Принцесса Королевства Науки

Быть самым главным умом Японии — вовсе не легко, ведь это означает постоянно заниматься, постоянно разрабатывать что-то новое. Но, не собираясь врать, Сенку свою работу обожает: работает он исследователем в самом престижном университете Японии и часто может часами сидеть в личной лаборатории со своим ассистентом и, по совместительству, другом. Думаете, не похоже на труд. Но это труд. Свою семью он тоже обожает. Но нет, он не холодный родитель; естественно, он принимает участие во всех делах своей дочери, даже дневник своего отцовства ведет. И вовсе не в исследовательских целях, хотя Ген его постоянно за это высмеивает, мол «ведешь дневник самого личного маленького эксперимента». Дочь экспериментом не была, и он никогда не рассматривал ее в таком ключе… Но она настолько очаровательна, что не записать в блокнот все, начиная с первого лепета и заканчивая тем, сколько шагов ей удалось впервые пройти, ну просто нельзя. Сенку к ней привязан; видеть, как она растет — душераздирающе. И пусть ей уже пять, она по-прежнему остается маленькой птичкой Сенку, потому что так любит петь и восхищается небом. — Я дома, — кричит он, захлопывая за собой дверь. — Папа Сенку! — детским голоском слышится из глубины квартиры, и малышка выбегает вслед за Геном. Сенку ласково оглядывает ее с ног до головы: девочка странно похожа на его собственного приемного отца, длинные белые волосы такого же оттенка, что и у Сенку, с черными прядками на концах. Глаза — ярко-красные, от природы проницательные, будто у настоящего фокусника. Она — словно идеальное сочетание лучшего от них обоих, и это не потому, что он ее отец! — Привет, пичужка! — Ну что за сюрприз, дорогой Сенку, — лепечет игривым голосом Ген, незаметно целуя его за спиной дочери. — А я думал, ты и забыл, что у тебя есть семья. Мы по тебе так скучали! — Всего десять часов прошло. — Разве? Мне казалось, вечность, — драматичным голосом выпаливает он, смеша дочь. Сенку быстро берет девочку на руки, проходя в кухню: они уже поели, так он и думал, Ген никогда не позволяет ей пропускать приемы пищи. — Пап, у тебя в сумке есть что-нибудь для меня? — спрашивает девочка, глядя на Сенку. — М-м? Откуда ты узнала, что у меня для тебя кое-что есть? — Папочка сказал всегда обращать внимание на яркие вещи у тебя в сумке, и если я увижу что-то такое, то это мне, — с гордостью лепечет она свои выводы. «Вот хитрый менталист, — думает он. — Уже учит ее своим методам». — Что ж, коллега просил передать тебе подарок. — Книгу? — Чего? — удивленно спрашивает он. — А это ты откуда знаешь? — на этом его прерывает Ген, расплываясь в улыбке. — Кексик мой дорогой, никогда не рассказывай своих фокусов. Не дай ему разгадать твою магию. Девочка задумчиво прикрывает рот обеими руками, на что Сенку, не удержавшись, целует ее в лоб. Он отпускает дочку на пол, вытаскивая книжку под названием «Чем занимаются женщины-ученые?». Короткую, но красочную и с милыми иллюстрациями и фотографиями. Девочка хватает ее из рук и тут же бежит в гостиную, усаживаясь на диван. — Боже, ну разве она не в восторге? — Ага… — Сенку переводит взгляд на мужа. — Что такое, дорогой? — Ничего, у тебя просто такое одинокое выражение лица, — лепечет он, мягко кладя правую руку на левую щеку Гена, склоняясь ближе для поцелуя. Всегда срабатывает. Поцелуй медленен и нежен, спокоен… Довольно долог, чтобы заставить их нервно вдыхать воздух, но не настолько, чтобы потерять контроль. — Чертовски мило для тебя, мой дорогой Сенку. — Я скучал. — Достаточно, чтобы бросить работу и стать деловым домохозяином? — Только в твоих мечтах, Ген. — Ох-х, что ж, стоило попробовать. Они улыбаются друг другу, и Ген, воспользовавшись разницей в росте, целует его в лоб. На это Сенку уже собирается было возразить, но вдруг к ним подбегает дочь, поднимая над головой книгу. — Сенку, папа! — кричит она. — Эта книжка пре-крас-на! Посмотрите! — девочка открывает ее на странице с окаменелостями и милым рисунком женщины на пляже. — Смотрите, эту бабулю считают матерью палеонтологии! Скажите, она очаровательна и крута? Сенку в полном внимании склоняется ниже, чтобы быть на уровне дочери. — Это Мэри Эннинг, и открытия, которые она сделала в области морских ископаемых, продвинули познания о доисторической жизни и истории самой Земли, — выдает он как живая энциклопедия. — Мне кажется, она была и в той книге, что я тебе дарил. — Не-а, — говорит девочка. — Там только куча лысых мужиков с глупыми лицами была. Ген не может сдержаться от смеха; дерзость малышки никогда не перестает его удивлять. И вот если он прекрасно понимает, что она имеет в виду, то сомневается, понимает ли муж. Ну и, стоит сказать, Сенку почти понимает. — А теперь, пап, мне нужно готовиться к игре в принцесс, — выдает она, убегая в комнату, словно не она только что сказала, что его прошлый подарок был скучным. На мгновение в кухне воцаряется тишина, но тут же прерывается озорным смехом Гена. — У нее точно прекрасный вкус! — Чего? И почему ей тогда книжка не понравилась? — задумчиво произносит он. — Мне в детстве нравилась. — Неужели, дорогой? Тебе и сотни биографий известных ученых нравятся. — Хватит издеваться, — выдает он, почесывая пальцем в ухе. — Я? Да я бы никогда, сахарок! — широко улыбается Ген; как же ему нравится выражение лица мужа, когда он дает ему дурацкие прозвища. — Думаю, она просто не хочет быть лысым, скучным ученым. В конце концов, она смышленая девочка. И точно знает, что женщины-ученые гораздо интереснее. И да, в этом что-то есть… Его дочка и впрямь смышленая, и не только потому, что он ее отец! По природе своей любознательная, она всегда восхищается окружающим миром, и даже ее общение с другими людьми показывает, насколько она творческая, умная и проницательная девочка. И именно поэтому она хорошо знает, что быть «ученой-девочкой» вовсе не легко; система образования ясно дала это понять, к огромному разочарованию родителей. О, он прекрасно помнит, как погрустнел, когда она вернулась домой в слезах, потому что одна из одноклассниц сказала, что она не может играть за доктора, потому что девочки могут быть только медсестрами. Ход мыслей прерывает Ген, мягко обнимая его сзади и прижимаясь к шее. — Не придавай этому такого большого значения, дорогой. А теперь поешь чего-нибудь, а я пойду поиграю с нашей маленькой пташкой. Ей же нужен советник. Он ласково улыбается возлюбленному. — Ох, чуть не забыл, — направляясь к двери, добавляет Ген. — Надеюсь, ты поиграешь с нами в принцесс вечером. «Вот же чертов лисий негодяй!» — думает он, краснея до кончиков ушей. Поев наскоро приготовленный рамен, Сенку проходит к комнате дочери, заставая интересный разговор. — Мистер Мишка, ты совершил преступление против Королевства Науки! — выдает девочка серьезным тоном. — Прошлой ночью ты украл одеяло с ракетой! — У вас нет доказательств, мисс Принцесса, — напыщенно низким голосом выдает Ген, изображая себя мишкой. — Для тебя «Мисс Принцесса Науки», — Сенку едва ли не плавится от голоса дочери. — И доказательства есть. Советник, покажите ему доказательства. Ген протягивает фотографию с телефона: мишка на маленьком пластиковом стульчике. — Моя принцесса, одеяло с ракетой было найдено на полу рядом с мистером Мишкой. Не думаю, что он сможет больше отрицать свои преступления. Сенку улыбается до ушей, заглядывая за дверь: дочка красуется в светло-голубом платье с бумажной короной на макушке. — Твоему преступлению нет пощады, я порублю тебя! — кричит девочка, вытаскивая деревянный меч, подаренный Кохаку… Так сказать, зачем дарить меч маленькой девочке? На это есть Кохаку. Сенку чуть не давится воздухом; кажется, в десять миллиардов раз быстрее, чем когда-либо раньше. И, к его сожалению, девчушка наконец его замечает, слегка смущаясь. Стоящий позади нее Ген жестом приглашает присоединиться. — Ну что ж, — он прочитает горло, выпаливая первое, что приходит на ум. — Мистер Мишка ни в чем не виноват. Прошу, принцесса, сохраните ему жизнь. Сенку кажется, что лицо чуть ли не вспыхивает; это застает врасплох. — Объяснись, простолюдин. Его дочь только что назвала его простолюдином? — Ну, мистер Мишка просто… помогал мне? — это ее не убеждает, потому он решает быть более драматичным. — Я сказал мистеру Мишке, что скучаю по вам, поэтому он решил принести одеяло с ракетами в мою лабораторию. Вот и все, мисс Принцесса. Она смотрит на него, затем на мишку, и снова на него. — … Мисс Принцесса Науки. Ген беззвучно смеется, с глуповатым выражением лица и открытым ртом, и хоть и не издавая ни звука, но определенно насмехаясь над мужем. — Хорошо-хорошо, — говорит девочка, вытаскиваю меч. — Мистер Мишка, я освобожу тебя только потому, что так велел король королевства. — Мудрое решение, моя дорогая принцесса, — говорит Ген, тяжело выдыхая и все еще смеясь про себя. — Спасибо, советник-волшебник, — она отвешивает элегантный поклон, направляясь к Сенку. — А для тебя… по законам королевства все папы, которые воруют одеяла, должны остаться дома со своими дочками. — Прямо по законам? — он все еще смущен их игрой, но, видя, как глаза дочери наполняются восторгом и совсем очаровательным удивлением, говорит себе, что все же должен делать все, чтобы удовлетворить ее маленькие капризы. — Я разве не король? — Пап, ну есть же законы, и не я их придумываю, — конечно, она. — Ну ладно, тогда решено: я тебе почитаю перед сном. — Ура!!! Хочу почитать новую книжку! — она радостно прыгает, пытаясь достать маленькими ручками до папиного плеча. — Хорошо, все ради тебя, — он крепко обнимает девочку, переводя взгляд на мужа, что фотографирует их на телефон — заставляя Сенку дико засмущаться. И как он умудряется так быстро и бесшумно делать снимки в нужные моменты? Ну что за чудесный день, может, стоит взять отгул и на завтра? Что же за чудесная у него семья, с любовью и заботой созданная им и его возлюбленным, Асариги Геном.