Happy house

      Зип любит гулять. Любит, когда у её дружбанов есть время и силы где-то походить с ней подольше. Любит быть в школе и задерживаться там по каким-либо интересным причинам. Любит, когда у них с Чипом в одно время кончаются занятия и она ведёт его куда-то побродить. Куда угодно, где дышится легче.       Но не любит, когда приходится идти домой. Даже если её там ждут, то вряд ли при встрече по головке погладят. Хождение по всему городку или отсиживание где-либо, лишь бы вернуться в родную обитель попозже, уже стали привычкой.

* * *

      — Девочка, почему ты ещё здесь? Уроки закончились.       Зип сидела в дальнем уголке двора перед школой, болтала ногами над землёй и сосредоточенно что-то рисовала карандашом в тетрадке на коленях. Знакомый, немного обеспокоенный голос заставляет поднять взгляд. Перед собой девочка увидела учительницу, что недавно устроилась в их школу. Пару раз она уже вела рисование у класса Зип. На вопрос: «Как она тебе?» — маленькая хулиганка уже честно ответила друзьям, что женщина ей понравилась. Не только из-за предмета, который та вела. Она казалась доброй, проницательной, но при этом совсем не размазнёй. Невольно Зип это привлекало и... Отталкивало одновременно. Она не до конца понимала, почему, но на уроки мисс Саши девочка ходила с удовольствием, однако вне них предпочитала с учительницей не сталкиваться. Был у женщины такой взгляд, будто она своих младших воспитанников насквозь видит... И это раздражало.       — Я гуляю, — коротко ответила Зип и нанесла ещё пару кривоватых линий на бумагу. У неё не было желания с кем-то в тот момент разговаривать — особенно со взрослыми.       — Тебя родители не ждут? К тому же, разве гулять одной не скучно? — мисс Саша наклонилась, кладя руки на колени. В её голосе слышались заинтересованность напополам с беспокойством.       Зип прекратила болтать ногами и тихо фыркнула, нахмурившись.       «И чего она пристала? Я никому тут не мешаю.»       Неужели настолько странно видеть, как десятилетняя девчонка сидит на скамейке одна, без друзей, чем-то тихо занимается и не хочет идти домой? Взрослые странные. Либо же мисс Саша удивилась, что маленькая активная заноза в заднице так спокойна и никого не трогает после уроков. Во второе Зип бы больше поверила.       — Мне мама разрешила подольше погулять, — и отчасти это правда. Давно уже мать дала позволение хулиганке задерживаться после школы, если она того захочет. К тому времени, как девочка возвращалась домой, отец чаще всего уже занимался своими делами или валялся в пьяной дрёме, и ему было не до дочери.       На второй вопрос Зип отвечать не спешила. Сегодня пятница. Эдвард уезжает на выходные к родственникам в гости, а с Оливером пообщала провести время мама, так что сегодня гулять с ней точно никто не собирался. Ну и ладно, хулиганка сама себя может развлечь!       Зип всем нутром чувствовала на себе этот проницательный взгляд: мисс Саша не до конца ей верила. Но что она могла сделать вообще? Ничего. Потому девчонка с надеждой вырисовывала на бумаге солнышко и ждала, когда учительница наконец уйдёт...       — Красиво рисуешь, — вместо этого женщина присела на скамейку рядом с Зип, та ворчливо надула губы.       — Вы это уже говорили.       — Да, но я хвалила твои работы, которые ты рисовала по заданию. Они тоже прекрасны, однако сейчас я убедилась, что фантазия у тебя всегда хорошо работает, — в ответ на это девочка фыркнула, но почувствовала, как щёки её потеплели. Мало кто искренне хвалил её рисунки. Мисс Саша взгляделась в месиво из набросков в тетради, а ученица почему-то позволила ей это. — Это твой друг?       — Ага, Эдди... Эдвард.       — Мгм... А это кто?       — Бяка-Закаляка кусачая, — учительница не удержалась от смешка, губы Зип тронула улыбка. — Я её сама выдумала.       — Я заметила. Но всё равно она на кого-то похожа, непонятно только...       — А это Олли за то, что булочкой не поделился!       Мисс Саша держалась изо всех сил, но её щёки из-за лёгкого напряжения покраснели, пришлось прикрыть рот ладонью, чтобы сдержать смех. Хулиганка же коварно расхохоталась без стеснения. Оливер заслужил кары и похуже!       Пока девочка восстанавливала дыхание, на какое-то время воцарилась тишина. Это дало время на подумать. Почему учительница ещё здесь? Почему вообще подошла? Из всех учеников Саши Зип ничем не выделяется, она даже не в её ясельной группе, чтобы женщина лишний раз хулиганке сопли вытирала. Тогда зачем?.. Хулиганистая троица и над учительницей рисования нередко подшучивали по возможности, так для неё, как и для всех скучных взрослых, Зип должна быть лишь бельмом в глазу. Мисс Саша странная... Даже подшучивать над ней больше не хочется. По крайней мере, не так часто.       — Знаешь... — ласковый голос вывел хулиганку из дум, она подняла взгляд на улыбающееся лицо учительницы. — Ты можешь приходить ко мне в любое время, когда нарисуешь ещё что-нибудь интересное. Обсудим вместе, я что-нибудь посоветую... Или мы можем просто поговорить, если захочешь.

* * *

      Когда солнце уже близилось к западу, Зип всё же переступила порог дома. Осторожно закрыла дверь, тихо прошлась по коридору и заглянула на кухню. Как и ожидалось: сгорбившись над столом, там громко храпел её отец, его чешуйчатый хвост сонно покачивался, волочась по полу. Рядом с ним стояла бутылка и пакет фисташек, и с такого расстояния девчонка не могла судить об их заполненности. Зип этой картине совсем не удивилась, потому что наблюдала её довольно часто. Отец работал по графику два на два и нередко начало своих частых выходных подобным образом «праздновал». Не то чтобы мужчина в трезвом состоянии был приятным собеседником со своей-то буквально драконьей натурой, так что со временем Зип решила избегать его в любом виде. Но пьяного агрессора всё равно побаивалась сильнее.       «Это всё очень круто, но где мне пообедать?»       Стоило только девочке об этом подумать, как она в стороне услышала тихое «эй». Обернувшись, Зип увидела маму, что жестом подзывала её в гостиную. Видимо, обед — для школьницы уже ужин — сегодня пройдёт там. Как предусмотрительно со стороны матери.       Жаль только, что она не была достаточно умна, чтобы не выходить за отца замуж или хотя бы вовремя с ним развестись. Она же «так его любит».

* * *

      Зип встала на цыпочки, стараясь всё разглядеть поближе, а отец сегодня был на удивление внимателен, чтобы заметить это, подхватить дочь под руки и усадить на табуретку рядом с больничной койкой. Что ж поделать, если девочка ростом пошла не в кого-то из родителей, а в бабушку? По крайней мере теперь Зип могла осмотреть во все глаза его — своего новорождённого младшего брата, мирно сопящего на руках у матери. Ох, он ещё не знал, куда прибыл.       Когда у мамы наконец получилось забеременеть снова спустя одиннадцать лет после рождения Зип, это стало волнующим для всех событием, а новость, что родится мальчик, особенно взбудоражила отца. Он всегда хотел сына и подшофе нередко бубнил свои мечты и надежды маленькой дочке, когда той ещё хватало терпения его выслушивать, а не уходить при первой возможности. В честь такой радости он даже пил поменьше и орал потише. Но даже у Зип хватало понимания, что мать вернётся из больницы к пьяному отцу, который рождение наследника хорошо отпразднует. А подготавливать комнатушку новому члену семьи и незамысловатый обед придётся их дочери. Однако это всё будет потом!       Зип... Вообще не думала, что будет рада братишке, отрицала подобные мысли. С одной стороны, про неё могут вовсе забыть и дать полную свободу, а с другой — свалить всю заботу на старшего ребёнка. Она даже не знала, что вероятнее. Но... Стоило Зип сегодня увидеть это гладкое белое личико, в голове внезапно всплыла мысль: за этого мелкого она всех разъебёт. Неважно кого. Через год-два от этой ангельской невинности не останется ничего, но какая разница? Хулиганку жизнь уже успела помотать, а этой пухлой козявке почему-то хочется помочь с минимумом синяков от судьбы. И с чего это Зип так растрогалась?       — Хочешь подержать? — мать выглядела уставшей, но по-своему радостной. Братишка с тихим кряхтением поёрзал, проснулся и широкими блестящими глазищами уставился прямо на сестру. С таким непониманием и любопытством уставился. Такой глупый взгляд, чёрт его!       Руки сами вперёд потянулись, когда мама подавала дочери увесистый живой груз в свёрточке, а отец сзади одной когтистой рукой придерживал девчонку за плечо, чтобы от тяжести младенца она никуда не завалилась. Редко от него можно дождаться подобной заботы, а сегодня мужчина прямо расщедрился. Долгие секунды брат с сестрой просто друг на друга смотрели за неимением возможности разговаривать как-то ещё... А когда мальчик зевнул и агукнул что-то на своём языке, нечто в груди Зип ёкнуло, кончик её хвоста активно завилял.       «Чёрт, тряпка, соберись, это всего лишь твой брат... Трындец какой милый, но всё же просто твой брат.»       — Мы же назовём его Чип? — мама в ответ кивнула. — Банально как-то... Это плагиатом не считается?       — Глупостей не говори, малая, —отец сперва посмеялся и только после этого ответил, снисходительно покачав головой. — Зато ваши с ним имена созвучны. Было бы логичнее, если бы вы родились двойняшками, но всё же.       — А родись я пацаном, ты б назвал меня Дейлом?       Драконоподобный мужчина расхохотался вновь и зарылся пальцами руки в двуцветные волосы дочери. Та сперва напряглась, но вскоре облегчённо выдохнула, когда её погладили по голове. Девчонка посмотрела прямо в глаза младшему брату и подумала: как было бы здорово, ксли бы каждый день ощущался примерно так. Хотя бы приблизительно — было бы достаточно.

* * *

      Нормально поспать этой ночью выйдет не скоро.       Зип уткнулась лицом в подушку и от души в неё прокричалась после того, как безрезультатно проворочалась в постели минут двадцать минимум. И всё из-за родителей, что на ночь глядя решили сначала вести разговор на повышенных тонах, а потом и вовсе перейти на крик и шумное копошение на первом этаже дома. Вот же... Раньше они, конечно, ссорились, но в последнее время оба стали нервными до невозможности и докапывались друг до друга по любому поводу. Повод поговорить? Развестись? Нет-нет, этой же ночью мама с папой помирятся! Очень шумно помирятся в спальне. Зип из-за предсказуемости данного сценария была готова не то что на стенку лезть и в подушку орать, но и сбежать куда-то в поле, где от её криков и матов разбежались бы все звери из ближайших зарослей. К сожалению, поля слишком далеко от границ городка. Уже отчаявшись в попытках уснуть, девчонка соскочила с кровати и отправилась в ванную попить воды. Для душевного спокойствия прижала к голове подушку, чтобы закрыть ею уши.       «Нашлись, блять, страдальцы, некогда им больше выяснять отношения! Я тут с вами живу, еле на тройках в школе балансирую, ночами не сплю, и то не ору. Только когда вы поорёте! Подаёте Чипу плохой пример...»       Стоило только об этом подумать, как младший брат дал о себе знать сначала хныканьем, затем плачем. Около двери в комнатку Чипа Зип сначала постояла в нерешительности, но всё же вошла, вздохнув, закатив глаза и бросив подушку где-то возле входа. Пока родители сквозь свои оры услышат зов малыша, сто лет пройдёт. Как и ожидалось: разбираться со всем должен старший ребёнок. Девчонка подвинула к детской кроватке табуретку, чтобы поудобнее встать на неё на колени, и взяла братишку на руки. Подгузник, вроде, недавно совсем меняли... Значит просто испугался. Зип цокнула языком и хмуро глянула куда-то на первый этаж сквозь пол. Выбора действий у школьницы всё равно немного — грудью Чипа она кормить не собирается, это мамины обязанности. Девочка соскочила с табуретки и начала медленно расхаживать по комнате, осторожно укачивать млаленца.       С каждым днём мальчик всё тяжелел, но Зип быстро к этому привыкала. Однажды он вырастет и старшая сестрёнка больше не сможет таскать его на руках, особенно если пацан пойдёт ростом в отца. В настоящий момент девочка просто старалась об этом не думать, что-то по-своему ласково шептала и напевала спокойную мелодию. Чип довольно быстро успокоился, поморгал большими глазами, глядя на сестру, и тихо хихикнул. Вот же беззаботная душа! Раздражает нехило, особенно когда плачет по ночам, но злиться на него долго просто невозможно.       

* * *

      — А к нам сегодня новенькая приходит. Кто-то из класса уже пронюхал, — Зип бросила это как бы невзначай, пока брала из рук ещё сонной матери деньги на ланч. Да и ничем свежая кровь хулиганку не привлекала, разве что потенциалом стать новой жертвой розыгрышей.       — Здорово, милая, — мать произнесла это не то чтобы с большой радостью или вовлечённостью, но постаралась улыбнуться. Она устала, её уже даже дочь утомила, но она не хочет это прекратить — вот дура.       — Только не набей ей лицо в первый же день учёбы. Только если полезет первая, — низкий голос отца и краткое шарканье его хвоста по полу послышались из коридора, где он уже собирался на работу.       Зип усмехается, немного нервно, ещё и непонятно, с чего именно. Девочке двенадцать, почти тринадцать, и она всё больше походит на самоубийцу, потому что отец со временем пугал почему-то всё меньше. Даже если его попытки пошутить иногда походиди на угрозу. Хулиганка всё ещё приходила домой по возможности поздно, но в школе с друзьями всё чаще устраивала смелые выходки, на летних каникулах с Оливером и Эдвардом творила кипиш по всему городку, наглее и чаще хамила отцу, когда тот её особенно раздражал... В общем, она начала играть с огнём.       И чёрт возьми! Разве она упустит возможность побалагурить и сегодня?

* * *

      — Мелкая ты дрянь! — от громкого крика и удара кулаком по стене Зип невольно вздрогнула, сжала ручку портфеля в руках.       Отец дождался её возвращения чуть ли не перед дверью даже с учётом того, что она опять задержалась. С какой такой радости? Директриса звонила и сообщила о сегодняшнем инциденте с новенькой. Оперативно, однако.       — Почему ты хотя бы в начале года не можешь себя вести нормально? Почему мы с матерью должны выслушивать о тебе одно и то же из раза в раз и краснеть?!       — Соответствую, уж извините...       — Громче говори, я с кем беседую? — Зип, изначально смотрящая в пол, подняла на мужчину взгляд как раз тогда, когда родитель злобно выдохнул горячий воздух из ноздрей вместе с еле заметным дымом. Повезло, что это максимум их вида в нынешнее время и что огнём отец дышать не умеет. Но его рассерженное лицо, искажённое отёками и морщинами, всё равно нервирует, ничего хорошего не предвещает.       — Говорю, я там даже ничего не успела сделать, бать. Только смотрела.       — Но в драку-то влез твой дружок, и сообщили нам с матерью насчёт вас всех. Замешана, значит?       — Ты чего вообще так ерепенишься? С каких пор тебя моё поведение волнует? — нутро Зип постепенно заполняла ответная злость, пальцы сжимались в кулаки крепче. Она опять злила отца почём зря, но ничего не могла с собой поделать.       — Не дерзи, малая! Совсем осмелела и забыла, с кем разговариваешь?       — Да не забыла! — девчонка заговорила громче, сделала вызывающий шаг ближе к мужчине. — Смотрю прямо щас на алкаша, который сам херню творит и мне ещё что-то предъявляет!..       Она едва успела спрятать голову за портфелем, когда в неё резко запустили первым попавшимся под руку — помятой пачкой сигарет. Ещё посчастливилось, что не чем-то потяжелее. Подождав немного, Зип вновь перевела взгляд на отца, а того слова дочери прилично взволновли: сквозь зубы мужчина издавал низкое горловое рычание, его глаза почти буквально горели от злости.       «Переборщила в этот раз что ли?»       — Глаза б мои тебя не видели...       — Окей... — Зип вздохнула больше от некого разочарования, чем из-за сожаления. Она развернулась к двери и было уже потянулась к ручке. — Тогда я гулять. Позвони, как остынешь.       — Ну уж нет! Догулялась, дряная! — в два гигантских шага мужчина преодолел разделяющее их расстояние и крепко схватил дочь за волосы, а та издала болезненный вскрик. И закричала она ещё громче, когда родитель потащил её к лестнице. — Раз уж ахуела, то пожинай плоды! Никаких гулянок, дома посидишь!       — Пусти! Пусти, блять, больно! Пожалуйста, да пусти!       Отчасти отец над ней сжалился, ведь отпустил волосы, подхватил саму девчонку на руки и понёс на второй этаж. За секунду Зип успела разглядеть на кухне испуганную мать, смотревшую на эту картину во все глаза и старательно закрывавшую уши повёрнутому в противоположную сторону Чипу. Хоть за это ей спасибо: нечего младшему на это смотреть и нечего ему всё это слышать. Хотя попытки мамы вряд ли сильно помогут мальчику сохранить незнание в этой семье.       Зип зачем-то пыталась брыкаться и вырываться, пока родитель одной массивной рукой прижимал её к своему боку и нёс к спальне. Резко отворив дверь, мужчина почти швыряет дочь на пол, а она держит равновесие на ногах лишь секунду, после чего падает на старый ламинат, шипит от боли в коленях и предплечьях. До дрожи холодный голос за спиной отнюдь не успокаивает:       — Сидишь здесь до ужина, пока мать не позовёт. А потом ещё неделю из дома не выйдешь никуда, кроме школы. И даже не думай не знамо где шляться — год в четырёх стенах просидишь! — и хлопок дверью. Хотя бы не запер её, потому что на двери комнаты дочери никакого замка не предусмотрено.       Зип сидела на холодном полу ещё какое-то время, обнимая себя хвостом и ладонью поглаживая содранный локоть. В глазах и в носу предательски защипало, но девчонка закусила губу, чтобы слёзы не полились. Сама напросилась. Всё-таки придётся со стариком разговаривать повежливее. В последний раз отец поднял на дочку руку лет пять назад или побольше, и то это вышло неосознанно: мужчина уставший и подвыпивший, рядом с ним мельтешит разыгравшаяся девочка, один раздражённый взмах рукой — малышка сильно получила по темечку. Тогда родитель долго гладил Зип и извинялся. Но в этот раз он вряд ли решит, что обнаглевшая хулиганка заслуживает извинений. Не извинится, но может пожалеть о своём решении. Так уже пару раз было, когда отец наказывал девочку сгоряча. Сначала он закроет глаза на некоторые несоблюдения своих требований, затем сделает вид, что наказание давно кончилось, и вновь начнёт по-минимуму обращать внимание на дочь до следующего «грандиозного» события.       Она наконец встаёт, поднимает с пола портфель, который шлёпнулся на пол вместе с ней, подходит к окну, чтобы его открыть. На улице ещё тепло, воздух совсем не освежает — не очень-то и хотелось. Из портфеля Зип выуживает купленную на карманные деньги зажигалку, палочки для еды, которые хулиганка однажды зачем-то подобрала неподалёку от азиатской забегаловки, и бумажный пакет. Внутри находилось несколько сигарет, что Зип «одалживала» у отца регулярно, когда его новая пачка ещё была полной или почти полной. Курить хотелось не так уж и часто, поэтому девчонке вполне хватало такого улова. Она зажала никотиновую трубочку палочками, подожгла и нетерпеливо затянулась. Пару минут Зип бесцельно глядела вдаль, пока яд растекался по молодому кровотоку. Гадость, если честно, редкостная. Окурок она старательно затушила, для верности плюнула и закинула в целофановый пакет, что также вытащила из портфеля. Позже выкинет.       — Эх, Чипушик, в какой заднице ты родился... — отходить от окна и закрывать его хулиганка не торопилась. Она осталась в том же положении, внезапно решив пофилософствовать вслух. Будто и вправду разговаривает с младшим братом, словно он рядом стоит и слушает. — Батя конченый, мама — дура, сестра... Просто безмозглая, — Зип горько усмехнулась, пожала плечами, но ухмылка померкла так же быстро, как появилась. Девчонка молчала пару минут, вглядываясь в тёмные окна соседних домов. Но чужие жизни изнутри разглядеть никак не получалось. — Но сестрица тебя отсюда заберёт. Вместе свалим рано или поздно. Я обещаю.       Эти слова необходимо было проговорить вслух, чтобы они по-настоящему обозначили цель, а не превратились в пустые обещания. Взгляд перетёк на старое дерево, что росло совсем рядом и тянуло ветви прямо к окну хулиганки. Она уже несколько раз использовала эту лазейку, чтобы незаметно выбраться на улицу, но сегодня действительно лучше отсидеться в комнате. И сделать хотя бы математику.

* * *

      С задорным хохотом Зип выскочила за двери столовой, попутно пнув задержащегося в проходе Эбби под зад. За девчонкой поспешили ещё двое парней. У всех в руках были недоеденные булочки с маком, потому что у них не было времени заканчивать обед за столами: скоро начнётся шоу. Сперва они бежали, поспевая за своей целью, затем замедлились и пошикали друг на друга, чтобы не привлечь лишнего внимания раньше времени. Жертва, которой в этот раз являлась учительница истории, вошла в свой класс, а троица тихо подобралась к двери, чтобы сквозь небольшое окошко наблюдать за представлением, жуя вместо попкорна булочки.       В этот раз провернуть шалость оказалось не так сложно, потому что в расписании мисс Эмили было окно, и она отсиживалась в учительской, чаёвничая. И вот он, момент истины! Учительница в хорошем расположении духа села за стол, размяла пальцы и включила компьютер, чтобы подготовиться к уроку... Но не прошло и минуты, как монитор устройства прогрузился, а глаза Эмили в недоумении расширились. Затем её лицо заметно покраснело, она закрыла его руками, активно качая головой. Неловкое мычание женщины было слышно даже сквозь дверь.       Едва сдерживая смех и пригнувшись, виновники торжества поспешили тихо ретироваться с места преступления, пока учительница их не заметила. Только когда они закрылись в пустом во время перерыва классе, хулиганистая троица расхохоталась, хватаясь за животы и тщетно пытаясь выдать что-то вроде: «Ну вы видели её моргало?». На дворе май, учебный год подходил к концу, но задиры решили не унывать, а действовать. И учителя, и ученики становились жертвами розыгрышей и разной степени части приколов всё чаще — Оливер, Эдвард и Зип постепенно готовили всю школу к грандиозному финалу, что они лично устроят для всех. Правда, дельных идей ещё не было... Но время ещё есть.       Замена обоев на рабочем столе учительского компьютера — классика, но даже к ней можно подойти со вкусом. Идея пришла в голову Оливеру, Зип отыскала в закромах интернета картинку как можно неприличнее, а Эдвард уже занялся самим компьютером, пока двое его друзей стояли на стрёме. Оно того стоило!       — Ребят, да мы жжём! — ещё не отдышавшись до конца, произнёс наконец-то внятно Оливер и смахнул слезинку.       — А ты в нас не сомневайся! — Зип выпрямилась и положила руку себе на грудь, где сердце от такого приступа смеха бешено колотилось. — Как круто вернуться в строй после всего.       — Хм?       — Ну, типа... — под взглядом негласного лидера троицы Зип внезапно стушевалась. Зря она это ляпнула... Но решила всё же договорить, сгладив углы. — Ну, годик был сначала обалденный, потом не ахти. Все мы какое-то время ходили, будто нам в сок плюнули, особенно ты... Нооо щас всё снова нормально! Это круто, что мы снова ахуительно проводим время!       Пару секунд Оливер молча на неё смотрел, затем с ухмылкой фыркнул и согдасно кивнул. Да, год был... Насыщенным. События затронули в этой школе чуть ли не каждого. Чтобы поднять такой же кипиш, троице хулиганов годами нужно было работать. Но вряд ли они когда-то захотят подобное повторить.       — Ой, ну всё, нагнали тоски.       — Эдди, тебя не спрашивали.       — Да у нас тут праздник жизни, а вы опять депрессухи навели! Сама сказала, что сейчас всё нормально, — Эдвард хохотнул и пихнул подругу рукой, не глядя. Получилось так, что ладонь на мгновение легла ей на грудь.       — Слышь, сиськи мои не трожь! — девчонку это почти не смутило, но заметно раззадорило. Широко ухмыльнуашись, она ткнула друга кулаком в плечо так, что он ойкнул.       — Да у тебя там трогать нечего... Ай! — ещё удар. Этого парень терпеть не стал и продолжил игривую драку.       Оливер, закатив глаза, предпочёл остаться в стороне и понаблюдать, пока эти двое сами не успокоятся. Чаще всего именно Эдвард следил за несерьёзными разборками двух других друзей и пресекал их, но иногда должны случаться исключения.

* * *

      Чешуйчатая рука Зип сжимала маленькую ладошку, пока девочка смотрела на свой дом. Вот он — нужно лишл перейти улицу... Но так не хочется туда идти, совсем не хочется. Очень даже желательно, но хулиганка и так слишком часто стала возвращаться домой вовремя. И всё после того, как Чип стал ходить в садик в том же здании, где училась его сестра. Слишком рано, как считала старшая, но там порой лучше, чем дома.       — Зип, идём? — звонкий, немного невнятный голос вырвал из раздумий, заставил посмотреть вниз. — Я кушать хочу.       — Ага, ага... — и в правду, пора домой. Несколько раз школьница уже брала младшего брата с собой в долгие прогулки и во время них кормила всякими вредными вкусными штуками. Но Чип, пожалуй, был елинственным в их семье, о ком по-настоящему пеклась мать, и лишний раз где-то таскать его с собой, нервируя женщину, было бы неправильно. Даже Зип это признавала, пусть и не хотелось. — Дойдёшь один?       — Ты опять уходишь долго гулять?..       — Не, не! — слышать такой расстроенный голос младшего было физически неприятно, до дрожи. — У меня ж, это, контрольные на носу, проверки, готовиться придётся... Так что я ненадолго, просто задержусь.       — А ты обещала со мной поиграть сегодня... — Чип опустил грустные большие глазки. Сердце Зип ёкнуло.       — Чипик, ты чё? Мы поиграем! — девчонка положила руку брату на макушку, энергично погладила. Выдавила из себя улыбку и задорный голос как можно убедительнее. — Я просто... Поучусь на свежем воздухе! Мне так лучше думается. А вечерком я приду, и мы поиграем. Во клёво будет, да? Скажи маме, что я проветриться вышла и скоро вернусь.       В глаза Чипа вернулся блеск после этих слов, он понимающе кивнул. Дьявол, хулиганка готова всё отдать и пару раз сдохнуть, лишь бы вера в его глазах не угасла слишком рано. Они попрощались, мальчик побежал в сторону дома. Зип проследила, чтобы младший безопасно перешёл дорогу, и только тогда развернулась, направившись в противоположную сторону. На лицо легла тяжёлая угрюмость.       Всегда проще думать, что девчонка просто любит бунтовать, а не убегает от всего происходящего дома, как маленькая.

* * *

      — Зип...       — Отъебись, я в печали.       — Ты уже вторую за сегодня выкуриваешь, чё случилось?       — Пизда с хуем разлучилась. По-хорошему прошу уйти, а.       Эдвард с досадой закатил глаза, потеплее кутаясь в шарф, а Зип выдохнула плотное облако смеси пара и никотинового дыма. Ей уже четырнадцать, она давно может начать называть себя девушкой, а не девочкой, но по поведению так сразу и не скажешь. Как она к этому вообще пришла? Пока в актовом зале школы проходил рождественский вечер перед каникулами, хулиганка куковала на пороге под снегом, курила и тихо себя жалела. Как никчёмно.       — Зип, — Эдвард подошёл к подруге, положил руку ей на плечо. Зип не оттолкнула, но лицом к другу ещё не повернулась. — Ну ты чего?.. Что-то дома случилось?       Какое-то время оба молчали. Зип даже не нужно было говорить вслух, что друг прав.       — У нас уже почти месяц жопа с финансами, — девушка наконец подала голос и выкинула окурок в мусорку. — Мы не будем праздновать Рождество. Ни ужина, ни подарков нам с Чипом. Родаки сказали, что что-нибудь афигенное подарят нам на Дни рождения, но... — девичьи кулаки сжались, голос задрожал от злости и обиды. — На алкашку бате всегда всего хватает.       В ответ Эдвард только издал понимающее «угу», но Зип его не винила. Хватило этого и лёгкого поглаживания по плечам.       «Фу, телячьи нежности...»       Так двое друзей стояли ещё какое-то время. Пару раз Зип обернулась на парня, а тот не спешил что-то говорить или делать — только задумчиво смотрел на снегопад. Эта тишина в какой-то степени даже была уютной. В какой-то момент Эдвард подошёл ещё ближе и обнял подругу крепче, а та от неожиданности пискнула и уставилась на друга во все глаза.       — Ты что делаешь?       — Мне показалось, что тебе это нужно.       — Решил свои слащавые фантазии заботой оьо мне прикрыть?       — Но ты ж меня ещё не побила.       — Если так хочешь, я о такой перспективе подумаю, — Зип фыркнула и наигранно скривилась. Но надолго её отстранённости не хватило, и вскоре девушка слегка развернулась, чтобы поудобнее обнять друга в ответ. И скрыть покрасневшие надутые щёки заодно. — Давай постоим так чуть. Ты тёплый.       — Без проблем, — парень тихо усмехнулся, а хулиганка решила закрыть на это глаза. Эдвард и в правду тёплый, и волосы у него пушистые, приятные, хотя концы секутся. Спустя какое-то время он снова прервал тишину. — Знаешь... Если хочешь, то можешь ко мне домой на Рождество прийти и брата своего взять. Круто будет! Я с родителями поговорю.       — Эдди, ты ж говорил, что твои предки нас с Олли не сильно жалуют, — школьница усмехнулась и скептически ввгнула бровь.       — Во-первых, Оливера с нами не будет, потому что он собирается в школу пробраться и отпраздновать с Алисой. А во-вторых... Я же сказал, что поговорю. Слушай, как бы это сопливо сейчас не звучало, но наша компашка мне как семья. И я,не хочу, чтобы в такой крутой праздник у тебя был какой-то пиздец. Понимаешь?       — Нууу... — как бы приятно ни было слышать слова друга, Зип притворилась, что пропустила большую их часть мимо ушей. Эдвард и так всё поймёт. Немного отстранившись, девушка прищурилась с хитрющей улыбкой. — Я подумаю над твоим предложением. И даже буду хорошо себя вести у тебя дома. Но! После этого на Новый год мы втроём устраиваем первую в жизни попойку и как следует отвисаем. Идёт?       — Идёт, куда ж я от вас денусь? — Эдвард улыбнулся радостно и игриво потрепал подругу по макушке.

* * *

      Всё произошло как-то само. Тяжёлая рука отца дала пощёчину так, что в глазах заискрилось и Зип впечаталась боком в ближайшую стену. Больно. И угораздило же её снова начать пререкаться с родителем по поводу денег, праздника и всего остального.       — Хватит пытаться учить учёного, мелочь, — какое-то время мужчина молча смотрел на дочь, которая потирала горящее от удара лицо, будто о чём-то размышлял. Но извинений от него ждать не стоит. — Именно я в эту семью приношу деньги, — а мамино шитьё, на котором женщина тоже периодически зарабатывала, он никогда серьёзной работой не считал. — И я могу распоряжаться, куда их в данный момент тратить. Ты обязана это понимать и больше не нести хуйни мне в лицо, усекла?       Как же хотелось возразить, как же хотелось сказать, что ящерица подшофе сейчас не имеет полномочий девчонку воспитывать или что-то такое. Но, уяснив всё ранее пережитое, Зип прикусила язык и кивнула.       — То-то же. А теперь в свою комнату иди, и чтобы до утра я тебя не видел.       — Но..! — девушка снова вовремя умолкла. Если она попытается сказать, что сегодня Рождество и друг приглашал её в гости, то это станет лишл новым поводом для криков и наказаний. Отец сейчас слишком зол, чтобы быть в адеквате. — Окей, пап.       Зип хотела побыстрее подняться по лестнице, но ноги несли её слишком медленно. Уже на втором этаже хулишанка встретила приболевшую мать, держащуюся за сердце. Опять она всё видела и, наверное, что-то видела, но опять не вмешалась. И в правду, зачем? Не убьёт же её муж их ребёнка воспитательной беседой!       — Люблю тебя, мам, — Зип широко, слишком широко улыбнулась, и ушибленная щека заныла сильнее. Затем она помахала на прощание. — С Рождеством.       Родительница будто хотела что-то сказать вслед дочери, но только ответила тем же пожелаем и сказала: «Доброй ночи». Ну, плевать. Практически не видя ничего перед собой, девушка прошла в свою комнату, дотопала до кровати и плюхнулась на неё. Затем приняла горизонтальное положение и уставилась в потолок, а в голове ещё гудел статичный белый шум. Просто лечь и разреветься — то, что давно уже хотелось сделать... Но исполнению данного плана помешала скрипнувшая дверь. Это вошёл Чип. Разве мать его ещё не уложила?       — Зип? Вы с папой опять поссорились? — девушка только успела приподняться на локтях, как брат подбежал к ней ближе. — Вы подрались?       — Чего? Пфф, нееет! — вновь натянув немного растерянную улыбку, хулиганка постаралась прикрыть распухшую щёку рукой. — Это я сама шандарахнулась на лестнице. Но да, мы поорали друг на друга чуть-чуть. Ты же хочешь праздника?       — Ага, но...       — Во, круто, отлично! Тогда глянь, что у меня есть! — Зип побыстрее вскочила на ноги и подбежала к шкафу под непонимающим взглядом младшего. Повозившись немного внутри, девушка наконец открыта показала брату подарок: детскую шапка в форме рыбки размером чуть ли не с самого Чипа. — Во! Класс, да? Я подумала, что тебе понравится.       Глаза мальчика засияли, он так и стоял с раскрытым ртом, пока сестра помогала ему надеть новый головной убор. Довольная проделанной работой, она даже сама хвостом вильнула.       — Ой, ну что за красавец! Только назад не наклоняйся сильно, а то эта штука тяжёленькая, ха-ха. Что теперь сказать нужно?       — Спасибо большое!       — С Рождеством, Чипчик! — Зип присела на корточки до почти одного уровня с братом и погладила его по макушке. Вид его улыбки был как бальзам на душу. А свой подарок для старшей Чип уже отдал сегодня днём — это был рисунок динозаврика. А большего для счастья и не надо.       — Зип... — настроение мальчика спустя недолгое время снова поникло, что тут же насторожило Зип. Чёрт, вот вам и праздник! — Почему папа так часто злится?       «Потому что он бухающий долбаёб. А сестра твоя конченая», — к сожалению, озвучить первую всплывшую мысль было нельзя ни в коем случае. В три года такое не понять, а потом братец ещё надумает себе всякого и сделает неправильные выводы.       — Он... Ну... Часто устаёт, а уставшие люди очень много злятся. А ещё он очень любит пить один лимонад, а он в цене время от времени повышается, ну как тут не злиться? А ещё он... — «... дракон». Нет, так тоже нельзя говорить. — Ооочень нас любит и расстраивается, когда мы делаем что-то неправильное. Запомни, Чипушка, на детей орать нельзя, но почему-то бате так проще выражать мысли.       Пришлось на первый объяснить как-то так. Чип не выглядел так, будто всё понял до конца, но дальше расспрашивать не стал. Фух! Вот и хорошо. К тому же некогда им долго с этим вопросом разбираться.       — Знаешь что? Давай всё-таки сходим кое-куда. Рождество же!       Началась настоящая операция по вечернему побегу. Сначала нужно было объяснить всё Чипу, затем тихо пробраться в комнату младшего, чтобы его из пижамы переодеть в тёплую одежду и под одеялом на кровати скомкать «подставного Чипа» на всякий случай, потом вернуться в спальню Зип и также приодеться. Спускаться по дереву вместе с братцем было бы рискованно и долго, поэтому пришлось попросить младшего подержать куртку, подхватить его самого и расправить драконьи крылья. Появились они меньше года назад, летала хулиганка ещё недостаточно хорошо, но планировала отлично. В их случае это как раз помогло. Накинув куртку и в последний раз оглянувшись на окна первого этажа, Зип повела брата по улице. Нужно было только немного проехаться на автобусе, чтобы долго не мёрзнуть, а потом ещё немного пройтись ножками. Часть пути девушка готова была нести младшего на спине, как рюкзачок.       Закурить хотелось страшно. Было даже в какой-то степени плевать на Чипа под боком, было плевать, что в последнее время она всё чаще лержит сигареты пальцами, а не палочками, было плевать, что есть возможность встретить кого-то знакомого. Но девушка держалась. Больше из-за того, что не хотелось сильно задерживаться и потом вонять никотином в гостях у друга.       И вот они дошли... Брат с сестрой стояли перед не слишком высоким многоэтажным домом. То тут, то там в окнах горел свет, сверкали гирлянды, мелькали до поздна не спящие из-за праздника люди. Да уж, ближе к центру городка жизнь кипит.       — Тут живёт Эдвард? — немного уставший в пути Чип рассматривал всё вокруг во все глаза и дожёвывал имбирный пряник, который, который старшая купила ему по дороге.       — Ага. Вот щас и увидишь, где он живёт. Я-то там уже была, — была, но давненько. Плюнув на попытки вспомнить этаж и квартиру, Зип достала из кармана телефон и набрала нужный номер.       Руки почему-то дрожали, как и дыхание. Не только от холода. Вот так напрашиваться в гости к чужой семье? В Рождество? Вместе с ребёнком? Как какая-то бедная родственница, непонятно откуда сбежавшая? Даже для Зип это казалось какой-то наглостью. Но что она делает со своим мнением, когда ситуация того требует? Проглатывает его. Тем более Эдвард сам её пригласил...       Гудки обрываются — трубку взяли. Девушка в последний раз выдыхает тёплый пар и улыбается.       — Приветик, Эдди. Принимай гостей!