Мы - животные

      Послезавтра наступило медленнее чем хотелось бы Ирине, зато предвкушение предстоящего повторного наблюдения только подогревало энтузиазм исследовательницы. Девушка старалась учитывать ошибки своей предыдущей работы и больше думала о том, как базовые человеческие эмоции могут проявиться на звериных мордах и отталкивалась уже от этого, когда анализировала выражения лиц подопытных. В этот день, как и в прошлый произошло много интересных случаев, но несмотря на разнообразие занимательных ситуаций был одно из происшествий, которое особенно прочно врезалось в память новенькой.       Дело было почти сразу после окончания обеда. В какой-то момент Ирина заметила на одном из изображений с камеры видеонаблюдения Волчика и Медвежутку. Мальчик-медведь разлегся прямо на полу, флегматично смотря в потолок. В то время, как полу-волчёнок стоял над ним и усердно дёргал его за трансформированную руку.       — Пойдём, Медвежутка! Я играть хочу! Если будешь так много лежать весь жиром заплывёшь! , — в своей манере проговорил серый.       — Хорошего медведя должно быть много. И никуда я с тобой не пойду, мы только поели время и вздремнуть часок другой, — медленно, почти сонно, ответил косолапый.       — Нет пойдёшь! Я так сказал!       — Ты тут не главный, чтобы командовать. И вообще отпусти мою лапу, больно.       После этих слов полу-медвежёнок вырвал свою руку из хватки товарища и положил её за голову вместе со второй конечностью. Ноги он при этом согнул в коленях, чтобы за них нельзя было дёргать. Второй мальчик от такой реакции судя по всему не на шутку возмутился, он обиженно сжал кулаки и, набрав в грудь побольше воздуха, прокричал на весь первый ярус:       — Профессор!       Не прошло и минуты, как на месте происшествия оказался Юдин, видимо проходил неподалёку от места происшествия. Мужчина внимательно осматривал мальчишек, явно ища возможные травмы.       — Что произошло? Кто-то из вас поранился? , — обеспокоено поинтересовался учёный.       — Да нет, не ранены мы! Медвежутка играть со мной не хочет и много лежит! — возмущенно протараторил Волчик. После ответа мальчика поза профессора стала заметно расслабленней. Юдин явно испытывал облегчение от новости, что с мальчишками всё в порядке.       — Волчик, можешь объяснить ситуацию ещё раз, только спокойней? — спросил учёный.       Мальчик-волк кивнул сильнее сжав кулаки словно пытался удержать в них свои эмоции.       — Я попросил Медвежутку со мной поиграть, а он сказал, что хочет спать, а не играть. Но он всегда хочет спать!       — Не всегда я сплю, вчера мы играли, — сонно ответил полу-медвежонок.       — Что ж я понял вашу ситуацию, но для меня остаётся загадкой, почему ты, Медвежутка, не лёг спать к себе в постель, а расположился на полу? — поинтересовался учёный.       — Мне было очень лень доходить до своей комнаты и я решил поспать прямо здесь.       — Понятно, но разве удобно спать на полу?       — Удобно, главное правильно лечь.       — Твоя неприхотливость к месту для сна впечатляет, но если ты будешь лежать в коридоре об тебя может кто-то споткнуться, тогда и ты и этот человек можете получить травмы.       — Хм, об этом я как-то не подумал, ладно пожалуй больше не буду тут ложиться.       — Хорошо, теперь разберёмся с тобой, Волчик. Почему ты хотел поиграть именно с Медвежуткой?       — Не знаю я просто искал с кем бы поиграть после обеда, он попался мне первым, и обычно Медвижутка во всё соглашается играть, если не спит.       — Значит чисто теоретически ты мог бы поиграть с кем-то ещё?       — Теоретически мог бы, но я не хочу, чтобы Медвежутка лежал!       — Понимаю, но не думаю, что тебе позволено решать, что ему делать. Разве нет?       — Нет не позволено, потому что принуждать друзей к чему-то плохо, — грустно заключил Волчик.       — Рад, что мы друг друга поняли, — произнёс Юдин, слегка улыбнувшись.       Тем временем мальчик-медведь успел задремать и даже слегка посапывал. Обнаружив сей факт профессор потряс ребёнка.       — Вставай, Медвежутка, мы же договорились, что ты не будешь спать на полу, — строго, но не грубо сказал учёный.       — Ещё пять минуточек, Профессор, — попросил паренёк, но его всё так же настойчиво продолжали трясти, — Ладно-ладно я встану.       Полу-медвежонок неуклюже поднялся на ноги. Из-за сонливости он слегка пошатывался. Юдин придержал косолапого за плечи, чтобы тот не потерял равновесие. Ирине вспомнилось, как она сама недавно так же придерживала мальчика-медведя, когда тот чуть не грохнулся. Девушка невольно улыбнулась этому воспоминанию.       — Сможешь дойти до своей комнаты сам? — спросил у косолапого профессор.       — Смогу.       — Ну тогда хороших снов, Медвежутка.       — Спасибо, пока Профессор, — попрощался с учёным мальчонка.       Тем временем Волчик грустно смотрел ему вслед и слегка опустил уши, кажется паренёк действительно расстроился из-за отказа своего товарища поиграть с ним. Похоже Юдин тоже заметил в каком состоянии находится его подопечный, он потрепал полу-волчонка по голове и улыбнулся ему.       — Знаешь я недавно видел Тимура, он пошёл в тренажёрный зал. Можешь пойти позаниматься с ним, думаю он не будет против твоей компании, — утешительно произнёс взрослый.       — Ты одобряешь?       — Да, если ты не будешь переусердствовать после того, как поел.       После этих слов на морде мальчика появилась «звериная улыбка», как про себя называла данное выражение Ирина. Волчик торопливо попрощался с учёным и побежал в сторону тренажерки.       — Сказал же чтобы не переусердствовал, — со вздохом произнёс Юдин, в его словах не было ни капли раздражения, скорее добродушее.       Он ещё какое-то время смотрел вслед мальчику-волку. Работница в свою очередь не спешила переключаться на другую камеру, наблюдая как выражение лица профессора медленно переходит от открытого, которое он демонстрировал при детях к отстраненному, которое он обычно показывал коллегам.       На первый взгляд произошедший случай не был, каким-то особенным, дети вели себя как дети, а не модифицированные существа, грубо говоря, но то каким в этой ситуации был Юдин, частично меняло представление девушки о нём. Она словно открыла для себя новую грань этого человека, которая раньше казалась ему не свойственной.       Почти весь следующий рабочий день Ирина старательно корпела над отчётом, надеясь улучшить его качество по сравнению с прошлым разом. Закончив, девушка отпросилась у своего руководителя, чтобы взять термос с чаем. Учёный поворчал, но отпустил. И вот они снова сидят, ознакамливаясь с результатами наблюдения Ирины. Мужчина скрупулезно изучал бумаги, а молодая женщина ждала его вердикта.       — Ну что ж, Ирина Семёновна, пожалуй текущая ваша работа чуть лучше предыдущей. Есть куда стремиться, но вы начали лучше интерпретировать эмоции подопытных, — сухо похвалил Юдин.       — Спасибо я старалась, — ответила работница, несмотря на несколько прохладное признание её успехов девушка всё равно осталась довольна.       Исследовательница хотела спросить, как можно сделать лучше её работу, но снова заметила ту самую сосредоточенность во взгляде профессора, когда она сделала очередной глоток из своей чашки.       — Может в честь моего второго завершённого отчёта вы всё-таки выпейте со мной кружечку чая, — предложила на автомате Ирина.       Сразу же пришло понимание необдуманности данного предложения. Не так давно учёный ясно дал понять своим поведением, что не любит, когда его отвлекают от дела. А она даже не посмотрела, не погружен ли он в данный момент в работу? Чёрт побери, кажется вчерашнее наблюдение более доброжелательного Юдина невольно заставило её расслабиться рядом с ним и стать менее осторожной.       Девушка расчитывала на небольшую триаду от руководителя из-за своего поступка, но этого не произошло. К счастью, Юдин по-видимому решил сделать небольшой перерыв. Поэтому, вместо того чтобы едко ответить на её предложение, учёный несколько секунд молчал, явно обескураженный повторной попыткой напоить его чаем. А после устало вздохнул, словно признавая поражение.       — Ну хорошо я согласен попробовать ваш чай. Раз уж вы уже второй раз подряд пытайтесь меня угостить, — нейтрально сказал профессор. Мужчина аккуратно отодвинул одну из папок с документами, за которыми обнаружилась стальная походная кружка. Юдин слегка протер стакан салфеткой и со стуком поставил на относительно свободную часть стола.       — Четверть кружки, не больше, — резко попросил учёный.       Между тем Ирина испытала небольшое замешательство от неожиданного согласия профессора, она совершенно не ожидала, что после недавней триады мужчина всё же примет её предложение.       — Ну-с я жду, у меня ещё полно работы. Или вы уже передумали? — саркастично произнёс Юдин, слегка приподнимая бровь. Это помогло девушке прийти в себя.       — Ни в коем случае, просто, честно говоря, ваше позволение стало для меня приятной неожиданностью, — ответила молодая женщина, быстро приходя в себя. В ответ она получила уже знакомое мрачное выражение.       Более не медля работница взяла термос и заполнила подставленную кружку ровно на четверть, как её и просили. Профессор какое-то время подозрительно приглядывался к жидкости у себя в стакане, затем всё же решился сделать маленький глоток. Далее всё произошло очень быстро, на лице учёного появилось что-то поразительно похожее на удовлетворение, и он просто взял и выпил остатки горячего чая залпом. В следующий миг лицо мужчины сново стало отстраненным и бесстрастным.       — Я так понимаю чай вам понравился, — осмелилась констатировать факт Ирина.       Юдин решил оставить это заявление без комментариев.       — Насчёт ваших обязанностей, товарищ новенькая, — обратился профессор и ненадолго замолчал словно обдумывая как бы сформулировать следующую мысль, молодая женщина тем временем напряглась опасаясь того, что учёный может произнести дальше.       — Работа с бумагами дело хорошее, но вы приехали сюда, в первую очередь, не для этого, надеюсь вы это понимаете. Раз вы продемонстрировали свою профпригодность и какую-никакую способность к обучению полагаю пришло время вам начать выполнять свои обязанности в полной мере. Завтра на завтраке я представлю вас детям, а после вы сможете начать работать непосредственно с ними. — закончил свою речь мужчина.       Честно говоря решение профессора закончить её испытательный срок стала для неё неожиданностью. Конечно работница понимала, что рано или поздно её руководителю придется подпустить её к детям, однако считала, что ей понадобиться ещё несколько дней, чтобы заслужить доверие Юдина. Что же, всё оказалось несколько проще, чем она думала.       — Я поняла и готова к новым обязанностям! — с неприкрытым энтузиазмом произнесла девушка.       — Рассчитываю на это и не забывайте, что время от времени вам всё ещё предстоит иметь дело с бумажной работой.       Молодая женщина кивнула. Было довольно очевидно, что ей нужно будет заниматься документацией, просто в меньших масштабах. Из рассказов Дмитрия новенькая знала, что все прошедшие персональную проверку Юдина сотрудники впоследствии выбирали для себя отдельное место, где составлять отчёт, но никто ещё не оставался работать с профессором в одном кабинете. Не хотели, да и Юдин никогда бы не согласился. По идее с завтрашнего дня новенькая так же могла заниматься бумажной волокитой там, где ей удобнее, только, честно говоря, молодой женщине совсем не хотелось перебираться из кабинета её руководителя. По нескольким причинам. Главным фактором было желание узнать учёного получше, ведь Ирина только начала видеть Юдина с другой стороны, не профессиональной, а человеческой. Девушка не хотела терять возможность оставаться с ним тет-а-тет.       Поэтому Ирина решила попытаться предложить коллеге работать вместе. В последнее время происходило много маленьких чудес, глядишь, случиться ещё одно.       — Олег Александрович, у меня к вам есть одна просьба, — неуверенно проговорила девушка.       — Какая же? — не заинтересовано, по крайне мере на первый взгляд, проговорил мужчина.       — Разрешите продолжить выполнять работу с документами в вашем кабинете?       — С чего вдруг вам так захотелось остаться трудиться у меня под боком? Обычно мои подчинённые стараются сократить время взаимодействия со мной.       — Я не могу говорить за своих товарищей, но лично мне нравиться рабочая обстановка, которая царит у вас. Мне это помогает сосредоточиться, — стараясь звучать как можно более непринужденно, ответила молодая женщина.       — Полагаю рабочую обстановку вы сможете создать себе и в другом месте. Ничего личного, но я предпочитаю работать один, — сдержанно ответил Юдин.       — Поняла, извините.       — Тогда идите на ужин, на сегодня ваш рабочий день окончен.       После слов учёного Ирина незамедлительно встала и направилась к выходу из кабинета, прихватив с собой термос.       — До свидания, Олег Александрович. Увидимся завтра, — попрощалась работница пред тем, как окончательно покинуть помещение.       Девушка чувствовала некоторую досаду из-за отказа своего руководителя, но обиды не держала. В конце-концов мужчина имел право сам решать кто должен находится у него в кабинете и сколько.       Утром Юдин, как и обещал подозвал свою подчинённую во время завтрака и повёл её к «детским» столам.       — Доброе утро, ребята, — поздоровался с детьми учёный.       — Доброе утро, Профессор, — ответили хором подопытные на разные лады.       — Я бы хотел представить вам вашего нового воспитателя. Знакомьтесь, Ирина       Семёновна. Старайтесь её слушаться и учтите она только учиться вас понимать.       Ребята поздоровались и с ней, как и она с ними. Девушка заметила, что дети младших возрастов смотрели на неё с нескрываемым интересом и даже дружелюбием, в то время как ребята постарше и подростки в подавляющем большинстве относились к ней равнодушно. Видимо, уже привыкли к текучке персонала в комплексе. В любом случае молодая женщина была полна решимости наладить общение и добиться доверия хотя бы части ребят по старше.       Краем глаза Ирина нашла Медвижутку, сидящего за одним из столов. Мальчик заметил, что она за ним наблюдает и искренне ей улыбнулся. Работница улыбнулась в ответ.       Напоследок, перед тем как вернуться за свой стол и приступить к завтраку, девушка посмотрела на своего руководителя. Его лицо выражало что-то среднее между рабочей собранностью и более мягким выражением, которое он демонстрировал при Волчике и Медвижутке недавно. Раньше новенькая думала, что вся сущность Юдина сводиться только к работе, что он подобно очень хорошо отлаженной машине заинтересован только в выполнении поставленных задач. Но, как оказалось, у профессора была и другая сторона, более человеческая. Этот факт, безусловно, только подогревал интерес Ирины к учёному, не только к его безусловно высоким профессиональным навыкам, но и его не такой уж и однозначной личности. И молодая женщина не сомневалась, что ей рано или поздно представиться возможность узнать своего руководителя получше, как и их подопечных.