Её большая тайна

—Хорошо, Байльшмидт, уговорил. Приходи ко мне сегодня в семь вечера.-сказала венгерка, хитро улыбнувшись, и, поправив волосы, ушла прочь. Этого Гилберт никак не мог ожидать. Он несколько месяцев… нет, даже лет уговаривал девушку переспать вместе с ним. Поначалу, это конечно же, была шутка, но чем больше времени проходило, тем серьезнее были намерения немца взять столь строптивую девушку. И вот, наконец-то, сейчас его шанс, он может получить желанное, а вернее - желанную девушку. Радости Байльшмидта не было придела. Все-таки она не смогла устоять перед очарованием великого Пруссии! *** Вечер. Альбинос дождаться не мог, когда же наступит сей заветный час. Когда же он наконец-то получит то, что заслуживает. Он никогда ещё не спал с девушками. Был самым настоящим девственником. И даже порнуху смотреть не мог, она быстро вводила его великолепие в краску. Но представлялся он настоящим сексуальным гигантом и машиной, что способен оплодотворить даже мужчину. Доказывать это, кому-либо, он конечно же не собирался. Нельзя ставить под сомнение его величие в любом из вопросов.  На часах 5 часов вечера. Гилберт стоял в душе, намывая не только голову, подмышки или что-то ещё, но и пах. Он хотел, нет, он был лучшим, но это не мешало ему делать всё, чтобы стать ещё лучше. Он должен был быть не просто великолепным, а идеальным. А то растрепает всем, что он не так хорош, как говорил. А ему важна репутация 6 часов. Он полностью вымылся, высушился и уже подпирал в каких же трусах идти к своей любимой. Он перебрал слишком много вариантов. Просто чёрный? Скучно. С принтом пива? Она не поймёт С надписью "Гилберт лучший"? Она за такое и втащить может. По итогу ничего лучше, чем пойти совсем без трусов парень не придумал. До выхода из дома оставалось совсем ничего, нужно было одеваться и выходить... *** —А вот и ты. Я уже подумала, что ты струсил.- девушка встречала Гилберта в халате, под которым скрывалось красивое чёрное кружевное белье, что выглядывало из под мягкого халата, что не мог спрятать красоты фигуры женщины.- проходи, смельчак. По бокалу шампанского или сразу к делу, спермобак? Пруссия даже на оскорбление не отреагировал. Он был поражён героиней сегодняшнего вечера и его первой сексуальной партнёршей. Член почти сразу же налился кровью и стал сильно выпирать из штанов. Венгерка не могла это не заметить и посмеялась, заводя Гилберта за руку и закрывая дверь. —Я вижу, ты сделал свой выбор. Давай, я уже приготовила комнату. Раздевайся. Гилберт опешил и стал снимать одежду. А как же все эти ласки и так далее? Возможно, потом она всё сделает. Сейчас надо было выполнять её требования, а то откажется ещё. Он раздевался по дороге в комнату, где уже спряталась Элизабет, у самой двери сбросив халат и обнажая все свои прелести перед парнем. Формы у неё были просто супер. Гилберт не мог поверить своему счастью, что ему так повезло. Он зашёл в комнату и... *** Сознание было как в тумане. Нехило же его приложили... Явно чем-то тяжелым. —Блять... Какого хуя...-пронеслось в его беловолосой головушке. Он попытался встать, но не смог. Его руки, как и ноги были скованы цепью, и привязаны к кровати. Байльшмидт не мог пошевелиться. Хотел было начать кричать, но не тут то было. В его рту был кляп, туго закреплённый на затылке. Что вообще происходит? И тут глаза стали привыкать к темноте. Кое-как подняв голову он увидел камеру. Его снимают? Какой в этом смысл в такой то темноте? Рядом никого нет. Может удастся сбежать? Для начала вырваться бы... Свет выключился довольно неожиданно. Освещение в комнате было темно-красным и довольно тяжёлым. И вот, она. Стоит, все в том же красивом черном белье. Только вот, у нее в руке появился неожиданный и пугающий предмет. Флоггер. Она так нежно поглаживала его, любуясь хвостами этой мягкой плети. Раз есть он, неужели у нее есть и более опасные предметы для пыток? Конечно же Гилберт испугался. От этого и стал вырываться активнее, привлекая к себе внимание девушки, которого, сейчас, он категорически не хотел.  —М? Ох, наконец-то. А ты любитель поспать, да, Гилберт?- Спрашивает девушка, слегка ударив по руке, схватив в ладонь хвосты.- Ты проспал часов 5. Я уже испугалась, что все же убила тебя. Но дыхание и пульс у тебя было, поэтому мы решили дождаться, когда же ты откроешь свои красные глазки.  “мы”?... Что значит мы?! Девушка свистнула и стала подходить к немцу, в то время как кто-то появился в проходе.  —А тебе удалось меня удивить. Я не думала, что ты так сильно хочешь этого, что придешь без трусов.- девушка потянула щеку Гилберта, после чего отпустила и легонько похлопала по ней ладонью. Да она издевается! Ещё и специально так нагнулась над альбиносом, что её пышный бюст скрывал, кто же там пришел. Кому интересно посмотреть как мучают Байльшмидта?... Слишком много вариантов.  Девушка отходит и теперь, было видно кто же захотел насладиться мучениями Пруссии…. “Австрия?!” Такого предательства он не ожидал. Это был самый настоящий нож в спину. Неужели его безобидные шуточки вывели Родериха из себя настолько, что теперь он был готов мучать великого?! Немыслимо!  Но вот, Австрия включает камеру, а сам стоит сзади рядом с какой-то коробкой. Что ж там такое может быть?! Мысли отошли на второй план. Лиззи шлепнула Гилберта флоггером в область паха. Было неожиданно, что и заставило парня вскрикнуть. Что ж, видимо, надо было уточнять, когда Гилберт упрашивал Элизабет провести с ним ночь. Теперь надо разгребать последствия неточной формулировки. Удары по нежной немецкой коже все продолжались и продолжались, но такой реакции как в первый раз Гилберт не выдавал. Лежал молча и лишь иногда морщился, когда плеть касалась кожи у самого сокровенного органа любого мужчины. Но такой расклад событий явно не устраивал молодую особу, поэтому девушка посмотрела на Родериха и протянула руку, видимо, в ожидании, что австриец что-то ей подаст. И да, действительно... Электростимулятор... Эта девушка была безумной. Эта ярость так и читалась в её прекрасных изумрудных глазах. Мог бы, Гилберт непременно взмолил бы о помощи и прощении. Но его рот был занят кляпом. А руки девушки уже тянулись к грудной клетки альбиноса. И вот, сейчас... —Стой, Элизабет.- к удивлению Байльшмидта, Родерих остановил девушку, когда она уже была готова начать. —Мхх.. Ну что?!- вскрикнула девушка развернувшись.- Я ждала этого ебаных пять часов! Он уже заебал каждый день пытаться меня трахнуть. Или тебе плевать на то, что к твоей жене пристают? Сейчас рядом окажешься Жена?... Точно ведь, она же была женой Австрии. Тогда понятно, чего это она так долго ломалась. А носила б кольцо на пальце - Гилберт бы и не забыл о том, что девушка занята. Но какова часть её вины от того, что сейчас происходит? —Я полностью тебя понимаю, но это уж слишком, так сразу переходить к чему-то... такому. Нужно постепенно идти, иначе он потеряет сознание от болевого шока Хотел ли Эдельштейн помочь или лишь растянуть мучения будного немца - известно только ему. Но жёнушка послушала своего любимого и отбросила электростимулятор в сторону —Ну так давай что-то другое. Сам же мне подсунул. А ведь и правда... Но задуматься об этом не было времени. Пока Байльшмидт был погружён в свои мысли, он почувствовал, как нежные женские пальцы ласкают его анал. Стало страшно. Чего там достала эта ненормальная вместе со своим мужем? Поднять головы чтобы посмотреть было невозможно. —Чего ты так напрягся, а, тевтон? Если не расслабишься, то будет больно Она издевалась над ним. Расслабиться в такой ситуации было невозможно. Но нежные девичьи пальцы, полностью измазанные в лубриканте пусть и пугали, но действовали настоящим успокоительным. Гилберт закрыл глаза и попытался забыться... Но невозможно забыться, когда в твою задницу пихают пальцы. Элизабет тихо постанывала на ухо Байльшмидта, отвлекая его от того, что сейчас на его очко происходит покушение... Гилберт старался вырваться. Пытался кричать. Но всё было бесполезно. Когда девушка закончила, то привстала и он всё увидел... На её красивых трусиках был огромный страпон. Понятно, чего к его заднице приебались... *** —АХАХАХАХААХХА, ГИЛ НУ ТЫ ДАЁШЬ —ОХОХОХОО, НАСТОЯЩАЯ МАШИНА ДЛЯ ЕБЛИ Великое трио состоящее из Гилберта, Антонио и Франциска собралось в баре. Они сидели за самым дальним столиком и смотрели то самое видео, что сняла Элизабет и Родерих. Пока Франция и Испания смеялись, Гилберт сидел с таким разбитым лицом... После того дня он больше не ебался.