Двадцать четыре секунды

      Мяч летит высоко, но Антон уже прыгает ещё выше. Шаст знает — если сейчас он его не перехватит, их шансы на победу кратно сократятся. Рука уже почти дотягивается, когда в Антона в борьбе за мяч врезается игрок противоположной команды. Удар получается резким и мощным и приходится прямо в плечо, Шаст не успевает схватить мяч — они с соперником, столкнувшись, оба падают. Боль пронзает всю правую руку, Антон на автомате хватается за нее, приземлившись на ноги. Судья назначает штрафной, и Нурлан, подобрав мяч, бросает его Антону. Поймав его левой рукой, Шаст оборачивается, скривив лицо, показывая, что это плохая идея, и не глядя отправляет мяч назад, за свою спину.       Он знает, что его подхватит почти такой же результативный игрок по штрафным ударам, как и он сам — его капитан, Арс. Разумеется, тот сразу ловит мяч и, переглянувшись с Антоном, идёт на точку. Во взгляде Арса вопрос "ты норм?", и Шаст молчаливо отвечает ему кивком и гримасой, мол, "да, но кидай ты, я могу промазать". Моргнув ему, что понял, Арс встаёт перед кольцом.       Со вдохом он поднимает голову. Его чувство расстояния до кольца практически безупречно, и в штрафных бросках он почти не уступает Антону (лишь по статистике, на десятые доли). Светлые глаза, кратко прищурившись, за секунду просчитывают по привычке траекторию, периферийное зрение успевает отметить белобрысую голову Шаста сбоку, и на выдохе Арс совершает бросок. Мяч идеальной дугой залетает ровно в корзину. Матч продолжается.       Пробегая мимо капитана, Шаст отбивает ему пятюню снизу, врываясь в игру.       И снова соперники плотно навязывают борьбу, а счёт всё такой же равный. Довольно жёстко отобрав мяч под своим кольцом, Игорь кидает его через полплощадки Арсу, которого, едва он принимает пас, сразу закрывают двое соперников. Видя, что оказавшийся под чужим кольцом Нурлан не сможет попасть (к нему сзади уже мчится мешать игрок противоположной команды), а Лёха даже не успеет сделать подбор, Арс с разворота бросает мяч… обратно? Трибуны на этом моменте делают громкое полу-разочарованное "ах", но они, в отличие от Арса, не в курсе, что там мяч поймает Антон, уже находящийся ровно на трехочковой линии. Что он и делает, и в следующий миг одним длинным броском отправляет мяч в кольцо. Трибуны восхищенно ревут, а Шаст подпрыгивает, сжав кулаки. Пас от Арса через половину площадки — всегда рабочая схема.       Но далее, за пару мгновений, соперники быстро забрасывают им еще два мяча, и они начинают проигрывать одно очко. Близится конец матча, и все понимают, что им критически необходимо всего одно попадание.       На последних секундах Антон мчит под чужое кольцо, намереваясь агрессивно влететь, показывая всем, что такое слэм-данк, но его блокируют. Не оборачиваясь и не пытаясь рассмотреть позиции своей команды, он наугад (как кажется всем остальным) отдает низкий пас Арсу, который, подхватив мяч, прыгает к кольцу за две секунды до конца матча.       Он тянется обеими руками вперед и, успев заметить, что получит по ним через долю секунды, делает резкую обманку вниз и подкидывает мяч из-под кольца одной рукой, совершая лэй-ап. Все, включая Шаста, на этом моменте практически замирают, будто в замедленной съёмке наблюдая за траекторией полёта мяча. Облетев кольцо сбоку, он возвышается над ним, отскакивает от щита и падает в корзину. Звучит финальный свисток, и Антон с разбегу налетает на Арса, запрыгивая на него. Все орут так, что ничего не разобрать. Поймав одной рукой Антона поперек пояса, Арс сжимает вторую в кулак и быстро опускает Шаста на паркет. Они победили. Они в финале.       Вся команда, включая скамейку запасных и тренера, на радостях отшвырнувшего в сторону пиджак, бросается активно обниматься, прыгает и продолжает вопить не хуже болельщиков.       Прооравшись вместе с Антоном и Игорем, Арс с улыбкой запрокидывает голову, поправляет на ней повязку, сдерживающую его волосы, которые прилично отросли за последний год, и, сложив ладони вместе, в поклоне благодарит болельщиков, как обычно ловя на себе кучу восхищенных взглядов. Повернувшись к команде, он видит, как Шаст, ослепительно и самоуверенно улыбаясь трибунам, машет всем руками и отсыпает воздушные поцелуи направо и налево присутствующим там девушкам, которые готовы прям на паркете ему отдаваться, очарованные его яркой внешностью и отличной игрой. Игорь продолжает орать и прыгать вместе с Лёхой и Макаром, сорвавшимся со скамейки, на которую сел после второй четверти. Нурлан сдержанно кивает, поворачиваясь чуть ли не к каждому болельщику, и отбивает пять остальным запасным ребятам.       В раздевалке они слышат, что разбор полётов никто не отменял и, хотя настроение у всех взрывное, около двух минут внимательно слушают, как Дмитрий Темурович с серьёзным лицом повествует о том, кто какие ошибки успел совершить.       — Джабраилов, ещё один такой фол, и я лично тебя на лавку посажу! Или вообще отправлю в дубль! — грозно говорит тренер, а довольный собой Игорь, столько раз спасший родное кольцо, делает вид, что принял к сведению.       — Щербаков, ты чё теперь, центровой? — спрашивает тренер, пока Лёха с широкой лыбой мотает головой. — Тогда какого хрена ты выполняешь работу Сабурова?!       Все понимают: Дмитрий Темурович бы ничего не сказал, если бы Лёха так часто не тупил, в прямом смысле забывая, какие у него задачи на площадке.       — Тренер, ну это игра, — басит Нурлан, пытаясь его прикрыть, — перемещаемся, меняемся ролями…       — Вы не в койке, чтоб ролями меняться, — пародируя тренера, бормочет в этот момент банальную шутейку Антон, чуть склонившись к Арсу.       Пока капитан, не глядя на Шаста, в ответ качает головой, усмехаясь, Дмитрий Темурович поворачивается к Антону, и, устремив свое внимание на него, произносит:       — И вообще, Шастун, ты должен видеть игроков, а не пасовать столько раз на удачу! Если бы мы не выиграли, я бы тебя за такое количество слепых бросков четвертовал!       — Никакой удачи, тренер! — возражает Антон. — Всегда по делу!       — Твоё дело — это трёхочковые и штрафные, а не отдавать мяч в воздух, надеясь, что его поймает Попов!       — Но я всегда подхватываю, — пожимает плечами Арс. — А мне за слепые передачи не влетит сегодня?       — Влетит! Точно так же кидаешь на Шастуна! Вы двое, — тренер тыкает указательным пальцем сначала в Антона, а потом сразу в Арса, — творите какую-то долбанную магию на площадке, забивая на стратегию!       — Его стратегия, — кивает Нурлан на Антона, беззлобно усмехаясь, — в любой непонятной ситуации отдать мяч Арсу, тогда будет больше шансов забить.       — Это факт, — соглашается Антон. — К тому же, я всегда рядом.       — Действительно, тренер, — спокойно говорит Арс. — Мы играем вместе уже два года: мне не нужно смотреть, чтобы знать, что Шаст на нужной позиции.       — ВАШИ ПОЗИЦИИ НИХРЕНА НЕ ПО СХЕМЕ! — орет тренер, и ещё на середине фразы сам же начинает посмеиваться.       Все понимают, что реплика была больше ради прикола.       — Но это работает, — улыбается Арс. — Вы сами говорите всегда: не ломай то, что работает.       — Ладно, мы ещё разберем, какого лешего Шастун следует за тобой по пятам в нужные тебе точки и как ты оказываешься каждый раз рядом с ним, если у него неудобная позиция для броска, — проговаривает Дмитрий Темурович спокойнее. — Два грёбанных волшебника… Хорошая связка, молодцы.       Все в ахуе начинают переглядываться и посмеиваться, не ожидая такого комментария.       — Но Шастун, последняя передача твоя, — тренер потирает переносицу, а Антон уже готовится к тому, что тот назовет её слепой или тупорылой, — такой сюр, если помнить о твоих задачах и рекордах. И так гениально.       Все одобрительно кивают: ещё полтора года назад, когда они только пытались сыграться этим составом, Шаст, будучи самой младшей и резвой занозой в заднице, постоянно исполнял броски сам, почти не делился мячом и регулярно получал за это от тренера, который пытался донести ему, что командная игра — это не про твой звёздный час, это про общий результат. И все прекрасно помнят: когда Арс стал капитаном, он несколько тренировок подряд жёстко отбирал у Антона мяч и забивал самостоятельно, не отдавая пас на Шастуна, даже когда тот был открыт; Антон, разумеется, обиделся и распсиховался, а потом допёр, что Арс показывает ему, что не он один тут забрасывать умеет, а каждый опасный момент приобретает больше шансов на реализацию, если команда играет вместе, а не пытается мериться половыми органами. Поэтому игра Шаста, которую трибуны видели сегодня, когда он не стал пытаться забить сам, а отдал пас — это результат целого пути, пройденного за полтора года трансформаций и кучи дополнительных тренировок, в том числе, один на один с капитаном. И, что самое удивительное для Антона — прочувствовав игру в связке с Арсом, он и забивать стал больше, и поставил дохрена рекордов.       Неловко улыбаясь, Антон поворачивается на Арса и видит, что тот тоже смотрит на него с улыбкой, которая говорит о том, что их командной игрой капитан сегодня доволен.       — Всё, в душ и в автобус, быстро, — махнув рукой, завершает свою речь тренер. — Завтра вечером самолет, не пропускаем его.       — В каком смысле, тренер? — сделав серьезное лицо, спрашивает Илья.       — В таком, Макаров, что налакаться до отключки в честь прохода в финал — святое дело, конечно, но возвращение на родину никто не отменял.       По всей раздевалке проносится громкий ржач, с которым провожают улыбающегося тренера. Тот зовет к себе Арса, и они удаляются на пару минут.       Посмеиваясь, Антон быстро стягивает с себя форму и поддакивает Игорю, который что-то активно ему повествует о прошедшей игре. Полностью раздевшись, Шаст поднимает голову и видит, как в раздевалку возвращается Арс, на ходу снимая с головы повязку. Его тёмные густые волосы, взмокшие от пота, не падают на лицо, а Антон начинает подтормаживать, наблюдая за тем, как раздевается их капитан. В который раз.       Вообще-то, Антон так же часто засматривается и на девушек, потому что красивых дамочек намного больше, чем красивых мужиков. И, несмотря на то что у них почти вся команда как на подбор, залипает Шаст именно на Арсения Попова — капитана, самого старшего и опытного игрока, который что с короткими, что с отросшими волосами выглядит для Антона как гребанное преступление против человечества. Вздохнув, Шаст вспоминает: до встречи с Арсом (точнее, до тесной игры с ним) Антон отлично себя чувствовал, встречаясь с самой красивой девушкой Воронежа и разочаровывая толпы своих фанаток, которые видели в нем идеального Кена, но потом его отношения испортились из-за удвоения тренировок (капитан требовал появляться в зале по два раза в день) и постоянного отсутствия Шаста, который проводил много часов с Арсом вдвоем: они играли в зале, тренировались на улице, если погода позволяла, оттачивали сложные резкие передачи и обсуждали это часами, задерживаясь допоздна. Какая девушка, зная о твоей бисексуальности, оценит то, что ты проводишь двадцать пять часов в сутки с красивым парнем? Никакая — так Антон и оказался снова свободным, чему несказанно обрадовалась куча красоток, которые с готовностью побежали прыгать в его объятия и на его член. Да, Шаст понимает, что это было глупое расставание, речь шла о тренировках, но ведь болтать с Арсом до ночи его никто не заставлял…       Который в этот момент уже сверкает своим блестящим от пота прессом. Всё ещё ебашащий после игры адреналин Шаста концентрируется в легкую форму возбуждения. Сглотнув, Антон быстренько берет полотенце, стараясь с невозмутимым лицом прикрыть свой привставший член. Опасный момент, учитывая, что о нюансах его ориентации в команде никто ничего не знает.       — Кто-то дохуя доволен матчем? — усмехается Игорь.       Антон сразу поворачивается к Джабрику, изо всех сил пытаясь не покраснеть от того, что его застукали.       — Вспомнил свой трёхочковый, — уверенно бросает от, принимая флегматичный вид.       — От себя вне себя, — Игорь качает головой, — да расслабься, братан, это ж частая хуйня…       Из раздевалки общий шум перетекает в душевые, где все продолжают активно обсуждать вперемешку игру, соперников, какой алкоголь будут пить и в чьем номере соберутся.       — Бля, может, в клуб, как нормальные люди? — выключая воду, предлагает Нурлан, успевший помыться быстрее всех.       — Рот ебал этих клубов, го в бар, — отмахивается Игорь, продолжая активно намыливаться.       — Го, — бросает Антон и подставляет лицо струям воды.       — Бар поддерживаю, — вопит Лёха из дальнего угла, — бар — это хорошее дело, это нам надо.       — Не поедем в бар, — внезапно говорит капитан.       Поворачиваясь, Антон дёргает головой так быстро, что ему уши в тот же момент заливает водой.       — Почему? — опережает его с вопросом Макар.       — Не хочу и вас не пущу, давайте в отеле, — отвечает Арс, вырубая воду. — В лобби-баре хотя бы.       — Типа, детвора разойдется и устроит дебош, а тебе потом за наши проёбы рейса головой отвечать? — ухмыляется ему Нурлан.       — Типа того, — отмахивается Арс, выходя из душевых.       Стоя под водой в пол-оборота, Шаст наблюдает за тем, как он берет полотенце и быстро обтирается. В команде все в отличной форме, но именно на тело Арса Антон залипает чуть ли не с момента их знакомства и сейчас снова впадает в транс, пялясь на его мощные руки, рельефную грудь, охуенный пресс, всегда идеально аккуратный лобок… Надев белье, Арс выпрямляется и, взъерошив на голове полотенцем мокрые волосы, убирает рукой их со лба, чтобы не лезли в глаза.       — Шаст, утонешь, — шутит Лёха, внезапно оказываясь рядом.       — А?       Повернувшись, Антон пытается догнать, что от него хотят. Он ведь действительно в такие моменты тонет в своем капитане, а сделать с этим нихуя не может и никогда даже не пытался. Они же команда. Крутая связка. Отличный дуэт.       — Долго стоишь, тебя затопит сейчас, — говорит Лёха, вырубая ему воду. — Ты же закончил?       — А, ага…       Хорошо, что не кончил — мог бы пошутить Антон, но шутка на грани: собственный член слегка окреп вновь, пока Арс расхаживал туда-сюда обнаженный. Прикрывшись полотенцем, Антон выходит и быстро одевается. Больше он на Арса не смотрит.       Они возвращаются в отель, распевая песни в автобусе, и, закинув сумки в номера, усаживаются за большим столом в лобби-баре. Быстро поев и оценив тухлую обстановку, вся команда сходится во мнении, что ловить тут нечего, и перемещается в номер главных алкашей всея баскетбола — Нурлана и Лёхи, ведь им, к тому же, по счастливой случайности перепал просторный полулюкс.       Антон, как всегда, тащит с собой баскетбольный мяч и гоняет его в руках, крутит на пальцах, подкидывает, пока все выпивают уже по третьему кругу. В начале Шаст перебрасывается мячом только с Игорем и Арсом, но позже в это вовлекается и вся остальная команда.       — Самый результативный игрок матча? — спрашивает Слава, из запасных, кивнув на Антона.       — Самый результативный игрок мира, — по-доброму подъёбывает Арс, поймав пас от Нурлана, и все выпадают в осадок, истерически угорая.       Шаст смеётся, глядя на него, и выпивает до дна. Улыбаясь Антону, Арс бросает ему мяч, который он тут же ловит и, откинувшись на спинку дивана, принимается вновь вертеть на пальце.       — Тоха, ты с мячом вообще расстаешься? — угорает Игорь.       Посмеиваясь, Антон продолжает крутить мяч на указательном пальце.       — Да ты чё, он же звезда баскета, у него сначала мяч, потом бабы, — подхватывает Нурлан.       — Русский Джордан, — хихикает Макар.       — А ебаться тоже с мячом? Ну, втроем?.. — спрашивает Лёха сквозь смех.       — Секс с посторонними предметами? — Нурлан вскидывает брови.       — Да это же Шаст, — включается Арс, усмехаясь. — Куда он без мяча? Для него в сексе посторонним предметом тогда уж будет гандон…       Все закатываются в истеричном хохоте, и Антон впервые роняет мяч, дернувшись и согнувшись пополам от смеха. Отскочив от пола, тот попадает в руки Арсу — он сразу подхватывает мяч, несмотря на то что тоже угорает в общем вайбе истерики от своего же прикола.       — Тош, без гандонов не надо, — задыхаясь, просит Игорь, — нам еще на Олимпиаду ехать…       Успокоившись, с оставшейся на лице ухмылкой Арс откладывает мяч в сторону и, поправив волосы, локонами падающие на лицо по бокам в отсутствии повязки, снова отпивает из своего стакана и ловит взгляд Антона. Тот качает головой, глядя на него, продолжая беззвучно смеяться, а на щеках горит вполне заметный румянец, который вряд ли вызван только алкоголем.       Арс замечает, что Антон смотрит на него как-то иначе, не как обычно; в этот раз в его взгляде намешано много эмоций — от стыда до интереса, от смущения вплоть до попытки без слов передать в очередной раз какую-то мысль, как на площадке. Подмигнув ему, Арс отворачивается.       Для Антона пьянка долго не продолжается — накидавшись, он начинает троить, не удерживает мяч на пальце и чуть не разбивает собственный стакан. Приблизившись к нему, Арс с доброй улыбкой, но твёрдо произносит:       — Шаст, твое время вышло.       — Да, мой капитан! — прижав ладонь к виску, Антон снова смеётся, в этот раз сам с себя, и Арс сыпется вместе с ним.       — Тебя в номер проводить, или сам дойдешь? — заботливо интересуется Арс, когда Шаст, поднявшись, немного шатается, прощаясь с ребятами.       — Сам, капитан! — он снова отдает честь. — Дойду, капитан!       — Не перепутай номер, вламываться к культурно отдыхающим людям, сам понимаешь, ни к чему… — угорает Макар, провожая его к выходу вместе с Арсом.       — Напиши мне, как будешь в номере, — говорит Арс, открывая дверь. — Иначе я приду проверять.       — Да, мой капитан! Готов к проверке, мой капитан!.. — пизданув это, Антон снова истерически смеётся, чтобы как-то скрыть свой проёб. — То есть… Да, мой капитан! Отчитаюсь, мой капитан!       Отдав честь в последний раз, уже стоя в коридоре, Антон снова стыдливо краснеет перед снисходительно улыбающимся ему Арсом и тут же ретируется.       До номера он добирается без приключений, немного пошатываясь и напевая себе под нос “We are the champions”, и, открыв в телефоне их диалог с Арсом, зависает, пытаясь взвесить, что лучше: отчитаться и быть хорошим мальчиком, или же дождаться, пока Арс сам придёт проверять, дошёл ли он, но заставить его нервничать и, в конце концов, повести себя непрофессионально и подорвать его доверие. Пробурчав себе под нос, что он рот ебал этой дисциплины, Антон таки скидывает капитану сообщение, что мяч в корзине.       Получив от Шаста отбивку, Арс усмехается в экран своего телефона и двойным нажатием случайно ставит реакцию — сердечко. Он уже собирается убрать её, когда Антон тут же вкидывает: «мой капитан послал мне сердце, я запомню это на века». Пьяненько улыбаясь, Арс печатает в ответ: «Лучше бы ты расстановку запомнил, Антоша, ложись спать». От Шаста прилетает сердечко, и пользователь выходит из сети.       Арс допивает и оценивает обстановку: Нурлан с Лёхой о чем-то упоительно пиздят, остальные разошлись спать или улеглись прямо здесь, а Игорь заперся в ванной и стопроцентно звонит бывшей. Подойдя к двери, Арс пару раз стучит, и ему открывают.       — Ты как? — спрашивает он, увидев размазанного Игоря с телефоном в руках.       — Нормально, кэп, не очкуй… — икает тот. — Я намана.       — Если придумаешь что-то крутое — звони мне обязательно, — с горящими глазами говорит ему Арс. — Если я что-то пропущу — тебе пизда.       — Понял, кэп, — Игорь повторяет жест Антона, отдавая честь. — Доброй ночи, кэп.       — Левая комната свободна, если что, — добавляет Арс, — можешь и там лечь.       Кивнув, Игорь с покерфейсом жмет ему руку и вежливо запирается обратно. Арс знает, что этот — самостоятельный, провожать его не надо, следить за ним — тоже. Максимум, что он может вытворить — это внезапно придумать охуительные приключения посреди ночи, но для этого Арс и просил его звонить, якобы вместе веселее. Чтобы проконтролировать, разумеется. А Игорь такие просьбы всегда выполняет.       Удостоверившись, что все остальные спят или в адеквате, Арс подхватывает мяч и удаляется из чужого номера восвояси. Преодолев коридор, он заходит в их номер с Шастом и слышит из душа шум льющейся воды. Какого черта происходит — он же отправил Антона спать? Вздохнув, Арс убирает мяч от греха подальше (пьяный Антон точно захочет потренироваться прямо в номере) и откладывает телефон на столик. Арс бросает взгляд на одну большую двуспальную кровать — опять все забили хуй указывать раздельные при бронировании. Что ж, ему не привыкать, они с Шастом часто так попадают, спать с ним комфортно — он не пихается, не храпит и не воюет за чужое одеяло…       Шум воды затихает, и почти сразу открывается дверь. Антон появляется перед ним мокрым.       — Я думал, ты спишь, — протягивает Арс, когда он выходит из душа полностью обнаженный, держа полотенце в руке.       Заметив Арса, Антон на автомате подносит полотенце к паху, третий раз за день прикрываясь. Будто они не видели друг друга голыми примерно раз пятьсот.       — Шаст, — мягко усмехается Арс, кивнув на его жест, — я же на твой хуй неоднократно вблизи смотрел, я тебя умоляю…       — Да блять, ты меня напугал, — признается Антон, разводя руками. — Я думал, номер пустой.       Полотенце всё так же остается в руке, но уже отведенное в сторону.       — А я думал, ты спишь, — повторяет Арс, глядя на Антона всё с той же ухмылкой.       — Не-а, тебя жду, мой капитан, — отшучивается тот.       — Меня? — брови Арса взлетают вверх.       Он продолжает улыбаться. Шаст не вывозит и, покраснев, мотает головой.       — Арс, ну какого хуя…       — Что?       — Что это? — внезапно решается спросить Антон, которого вперед отлично толкает играющий в крови алкоголь. — Ну, твои вбросы вот такие, подмигивания…       — Попытка тебя соблазнить, — говорит Арс, всё с той же улыбкой, но его взгляд на Антона уже абсолютно серьезный.       Не ожидая такого ответа, Шаст замирает, приоткрыв рот. Он понятия не имеет, что сказать в ответ на такое заявление — на Арса он заглядывается последние два года их командной игры, с момента, как они в принципе познакомились. Но даже по-товарищески передернуть друг другу Антон в их тандеме считает недопустимым — Арс же его напарник, он капитан его команды, и ещё он точно натурал.       Арс делает пару шагов вперед, приближаясь к нему, и Антон крепче сжимает полотенце в руке, все силы направляя на то, чтобы не прижать его обратно к паху. Он чувствует, как щёки вновь начинают гореть, смотрит на Арса, который оказывается от него в одном микро-шаге, и еле дышит, боясь вытворить какую-нибудь хуйню и сломать возникшую атмосферу сближения.       — У меня получается? — вкрадчиво спрашивает Арс, медленно протягивая руку к лицу Антона.       — Блять, да… — Шаст вмазывается щекой в его ладонь, выпрашивая ласку, зажмурившись, чтобы, если что, не увидеть отказ.       Но Арс не убирает руку — наоборот, он гладит лицо Антона, проводит большим пальцем сначала по брови, потом по виску, приглаживает мокрые волосы за ухом и, обхватив рукой его шею, произносит вполне приказным тоном:       — Антон, открой глаза.       Шаст сразу же слушается — веки поднимаются, и он видит Арса почти вплотную. Так, что можно рассмотреть, как его большой зрачок оттесняет голубую радужку в глазах, пока Арс на него смотрит с теплой улыбкой. Сглотнув, Антон отпускает полотенце на пол и протягивает обе руки вперед, обвивая Арса за шею, и ощущает, как тот обхватывает свободной рукой его поясницу и прижимает к себе. Оказаться в объятиях Арса полностью обнаженным, пока тот одет — интересный опыт, успевает подумать Антон.       При виде его смущения, желание внутри Арса только сильнее подогревается — притянув Шаста к себе за талию, он сокращает между ними оставшиеся никчемные сантиметры и вовлекает его в долгожданный поцелуй.       Антон отвечает, тяжело дыша, обеими руками удерживаясь за широкую спину Арса, который целуется нежно и чувственно, но очень напористо. Едва поспевая за ним, Антон может только безропотно подстраиваться, вжимаясь в его пах привставшим членом, мысленно благодаря Арса за его стабильность в выборе мягких спортивных штанов.       Разрывая поцелуй, Арс напоследок прикусывает нижнюю губу Антона и слегка оттягивает её, глядя ему в глаза. Он расплывается в довольной улыбке, ощутив, наконец, своим крепким стояком возбуждение Шаста. Опустив правую руку на его член, Арс оценивает степень заинтересованности Антона, не разрывая с ним зрительного контакта. На щеках Шаста вновь вспыхивает яркий румянец, и Арс от удовольствия наблюдать это улыбается еще шире, проводя второй рукой по влажной пояснице Антона.       — Любишь сосаться? — спрашивает Арс.       — Ну, да… — в растерянности отвечает Антон, не понимая природу его вопроса. — Но не то, чтобы… Типа, если круто — конечно, люблю. Но бывает же не очень…       — Сейчас было круто? — Арс дёргает бровью и сжимает в руке его член. — Или у тебя встает на любой поцелуй?       — Блять, — Антон даже отпускает его, чтобы прикрыть лицо рукой, смеясь. — У меня встаёт на тебя почти два года, Арс, если вопрос в этом…       Разумеется, Шасту было круто целоваться с Арсом — он столько раз это себе представлял. Резко убрав руку с его члена на задницу, Арс слегка хмурится и наклоняет голову вбок:       — А чё молчал, бля?!       — Хуй знает, мы же команда, пиздатый тандем, лучшая связка, дуэт века… — бормочет Антон, качая головой. — А ты вообще по бабам стопроцентно.       — Как и ты? — усмехается Арс.       Он подается вперед и снова впивается в губы Антона, засасывая его крепко и властно, выбивает глухой стон и тут же отстраняется. Шаст хватает воздух ртом, глядя на него в легком ахуе.       — Бля, Арс… Мы столько лет вместе ездим, — выдыхает он. — И ни разу до сих пор…       — Ты не понимал моих намеков, — отпустив его, Арс разводит руками, — когда я уходил раньше с тусовок или настаивал на том, чтобы нас селили в одном номере.       — Но ты… Ты же постоянно приводил тёлок!       — Да, — кивает Арс, — считал, что тебе так будет комфортнее.       — Мне и было, — соглашается с ним Антон, — пока вы, конечно, не запирались, блять, в ванной…       Усмехнувшись, Арс пожимает плечами:       — Ну, это издержки.       Антон молчит, покусывая нижнюю губу, и накрывает свой член ладонью, посматривая на очевидный (благодаря спортивкам) стояк Арса.       — Что будем с этим делать? — спрашивает тот. — Ты об этом думаешь?       Продолжая загадочно улыбаться, Арс начинает бесить, в своём стиле... Антон уже не выдерживает эту игру.       — Блять, Арс!..       Выдохнув это, Шаст порывисто налетает на него и почти сбивает с ног. Поймав его и поначалу даже устояв, Арс в итоге всё равно падает под их общим весом задницей на ближайший диван — всё-таки, вестибулярка подала в отставку ещё после шестого стакана, — удерживая Антона, который тут же усаживается на него сверху и лезет целоваться.       — Вау, настолько?.. — успевает выдохнуть Арс между поцелуями.       Он позволяет Антону вылизать свой рот и даже отвечает ему, но потом берёт его лицо в ладони и фиксирует в одном положении, отстраняясь.       — Тише, — шепчет Арс, почти касаясь его губ своими, — на тренировках бы ты так выкладывался…       — Арс, блять, ты пиздеть со мной будешь? — Антон психует, пытаясь грозно смотреть ему в глаза, но Арс от этой картины только мягко смеется.       — И пиздеть тоже, — отвечает он. — Чего ещё тебе хочется?       От прямого вопроса краска вновь заливает щёки Антона, и он мотает головой, пытаясь скрыть смущение. Арс продолжает удерживать его лицо, улыбаясь. Вот же козлина, думает Шаст, специально выводит на откровения.       — А тебе?       — Нихуя, Антон, отвечай, — пресекает Арс, качая головой. — Не заставляй засекать двадцать четыре секунды.       Нервно усмехнувшись, Шаст думает, что это отличная шутка и что он никогда не чувствовал себя настолько смущённым и неуверенным, ведь подобной властью над ним обладает только Арс.       — Арс, я не могу, — признается Антон, ещё сильнее краснея и отворачиваясь.       Позволив Шасту частично спрятать лицо в своей ладони, Арс не помогает ему с ответом — он ждёт. Антон пьяно хнычет, снова мотая головой.       — Я не знаю, — мямлит он, — правда… Хочу сосаться и… — видя, как ему тяжело, Арс с усилием сдерживается, чтобы, как обычно на площадке, не начать вытаскивать его. — Хочу, чтобы ты… блять, Арс… чтобы ты…       Не вывозя, Шаст мычит Арсу в ладонь и, взяв её обеими руками, опускает на свой член, упираясь в чужой лоб своим. Зажмурившись.       — Чтобы я?.. — переспрашивает Арс севшим голосом.       Антон сейчас выглядит для него просто волшебно. Сглотнув, Арс мажет большим пальцем по головке его члена, уже обильно истекающего предэякулятом, и нежно оглаживает второй рукой лицо Антона, который тяжело дышит, оставаясь пунцовым от дичайшего смущения.       — Да, — почти стонет Шаст, — хотя бы так…       Арс снова взывает к своему самообладанию.       — Антон, скажи, чего ты хочешь, — твёрдо произносит он, — и мы сможем, наконец, переместиться на кровать.       Открыв глаза, Антон немного отстраняется, чтобы им можно было смотреть друг другу в лицо, и шепчет:       — Хочу тебя. Пожалуйста, сам придумай, как.       Арсу достаточно. Подхватив Антона под бёдра, он поднимается на ноги, держа его на руках. Удивительно, что ему удается это с первого раза, ведь приличная степень опьянения никуда не уходила. Шаст цепляется своими длинными ногами за его поясницу, крепко обнимая Арса обеими руками, сложив их ему на плечи. Сделав несколько шагов к кровати, Арс легонько шлепает Антона по бедру, призывая разомкнуть ноги, и с предельно доступной ему в нынешнем состоянии осторожностью опускает его на белые отельные простыни.       Продолжая тянуть его к постели, Антон с большим нежеланием позволяет отпустить себя, когда Арс разгибается. Отползая подальше, к подушкам, Шаст будто под наркотой наблюдает за тем, как Арс стягивает футболку, бросает её на диван, выпрямляется и, глядя прямо на Антона, опускает руки на низ живота и неторопливо развязывает шнурок на штанах. У Шаста в голове проносится мысль о том, что сейчас его могут выебать, и он ни буковки не издаст против.       Избавившись от штанов сразу вместе с бельем и носками, Арс приближается к кровати и, раздвинув ноги Антона, устраивается между ними на коленях. Глядя на него снизу вверх, Шаст нервно облизывает губы, пока не понимая, что он собирается делать.       — У тебя было с чуваками? — спрашивает Арс, скользя пальцами по его ногам.       Антон отрицательно мотает головой.       — Вообще ничего? — Арс наклоняется и оставляет поцелуй на внутренней стороне бедра.       Шасту хочется, чтобы он продолжил… И Арс, будто читая его мысли, продолжает. Он проходится губами по ноге Антона к бедренной кости, проводит ладонью по его животу вверх, к груди, задевает пальцами сосок, гладит плечо. Язык Арса очерчивает его пресс, заставляя Антона местами напрягать его от щекотки, и спускается ниже, вызывая мурашки. Арс прижимается губами к основанию его члена и поднимает голову.       — Антон?       — А? — выдыхает тот на грани со стоном.       — Вообще ничего? — отклонившись, повторяет Арс, поглаживая его колени.       — Дрочка, — Антон пожимает плечами, слегка хмурясь, — ну, еще сосал пару раз.       — Уже неплохо, — улыбается Арс. — Тогда залезай на меня.       Плюхнувшись рядом с Антоном на спину, он обеими руками показывает ему, чтобы забирался сверху. Подтупливая, Шаст поначалу с тормозящим еблетом тянется залезть лицом к лицу, но Арс с терпеливой улыбкой подсказывает:       — Наоборот, Антош, лицом вниз.       И тут, наконец, осознание достигает Шастуна. Охнув, он поджимает губы и кивает, признавая свой проёб, а затем сразу переворачивается, перекидывая ногу через плечо Арса, оказываясь лицом ровно перед его членом.       Обильно сплюнув, Антон пару раз проводит по нему рукой и быстро накрывает ртом, принимаясь активно сосать. Арс медленно выдыхает. Немного переместившись, он одним движением двигает Антона по кровати, удерживая его за бёдра, чтобы им обоим было удобнее. Тот успевает лишь ойкнуть, даже не выпуская его член изо рта. Позволяя себе покайфовать от ощущений, сосредоточившись на них, Арс крепко сжимает одной рукой ягодицу Антона, пока второй размеренно надрачивает ему, проводя языком по яйцам.       Антон сдавленно стонет и даже прерывается, когда ощущает, как Арс обхватывает губами его член. Пытаясь не отвлекаться, Антон продолжает с удовольствием сосать, всё больше и больше вбирая в себя с каждым разом. Он слышит глухие вздохи Арса, дико тащится от них и старается ещё больше. В какой-то момент, и Антон даже не успевает понять, в какой именно, член Арса проезжает ему прямо в горло. Шаст издает низкий гортанный звук, ощутив, как Арс слегка вскидывает бёдра и сильно сжимает его задницу обеими руками. Вынырнув, Антон смотрит на тонкую струйку слюны вперемешку с естественной смазкой, провисшую от его рта к головке члена Арса, и, вобрав её обратно, сглатывает.       — Блять, — с шипением выдыхает Антон, упираясь лицом в лобок Арса.       — Всё ок? — спрашивает тот, тоже прервавшись.       — Ага, — почти стонет Шаст, прогибаясь в спине от пробежавшего по ней озноба. — Это ахуенно.       — Вот это? — уточняет Арс и повторяет то, что делал языком с его головкой.       Антон тихо скулит.       — Ага, — выдает он, — и вот это…       Насадившись обратно ртом на член Арса, Антон опускается максимально глубоко, вбирает столько, сколько может, до предела, начиная задыхаться и снова чувствовать этот кайф. Сжав его ягодицу ещё крепче, Арс выдыхает:       — Согласен…       Антон активно двигает головой, стараясь пропускать член Арса максимально глубоко, давится, когда тот сам дёргает бёдрами, но не останавливается. Надавив рукой Шасту на затылок, Арс делает ещё пару-тройку движений самостоятельно и кончает ему в рот. До сих пор не особо догоняя, что это происходит с ними на самом деле, Антон послушно проглатывает всё.       Спустя несколько выдохов Арс приходит в себя и прижимается губами к ягодице Антона, а затем проводит языком ровно по его анусу. Опирающийся на локти Шаст складывается, прильнув всем телом к Арсу. Антон распахивает рот, но говорить ничего не хочет — лишь ловит воздух, прижимаясь щекой к чужому колену и ощущая, как ловкий язык Арса ласкает чувствительное отверстие. Хорошенько смазав вход, Арс проталкивает в Антона большой палец и давит на простату. От неожиданного кайфа Антон вскрикивает и тут же закрывает себе рот ладонью. Он снова прогибается, сильнее подставляясь, и глухо стонет, когда Арс свободной рукой продолжает надрачивать ему. От неудобной позы затекло всё тело, но Антон не шевелится, закатив глаза от кайфа, чувствуя, как Арс трахает его пальцем и горячо целует его промежность, двигая рукой по его члену. Выдохнув что-то непонятное, Антон кончает Арсу на живот и, когда тот отпускает его, падает на кровать рядом, завалившись на бок.       Вынырнув из-под ноги Антона, Арс целует его коленку, улыбается ему и сразу уходит в душ. Антон же остаётся лежать как мешок на кровати, верх ногами, пиная подушки. Он дышит уже ровнее, звезды перед глазами уже не пляшут, но по телу до сих пор разливается спокойствие и охуенно приятная усталость. Однако Шаст не планирует отключаться, пока Арс не вернется.       Тот выходит из душа достаточно быстро.       — Тебя перевернуть или так спать будешь? — усмехнувшись, спрашивает он.       — Арс, — хрипит Антон, растерявший последние остатки голоса, — почему ты меня не выебал?       — Тебе не понравилось? — Арс садится на кровать и достает подушки из-под ног Шаста.       — Блять… Понравилось.       — И мне тоже, — бережно приподняв голову Антона, Арс пропихивает под неё подушку и бросает свою рядом. — Ты никогда не ебался с парнями, у нас бы вряд ли получилось, — он загибает один палец. — С болящей жопой ты бы хуёво играл, — он загибает второй. — Да и по синьке трахаться, тем более, первый раз… — Арс кривится, укладываясь рядом.       Шаст обдумывает его слова, пока Арс укрывает их обоих одеялом и поглаживает его плечо.       — И как нам теперь вместе играть? — еле слышно спрашивает Антон.       — Феерично, — улыбается ему Арс.       Сонно усмехнувшись, Антон наощупь находит под одеялом руку своего капитана и улыбается в подушку, когда Арс сжимает его ладонь и переплетает пальцы.