Струны и кровь

Вечер, примерно семь часов. Пассажирский автобус с вибрацией и клокотанием, свойственном гравитационным модулям, рассекал воздух над никогда не затухающими кварталами Хай-Поинта. Небоскрёбы своим видом грозились вскрыть транспортное средство подобно банке тушёнки, многочисленные заводы будто стремились заполонить всё вокруг себя дымом, однако висящие в воздухе дроны-маячки добротно выполняли свою работу — указывали водителям путь, на котором их не разрежет шпилем и не собьёт каким-нибудь другим аппаратом. Сорокалетний мужчина астенического телосложения, с короткими волосами, зализанными назад, сидел у окна, на месте, рядом с которым горела голограмма с изображением человечка с тростью. На бледном лице, покрытом серыми полосками плохо выбритой щетины и свежими порезами от станка, читалась усталость. Она была настолько сильной, что руки с явным усилием держали футляр для скрипки, а взгляд был стеклянным, смотрящим в никуда. Это был человек по имени Лиан Эддингтон — один из миллионов людей, живших в Хай-Поинте — мегалополисе на горном хребте. Окончив музыкальную школу и консерваторию, он, как и все, был вынужден идти, куда все и шли — на завод, собирать сначала автомобильные двери, а затем винты для рекламных дронов. Кто-то потом шёл собирать патрульные коптеры, но Лиан был не из их числа… Мужчина бросил взгляд на исцарапанный чёрный футляр. Вот его предназначение: болтаться по Хай-Поинту и его окрестностям, исполняя людям мелодии уже двухсотлетней давности. Ждать реакции от тех, кто кроме электронной музыки по типу фонка ничего и не слышал. Если повезёт — собирать с пола светящиеся карточки с дельтоинами — местной валютой. Если как обычно — стирать выпачканную в помидорном и шпинатном желе одежду. Если не повезло — тратить дельтоины на лечение или, не приведи судьба, импланты. — Дерьмовая судьба, — прохрипел Эддингтон, включая наручный монитор и открывая функции медицинского аналога экзоскелета. Пара писков клавиш — и покрытый шрамами палец уже жмёт на кнопку с надписью «Морфий». — Отклонено, — Монотонным голосом ответил имплант через надетую на левое ухо гарнитуру. — Согласно протоколу №357, морфий можно использовать только в случае острого болевого синдрома. — Для того и жму, чтоб этого синдрома не наступило мать твою!.. — Прошипел Лиан, нажимая на заветную кнопку ещё несколько раз. — Предупреждение! При многократном нажатии на кнопку отклонённого препарата мы будем вынуждены отправить в полицию заявление по подозрению в употреблении… — Да пошла ты… Эддингтон с недовольством откинулся на спинку кресла и стал смотреть на горные пейзажи, уже погружавшиеся в сумерки. Автобус проехал уже большую часть города, и здания больше не заслоняли собой виды первозданной природы, куда заводы ещё не добрались. Красиво, что тут сказать… Красиво… Взгляд снова упал на скрипку. Какой бы была жизнь Лиана без неё? Без этого куска лакированного дерева, поверх которого были натянуты тонкие струнки… Без просьбы отца сохранить ту вещь, что способна напомнить людям о прошлом… Если бы тогда Ли не был идейным пацаном, просто продал бы эту скрипку, что бы сейчас было? Может, он валялся бы сейчас в гетто, с остальными неудачниками? Или наоборот, плескался в бассейне в окружении стройных, «чистых» от имплантов девушек? Или собирал бы сейчас патрульные дроны? Хрен его знает… От обещания Лиан ведь не отказался… Даже когда отца нашли расстрелянным в вагоне монорельсового метро… Табло автобуса издало бодрое «блымк», и Эддингтон прогнал страшные мысли из головы. Красные частицы голограммы показывали шесть символов: «Лавр-6». Так назывался посёлок городского типа, в котором жили люди, по своему достатку превосходящие средний класс. Оттого и Лавр — как листы, из которых древние люди плели себе венки, чтобы показать свой статус. Мужчина выскочил из остановившегося автобуса и открыл карты. Наручный монитор показывал, что до заказчика идти три квартала. Будущее, а остановки нормально поставить не могут… Звено беспилотников, пролетавшее мимо, осветило прибывшего и, не увидев ничего подозрительно, улетело восвояси. Эддингтон же отправился в путь. Дороги посёлка городского типа казались такими безмятежными по сравнению с Хай-Поинтом… Здесь было настолько тихо, что были слышны щелчки включающихся «умных» ламп и скрип нового лёгкого экзоскелета. Нога с каждым шагом начинала ныть всё сильнее, а оскал на лице музыканта становился всё шире. Но кусок металлолома на руке наверняка опять будет тянут с обезболивающим до последнего, пока Лиан не разорётся от боли на весь посёлок… Через пятнадцать минут ковыляния по тротуару под мелодичное жужжание сервоприводов имплантов Эддингтон добрался до места назначения. У четырёхметровой железной стены стоял едва ли не автопарк: на дороге и пешеходной зоне хаотично стояли чёрные и тёмно-серые гравимобили разной длины с тонировкой, округлыми чертами кузова и красующимися на капотах детализированными фигурками. — Ёбаные мажоры… — сплюнул музыкант, глядя на кружащих в небе дронов. — Здесь запрещено плеваться, сэр. Лиан испуганно обернулся и увидел у одного из лимузинов загорелого мужчину примерно того же возраста, что и он. Человек был одет более чем презентабельно: чёрные брюки, белая рубашка в красную полоску, чёрная жилетка и аккуратный галстук-бабочка бордового оттенка. На лице незнакомца можно было увидеть технические швы: то ли по приколу, то ли из необходимости этот «джентльмен» имплантировал себе челюсть и левую часть лица. Правая рука была заменена протезом с черной гравировкой. Любопытно… — Меня зовут Алек Олиян. Господин Ургуйен попросил меня встретить и проводить Вас. Говард Ургуйен был главой филиала корпорации по производству двигателей разных сортов — «Стар Мув». Ясно дело, что такие люди в наше время живут более чем богато, они могут даже позволить себе машины с колёсами-трансформерами (для воздуха и земли) и двумя двигателями: гравитационным и изотопным. — Что ж… Пошли, — ответил музыкант, следуя за Олияном через раскрывшиеся ворота. Убранство двора было способно вскружить голову: рядом с белоснежной плиткой соседствовали самые настоящие газоны, фонтан бил вверх струями воды всех цветов радуги, справа стоял небольшой шатёр из бурого габардина и голубого флюоресцентного шёлка, столы и стулья были исполнены из редкого дерева берёзы и титановых узоров. — Нихрена себе… — вымолвил Эддингтон, стараясь идти след в след за своим проводником. — Это ж сколько надо двигателей клепать, чтобы так богато всё обставить? — Немало, — отрезал Алек. — И, я думаю, Вас больше беспокоит, сколько денег получите Вы́, не так ли? — А, кстати, да! Лиан совершенно забыл о плате: ему сообщили только место и время, остальное та деваха не рассказала. — Хочу извиниться за мою коллегу Мэри: она на должности оператора при секретаре только четвёртый день. Я всё объясню Вам, как только Вы будете готовы.

***

— Господа, у меня к вам хорошая новость! В частности она касается Вас, мистер Ургуйен, — с торжеством в голосе произнёс темнокожий человек в дорогом костюме и с визором пурпурного цвета на глазах, поднимая бокал с пенящимся алым напитком. — Наша компания намеревается задействовать свои ресурсы и вмешаться в конфликт в Восточной Океании! Стол разразился аплодисментами. — Как амбассадор «Стар Мув Инкорпорейтед», я заявляю, что филиалу Хай-Поинта поручено выполнить заказ в десять тысяч тяжёлых изотопных двигателей, которые позже будут задействованы для производства бронетехники, в частности танков и десантных машин. Аплодисменты стали ещё громче, и мужчина сел за стол, отхлебнув немного напитка и закашлявшись. — Прекрасные новости, мистер Смит! — весело ответил тучный мужчина с редкими седыми волосами на голове и титановой заплаткой на левой части лба. — В таком случае, я с нетерпением буду ждать возможности заполнить документы вместе с Вами! — Мы подпишем их после нашей встречи. А пока что давайте выпьем. Два десятка богато одетых людей встало из-за стола и поднял вверх бокалы. — За прогресс и демократию, господа! — вскрикнул амбассадор. — За прогресс и демократию!!! — подхватила толпа, запрокинув в себя сосуды с невероятно богатой палитрой цветов.

***

— Итак, начну объяснять… — Алек, оценивающе кивнув при виде Лиана в выданном ему фраке, направился по коридору. — Наш гвоздь программы — это урановый магнат из Средней Азии — Фредерик Ленский. Очень важный человек для хозяина, лично тот и хочет устроить тому тёплый приём. Следовательно, если Вы не хотите, чтобы охрана отрезала Вам голову из-за расстроенного гостя, Вы должны знать три правила. — Всего три? — Особенных три! Первое — не контактировать с гостями: не разговаривать, не пить, не брать ничего со стола. — Это уже четыре правила, — со смешком ответил Эддингтон. — Это подпункты! — Олиян внезапно вспылил. — Вижу, морфий на Вас уже подействовал! Надеюсь, из-за него вы не начнёте блевать посреди сцены!.. Второе: играть всё и только то, что попросят гости. Никакой самодеятельности. — Есть. А третье? — Играть, что бы ни происходило. Даже если за окнами этого дома будет полыхать революция — Вы обязаны играть! — Без вопросов, сэр, — Лиан лишь пожал плечами. — И ещё, уже вне правил. Будьте готовы к тому, что Вы будете играть много русской музыки: в силу своих корней господин Ленский просто обожает тамошних исполнителей. — Принял. А каков мой гонорар? Проводник взглянул на Ли и пару раз нажал что-то на своих наручах. Показавшаяся голограмма повергла Эддингтона в шок: перед глазами музыканта висело пять цифр: 15000. — Пятнадцать… Тысяч… Дельтоинов?! — Точно так. Можно сказать, это Ваш счастливый билет… Если Вы справитесь. — Вот это просто аху… — в последний момент музыкант зажал рот руками, заметив осуждающий взгляд слуги. Или кто он там? — И никакой ругани. Ясно? — Ффно, — промычал Лиан через зажатый рот. — То-то же. Пара приближалась к главному залу. Оттуда уже было слышно, как заканчивает играть очередная электронная мелодия, а пространство наполняется звоном бокалов. Алек грациозно поднял руку и провёл наручным монитором по замку. Тот пиликнул, загорелся зелёным, и тяжёлые двери раскрылись подобно картонным. Относительную тишину разорвал гомон гостей, многочисленные тосты, шагающие повсюду официанты и грохот посуды. Стол ни разу не напоминал ужин обычного рабочего: в центре столешницы стояло огромное блюдо с запечённой индейкой и яблоками, чуть дальше стояла горка картофельного пюре с нарезанными грибами и белым соусом на вершине, ближе расположились закуски из сыра и мяса, многочисленные подносы с тарталетками и пирожными, а рядом ютились штабеля бутылок с самыми разными напитками… Чёрт возьми, теперь понятно, о чём предупреждал проводник!.. — О, Алек, вы пришли! — один из богачей обернулся и с улыбкой отсалютовал бокалом работнику. — Это наш особый гость? — Да, господин Ургуйен, это он. Бизнесмен с кряхтением поднялся из-за стола и направился к Лиану. Тот в это время мог разглядеть хозяина дома. Мужчина лет шестидесяти или семидесяти, с металлической пластиной на покатом лбу, крючковатый нос, водянистые глаза с треснувшими сосудами, округлый живот, который не мог скрыть даже чёрно-белый костюм-тройка. Странный мужик… Очень странный. Если бы не пластина, то можно было бы подумать, что этот человек пришёл из прошлого и раньше работал в театре каким-нибудь певцом. Впрочем, другие были одеты примерно так же, а раньше Эддингтон никого из богачей в лицо не видел, так что… Наверное, это их стандартная одежда. Хрен его знает… — Мда уж… — вздохнул бизнесмен. — Бывают случаи, когда и такие таланты не вписываются в рынок… Что ж, дорогой вы наш скрипач, готовьтесь выступать. И удачи вам! — Спасибо, господин Ургуйен. Богач лишь указал на место музыканта: вдалеке от стола, у окна, где стояло скромное кресло на колёсах без намёка на спинку. Что ж, и на том спасибо… Вооруженные автоматами охранники внезапно начали движение, целых шесть человек покинули зал довольно быстрым шагом. Ну да ладно, у них там свои дела. Лиан раскрыл футляр и достал оттуда свой единственный хлеб — скрипку, из тёмного дерева, с выжженными на боку узорами, напоминающими дивное растение. Следом показался и смычок. Вот оно — наследие отца и других предков Эддингтона. Ли однажды рассказывали, что это скрипка едва ли позапрошлого века, что создана она была в стране, которой уже лет так пятьдесят не существует на карте, а вместо неё миром теперь заправляет Корпоративная Республика Северного Полушария… Сколько поколений пережила эта скрипка… И сейчас у неё есть шанс сыграть действительно большую роль. Финальный штрих — очки с бирюзовым дисплеем, который показывал скрипачу ноты. Вот мы и готовы к работе… Инструмент выдал фальшивую ноту, тем самым заставив двух дам отвлечься от поедания натуральной (мать вашу) индейки. С испугом на глазах Лиан быстро настроил скрипку и начал исполнять первую композицию — «Менуэт» Луиджи Боккерини. Стол сразу оживился, послышался звон стекла и гомон собравшихся гостей. По манере движений богачей стало видно, что мелодия им зашла. Кто-то даже начал чокаться бокалами, а кудрявая бизнесвумен попыталась сделать свою шевелюру так, чтобы она больше походила на парик. — Замечательно! — вскрикнул один из молодых гостей. — Браво! «Да шёл бы ты нахуй, пидор неоновый…» — Лиан продолжал играть, стараясь не обращать внимание на собравшихся. Его задача — отыграть положенное время, а дальше он берёт карточку и уходит прочь из этого дома. Это сейчас ему кричат «браво», пока контракт ещё в действии… Ещё один громкий звон: все благодарили Ургуйена за такого потрясающего музыканта, ведь именно он нашёл Эддингтона и связался с ними через своих секретарей. А Лиан лишь продолжал играть. Водить смычком по струнам своего наследства, стараться не порезать руку о струну, и так до тех пор, пока… «Тах-тах-тах!» — с гулом и треском по залу разнеслись выстрелы из штурмовой винтовки. С криками и визгом гости начали сваливаться со стульев и прятаться под столом. В зал ворвалось с десяток людей в уличной одежде и масках-балаклавах. Подавляющим огнём бандиты смогли выбить охрану из помещения, попутно перебив где-то треть амбалов. Следом за ними выдвинулась группа из пяти человек. Один из атакующих расстрелял из автомата окно, и то со звоном рассыпалось на мелкие куски, обдав скрипача ветром, гуляющим по Лавру-6. Лиан быстро упал на четвереньки и завалился набок, прижав к груди свой музыкальный инструмент. Мужчина с силой зажмурился и принял позу эмбриона. Почему? Почему именно сейчас?! Почему именно с ним?! Неужели всегда, когда тебе обещают большие деньги, с тобой должна произойти какая-то хуйня?! — Где Ленский?! — заорал один из стрелков. С улицы донеслись выстрелы, которые, вероятно, были направлены на летавших у особняка дронов. Загрохотала винтовка, послышались крики. Вероятно, кого-то убили. — Ищите этого гандона, быстро!!! — А тут чё за хмырь разлёгся? — Хер знает, подними его! Через секунду неведомая сила подняла жмурящегося музыканта на ноги. Удар в челюсть заставил Ли вскрикнуть и открыть глаза. Перед его лицом маячила морда в маске, раскрашенной под жёлто-фиолетово-бирюзового дракона. — Ты кто, чучело?! — грозно спросил Дракон, направляя на жертву пистолет-пулемёт. — Я музыкант! — испуганно вскрикнул Эддингтон. — Меня позвали сюда, играть для гостей! — Ясно, он не наша цель… Где Ленский?! — Я не знаю, я о нём только слышал! — Ну конечно, блять… Встал к стене, быстро!!! И скрипку отдал!!! Струнный инструмент вместе со смычком оказался в руках бандита. После этого двое негодяев грубыми толчками отправили к стене, где уже стояли остальные богачи. Лиан оказался рядом с одной из барышень, одетой в бордовое платье, по своему крою напоминавшее оригами — подол был сложен в несколько раз, а оттого напоминал гармошку из треугольных кусков ткани. Женщина уже размыла на своём лице весь макияж, отчего то стало напоминать одежду бандитов, только цвета были поприятнее. Пока один из боевиков хлебал неоново-голубой алкоголь из горла бутылки, в зал вошло ещё несколько гадов, впереди которых был гангстер в рваных джинсах, кожаной шипастой куртке, лёгком экзоскелете на всё тело и необычной композитной маске, исполненной в виде морды чёрной пантеры. Последний аксессуар был также обеспечен светящимися красными глазами. «Композит» подошёл к Дракону и Главной Балаклаве, видимо, чтобы поинтересоваться положением дел, а затем направился к заложникам. Только сейчас Эддингтон заметил, что у стола лежало несколько тел, из-под которых по полу растекались лужи крови. — Многоуважаемые господа уёбки! — торжественно крикнул Пантера под гоготание сообщников. — Вы, наверное, думаете, зачем мы собрали вас здесь! Хотя нет, неверно… Зачем мы сюда пришли, так будет правильнее сказано. Что ж, открою секрет: мы пришли сюда за банальным делом — взять кого-то из вас, или же всех вас в плен, а затем заиметь часть ваших активов за ваши гнилые душонки! Ленского, я так понимаю, здесь нет, так что давайте мы с вами познакомится! Жирный Номер Один, начнём с тебя! Пока один из гостей рассказывал о том, что он руководит сборкой патрульных дронов в этом городе, Ли разглядывал зал. Ситуацию сложно было назвать критической… Ведь была она ПИЗДЕЦОВОЙ!!! Примерно два, а то и два с половиной десятка вооружённых людей, вероятно из бедных районов, наставивших оружие преимущественно на стену с заложниками. Если их цель — получить выкуп, то Лиана и убить могут, что они могут с него получить?! Скрипку? Её и так отобрать можно! Что там ещё? 1290 дельтоинов, половина из которых уйдёт на квартплату? Примерно десять минут люди рассказывали о своих должностях, бизнесе и доходах. Пару дам, вероятно, жён бизнесменов, вывели из строя и посадили на пол около стола. Пока что никто не открывал огонь, но ситуация накалялась. С верхнего этажа прибежал бандит и доложил главарю в композитной маске о том, что охрана на верхних этажах была уничтожена. И это плохо… — Так, Чешуя, давай спускайся вниз с пятком братков и заблокируй входы и выходы, пока копы не примчали! Мы подготовим заложников! — Окей! — откликнулся Дракон и с пятью бандитами отправился к лифту. — Итак… Тебя мы знаем. Это ты — тот пидрила, из-за которого несколько десятков людей сейчас лежат по больницам с лучевой болезнью! — Что? — с недоумением спросил Ургуйен, глядя прямо в красные флюоресцирующие глаза маски. — Не прикидывайся, мразь!!! — главарь одним ударом повалил бизнесмена на пол. — Это из-за тебя я брата потерял, ты!!!.. — Ягуар, стой!!! Главная Балаклава подбежал к Пантере и оттащил его от заложника. Тот гневно зарычал и попытался вырваться, но напарник не допустил этого. — Нам с него ещё бабло трясти! — А я уже сейчас хочу содрать с него кожу! — Успеешь!!! Остынь, ну или подожди, пока мы найдём, кого пристрелить! Вон, ты, например, кто? — обратился Балаклава к Лиану. — Ты кто такой? — Я… Я — музыкант. По заказу прибыл. — Музыкант? Это не у тебя скрипку отжали? — Ну, у меня… — Ясно… Дайте ему скрипку! Будешь играть. А если сыграешь плохо или откажешься — Ягуар найдёт способ тебя развлечь. Балаклава кивнул на товарища, который от нервов уже колол свой палец ножом. Эддингтона ничего не оставалось, кроме как делать свою работу. Взяв скрипку и содрогнувшись от выстрелов с улицы, мужчина встал около бандитов. — Ну, давай! — крикнул один из преступников, сильнее сжимая дробовик. Дрожащая рука начала водить смычок по струнам. Со временем хватка стала чуть крепче, и зал наполнился воем ветра и грустными мотивами одной из минорных сонат Ивана Хандошкина. Бандиты с неким недовольством посмотрели на музыканта, но один из расплакавшихся гостей заставил преступников отказаться от вмешательства в работу Лиана — мелодия и звучит красиво, и деморализует, получается, хорошо. На заложников начали надевать наручники. С пиликанием и щелчком массивные «браслеты» закреплялись на запястьях богачей, заставляя тех ещё сильнее сгорбиться от безнадёжности ситуации. В коридоре началась стрельба, которая, однако, вскоре прекратилась. Внезапно Эддингтон начал беспокоиться о проводнике, Алеке. Его убили? Или держат на другом этаже или в другой комнате? Хандошкин сменился на «Зиму» Вивальди, и атмосферу тревоги в зале почувствовали даже захватчики. В особняке тем временем началась суета: дозорные углядели в небе три летательных аппарата, вдалеке уже мерцали голубые огни полицейских автомобилей, а бандиты на улице начали баррикадировать дороги мусором и машинами богачей, чтобы задержать наземные силы. — Легавые на подходе! — проорал Ягуар. — Всем на позиции! Заложников к окнам! Вивальди резко перестал звучать: Главная Балаклава схватил Лиана и, отобрав скрипку и нотные очки, схватил музыканта за шиворот. Через пару секунд Эддингтон уже стоял на краю этажа. По сути, немного толкнуть в спину — и мужчина уже полетит вниз с третьего яруса, который по высоте находится на пятом-шестом этаже обычного жилого здания в бедном квартале. Именно поэтому Лиан сейчас физически не мог наслаждаться видами богатого Лавра-6 и плеядами огней далёкого Хай-Поинта. Ветер обдал скрипача тугим потоком воздуха, от которого трясущийся Лиан чуть не упал на пол. Бандит, стоящий позади бедолаги, мгновенно сделал захват локтем и, прижав заложника к себе, вжал в правый висок дуло пистолета. — Только попробуй рыпнуться, ушлёпок! — прорычал захватчик, глядя на приближающийся транспорт. Полицейские СВВП — самолёты вертикального взлёта и приземления — приблизились к особняка и зависли. Бандит с гранатомётом уже было нацелился на один из аппаратов, но Балаклава остановил напарника. И, как оказалось, не зря: боковые двери раскрылись, и Лиан увидел, что в десантном отсеке были отнюдь не полицейские, а такие же разодетые гангстеры! Чёрт возьми, это уже не захват заложников, а спецоперация какая-то!!! Два бойца взяли с борта непонятную панельку, к которой было прикреплено два троса. Рывок — и штука с грохотом и дребезжанием разбитой плитки приземляется на пол. С глухим стуком панель начала раздвигаться, и Лиан осознал, что эта неведомая ему штука является своеобразным трапом. СВВП тем временем приблизился почти вплотную к дому. — Все на борт, бегом!!! — буквально взревел бандит в маске пантеры. — Кто откажется — того с пробитыми коленями потащим!!! Захватчики стали переводить одного богача за другим. Заложников было пятнадцать, и переводили на борт по пять человек, судя по всему. Трое мужчин и две женщины оказались заточены в отсеке аппарата, и тот взмыл вверх. Его место заменил второй полицейский самолёт. В него завели сначала Ургуйена, затем одну из богатых жён, потом того молодого гостя, которого Лиан оскорбил про себя, а далее… И самого музыканта?! Пистолет воткнулся в спину, между лопаток, и Эддингтон почувствовал себя героем тех старинных сказок, где пираты заставляли своих жертв идти по доске прямо к её краю, чтобы потом рухнуть в море к голодным морским хищникам. Только тут было не море, а красивый дворик с фонтаном, а на другом краю доски — такие же пираты. Хотелось просто закрыть глаза и проснуться у себя в комнате в холодном полу… Но ствол оружия заставил скрипача идти вперёд. Ветер пытался раскачать либо заложника, либо бандита, но трап был крепким и не позволял идущим по нему нарушить равновесие. Итак, конец доски… Лиан теперь на борту, с кучей захватчиков и пленников. Последним из них был тот самый толстый бизнесмен, который производит патрульных дронов. Трап был свёрнут, отсек закрылся, и по телу вновь пробежал холод. Самолёт чувствовался так, будто это был капкан. Хотя… Так оно и было… — Второй борт пошёл!!! — вскрикнул оказавшийся в салоне Ягуар, и аппарат затрясло от нарастающей тяги двигателей. Затем боевик повернулся уже к Говарду Ургуйену. — Как же мне не терпится тебя, мудилу, распортрошить!.. — Ягуар, на связи Блок! — из коммуникатора послышался голос Балаклавы. — Третий борт пошёл! Скажи своим, чтобы переходили на передачу 107! — Принял. Всем переключиться на 107-ю передачу, живо! Куда же всех везут? Что будет с заложниками по прибытию? Достанется ли глава филиала «Star Move inc.» озлобленному Ягуару? Выживет ли Лиан? И вернут ли ему его драгоценную скрипку?! — Блэйд, говорит Блок! — коммуникаторы начали транслировать голос Главного. — Задача выполнена, все транспорты отправляются на место! Ждём указаний, приём! — Всем отрядам, говорит Блэйд, — отозвался другой, незнакомый музыканту голос, явно искажённый с помощью аппаратуры. — Вы отлично поработали. Остальной состав будет отправлен на базу через десять минут. Однако это… — Дроны!!! Прямо перед нами!!! — завопил пилот через систему оповещения. В голосе явно присутствовали истерические нотки, что вводило всех на борту в панику. — …Предпоследний этап. Последний скоро будет выполнен. Конец связи. — ДЕРЖИТЕ-Е-Е!!!.. Динамики отключились, в отсек влетели куски металла, осколки стекла, обрывки ткани и языки пламени. В течение пары сотых секунд Лиан видел, как рядом с аппаратом возникало множество огненных вспышек, рвущих летящие клином СВВП на куски. У самолёта в клочья разнесло кабину, крыло и оба двигателя. Аппарат закрутило, Эддингтон отчаянно схватился за поручни, и в тот же момент воздух и сила тяжести начали вытягивать пассажиров из салона. Первым улетели двое захватчиков и Ургуйен, далее во мрак низверглась душа дамочки в фиолетовом блестящем платье. Ягуар и пара боевиков могли уцепиться за обломки самолёта и теперь орали благим и не очень матом. Огни посёлков стробоскопом били в глаза пассажиров. СВВП продолжал вертеться, стремительно теряя высоту. Показались особняки, бассейны, фонтаны, пальмы и кипарисы. Опоры линий электропередач и пункты электрообеспечения. Роскошные кустарники и автомобили. Мрак. Этого ли ты ожидал, Лиан Эддингтон, когда ехал сюда на автобусе и ждал, когда сможешь вколоть очередную дозу морфия, чтобы заглушить физическую и душевную боль? Думал ли ты о таком конце, когда на наручах слуги крутили пятизначные цифры? Исполняя «Менуэт» Луиджи Боккерини, думал ли ты о том, что выученного месяц назад Прокофьева ты даже ни разу не сыграешь? Чернота стала постепенно сменяться на рыжину пламени. Рядом с музыкантом лежали полыхающие обломки самолёта. На земле лежали тела. В поле зрения показался Ягуар, который полз и хрипел. Руки бандита судорожно хватались за раскрошенный асфальт, будто лапы хищной кошки за раненую добычу. Преодолев ещё один метр, боевик замер, и из-под помятой маски потекла багровая жижа. Через разбитые красные линзы было видно, как глаза негодяя закатились до такой степени, что стало видно лишь белки. Лиан, поняв, что он ещё жив, попытался подняться, но вместо этого пейзаж крушения сменился на электрические импульсы и фейерверки, которые вспыхнули в глазах скрипача от той зверской боли, что тот почувствовал. — Бля-я-яа-а-а!!!.. — сипло протянул Эддингтон, задёргав головой от боли. Судя по всему, у него отнялось всё тело. Как ему, собственно, вообще удалось выжить, при такой-то высоте и при таких повреждениях самолёта? Ответа не было. Были лишь появившиеся у обломков чёрные фигуры. В шлемах, в броне, в разгрузке, с автоматами. Один из бойцов обернулся на крик музыканта и поспешил к нему. Он навис над Ли. Он вскинул автомат с глушителем. Тихий писк пули — и темнота. Теперь уже навсегда.

***

Большой плазменный телевизор показывал кадры с горящим полицейским СВВП. Рядом находился разрушенный упавшим аппаратом частный дом. Заголовок гласил «Террористы из «Лавра-6» уничтожены. Заложники мертвы.» — Что ж, поздравляю Вас с успехом, господин Ленский! — усатый мужчина пятидесяти лет пригубил немного лилового напитка из своего бокала. — Это ещё не успех, Ларри, — ответил худощавый бизнесмен северной наружности с волосами пшеничного оттенка, держа в руках бутылку пива. — Это — лишь средство его достижения. Осталось спихнуть эту атаку на восточноокеанских террористов и проявить немного инициативы. «Стар Мув Инкорпорейтед» сейчас в шоке от произошедшего. Пока они отойдут от этой потери — полноценной стороной конфликта в Восточной Океании уже станет «EUranium». — А имущество погибших? — Корпорация наверняка позаботится о бесхозных активах. Нас это волновать не должно — вторжение принесёт нам гораздо больший капитал. Ленский зевнул и сделал пару глотков из своей бутылки. Одним движением левой руки бизнесмен нажал на пульт, и телевизор наконец-то затих. — Я закажу Вам такси, господин Шелтон. Езжайте домой и выспитесь перед завтрашним днём. Конференция состоится в девять утра. Не опаздывайте.