Не по пути.

Выходя на улицу, он не чувствует себя нужным. Находясь дома не чувствует любой живой души. Гуляя по многолюдным местам, Рейес видит в детях, взрослых и подростков лишь серые нудные кляксы, которые не живут, а существуют. И брюнет не поспорит: он — такой же как и они. Слился в один безэмоциональный комок нечто невозможного. И ведь странно… Стал тем, кого презирал и боялся. Конечно, порой казалось, что Рейес на фоне бездомных голодающих животных выглядел ещё печальнее, не смотря на то, что у него есть и еда, и дом. Сидя на холодной земле, рядом с выструганным камнем, носящий имя «Шэрон Рейес» Дилан не рыдал. Сдерживал слёзы. Ведь помнит их давний договор: — Дилан, если я умру первой, то ты не плачь, хорошо? После этих слов, Шэрон крепко взяла его за руку. — А если я умру первым, то ты тоже не плачь, договорились? Блондинка кивнула, аккуратно разместив свою голову на чужом плече. И Брюнет сдержался. Сделал, как просила она. И он повторно уходит. И он сбился со счёту: сколько раз он сюда приходил всего за один день? И он жгуче ненавидит в первую очередь себя. И он должен безумно ненавидеть его — Лололошку. И вроде бы у Дилана должна быть сумасшедшая цель: наконец поймать этого ненормального. Но выходит совсем не так. Расследования пришли к тому, что убийца и вовсе не рядом с Лололошкой. Это другой человек, который даже не связан с тем самым шатеном. Какой-то некий Арвен Криан. Да, он уже сидит за решеткой. Да, он мучается там. Но Рейесу ни капельки не лучше. Гнев не вымощен. Эмоции залегли где-то внутри головы брюнета, так и норовя сбежать на свободу в виде слез или грубых ударов по стене. Обычно при таких обстоятельствах он предпочитает молчать. Но сейчас он бы с желанием хоть прохожему выговорился. Даже Лололошке, что звучало безумно невозможно. И Рейес направляется не домой. Он направляется уже в родное место — лес. Вышагивает как можно быстрее. Надеется. Сильно надеется на чуждое присутствие. Надеется на то ощущение, как и с ним — ядовитое окружение. Ядовитое, но тёплое. И он здесь. Сидит в позе лотоса там же, где и встретились в тот раз. Прикрытыми глазами невинно глядел на цветочек голубого цвета. Он, услышав посторонние звуки, усмехнулся. — Qui je vois. Le petit voulait me voir? Дилан аккуратно присел рядышком. Тяжело вздыхая, ответил, — Le petit ne se sent pas bien. — Что такое? Я же прекратил убийства… Все вроде хорошо, — явно заинтересовался Лололошка, ведь глобальной проблемой всего был именно он. Рейес длительно молчал. Ему туго удаётся разговаривать на счёт его самочувствия. Это тяжело, но ему так хочется. Брюнет достал с кармана необычную синюю коробочку вместе с зажигалкой. Доставая оттуда заветную белую сигарету, Дилан вопросительно глянул на собеседника, мол, «Будешь?», получив на это положительный кивок. Протягивая сигарету Лололошке, они одновременно приблизились друг к другу, дабы зажечь. Рукой прикрывая ветер, Рейес одновременно зажёг никотиновые палочки. Мгновенно по лужайке разнёсся едкий запах, который разукрасил неплохую обстановку двух парней. — Я не уследил за Шэрон, — Брюнет отвёл взгляд в неизвестное ему направление, — Любил её. — М? Шэрон? Та, которая блондиночка? — в ответ незначительное «ага», — Ого, сожалею, маленький. Я никогда не смогу почувствовать потерю девушки. — У тебя нет девушки? — со стороны уверенное «да». Дилан мыкнул, после чего опомнился, — Постой, неужто те слова от тебя правдивые? — Ну, получается, так, — монотонно ответил Лололошка. Ему уже плевать стало, взаимны или нет его чувства, потому говорит все уверенно и сухо. — Не думал о тебе и о себе в таком ключе… Разве правильно встречаться с кем-то, после того, как твоя любовь умерла? — Ха, позабавил. Маленький, ты ещё посчитай, что это будет изменой, — наступила тишина. Дилан потупил взгляд на Лололошку, который разочарованно смотрел на него в ответ.— Чувак… Ты серьёзно? Оба хихикнули, выдыхая вредный дым по всему лесу. Лололошка подсел ближе, небрежно обнимая собеседника рукой со спины. И Рейес даже не возразил этому действию. — Считаешь правильным встречаться детективу с убийцей? Лололошка вяло улыбнулся кончиками губ, убирая очки на лохматые волосы. — Малыш, нет правильного и неправильного. Все это — стереотипы. Пойми. Брюнет замолчал, наслаждаясь тишиной и кампанией, казалось бы, почти незнакомого человека. Было не менее комфортно, что удивляло Дилана. Он не любит прикосновения людей, но чувствуя на своём плече голову Лололошки, которая только что нагло устроилась на нём, ему становится тепло. И лицо непроизвольно заливается розовой краской. — Почему я будто начинаю гореть, находясь с тобой? — Вдруг спросил Рейес. Лололошка на заданный вопрос расплылся в улыбке. — Может быть потому что я тебе нравлюсь? Дилан смутился от таких слов, не разбираясь, правда это или нет. Он устремил свой взор сквозь глубины земли. Осознавая, что его жизнь больше ни на чём не держится, брюнет испугался. Но повторного почувствовав чужие прикосновения, он понял — единственная рука помощи, это Лололошка. Но с ним весело. Прямо сейчас их диалог выглядел таким детским, но значительным. Словно как шоу, которое называлось бы «Вопрос на вопрос» или " Жгучая игра со словами». Нарушая тишину, шатен громко выдохнул, настраивая себя на положительный ответ. — Petit, je t'aime. — Je t'aime aussi. Убийца резко замолчал, ведь не был готов к такому ответу, но «проснувшись», словно засиял от радости. Они поднялись с холодной земли и Лололошка мгновенно припал к Дилану, чуть не снося его с ног. Объятья были такими желанными и оба расплылись в большой улыбке, впервые так наслаждаясь присутствием друг друга. — Мистер Лололошка! Представляете? Вместо вас за убийство Шэрон посадили другого человека. Все прошло гладко! Из леса выбежал уже давно знакомый человек — Чед. Он так гордо прокричал, будучи доволен собой, но вся хвала усомнилась, когда Чед заметил удивлённых Дилана с Лололошкой. Рейес медленно начал отходить от шатена, пытаясь утешить панику с гневом. Ло опять соврал? Зачем он тому повторно поверил? — Лололошка, зачем? — чуть ли не прошептал брюнет. Эмоции набухали в голове все больше и больше. Парнишка вдруг почувствовал себя одинокой куклой, которая предоставляет всем хорошие эмоции кроме себя. — Хаха, Дилан! Что ты… Он. Он просто шутит! Не слушай его! — Промолвив дрожащим голосом, Лололошка отрицательно замахал руками перед собой. — Мистер лололошка? Он не должен был знать об этом? Шатен резко развернулся к рыжему парню, раздражённо доставая пистолет, — Завались, мать твою! — Резвый выстрел раздался по всему лесу, отпугивая сидящих ворон на деревьях, — Дилан, прошу, не слушай его! Он всегда несёт всякую брехню. Видишь, он уже мёртв! Брюнет ошеломлённый ситуацией, глянул на умирающего Чеда, но повторно вернул взгляд на обеспокоенного Лололошку. — Зачем ты убил Шэрон? Успокоившись, шатен признался. — Я ревновал. Знаю, это было глупо! Я одумался лишь после того, как убил её. Осознал, что ты будешь одинок, потому и посчитал нужным быть рядом с тобой! — Лололошка вздохнул, немного успокоившись, — Дилюша, послушай. Я заменю её тебе. У нас с тобой будет все хорошо! И ты не будешь одинок. Брюнет убрал руки за спину, яростно перебирая их из-за волнения и шока. — Думаешь, у тебя получится заменить Шэрон? — Я буду стараться для тебя, маленький. Дилан молча мялся на одном месте. Время шло и шло. Длительно тянулось. Он словно стоял на двух обрывах — ад и рай. И не знал, что выбрать лучше. Да и вообще, хорошая ли идея была стать детективом? Какова его цель? Провернулось бы все по-другому — Дилан был бы самым счастливым человеком на земле. Он бы не чувствовал вины где-то на дне, которая с каждым днём пожирала его изнутри. Он бы без угрызения совести жил радостно с Шэрон, зачастую проводя с ней время. Раздумьями он оттянул целых пять минут, что помаленьку начало раздражать ждущего шатена. Потому Дилан подытожил. — Я чувствую себя непривычно рядом с тобой.Думаю, смогу заглушить прошлые отношения нынешними. Лололошка мило улыбнулся, разводя руки в стороны, будто приглашая в объятья. Дилан медленно подошёл, припадая к нему. Они простояли в тишине три минуты, как послышались чужие новые шаги, Рейес понял, что это подмога, потому, пока шатен не одумался, резко вышел с объятий, умело заводя руки Ло за спину. Подтолкнув его на землю, дабы он упал, брюнет шибко закрепил наручники на цепких запястья, нависая над телом шатена всем весом. Лололошка лишь тихо шипел от резкой прошедшей боли. — Забирайте его, — уверенно оповестил Дилан пришедшей вызванной полиции. — Tu as fait une chose horrible, petit, — приглушённо отозвался Лололошка, которого уже забирали полицейские. Выглядел он жалко, явно разочарованный таким исходом. Сидел в машине и словно сумасшедший смеялся сам с собой. Рейес опустошенно смотрел на все это. Смотрел и понимал, что сделал это не по своей воле. Он, если бы слушал своё детское сердце, остался с Лололошкой. Остался бы с любимым человеком. Но опять сделал все, не так, как хотел. Он пытался сделать так, чтоб больше никто не страдал. И у него получилось, ведь теперь страдает лишь он и Лололошка, не более. Но мечтал ли об этом сам Дилан? Определённо нет. Все уже разъехались, а парнишка все так же смотрит, где он ранее обнимался с ним. Смотрит, смотрит, двинуться не может. Ничего не чувствует, не понимает. А правильно ли я сделал? — возникает вопрос. И тут же сквозь воспоминания прилетает ответ: " Нет правильного и неправильного. Все это — стереотипы.» Шибко ударив себя по лбу за то, что повторно его вспоминает, Дилан двинулся к полицейскому участку. После смерти Шэрон, Рейес днями отходил. Долго просиживал дома, нечасто выходил гулять. Все проведённое время в одиночестве он пустил в мысли: как сделать будущую жизнь хоть немного лучше? И он знает. Выдумал все, как нужно. Посчитал сделать именно так. И почему бы ему не поделиться своими успехами о будущем с нездоровой любовью — Лололошкой? Дилан сдерживает все эмоции, заходя в нужное здание. Узнав, где тот сидит, он небрежно направился к решетке. Брюнету самому не ясно, обязательно ли это делать? Будет ли чувствовать себя счастливым? Уже подходя к шатену, ему стало тяжко. Тот сидел, скромно забившись в углу. Он устало прожигал взглядом пол, будто не живой. — Лололошка. Убийца мимолётно вздрогнул, после чего направил взор на пришедшего. Тот никак не изменился в лице, что удивило брюнета. — О…Малыш вернулся, — незаинтересованной физиономией оповестил Ло. Дилан присел на ледяной пол в позу лотоса, опираясь судорожными руками об коленки. — Как ты? На сколько тут? — На пожизненно, — Он разочарованно вздохнул, повторяя, — На пожизненно. Дилан громко сглотнул вязкую слюну, собираясь с речью. Лололошка измученный весь, опечаленный и истощенный. Брюнет уверен, что теперь тот жалеет о содеянном. Вдвоём уверены, что теперь жалеют, но ничего сделать не могут. Вдвоём уверены, что детективы и убийцы — детская безмозглая мечта, которая ничего не значила. И вдвоём уверены, что хотели бы переписать жизнь, начиная с чистого листа. — Знаешь, ты мне всё ещё нравишься, — Начал Рейес. Лололошка тут же заинтересовался. Таким словам он безумно обрадовался, промолвив, — Дилюша, ты мне то.— Не успел тот договорить, как Дилан его грубо перебил, —Но нам не по пути. Лололошка вопросительно посмотрел, — Как это не по пути? Рейес объяснился дрожащим голосом, — Я уезжаю. Далеко отсюда. Ты здесь на пожизненно, ничего не сможешь с этим поделать. Не по пути, понимаешь? — Дилан поднялся с нагретого места, смотря на шокированное лицо Лололошки. — Дилан, не надо так! — Не по пути, — Брюнет медленно сдвинулся с места, поворачиваясь спиной к Ло. — НЕТ! ДИЛАН! — Не. По. Пути. — Дилан направился к выходу, не обращая внимания на жалобные мольбы Лололошки. Не обращая внимания на скрипящие звуки решетки, которую гневно дёргал Лололошка. Не обращая внимания на желание вернуться обратно. Не обращая внимания на дрожащее тело. И кажется, совсем не обращая внимания на горючие слёзы, которые так и скатывались с бедных глаз Дилана. Рейес чувствует себя мёртвым. Он убил себя своими же руками. И понял, слушая свое сердце, что сделал все неправильно.

***

Теперь слившись с серыми улицами и гуляя по ним, Дилан не замечает ярко-голубого отблеска, который его когда-то осчастливил.