Ты будешь нашим папой

      Ещё одна тщательная проверка, и Тейлз заявил, что всё готово к возвращению троицы в привычное состояние.       — Может, ты лучше поспишь? — неуверенно предложил Шедоу. Не то чтобы ему хотелось лишний день нянчиться с малышами, но лисёнок выглядел уж очень замученным.       — Нет. Я хочу уже скорее вернуть им нормальный возраст.       Конструкция с линзами была выдвинута на середину мастерской, чёрно-алый стоял там же, наблюдая за суетой механика. Малыши топтались рядом, нервно оглядываясь. Они тоже чувствовали напряжение, витавшее в воздухе.       Наконец лисёнок закончил мельтешить и опустил защитные очки на глаза.       — Нужно поставить их туда, — распорядился он, указывая на нарисованный мелом круг перед уменьшителем.       Совершенный обратился к малышам:       — Вам нужно встать в этот круг и закрыть глаза, — Тейлз предупредил, что вспышка может быть яркой.       В трёх парах глаз, обращённых к нему, были сомнение, опасение и даже страх.       — Всё будет хорошо, — ободряюще погладил по голове Эми.       — А потом мы пойдём гулять? — с надеждой спросил Соник.       — Конечно, пойдём гулять, — подтвердил Шедоу. Посмотрел бы он на того, кто сможет удержать синего бегуна дома.       Ещё чуть помявшись, малыши всё же встали в круг и послушно закрыли глаза ладонями.       — Три, — начал отсчёт Тейлз.       Чёрно-алый взялся за свисающий с уменьшителя кабель. Его лисёнок приделал специально для подачи хаоса Шедоу. Пришлось немного потренироваться, чтобы определить необходимое количество энергии.       — Два.       На секунду совершенный оглянулся на механика. Тот сосредоточенно следил за потоком данных на экране ноутбука. Почувствовав взгляд, вскинул голову, улыбнулся и ободряюще показал большой палец, напомнив этим героя Мобиуса.       — Один.       Совершенный снова повернулся к троице, замершей под прицелом. Ему самому было очень неспокойно. Мысли: «А вдруг у Тейлза не получится? А вдруг лисёнок где-то ошибся?» продолжали крутиться в голове и нервно вздыбливать шерсть и иглы.       — Пуск!       Шедоу задержал дыхание и зажмурился — поток излучения ярко-белого цвета, действительно, резал глаза. Через несколько секунд, показавшихся неожиданно длинными, за веками потемнело, но цветные пятна ещё мелькали, мешая хорошо видеть.       Поморгав, ёж смог разглядеть три силуэта на полу. Радостный возглас Тейлза обнадёжил. Круги перед глазами, наконец, пропали. Да! Силуэты стали хорошо узнаваемыми — Соник, Эми и Наклз в своём привычном облике. Лисёнок уже склонился над ними с каким-то прибором, проверяя состояние.       Подойдя ближе, совершенный убедился, что они без сознания, но, по крайней мере, дышат. Закончив осмотр, двухвостый уверенно сказал, что с ними всё в порядке, просто нужно немного подождать. Шедоу помог перенести их в дом Тейлза и остался приглядывать за Соником и Наклзом на диване в гостиной. Сам лисёнок наблюдал ещё и за Эми в спальне.       Тишину в доме разбавляли гудение холодильника на кухне, тиканье часов на стене, тихое дыхание лежащих на диване и иногда осторожные шаги двухвостого. Чёрно-алый поймал себя на том, что снова впадает в странный транс, ощущая себя словно застывшим в каком-то вязком пространстве-времени. Мысли тоже замедлялись, вяло ворочаясь в голове. Неужели этот кошмар закончился?       — Шедоу?       Совершенный вздрогнул, пытаясь вернуться в реальность, и встретился с обеспокоенным взглядом окликнувшего.       — Да?       — Всё хорошо? Я несколько раз тебя звал, а ты не реагировал.       — Хорошо, — искреннее беспокойство лисёнка успокаивало и придавало смелости озвучить свои тревоги. — Чувствую себя ужасным отцом, — с кривой ухмылкой он провёл пятернёй по иглам.       — Почему? — удивление на мордочке двухвостого было таким неподдельным, и как он только не понимает?       — Я же говорил, что совсем не знаю, что делать с детьми…       — Ну и что же такого ужасно неправильного ты делал? — в глазах двухвостого заискрилось веселье. — Не кормил их сладким? Не давал смотреть мультики? Ставил в угол?       Неуместное веселье лисёнка раздражало, и Шедоу отвернулся.       — Они могли пострадать! Обжечься или порезаться, когда я отвлёкся, — ему вспомнилось, как они чуть не сожгли кухню. — Могли быть ранены при нападении Эггмана. Соник чуть не утонул в реке и заболел…       Беспокойство за подопечных не оставляло, хотя они и вернулись к взрослому облику. Тёплая ладонь легла на плечо и заставила снова посмотреть на двухвостого. Сейчас тот был абсолютно серьёзен.       — Шедоу, никто и не ожидал, что ты будешь идеальным родителем вот так сразу, учитывая, что ты никогда особо не общался с детьми. Я даже больше скажу, некоторые родители и с одним своим ребёнком не могут справиться, а ты смог позаботиться о троих! Дети постоянно лезут везде и всюду, царапаются, набивают шишки и синяки. Что касается нападения Эггмана, то без твоей защиты они бы не просто поранились, а погибли бы. И я уверен, что ни одна няня не справилась бы с таким ребёнком, как Соник. Уж я-то это знаю! Он и при самой лучшей няне мог бы упасть в реку и заболеть, но вытащить его из реки и вылечить смог только ты.       — Я его не вылечил, я всего лишь давал ему лекарство, а поправился он сам.       Тейлз вдруг отвёл взгляд и прижал уши, приняв виноватый вид.       — Подожди, — встал и ушёл в мастерскую, но быстро вернулся со своим телефоном. Чуть помялся, потом сел рядом и, так же виновато пряча глаза, заговорил:       — Когда ты сказал о болезни Соника, я очень беспокоился. Уже собрал обратный уменьшитель… Да, название так себе, — лисёнок усмехнулся, но без особой радости. — Но понял, что не смогу заснуть, пока не проверю брата. Я, видимо, уже совсем плохо соображал и вместо того, чтобы отправить тебе сообщение, я пошёл к тебе домой. Понял, что сделал глупость, когда в дверь постучал. Было совсем поздно. Я подумал, может, ты не услышал. Тихонько открыл дверь и позвал тебя, а потом и вовсе зашёл… Я понимаю, что так нельзя… без спроса… — лисёнок уже практически шептал, и Шедоу пришлось напрячь слух. — Прости. В общем, вот, — и протянул ему телефон.       На экране воспроизводилось видео, и на время просмотра чёрно-алый буквально потерял дар речи от удивления. Такого просто не могло быть! Может, двухвостый решил его разыграть и смонтировал этот ролик, наложив какие-то эффекты? Хотя зачем ему? Это же не Соник. Да и времени у него было не так много — он почти сутками не вылезал из мастерской, занимаясь восстановлением, а затем переделкой уменьшителя. Но всё-таки это казалось невозможным.       Видео было коротким, около минуты. В темноте с трудом угадывались очертания гостиной. На переднем плане были засняты он сам и Соник во время сна на диване. Вот только выглядели они странно, потому что светились. Увеличив картинку и приглядевшись внимательнее, Шедоу с невероятным удивлением наблюдал за тем, как на его шерсти загорались крохотные золотистые искорки и волнами света стекались к его руке, которой он обнимал ежонка. Затем эта волна растекалась по синей шёрстке и то ли гасла, то ли впитывалась.       Чёрно-алый припомнил, что те немногие, кто видел его спящим, говорили потом, что он умудряется хмуриться даже во сне. На видео же он был спокойным, а Соник и вовсе улыбался, прижимаясь к нему. Ролик закончился, и Шедоу, всё так же молча, вернул телефон владельцу.       — Ты сам сказал, что Соник утром был совсем здоров, — первым рискнул нарушить тишину Тейлз. — Лекарства так быстро не работают, поэтому я и говорю, что это ты его вылечил.       — Удали это, — строго приказал чёрно-алый.       Рассуждения лисёнка звучали логично, но Шедоу всё ещё не мог в это поверить. Ну, хотя бы теперь понятно, что ночное хождение по дому ему не приснилось.       — Что? — не понял Тейлз.       — Удали видео. Не хочу, чтобы Соник это увидел. Начнёт ещё меня «мамочкой» дразнить или ещё как-то. С него станется придумать какую-нибудь пакость, — ёж нервно сжал кулаки.       Лисёнок бросил на него удивлённый взгляд, но потом кивнул:       — Хорошо.       Он хотел ещё что-то сказать, но тут зашевелился и застонал синий.       Тейлз тут же подскочил к ему радостный и встревоженный одновременно.       — Соник?! Соник, как ты?! — беспокойно помахивая хвостами, лисёнок положил свою ладонь на голову названого брата.       — Тейлз? Что случилось? Где я? — простонал тот, открывая глаза и пытаясь сесть.       Двухвостый поспешил его поддержать.       — Ты у меня дома.       Потерев мордочку ладонями, Соник активнее завертел головой и тут же заметил соперника.       — А он что тут делает? — с удивлением спросил синий.       — Важными делами занимаюсь, — высокомерно фыркнул чёрно-алый, прежде чем Тейлз успел ответить.       — Это какими же? — Соник тут же включил режим «достать Шедоу».       — Спасаю Мобиус, пока его самопровозглашённый герой нагло дрыхнет! — не остался в долгу совершенный.       Похоже, лисёнок опять совершил технологическое чудо, и этот синий зазнайка снова прежний. Значит, можно выдохнуть — свою работу он выполнил, а дальше пусть уже сами разбираются.       Соник хотел ответить что-то колкое, но отвлёкся на зашевелившегося Наклза. Приподнявшись на локте, тот удивлённо посмотрел на них, а потом начал оглядываться.       — Где я?       — Ты попал в будущее, мой друг! — пафосно провозгласил Соник, переключаясь на ехидну. — Сейчас десятитысячный год.       Посмотрев на синего ежа так, как тот того и заслуживает, то есть как на придурка, Наклз скептично уточнил:       — И ты тоже попал в будущее, Соник?       — Я не Соник. Я его далёкий потомок, — продолжил кривляться герой Мобиуса.       — И откуда же у него взялись потомки? — хмыкнул Наклз, усаживаясь на диване. — Эми, наконец-то, его поймала?       Соник сморщил нос и отвернулся, Тейлз тихонько хихикнул, Шедоу возвёл глаза к потолку. И когда же синий уймётся?       — Что случилось? Как я оказалась здесь? И… в этом?! — в дверях спальни стояла Роуз, удивлённо разглядывая свою одежду.       На ней было розовое платье в белый горошек с кучей оборок. Выглядела она в нём непривычно и забавно. Хорошо, хоть детское платье увеличилось вместе с ней, а то было бы неловко.       — Потому что ты его выбрала, — не удержался от шпильки чёрно-алый, вспоминая, как в магазине она требовала купить ей «платье принцессы». Интересно, какой бы была её реакция, очнись она в нём?       — Я выбрала?! — розовая была в явном шоке. — Я… Я этого не помню!       «И хорошо, что не помнишь», — подумал Шедоу.       — Дело в том, что вы трое попали под удар оружия Эггмана и уменьшились, став детьми, — взялся объяснять Тейлз.       Три пары глаз уставились на двухвостого, в них мелькала целая гамма эмоций: удивление, недоверие, сомнение, беспокойство.       Соник хихикнул, прервав затянувшееся молчание:       — Классная шутка, братишка.       — Это не шутка! — возмущённо нахмурился лисёнок. — Это правда! Вы превратились в детей. Мне удалось разобраться в принципе действия уменьшителя, я изменил его настройки и вернул вас в прежнее состояние.       Во взглядах всё ещё читалось недоверие.       — И сколько времени мы были детьми? — поинтересовалась Эми, снова оглядывая неподходящее её стилю платье.       — Неделю.       — Неделю?! — от одновременного возгласа всех троих, лисёнок невольно прижал уши.       — Да, неделю, — подтвердил двухвостый. — Я торопился, как мог, — попытался он оправдаться.       — Эй, братишка, всё в порядке, — синий подскочил к нему и ободряюще обнял. — Я знаю, что быстрее тебя никто бы не справился.       Тейлз признательно улыбнулся на эти слова.       — Ох, Тейлз, ты просто молодец! Смог и о нас позаботиться, и прибор сделать! — восхитилась розовая, проходя в гостиную и устраиваясь на диване.       — Нет-нет, Эми, я занимался только прибором, — сразу открестился от незаслуженной благодарности лисёнок. — А за вами присматривал Шедоу.       В этот раз молчание продлилось дольше, а неверия в глазах, устремлённых на совершенного, было больше. Чёрно-алого позабавила такая реакция.       — За нами присматривал… Шедоу? — всё ещё не веря в такое, переспросил Наклз.       Остальные перевели свои взгляды на двухвостого, словно ожидая, что он скажет: «Шутка!», и можно будет облегчённо рассмеяться.       — Ну да, — лисёнок удивлённо смотрел на них в ответ, не понимая их недоверия. — Вы жили у него в доме, он присматривал за вами и защитил от вчерашнего нападения Эггмана.       Соник кашлянул, словно собирался что-то сказать, но слов так и не нашёл.       Ну что же, неделя мучений стоила того, чтобы увидеть удивлённую морду соперника, неожиданно растерявшего своё остроумие. Но выглядеть в его глазах белым и пушистым не хотелось. Зубасто улыбнулся и протянул:       — А ты всё такой же доверчивый, Соник, — на удивлённый взгляд другого ежа насмешливо прищурился. — Веришь всему, что тебе говорят. Неужели ты действительно поверил, что я мог бы согласиться нянчиться с тобой? — заметив, что Тейлз открыл рот, чтобы возразить, строго и твёрдо посмотрел ему в глаза.       Лисёнок, видимо, вспомнил о требовании удалить видео, чтобы Соник ничего не знал, и промолчал, но с укором посмотрел в ответ, резко дёрнул хвостами и отвернулся.       Синий ёж, не заметивший переглядываний, облегчённо рассмеялся:       — О, Шедоу, ты научился шутить? Вам почти удалось заставить меня в это поверить, — одобрительно блестя глазами, он похлопал брата по плечу. — Я всегда знал, что могу на тебя положиться.       Двухвостый ничего не ответил.       — Надеюсь, что вы больше не нуждаетесь в моём присмотре, — особенно выделив интонацией слово «моём», совершенный окинул всех высокомерным взглядом, — и дальше справитесь сами. А у меня есть ещё дела.       Послав своему сопернику насмешливую ухмылку, Шедоу телепортировался домой прежде, чем синий успел ответить.              На самом деле особых планов у него не было. Просто хотелось разобраться в своих чувствах, осознать, что это приключение закончилось хорошо, и, значит, катастрофу удалось предотвратить. Сделать это, когда над ухом зудит синяя заноза, он бы точно не смог. Привычная обстановка, покой и тишина собственного дома помогут в этом гораздо лучше, чем дружеская болтовня Соника.       Синий ничего не помнил о случившемся, не поверил словам Тейлза, и это полностью устраивало Шедоу. Пусть продолжает считать, что над ним подшутили. Можно будет и дальше его подкалывать, называя малышом, и провоцируя этим на гонки и драки. Возвращение жизни в привычную колею радовало — сюрпризы он не любил.       На глаза попались рисунки, приколотые к стене. И когда только успели? Сняв их, он усмехнулся, какими же они всё-таки были забавными детьми.       Подумав, совершенный унёс рисунки в оружейную комнату, там у него был небольшой тайник.              Дальше жизнь потекла в привычном русле. Пикировки, гонки, драки, сражения с Эггманом. Совместно навели порядок на поляне, а потом, по просьбе Шедоу, Тейлз помог вывезти металлолом с острова.       Но однажды утреннее кофепитие прервал стук в дверь. Удивившись — кого принесло в такую рань — чёрно-алый отправился открывать. Ранним посетителем оказался Соник. Так-то он не отличался привычкой ходить к нему в гости, точнее, Шедоу его от этой вредной привычки избавил, однажды на полном серьёзе пообещав переломать ноги сопернику. Ну должно же у него быть хоть одно место в мире, где можно отдохнуть от приставучего фейкера? Тот внял просьбе и больше в гости не набивался. И вот, на тебе!       — Чем обязан? — высокомерно вскинув бровь, холодно поинтересовался чёрно-алый.       — Я тут вот… принёс, — виновато отводя взгляд, тихо сказал Соник и вдруг протянул ему коробку с шоколадными конфетами.       Эта была та самая марка конфет, которые ему нравились, и которые маленький Соник выкинул.       Шедоу застыл на несколько мгновений, осознавая, что об этом моменте он Тейлзу точно не рассказывал, а значит, синий вспомнил своё внеплановое «детство», если не всё, то многое.       — Зачем? — скрывая напряжение за холодным тоном, всё-таки решил спросить совершенный.       Хотя очень хотелось просто захлопнуть дверь перед носом у соперника. Он не желал, чтобы тот воспринимал его не как опасного противника, а как одного из своих многочисленных друзей. Считал, что это может быть расценено, как слабость, и фейкер такой возможности не упустит, считая, что теперь может безнаказанно дразнить совершенного. Шедоу знал, что насмешки соперника могут ранить больнее, чем кулаки, и тогда почти дружеские стычки станут злобными драками. Потому что терпеть презрение синего и обесценивание им своих дружеских чувств он не будет. Потому и не торопился сближаться с кем бы то ни было, хотя Соник предпринимал множество попыток подружиться. Так было проще и безопаснее.       Под его холодным взглядом синий неуверенно потоптался, всё ещё протягивая шоколад, и, наконец, поднял глаза.       — Я хотел сказать тебе спасибо за то, что ты помог нам, хотя и не был обязан с нами возиться.       Наблюдая такое поведение собеседника, чёрно-алый с удивлением понял, что Соник, обычно ведущий себя достаточно нагло и самоуверенно, сейчас выглядит совсем непривычно. Он напоминал ему того маленького неуверенного ежонка, который прижимался к нему в поисках поддержки и утешения. Похоже, синий и сам не очень уверенно себя ощущает, искренне признаваясь в своих чувствах и опасаясь ответных насмешек.       Решившись, совершенный протянул руку и взял коробку. И тут синий его неожиданно обнял. Окаменев на мгновение, чёрно-алый смог справиться с взвывшими защитными рефлексами, требовавшими как следует долбануть «напавшего», и осторожно обнял синего в ответ.       — Но это не означает, что я буду теперь тебя слушаться, папочка! — Соник отстранился, с весёлым блеском в глазах глядя на Шедоу.       Всмотревшись, совершенный убедился, что в глубине изумрудов таится тепло, искренняя радость от общения с ним и желание этим поделиться.       — Посмотрим, как ты запоёшь, когда я покажу Роуз, как ты за ней бегал, — отложив коробку на полку, шутливо пригрозил в ответ, показательно-злобно щуря глаза и помахав перед носом соперника телефоном.       Разумеется, никаких фото и видео там уже не было. Флешка с компроматом хранилась рядом с рисунками.       — Ах ты!.. Ты не посмеешь! — возмущённо дыбя иглы и сделав вид, что поверил, будто Шедоу мог опуститься до столь подлого шантажа, Соник выхватил телефон и со смехом кинулся прочь.       — Стой, зараза! Поймаю — в угол поставлю! — рванул следом чёрно-алый.       — А ты сначала поймай! — подзадорил синий.       Чувствуя, как разгораются азарт и веселье, совершенный прибавил скорости, оставляя за собой золотистый шлейф.       День обещал быть удачным.