удивленно моргая. Она явно не ожидала такого предложения. — Ох, — выдавила она. — Это было бы чудесно, на самом деле. На лице Эйко расцвела широкая улыбка: — Что, правда что-ль? На лице девочки тоже появилась нерешительная улыбка. — Да, я действительно была бы очень благодарна за помощь. Эйко с неожиданным смущением запустила руку в короткие волосы на затылке. — Ой, я кажется забыла спросить, как тебя зовут.. Девочка тихо хихикнула и в этот же момент Эйко подумала, что это тот звук, который могут издавать только ангелы. И вот такие фарфоровые девочки-куклы, как эта. — Меня зовут Юту Аояма. — А меня — Эйко. Киришима. — Приятно познакомиться, Эйко. — Мне тоже... Юту. *** — Так ты правда живешь в доме с тремя этажами? И они все твои? — Недоверчиво спросила Эйко, затаскивая свою новую подругу вверх по лестнице на следующий же день в школе. — Да, — улыбнулась Юту. — Не вижу в этом ничего такого уж удивительного. Хотя, кажется, мало у кого в школе действительно есть свой личный водитель. — Задумчиво протянула она. — Личный водитель?! *** — И в вашей квартире действительно только две комнаты? — С таким же недоумением, с каким этот вопрос задавала Эйко, спрашивает Юту. — Да, — Откусывая тост с маслом, отвечает Киришима. — Моя и папина. Мы живем вдвоём. — О, — лицо Юту как-то переменилось, будто помрачнев, но она ничего не сказала. *** — Ага! Мой двоюродный брат научил меня кататься на скейте — вернее, только начал учить, я ведь ещё на начальном этапе, так сказать, — смущенно почесав затылок, сказала Эйко и ухмыльнулась. — Ого! — С горящими глазами воскликнула Юту. — Хотела бы я тоже делать что-такое же крутое! Эйко горделиво надулась когда услышала слово "крутое", а после поинтересовалась: — Почему бы тебе тоже не научиться кататься на скейте? Я бы могла научить тебя, если хочешь. Когда нога пройдет. Лицо Юту помрачнело и она резко замолчала. *** — Никогда раньше не ела такого шоколада, — с изумлением вращая в руках яркий фантик, скзазала Юту. — Серьёзно?! — Потрясенно выдала Эйко. — Их же буквально в каждом магазине по семь йен продают. Аояма, не обращая внимание на восклицания подруги, развернула шоколадный батончик — так же аккуратно, как она делала это с любой вещью, — отложила кусочек от сладости и сунула в рот. Её лицо засветилось от вкуса и она быстро прожевала, уже отломав новый кусочек. Это стало её любимой сладостью. *** — Ничего себе! Не знала, что одном месте бывает так много игрушек, — смотря на фотографию, сказала Эйко. Юту смущенно отвернулась, включая телефон. — Ничего такого, это только те куклы которые лежат у меня в комнате. У нас ещё есть чердак. Рот Эйко в шоке открылся. *** — Я тоже живу только с папой, знаешь. — Послышалось тихое признание в одно мрачное и грустное утро. Эйко только промычала согласно, запоминаю эту новую для себя информацию. *** — Завтра мне снимают гипс, — сказала однажды Юту, когда они с Эйко сидели на крыльце. — О, — выдохнула Эйко. Наверное, ей надо было изобразить радость, но рада она не была от слова совсем. — Мы же... Мы же всё ещё будем друзьями, даже когда мне не нужна будет твоя помощь? — Неуверенно спросила Юту, нервно разглаживая складки на юбке. На лице Эйко отразилось огромное облегчение и она широко улыбнулась. — Да! Конечно да! Юту улыбнулась в ответ. *** Когда в тринадцать лет Эйко впервые приснился мокрый сон, участницей которого была её близкая подруга, она тут же в панике позвонила Даоми. Та смеялась до слёз и хрипов очень долго, прежде чем повесить трубку. *** За последние пару лет осознания она смогла разве что дарить милые записочки и наблюдать издалека за реакцией. Даоми громко смеялась над ней, подталкивая к признанию, но Эйко было слишком страшно потерять одну из своих самых близких друзей. Может, она так бы и стояла на месте если бы не предстоящее Рождество.