Принять непохожего

      Лаборатория гудела от работающих приборов и мерцала огоньками многочисленных мониторов. Воздух был наполнен смесью запахов: озона от электричества, каких-то химических реактивов и двух отчетливых феромонов.       Харрис, склонившись над дисплеем, быстро водил пальцами по клавиатуре.       — Эй, Джо! — воскликнул он, не отрывая взгляда от своей работы. — Ты когда-нибудь задумывался о квантовой запутанности между мирами?       Джодах, стоявший у другого конца лаборатории, медленно повернулся.       — Во-первых, не называй меня так, — процедил. — Во-вторых, квантовая запутанность между мирами — это базовая концепция для любого, кто хоть немного разбирается в мультивселенной.       Джон ухмыльнулся, наконец оторвавшись от своей работы.       — Прости, я забываю, что имею дело с самопровозглашенным богом, — он картинно поклонился. — Но, видишь ли, я не просто разобрался в этом. Я нашел способ манипулировать этими связями.       Джодах нахмурился, его интерес был явно задет, хотя он и пытался этого не показывать.       — И как же ты собираешься это делать?       — А вот это, мой дорогой Джо… дах, — Джон подмигнул. — Я тебе покажу. Но сначала, не мог бы ты немного умерить свой… аромат? Я едва могу сосредоточиться из-за твоего «я такой крутой альфа» запаха.       — Мой? А как насчет твоего? Вся лаборатория провоняла цитрусом.       Джон рассмеялся, намеренно усиливая свой запах.       — Неужели? Я думал, ты оценишь немного свежести в этой затхлой комнатке.

***

      Дни в лаборатории превратились в странную смесь научных прорывов и бесконечных пикировок. Каждое утро начиналось одинаково: Джон врывался в помещение с неизменной чашкой кофе в руке.       — Доброе утро, солнышко! — громко объявлял он, зная, что Джодах уже несколько часов работает. — Готов к очередному дню в компании моего блестящего ума?       Джодах, обычно погруженный в свои расчеты, лишь сильнее сжимал карандаш, которым делал пометки. Крылья нервно подрагивали, а воздух вокруг него начинал густеть от усиливающегося запаха альфы.       — Джон, — цедил он сквозь зубы. — Ты когда-нибудь можешь просто… тихо войти и начать работать?       — Я? Тихо? — Джон притворно удивился, устраиваясь за своим рабочим местом. — Кстати, я придумал новый способ по структуре межпространственных тоннелей и-       И прежде чем Джодах успевал что-либо сказать, Джон начинал свой монолог, жестикулируя так энергично, что его запах разносился по всей лаборатории, смешиваясь с ароматом Джодаха.       Дни тянулись, наполненные этой странной симфонией. Джон, казалось, никогда не уставал. Он прыгал от одной идеи к другой, постоянно подначивая Ави, словно это был его личный вид спорта.       — Эй, Джо! А что если мы попробуем синхронизировать квантовые колебания на микроуровне? Ох, прости, это слишком сложно для тебя? Может, объяснить попроще?       Джодах в такие моменты лишь глубоко вздыхал, глаза на крыльях устало закрывались, словно пытаясь спрятаться от этой бесконечной болтовни пропитанной сарказмом.       Но даже в моменты наивысшего раздражения, Джодах не мог не признать, что идеи Джона были… блестящими. Его ум работал на совершенно ином уровне, находя связи там, где другие видели лишь хаос.       К концу дня лаборатория напоминала поле битвы: повсюду разбросанные заметки, мигающие мониторы с программами, и воздух, настолько насыщенный феромонами, что, казалось, его можно было резать ножом.       — Джо, признай, сегодня мы неплохо поработали, — Харрис потягивался, явно довольный собой. — Завтра продолжим. У меня как раз есть пара идей.       Джодах лишь кивал, слишком уставший, чтобы спорить.       Когда дверь за Джоном закрывалась, Джодах позволял себе глубоко вдохнуть. Запах цитрусовых все еще витал в воздухе, и к своему удивлению, он ловил себя на мысли, что этот аромат стал… почти привычным.

***

      Очередной день в лаборатории начинался как обычно. Джодах уже по привычке, пришел задолго до рассвета. Лаборатория была погружена в полумрак, лишь мягкое свечение мониторов нарушало темноту.       Он расположился в центре комнаты, скрестив ноги в позе лотоса. Крылья слегка расправлены, создавая вокруг него ореол из черных и красных перьев. Все пары глаз были закрыты, а сам Джодах медленно поднимался над полом, левитируя, погружаясь в глубокую медитацию.       Вокруг него, словно осенние листья, были разбросаны перья — большие и маленькие, черные с красными кончиками. Линька была в самом разгаре, и казалось, что лаборатория превратилась в странное подобие птичьего гнезда.       Именно в этот момент тишину нарушил звук открывающейся двери. Джон, как обычно ворвался в помещение.       — Доброе утро, пернатик! — воскликнул он, но тут же остановился, увидев медитирующего.       На лице Харриса расплылась хитрая улыбка. Он на цыпочках подкрался ближе, внимательно рассматривая парящую фигуру. Его взгляд остановился на небольшом перышке, которое слегка выбивалось из общего ряда на левом крыле.       — Ну-ка, — прошептал он, осторожно протягивая руку. И одним быстрым движением дернул за торчащее перышко.       Реакция была мгновенной. Глаза Джодаха распахнулись, все восемь. Он резко опустился на пол, его крылья взметнулись, подняв в воздух облако перьев с пола.       — Джон! — прорычал Ави, его глаза сверкнули от ярости. — Ты…       Но Джон уже отпрыгнул назад, держа в руке трофей.       — Прости, не смог устоять. Ты знаешь, что у тебя тут настоящий птичник? Может, стоит подмести?       Крылья угрожающе расправились. Воздух мгновенно наполнился тяжелым ароматом.       — Джон, — процедил он сквозь зубы. — Ты хоть представляешь, сколько времени и сил нужно, чтобы достичь такого уровня концентрации? И ты все разрушил ради… шутки?       Джон, все еще улыбаясь, пожал плечами.       — Не драматизируй, пернатик, — Харрис, проговаривая, направился к своему рабочему месту, сразу же погружаясь в работу и начиная свой привычный поток научных мыслей.       Но Джодах уже не слушал. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, но его крылья все еще нервно дергались. Сегодняшний день определенно будет долгим…       А Джон, как ни в чем не бывало, уже устроился за своим рабочим местом, продолжая болтать и размахивать украденным пером, словно указкой.

***

      Дни шли, а Джон, казалось, нашел новое любимое развлечение. Перышко стало его постоянным спутником, маленьким оружием в бесконечной войне.       В очередной раз, когда Ави склонился над столом, полностью поглощенный работой, Джон тихо подкрался сзади. Его губы изогнулись в озорной улыбке, а в глазах заплясали черти.       — Эй, Джо, — прошептал он, поднося перышко к открытому участку шеи Джодаха. — Не щекотно?       Легкое, едва уловимое прикосновение заставило того вздрогнуть. Он резко выпрямился, чуть не ударившись головой о лампу.       — Джон! — прорычал он, разворачиваясь.       Но Харрис уже отпрыгнул, продолжая размахивать пером.       — Что? Я просто помогаю тебе расслабиться. Ты слишком напряжен, знаешь ли.       С этими словами он снова приблизился, на этот раз целясь перышком в нос Ави. Одновременно с этим, воздух наполнился усилившимся ароматом цитрусовых — Джон это сделал намеренно.       Тот отмахнулся, глаза угрожающе уставившись на ученого.       — Прекрати, немедленно!       Но мироходец, казалось, только входил во вкус. Он кружил вокруг Джодаха, то и дело касаясь пером его кожи — за ухом, на запястье, снова на шее. Каждое прикосновение сопровождалось новой волной цитрусового аромата.       — Да ладно тебе. Смотри, как твои перышки дрожат. Ты что, боишься щекотки?       Джодах чувствовал, как его терпение истощается с каждой секундой. Его собственный запах усилился, наполняя лабораторию густым ароматом лаванды.       — Джон, — процедил Джодах сквозь зубы, его крылья угрожающе расправились. — Если ты сейчас же не прекратишь, я клянусь…       Но Джон лишь рассмеялся, продолжая свою игру.       — М-м, и что ты сделаешь? Закидаешь меня перьями?       Джодах сжал кулаки, его глаза сверкнули опасным блеском. Напряжение в лаборатории достигло пика, воздух, казалось, вот-вот заискрит от смеси их ароматов и эмоций.       — Ты доиграешься, Джон, — прорычал Джодах, делая шаг вперед.       Джон на мгновение замер, его глаза встретились с чужим горящим взглядом. На секунду показалось, что он осознал, как далеко зашел. Но затем его губы снова изогнулись в ухмылке. — Я на это рассчитываю.

***

      Терпение Джодаха истончалось с каждой выходкой Джона. Дни шли и воздух в лаборатории постоянно был наполнен смесью цитрусового аромата и нежного, но густого запаха лаванды.       В тот роковой день Джон превзошел сам себя. Он не только продолжал дразнить Джодаха пером, но и начал комментировать каждое его действие, каждый расчет.       Джодах сжимал кулаки, его крылья нервно подрагивали, разбрасывая вокруг мелкие перья.       — Джон, — прорычал он. — Я настоятельно рекомендую тебе прекратить.       Но тот, казалось, не слышал предупреждения. Он продолжал кружить вокруг Ави, подначивая его и раздражая ещё сильнее.       — Ох, прости, я тебя отвлекаю? Может, тебе нужно больше концентрации? Я могу помочь. У меня есть отличные техники медитации…       Джодах сорвался. В одно мгновение он оказался рядом с мироходцем, его крылья полностью расправились, заполняя собой все пространство лаборатории. Глаза широко открылись, уставившись вперёд.       — Достаточно! — прогремел голос и воздух в лаборатории резко загустел.       Запах лаванды усилился в сотни раз, став настолько концентрированным, что, казалось, им можно было захлебнуться. Аромат был повсюду — он проникал в легкие, обволакивал кожу, заполнял каждую клетку тела.       Джон застыл на месте, его глаза расширились от шока. Он попытался сделать вдох, но запах был настолько сильным, что у него перехватило дыхание. По телу пробежала дрожь, колени подкосились.       — Дж-джодах… — попытался выдавить, но его голос сорвался.       Аромат продолжал усиливаться, становясь почти осязаемым. Джон чувствовал, как его сознание начинает плыть.       — Ты хотел моего внимания? — голос Джодаха звучал низко и угрожающе. — Теперь ты его получил.       Харрис пошатнулся, его тело дрожало, не в силах справиться с интенсивностью ощущений. Он никогда не испытывал ничего подобного. Это было слишком… слишком много, слишком сильно. Просто слишком…       В этот момент, стоя на грани потери сознания, окруженный всепоглощающим ароматом лаванды, Джон внезапно осознал, что он, возможно, зашел слишком далеко. И что Джодах был гораздо… сильнее, чем он предполагал.       Ави медленно отступил, постепенно ослабляя концентрацию своего запаха. Он наблюдал, как Харрис, все еще дрожащий и задыхающийся, пытается прийти в себя.       — Надеюсь, теперь ты понимаешь, Джон, — произнес он тихо, но твердо. — Я не игрушка для твоих забав.       Тот лишь слабо кивнул, не в силах произнести ни слова. Его обычная бравада исчезла, уступив место шоку и, возможно, осознанию…

***

      Следующие дни в лаборатории были непривычно тихие. Джон, казалось, полностью изменился. Он приходил вовремя, работал молча, общаясь с Джодахом только по рабочим вопросам. Никаких шуток, никаких подколок, никакого назойливого размахивания пером...       Поначалу Джодах испытал облегчение. Наконец-то он мог спокойно работать, не отвлекаясь на бесконечные выходки мироходца. Но вскоре он начал замечать нечто странное.       Хоть Джон и молчал, его присутствие ощущалось острее, чем когда-либо. Джодах постоянно чувствовал на себе его взгляд. Стоило ему повернуться спиной, как по коже пробегали мурашки от прожигающего взгляда.       Работая над расчетами, Джодах краем глаза замечал, как тот украдкой наблюдает за ним. Его взгляд был… другим. В нем не было прежнего озорства. Вместо этого Джодах видел в нем что-то новое — смесь восхищения, страха и… чего-то еще.       Дни шли, и напряжение в лаборатории нарастало. Теперь оно было другим — не взрывоопасным, как раньше, а густым, тягучим, словно патока. Джодах ловил себя на мысли, что почти скучает по прежнему Джону с его бесконечной болтовней.       Однажды, когда Джодах работал над решением сложной задачи, он особенно остро почувствовал чужой взгляд. Обернувшись, он встретился с глазами — полными какого-то странного интереса…       — Джон, — произнес Джодах, впервые за много дней нарушая негласное молчание между ними. — Если у тебя есть что сказать, говори.       Тот вздрогнул, словно очнувшись от транса. Он открыл рот, но не произнес ни звука. Вместо этого он глубоко вдохнул, и Джодах внезапно осознал, что в воздухе витает легкий аромат цитрусовых — не назойливый, как раньше, а почти… робкий?       — Я… — начал Джон, но замолчал, не зная, что сказать. Это было так не похоже на прежнего Харриса, что Джодах почувствовал странное беспокойство.       Воздух в лаборатории, казалось, сгустился, наполняясь смесью их ароматов. Что-то изменилось между ними, и оба это чувствовали, но ни один не знал, как об этом заговорить...

***

      Джон все чаще ловил себя на странных мыслях и желаниях. Аромат лаванды, исходящий от Джодаха, который раньше казался ему просто раздражающим, теперь манил и вызывал интерес.       Работая над очередным расчетом, Джон то и дело бросал взгляды на Ави. Его крылья, покрытые черными с красным отливом перьями, вызвали в нем непреодолимое желание прикоснуться, зарыться в них, позволить им обволакивать его целиком.       «Что со мной?» — думал он, пытаясь сконцентрироваться на работе. Но мысли постоянно возвращались к пернатому, к тому моменту, когда его аромат буквально сбил с ног.       Был ли он напуган? Возможно, самую малость. Но Джон никогда не признался бы в этом даже самому себе. Страх? Нет, это было что-то другое. Восхищение? Интерес? Определенно.       Но больше всего его мучил вопрос: почему Джодах так отчаянно стремится вернуть этого Лололошку? Что связывало этих двух альф? Джон пытался представить Ло и Джодаха вместе, и это вызывало в нем странное чувство…       «Неужели Джодах так сильно привязан к этому мироходцу?» — эта мысль не давала покоя. — «Что между ними было? И почему меня это так беспокоит?»       В один из дней, когда Джодах вновь был погружен в работу, его крылья слегка расправились, и волна лавандового аромата накрыла Харриса. Он почувствовал, как его тело напряглось.       — Эй, Джо… Джодах, — Джон запнулся, пытаясь подобрать слова. — Я тут подумал… Почему для тебя так важно вернуть его?       Джодах медленно повернулся, его глаза внимательно изучали ученого.       — А почему тебя это интересует? — в его голосе слышалось легкое удивление.       Джон почувствовал, как краска приливает к щекам.       — Просто… любопытно. Вы, кажется, были очень близки.       Ави промолчал, словно взвешивая, стоит ли отвечать.       — Он — важная часть этой реальности, Джон. Его отсутствие может иметь серьезные последствия.       — И это все? — Харрис не мог скрыть разочарования в голосе.       Джодах приподнял бровь, скрещивания руки на груди.       — А что еще, по-твоему, должно быть?       Джон открыл рот, но не смог подобрать слов. Вместо этого он глубоко вдохнул, позволяя аромату лаванды заполнить его легкие. Его собственный цитрусовый запах слегка усилился, смешиваясь с чужим.       Джодах, казалось, заметил это изменение. Его крылья слегка дрогнули, а глаза на дополнительной паре крыльев широко раскрылись. И вместо того, чтобы продолжить диалог, Джон махнул рукой и отвернулся, обратно погружаясь в работу…

***

      В очередной день, который почти ничем не отличался от остальных, Джон сидел за своим столом, погруженный в глубокие размышления. В руках он рассеянно вертел перо, которое уже почти потеряло свой аромат. Не отдавая себе отчета в своих действиях, он поднес его к губам, пробуя на вкус.       «Странно», — подумал он. — «Вкус совсем не такой, как запах.»       Повернув голову, он увидел Джодаха, стоящего к нему спиной, крылья были слегка расправлены, открывая взору место, где они соединялись со спиной.       Джон почувствовал, как его охватывает непреодолимое любопытство. Не осознавая своих действий, он встал и тихо подошел к Ави.       Прежде чем он успел осознать, что делает, его руки уже потянулись к основанию крыльев. Пальцы зарылись в мягкие перья, а нос наполнился опьяняющим ароматом лаванды.       Джон чувствовал, как его накрывает волна удовольствия. Он погрузился в ощущения, наслаждаясь текстурой перьев и теплом чужого тела.       Джодах застыл от неожиданности. Его тело напряглось, а крылья дрогнули под чужим и внезапным прикосновением.       — Джон, — голос Джодаха звучал низко и угрожающе. — Что ты делаешь?       Но Харрис, казалось, ничего не слышал. Он продолжал исследовать крылья, его пальцы нежно массировали чувствительную кожу сквозь ткань у их основания.       Джодах резко развернулся, его глаза широко раскрылись от шока и…       — Ты переходишь все границы! — прорычал он. — Никто не имеет права прикасаться ко мне так!       Джон, наконец осознав, что натворил и отпрянул. Его лицо покраснело от смущения и слишком неожиданного возбуждения?       — Я… не знаю, что на меня нашло, — пробормотал он, часто моргая.       Джодах смотрел на него с смесью гнева и недоумения.       — Тебе уже настолько скучно? Или ты совсем страх потерял?       Воздух в лаборатории, казалось, загустел от напряжения и смеси их ароматов. Они стояли, глядя друг на друга, оба ошеломленные и не знающие, что делать дальше и как реагировать.       Мысли Харриса метались между желанием и здравым смыслом. Часть его желала снова почувствовать тот всепоглощающий аромат, снова испытать ту дрожь, которая пронзила все его тело. Но другая часть, более рациональная, кричала о том, что он зашел слишком далеко.       Не осознавая своих действий, он сделал шаг вперед. Его глаза были прикованы к Джодаху, изучая каждую деталь лица напротив.       — Джодах… — начал он, но не смог связать ни единой мысли.       Тот наблюдал за ним, тело напряглось, глаза сузились. Он чувствовал, как напряжение в комнате нарастает с каждой секундой.       — Джон, я предупреждаю тебя, — голос Ави был низким, почти рычащим. — Не делай ничего, о чем ты потом пожалеешь.       Но Джон, казалось, не слышал предупреждения. Его тело двигалось само по себе, приближаясь к чужому. Его собственный аромат усилился, наполняя лабораторию интенсивным цитрусовым запахом.       Зрачки Джодаха расширились. Он явно почувствовал изменение в воздухе.       — Джон, — произнес он, его голос стал еще ниже. — Ты понимаешь, что ты делаешь?       Тот моргнул, внезапно осознав силу своего собственного аромата. Он не планировал этого, не контролировал. Это было чистым, неприкрытым желанием, которое он больше не мог подавлять.       — Я… нет, — честно ответил слегка дрогнувшим голосом. — Я просто… хочу…       Джодах сделал глубокий вдох, его ноздри расширились, впитывая чужой аромат. Крылья слегка расправились, создавая вокруг них «кокон».       — Чего ты хочешь, Джон? — спросил Джодах, его голос был странно спокойным.       Воздух в лаборатории, казалось, загустел еще больше.       Джон, словно в трансе, сделал еще один шаг вперед. Его глаза были затуманены, а разум затоплен желанием.       — Я просто хочу… почувствовать, — пробормотал он, вновь протягивая руку к крыльям. — Почему ты так отчаянно хочешь вернуть его? Что в нем такого особенного?       Упоминание мироходца стало искрой, поджегшей порох. Глаза Джодаха вспыхнули, все его тело напряглось.       — Не смей, — низко прорычал он. — Не смей говорить о нем.       Но Джон, казалось, не мог остановиться. Ревность, которую он даже не осознавал до этого момента, вырвалась наружу.       — Почему? Потому что он лучше? Потому что он не раздражает тебя так, как я?       Джодах застыл, его взгляд метался между лицом Джона и его протянутой рукой. В его глазах мелькнуло что-то…       — Ты не поймёшь, — процедил Джодах сквозь зубы. — Ты не он. Ты…       Он запнулся, словно впервые по-настоящему увидев Харриса. Да, они были похожи внешне, но Джон был… другим. Его запах, который раньше так раздражал, теперь казался… интригующим? Его характер, такой отличный от Ло, вдруг показался… привлекательным?       Джодах покачал головой, пытаясь прояснить мысли.       — Что ты со мной делаешь? — прошептал он, его голос был полон смятения.       Джон, услышав это, замер. Его рука, все еще протянутая к Джодаху задрожала.       — Не знаю, — честно ответил он.       Воздух в лаборатории, казалось, уже вибрировал. Их ароматы смешались, создавая новый, неизведанный запах — желание и страх, ревность и притяжение.       Джодах сделал глубокий вдох, впитывая этот новый аромат. Его крылья расправились сильнее, но не угрожающе, а словно… приглашающе?       — Джон, — произнес он тихо. — Ты играешь с тем, чего не понимаешь.       Джон сглотнул, его сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.       — Я уже не уверен ни в чем, — прошептал он. — Кроме того, что я хочу... тебя…       Они стояли на грани, балансируя между желанием и разумом, между прошлым и будущим. Что-то должно было произойти, что-то неизбежное и, возможно, необратимое.       Джодах, поддавшись моменту, позволил своему аромату усилиться. Воздух мгновенно наполнился густым запахом лаванды, таким же интенсивным, как в тот день.       Харрис почувствовал, как его колени подкашиваются. Аромат окутал его, проникая в каждую клетку тела, заставляя дрожать и задыхаться.       В мгновение ока Джодах оказался рядом. Джон даже не успел понять, как оказался прижатым к стене. Холод поверхности контрастировал с жаром в теле, заставляя его еще острее ощущать каждое прикосновение. — Ты этого хотел, Джон? — прошептал Ави.       Джон попытался ответить, но смог лишь издать тихий стон. Его собственный цитрусовый аромат неконтролируемо усилился.       Джодах, казалось, тоже поддался этому аромату. Его глаза были полуприкрыты, дыхание участилось. Он наклонился ближе, почти касаясь носом шеи мироходца. Его руки уже заскользили по телу Харриса, исследуя, изучая, чувствуя под ладонями мягкую ткань длинного пиджака.       Все чувства были обострены до предела. Джон чувствовал каждое прикосновение, каждый вздох, каждую нотку чужого аромата.       Джодах, ощущая чужое подчинение, позволил своей доминантной натуре проявиться в полной мере. Его крылья расправились, окружая их обоих.       — Ты думал, что можешь играть со мной, Джон? — прошептал он. — Теперь ты понимаешь, с чем имеешь дело?       Джон, прижатый спиной к стене, чувствовал, как каждый нерв в его теле отзывается на близость. Его собственная натура боролась с желанием подчинить, но аромат Джодаха был слишком силен, слишком опьяняющий.       — Я… я не знал, — выдохнул он, его голос дрожал. — Не представлял, что это будет так…       Джодах провел рукой по шее Джона, заставляя его запрокинуть голову. Их глаза встретились, и Харрис увидел в них слишком много.       — Ты так хотел моего внимания... — продолжил Джодах, его пальцы скользнули по ключице, медленно расстегивая пуговицы на его пиджаке. — Теперь у тебя есть оно. Все мое внимание.       — Джо…дах, — прошептал Харрис, его руки непроизвольно потянулись к Ави. — Я…       Но тот перехватил их, прижимая к стене над головой.       — Нет, Джон, — прорычал он. — Не ты контролируешь ситуацию. Не сейчас.       Джон почувствовал, как волна жара прокатилась по его телу. Он никогда не ощущал себя таким беспомощным и одновременно таким живым.       Джодах, ощущая полную власть над ситуацией, медленно наклонился к шее Харриса. Его дыхание было горячим, вызывая у того дрожь по всему телу. Его губы едва касались кожи. Джон судорожно вздохнул, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Ави провел носом вдоль шеи, вдыхая чужой аромат.       — Твой запах… изменился, — заметил он. — Ты боишься?       — Нет, — выдохнул Джон. — Я… я в предвкушении.       Джодах улыбнулся, его зубы слегка царапнули кожу.       — Хорошо.       Джон открыл рот, чтобы ответить, но внезапно Джодах наклонился ещё ближе. Его горячее дыхание опалило шею, вызывая волну мурашек.       — Ты, кажется, забыл свое место, — прошептал. — Позволь мне напомнить.       Прежде чем Джон успел среагировать, Джодах впился зубами в его шею. Острая боль пронзила тело, смешиваясь с неожиданным удовольствием. Он вскрикнул, инстинктивно пытаясь оттолкнуть, но тот держал крепко.       Джон чувствовал, как метка буквально впечатывается в его кожу, нарушая все известные ему законы. Альфа метит альфу — это было немыслимо, невозможно, и все же происходило прямо сейчас.       Когда Джодах наконец отстранился, Харрис тяжело задышал, его колени дрожали. Он поднес руку к шее, ощущая под пальцами свежую и влажную метку.       — Что… что ты…? — прошептал, голос дрожал от шока и странного возбуждения.       У Джодаха глаза блестели опасным огнем.       — В следующий раз хорошенько подумай, прежде чем пытаться вывести меня из себя.       Джон молчал, ошеломленный произошедшим. Метка на его шее пульсировала, напоминая о том, что границы между ними только что были безвозвратно нарушены.       Джодах, оставив метку, не спешил отстраняться. Его руки все еще удерживали Джона у стены, но хватка стала менее жесткой, почти ласковой.       Он глубоко вдохнул, и вдруг его ноздри уловили новый аромат. Запах мироходца изменился. Исчезли резкие цитрусовые ноты, которые так раздражали ранее. Теперь от Джона исходил мягкий, почти сладковатый аромат, в котором смешались нотки страха, возбуждения и… покорности?       Это заставило его на мгновение замереть. Он медленно провел носом по шее, вдыхая этот новый, неожиданно приятный запах. Его руки невольно скользнули по телу, ощущая, как тот дрожит под его прикосновениями.       — Интересно, — пробормотал, его голос стал ниже и мягче. Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть Джону в глаза.       Вместо обычной дерзости, Джодах увидел в чужих глазах растерянность и что-то похожее на робость. Это зрелище странным образом удовлетворило его. Такой Джон нравился ему гораздо больше.       Ави медленно поднял руку и провел пальцем по свежей метке, наблюдая, как тот вздрагивает от прикосновения.       — Возможно, я был слишком поспешен в своих суждениях о тебе, Джон, — произнес Джодах ласково.       Он наклонился ближе, его губы почти касались уха Харриса:       — Может быть, нам стоит узнать тебя получше?       Джон чувствовал себя так, словно погрузился в густой, теплый мед. Все вокруг казалось нереальным, замедленным. Запах Джодаха окутывал его, проникая в каждую клеточку тела. Мысли путались, но даже в таком состоянии он не мог перестать пытаться анализировать происходящее.       — Это… нелогично, — пробормотал он, его голос звучал хрипло и неуверенно. — Альфа не должен… мы не должны…       Джодах наблюдал за ним с растущим интересом. Эта новая, покорная версия завораживала. Но даже сейчас, Джон не мог перестать думать.       — Феромоны… они влияют на нейромедиаторы… но почему я…       Джодах решил, что с него достаточно. Он хотел заставить Джона замолчать, прекратить эти бесконечные рассуждения. Он наклонился и прижался губами к губам Харриса.       Поцелуй был неожиданным, почти грубым. Джон застыл, глаза широко распахнулись от удивления. Но через мгновение он начал отвечать.       Джодах углубил, одной рукой обхватив затылок мироходца, другой — прижимая его ближе к себе. Он чувствовал, как тот постепенно расслабляется в его объятиях, поддаваясь ощущениям.       Джон выглядел ошеломленным, его губы были припухшими, а в глазах читались смешанные эмоций: удивление, страх и… желание?       — Слишком много думаешь, Джон, — прошептал Джодах.       Харрис открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. Он просто кивнул, все еще находясь в том медовом, тягучем состоянии, где реальность смешивалась с фантазией.       Джодах решил проверить границы. Резко схватив Джона за волосы, он оттянул голову назад, обнажая шею с недавно поставленной меткой.       — Ты теперь мой, — прорычал Джодах низким голосом.       Джон издал тихий стон со смесью боли и удовольствия. Его глаза были полузакрыты, а тело обмякло в чужих руках.       — Д-да, — выдохнул Харрис дрогнувшим голосом.       Довольный ответом, Джодах ослабил хватку, но не отпустил мироходца. Вместо этого он провел языком по метке, наслаждаясь тем, как Джон вздрагивает от каждого прикосновения.       — Молодец, — пробормотал он, его руки скользнули под пиджак, грубо сжимая бока.       Джон не сопротивлялся. Его обычная язвительность и сарказм исчезли, уступив место странному, почти блаженному состоянию подчинения. Он позволял Джодаху делать с собой все, что тот хотел, отвечая лишь тихими стонами и дрожью.       Ави, видя эту покорность, чувствовал, как растет его собственное возбуждение. Он прижал Джона к стене всем телом, давая почувствовать свое желание.       — Хочешь? — прошептал Ави, сильнее прижимая к себе мироходца.       — Хочу, — прошептал он едва слышно.       Удовлетворенный, Джодах снова впился в губы напротив жестким поцелуем. Не отрываясь, он начал нетерпеливо расстегивать пуговицы на длинном пиджаке. Чуть грубые пальцы контрастировали с гладкой тканью дорогого костюма.       Оторвавшись от губ, Джодах провел языком по его шее, наслаждаясь дрожью, пробежавшей по телу под ним. Его серебристые волосы мягко скользнули по лицу Джона, вызывая новую волну мурашек.       — Слишком много одежды, — проворчал Джодах, сдергивая пиджак с чужих плеч.       Ловко развязал клетчатую бандану и отбросил её в сторону. Жилетка последовала за ней, обнажая белоснежную рубашку.       Джон, все еще находясь в состоянии блаженного подчинения, не сопротивлялся. Лаковые туфли поскрипывали по полу, когда он слегка покачивался на носочках под напором Ави.       Джодах прижался ближе, придерживая мироходца одной рукой за талию, его свободная мантия контрастировала с остатками строгого костюма Джона. Он провел рукой по его волосам, слегка оттягивая их, чтобы получить лучший доступ к шее.       Джон тихо застонал, его руки неуверенно поднялись, касаясь груди Джодаха через ткань мантии. Поднимаясь руками выше к лицу, он почувствовал, как под его пальцами вздрогнуло легкое оперение за ушами Джодаха.       — Кто бы мог подумать, что под этим идеальным костюмом скрывается такая покорность? — прошептал Джодах, его дыхание обжигало кожу.       Руки скользнули вниз по телу, остановившись на бедрах. Джодах притянул его ближе, давая почувствовать свое возбуждение через тонкую ткань своих свободных штанов.       Джон задрожал сильнее, его идеально выглаженная рубашка теперь была помята и частично расстегнута, свисая на плечах. Он выглядел растрепанным и возбужденным.       Джодах, возвышаясь над Джоном, резко развернул его лицом к стене.       — Давай посмотрим, насколько ты гибкий в этих узких брюках, — прошептал он, его горячее дыхание обожгло ухо мироходца.       Джон судорожно вздохнул, чувствуя, как его прижимают к холодной стене. Его щека коснулась прохладной поверхности.       Джодах провел руками по спине, спускаясь к узким белым брюкам. Сжал ягодицы через тонкую ткань, наслаждаясь тихим стоном, который вырвался с приоткрытых губ.       — Т-ты слишком большой, — выдохнул Джон.       — Ты справишься, — ответил Джодах. Прижимаясь ближе, давая Джону почувствовать каждый изгиб своего тела.       Тот задрожал, ощущая мощь Джодаха всем телом. Его собственное тело предательски реагировало, прогибаясь навстречу прикосновениям.       Ави начал расстегивать брюки, пальцы ловко справлялись с пуговицей и молнией. Он чувствовал, как Джон напрягся, но не сопротивлялся.       — Такой послушный, — промурлыкал Джодах, скользя рукой под рубашку Джона, наслаждаясь теплом его кожи.       Харрис не ответил, только тихо застонал, когда тот прикусил его шею рядом с меткой. Разум плыл в тумане ощущений, все мысли о сопротивлении давно исчезли.       Несмотря на свою грубоватость, Ави понимал важность правильной подготовки. Он медленно спустил чужие брюки, оставляя их болтаться на бедрах.       — Расслабься, — прошептал он, его голос стал неожиданно мягким.       Джон кивнул, его тело все еще дрожало от напряжения и дикого возбуждения.       Джодах провел рукой по спине, успокаивающе поглаживая. Затем он поднес пальцы к губам Джона.       — Оближи, — приказал он тихо, но твердо.       Тот послушно открыл рот, позволяя пальцам скользнуть внутрь. Он старательно облизывал их, понимая, для чего это нужно.       Удовлетворенный, Джодах вытащил пальцы и медленно провел ими между ягодиц мироходца. Осторожно вводя один, внимательно следя за чужой реакцией.       Джон напрягся, но быстро заставил себя расслабиться. Он чувствовал, как Джодах терпеливо растягивает его, добавляя второй, затем третий палец. — Ты так хорошо принимаешь меня, — похвалил Джодах, свободной рукой поглаживая и сжимая чужой бок.       Джон тихо застонал, его тело начало подаваться навстречу движениям пальцев, ноги дрожали стоя на цыпочках, а скрип от лаковых туфлей только усиливался.       Убедившись, что Джон достаточно подготовлен, Джодах вытащил пальцы. Быстро стянул свои штаны, освобождая свое возбуждение.       — Готов? — спросил он, прижимаясь к растянутому входу.       — Д-да, — выдохнул Джон, голос дрожал от предвкушения.       Ави медленно начал входить, внимательно следя за реакцией Джона и давая ему время привыкнуть.       Войдя полностью, замер на мгновение, давая привыкнуть. Но его терпение быстро иссякло. Он крепче схватил Джона за бедра, пальцы впились в кожу, оставляя следы.       — Держись крепче, — рыкнул Джодах, начиная двигаться. Резко, глубоко, демонстрируя всю свою доминантность.       Джон попытался ухватиться за стену, но его ноги подкашивались. Сочетание интенсивных ощущений и все еще витающего в воздухе мощного запаха делало его колени ватными.       — Я… я не могу… стоять, — выдохнул Джон между стонами.       Джодах усмехнулся, не замедляя темпа.       — Тогда я сам буду держать тебя, — прорычал он, обхватывая мироходца за талию и практически приподнимая его над полом.       Разница в их размерах стала еще очевиднее. Джон чувствовал себя маленьким и беспомощным в чужих и крепких руках, которые без видимых усилий удерживали его, продолжая движения.       Джон только и мог, что стонать. Его тело полностью отдалось в чужую власть. Он чувствовал, как каждый толчок отдается во всем теле, заставляя его дрожать от удовольствия и легкой боли.       Джодах ускорил темп, движения стали еще более жесткими и глубокими. Он наслаждался своей властью, тем, как тот полностью подчинился ему.       — Кричи для меня, — приказал Джодах, особенно сильно входя в мироходца, полностью заполняя и попадая туда, куда нужно.       И Харрис закричал, не в силах больше сдерживаться. Его крик эхом разнесся по лаборатории, смешиваясь с грубыми стонами Джодаха.       Ави резко вышел из Джона, заставив того разочарованно застонать. Грубо развернул его лицом к себе, прижимая к стене спиной.       — Ты думал, что ты особенный? — прорычал Джодах, его глаза сверкали от ярости и страсти. — Думал, что можешь делать все, что вздумается?       Джон попытался что-то сказать, но Джодах заткнул его поцелуем.       — Ты слишком много болтаешь. Тебе пора научиться слушать.       Он поднял Джона выше, заставляя того обхватить его талию ногами. Харрис судорожно вцепился в плечи напротив, чувствуя себя полностью беспомощным.       — Ты не самый умный, — прошипел Джодах, снова входя в Джона одним резким движением. — Не самый сильный. Не самый важный.       Каждую фразу он подчеркивал глубоким, мощным толчком, заставляя того вскрикивать.       — Я!… я понял..., — выдохнул Джон между стонами, его глаза закатывались от удовольствия, концентрации чужих феромонов. Джодах усмехнулся, не замедляя темп. Он наказывал мироходца особенно сильными толчками, погружаясь глубоко внутрь.       Джон чувствовал, как его эго рассыпается под чужим напором, и странным образом это приносило облегчение и удовольствие.       Джодах чувствовал, что близок к разрядке. Его движения стали еще более резкими и глубокими. Он впился зубами в шею Джона, обновляя свою метку.       — Кончай, — приказал он хрипло.       Джон, не в силах больше сдерживаться, вскрикнул, выгибаясь в спине и изливаясь, пачкая собственный живот и край рубашки. Тело содрогалось от интенсивности оргазма. Джодах последовал за ним через несколько мощных и быстрых толчков, наполняя Джона своим семенем.       Они оба тяжело дышали, приходя в себя. Ави медленно опустил мироходца на пол, но не отпустил полностью, поддерживая его.       — Думаю, ты усвоил урок, — прошептал он, смотря на Джона, который до сих пор находился в какой-то прострации.

***

      Джон вошел в лабораторию, как обычно, одетый с иголочки. Весь день он работал молча, избегая зрительного контакта с Ави.       Спустя несколько часов Джодах случайно бросил взгляд на мироходца и замер на мгновение. На шее Джона все еще виднелась метка...       — Ты ее не свёл, — заметил Джодах, а в голосе слышалось лёгкое удивление.       Джон резко дернулся, инстинктивно прикрывая шею рукой.       — Она не сводится, — огрызнулся он, но его щеки слегка покраснели.       Джодах прищурился, изучая реакцию Харриса. Он заметил, как тот нервно теребит воротник и край своей клетчатой банданы, словно пытаясь скрыть метку и одновременно прикоснуться к ней.       — Неужели? — протянул Джодах с легкой усмешкой. — Не можешь, или, не хочешь?       Джон отвернулся, избегая чужого внимательного взгляда.       — Не говори ерунды, — пробормотал он, но его голос звучал неуверенно.       Джодах подошел ближе, вторгаясь в его личное пространство. Мягко отвел руку Джона от шеи, обнажая метку.       — Я знаю, когда ты лжешь, — прошептал Джодах, его пальцы нежно коснулись метки.       Джон вздрогнул от прикосновения, но не отстранился. Его глаза встретились с чужими.       Джодах продолжал изучать метку на чужой шее, его пальцы легко касались кожи. Харрис пытался сохранять невозмутимый вид, но его учащенное дыхание выдавало его волнение.       — Что, нравится свое творение? — язвительно бросил он, пытаясь скрыть свои чувства за привычной маской.       Джодах усмехнулся, не отводя взгляда от шеи.       — А тебе?       Джон отвернулся.       — Какая разница? Ты же все равно думаешь только о том, как вернуть своего драгоценного мироходца, — выпалил он, не сумев скрыть горечь в голосе.       Джодах замер на мгновение, но затем, мягко взял Харриса за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза.       — Ты думаешь, я тебя не вижу? — спросил он тихо, его голос звучал непривычно мягко.       Джон попытался отвести взгляд, но тот не позволил.       — А разве это не так? — прошептал, его голос дрогнул от сдерживаемых эмоций.       — Джон, — Джодах произнес его имя с неожиданной нежностью. — Я вижу тебя.       Глаза мироходца сощурились. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог.       Джодах наклонился ближе, его губы почти коснулись чужого уха.       — Ты думаешь, я бы сделал это с кем-то, кого не вижу? — прошептал он, его пальцы нежно погладили метку.       Джон задрожал, его защитный барьер начал необратимо рушиться.       — Не знаю, — пробормотал он слегка потерянно.       Джодах отстранился, чтобы снова посмотреть Джону в глаза.       — Тогда, возможно, мне стоит показать тебе еще раз, насколько я ясно тебя вижу, — сказал он.       Джон сглотнул, его щеки покраснели. Он знал, что должен сопротивляться, должен сохранять свою колкость и отстраненность. Но часть его, которая жаждала внимания, становилась все сильнее.       — Покажи, — выдохнул он наконец, сдаваясь своим желаниям.