Должен жить

      Несколько месяцев прошло с тех пор, как он одержал победу над Волдемортом, и не прошло ни дня, чтобы Гарри не думал о Северусе Снейпе – о, как оказалось, самом важном человеке в своей жизни. Он и подумать не мог, что все это время профессор Зельеварения, который всегда так старательно выражал свою ненависть, помогал ему во всем. Гарри даже не догадывался, что именно профессору принадлежал тот Патронус-лань, пока не увидел воспоминания.       Они, воспоминания, вообще были отдельной темой. Гарри пересматривал их множество раз. Сначала – из-за матери, а потом – из-за Снейпа. И чем больше он их пересматривал, тем сильнее ему казалось, что профессор не заслужил такой смерти. У Гарри перед глазами до сих всплывало мертвенно бледное лицо Северуса, когда он осознал, что Темный Лорд собирается его убить. А еще Гарри помнил, что почувствовал в тот момент: страх. Ему было страшно, он не верил, что такой человек, как Северус Снейп, может умереть так глупо. Почему профессор не сказал Волдеморту, что палочка не принадлежит ему? Может, он не знал? Но сказал бы, если бы знал? Сомнительно. Ведь Северус наверняка не хотел бы смерти Гарри или Драко.       Поттер не понял, в какой момент решил, что Северус должен жить. Он всегда был для него ненавистным хогвартским профессором Зельеварения, снимающим баллы за все подряд и придирающимся к каждой мелочи. Так что же изменилось теперь? Наверное, Гарри проникся к нему уважением и испытывал безмерное чувство благодарности. Он же никогда не говорил ему "спасибо". Даже за тот случай на третьем курсе, когда Северус, едва очнувшись после его Экспеллиармуса, побежал спасать их Золотую троицу от озверевшего оборотня. – Он должен выжить, – твердил Гарри, читая книги в библиотеке Блэков одну за другой. – Он должен выжить, – как заведенный, повторял Гарри, когда готовил ритуал для переноса своего сознания в прошлое. – Он должен выжить! – кричал Гарри, когда ему удалось вернуться в свое тело из прошлого.       Не предупредив друзей, Поттер помчался в Визжащую хижину. Снейп уже должен быть там. Так и есть. Он наложил на себя Дезиллюминационные чары и подобрался поближе, прислушиваясь. – Бузинная палочка не повинуется мне по-настоящему, Северус, потому что не я законный ее владелец. Она принадлежит тому, кто убил ее прошлого владельца. Ты убил Альбуса Дамблдора, – под конец речи голос Волдеморта стал звучать угрожающе. – Повелитель... – о, Гарри помнил этот момент. Момент, когда профессор осознал, что сейчас умрет. Гарри видел страх в его глазах, которого не заметил в прошлый раз. – Пока ты жив, Северус, Бузинная палочка никогда не будет слушаться меня, – ресницы Снейпа едва заметно дрогнули, и Гарри решил – пора. – Нет, – сказал Поттер, выходя на свет. На него тут же уставились две пары глаз: одна – пылающая гневом (Волдеморт), другая – с промелькнувшей надеждой (Северус). – Нет, – повторил Гарри. – Ты не прав, Волдеморт. – А, Поттер, – Темный Лорд оскалился, наставив палочку на парня, вставшего между ним и Снейпом. – В чем же я не прав, позволь спросить? – Даже убив профессора, ты не получишь власти над палочкой. – Поттер, что вы... – Молчать! – приказал Волдеморт Снейпу, не удостоив взглядом – сейчас Поттер для него был гораздо важнее. – Что ты имеешь в виду, мальчишка? – почти что на парселтанге прошипел Лорд. – Бузинная палочка не принадлежит профессору, Волдеморт, – Гарри нахально улыбнулся, не выказывая ни толики страха перед этим жалким подобием человека. – Кому она принадлежит, Поттер? Говори, пока я не убил тебя.       Вот теперь это был парселтанг, судя по тому, как дернулся Северус за его спиной. Гарри усмехнулся, покрутил своей собственной – точнее малфоевской – палочкой, которую все время держал в руке, и прошипел в ответ: – Но ведь если ты меня убьешь, никогда не сможешь присвоить ее себе, – Гарри внаглую блефовал, потому что именно его смерть поможет Волдеморту заполучить власть на Старшей палочкой, и как же хорошо, что Лорд не додумался прочесть мысли врага. – Говори, Поттер! Кому она принадлежит? – Темный Лорд был в ярости, он не спускал с Гарри алых глаз, внимательно следя за малейшим движением. – Видишь ли, Волдеморт, палочка переходит к тому, кто обезоружил ее предыдущего владельца, но наш дорогой профессор этого не делал. – Кто?! Имя! – Я скажу его тебе, но он уже не тот человек, которому она принадлежит, – Гарри сделал паузу, насладившись небольшим яростным всполохом в глазах врага. – Драко Малфой обезоружил Дамблдора до того, как Северус поднялся в башню и убил директора. Но... – добавил Гарри, заметив, как дернулся Темный Лорд, чтобы аппарировать, видимо, пропустив самую важную деталь. – Что еще, Поттер? – Как я уже говорил, сейчас палочка принадлежит другому человеку, поэтому не стоит пытаться убить Драко. – И кому же, Поттер, она принадлежит? – Волдеморт подошел ближе, так что Гарри пришлось немного поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза. – Тому, кто обезоружил Драко в Малфой-мэноре. Мне, – с улыбкой прошептал последние слова Гарри.       Перед тем, как Темный Лорд кинул в него Аваду, Поттер успел услышать протестующий вскрик Снейпа...       ... который, в общем-то, продолжился спустя несколько секунд тишины. В этот раз Гарри вернулся с вокзала быстрее. И, едва вскочив на ноги, Гарри воскликнул то единственное заклинание, которое стоило применить: – Авада Кедавра! – лицо Волдеморта искривилось в неверии, а потом он усмехнулся, засмеялся и в последнюю секунду прошипел подползающей змее: – Убей!       Но Нагини не суждено было исполнить приказ: Северус, живой и практически невредимый, поджарил ее в Адском пламени. – У меня много вопросов, Поттер, – проговорил он, отвернувшись от догорающей питомицы Лорда. – Задайте только самые важные, сэр, – Гарри улыбнулся, не скрывая своей радости. – Зачем? – Что "зачем"? – он нахмурился. – Зачем вас спас? – мужчина напряженно кивнул. – Можете считать это малой частью моей благодарности. – Благодарности за что? – Снейп поднял бровь, голос его сквозил подозрением. – За все, что делали для меня, пока я учился в Хогвартсе, разумеется. – Откуда вы?.. – Северус пораженно замер, уставившись на Поттера. – От вас, сэр, – честно ответил Гарри и, немного подумав, добавил. – Я пришел из будущего, профессор. Не такого далекого, всего лишь три-четыре месяца. – Вы – идиот, Поттер, – мужчина устало провел рукой по лицу, не до конца веря в слова мальчишки – хотя какой он, к дракклам, мальчишка? – Я знаю, сэр. – Почему, Поттер, почему вы вернулись в прошлое ради меня? Я для вас никто. – Потому что, профессор, вы должны жить. Вы заслужили жить, после всего, что было, я бы не простил себе, если бы не вернулся... – Гарри с грустью посмотрел на задумчивого Северуса и развернулся, собравшись уходить. – Пойду скажу всем, что война закончена. – Не стоит, они уже догадались, – Северус задрал рукав на левой руке, показывая отсутствие метки. – Она пропала после смерти Темного Лорда с достаточно неприятными ощущениями, чтобы все Пожиратели могли почувствовать это, а уж ваши друзья наверняка заметили их смятение. – Отлично, но, в любом случае, я пойду покажусь друзьям. Там, в будущем, они были здесь со мной, но теперь я решил, что они могут мне помешать, поэтому пришел один. – Идите, Поттер, – Снейп вздохнул и, как-то нервно оглядевшись, окликнул уходящего гриффиндорца. – Поттер! – Да, сэр? – Спасибо.