Моя кровь

      — Встреча с вами — большая честь для Академии Дисэллис, — ректор сложила руки в замок, кланяясь. От нее пахло точно так же, как от Кая — лесом и полевыми цветами. Родство угадывалось в каждом жесте. — Мы долго ждали вашего приезда.       — Мы тоже очень благодарны вам за оказанную вашей семьей услугу, — Хисын тоже вежливо поклонился. — Без вас сохранность принцессы не была бы возможна.       — Что вы, — женщина покачала головой. Ее черные локоны струились, словно шелк. — Ваша дружба с моей семьей тянется не первое поколение. В прошлом род Хюнинов клялся защищать семерых Рыцарей — глупо было бы, если бы мы отказали в такой мелочи сейчас. Присядьте. Мисс Ю скоро принесет вам воды.       — Спасибо, госпожа Бен.       Вампиры заняли места за столом, за которым обычно собирались преподаватели Академии. Джейк с интересом осматривал интерьер помещения. Множество стеклянных шкафов, полных папок с личными делами преподавательского состава; какие-то прочие бумаги неизвестного происхождения. Панорамное окно смотрела на учебные корпуса, вдалеке угадывалось общежитие студентов, где с Минджу остался сын ректора, Ыйджу. Пускай Ники и настаивал, что стоило оставить и кого-то из семерки тоже, сегодня Джейк был удивительно спокоен за сохранность принцессы. Может, это потому, что ночью, будучи не спящим, он видел работу патрульной охраны. Оборотни отличались своими физическими данными, вполне пригодными даже для схватки с вампиром. Пока им было не о чем беспокоиться.       Дисэллис Бен — второй ректор названной в ее честь Академии. На данный момент ей исполнилось сорок пять лет и, будучи еще молодой, особенно для оборотня, она выглядела еще младше своих лет. Облаченная в черное платье прямого кроя, вся она источала уверенность, присущая лидеру волчьей стаи. Несмотря на то, что она была женщиной, никто в Академии не смел спорить с авторитетом Дисэллис. Незадолго до рождения сына она приняла фамилию мужа, но не смела стирать из семейного древа род Хюнинов.       Ее волчьи, миндалевидные глаза всегда смотрели с легкой хищной настороженностью, что остро разнилось с мягким, почти нежным голосом женщины. Ее было приятно слушать, но оказываться под вниманием — не слишком.       — Мы слышали, сегодня вечером пройдет вечеринка для первокурсников, — сказал Хисын. Он сидел ближе всех к Дисэллис и брал на себя большую часть коммуникации. Никто, впрочем, не препятствовал.       — Да. Амфитеатр третьего учебного корпуса уже почти готов, остались финальные украшения.       — Мы тоже планируем присутствовать. Мы не сомневаемся в охране Академии, но будет лучше, если мы сможем быть рядом с принцессой.       — Как вам будет угодно, — улыбнулась ректор. — В конце концов, это ваша обязанность.       Джейк покивал. Слово «обязанность» звучало куда лучше, чем «врожденный долг».       — Я бы хотела спросить у вас, — при этих словах ее взгляд вновь растерял всякую мягкость, сделавшись серьезным, — как обстоят дела с организацией Хаюн? Когда, вы предполагаете, они могут начать действовать?       Рыцари переглянулись.       — На данный момент известно следующее: Хаюн теперь носит имя Но Юна, — произнес Ники. Они в чем-то были похожи с ректором, вот только помимо подавления окружающих своей аурой, Ники еще и угнетал удивительной жаждой крови. Сидеть рядом с ним — все равно что чувствовать, как тигр в темноте выбирает, кого сожрать первым. — Она возглавляет Восставших. Их цель — выкрасть Пак Минджу, Суху, чтобы потом уничтожить всех вампиров без исключения при помощи дара принцессы. Сама Но Юна так же является вампиром.       Дисэллис выдохнула, чуть напрягая брови. Ее можно было понять — когда Рыцари выяснили эти данные, тоже ненадолго погрузились в молчание. Все дело в том, что Хаюн, следуя приказу матери, выбрала борьбу с ядом при помощи яда. Ее долг вынудил ее примкнуть к тем, кто требовал уничтожения, что делало ее одним из самых Древних ныне живых вампиров. Неизвестно было, кем был тот, кто обратил Хаюн, но наверняка он уже давно был убит; в ином случае, он действовал так же под началом Восставших.       Что пугало Джейка в Хаюн, так это ее отсутствие во снах. Он тысячи раз видел Рыцарей и принцессу, Королеву Даль, Короля, но никак не главного зачинщика истории. А мать Хаюн, госпожу Бель, он и вовсе видел лишь на портретах, сохранившихся и реставрированных с тех времен. Раньше они хранились в музее Нового Варгра до распада государства. Сейчас даже в интернете их найти не представлялось возможным. Люди предпочитали притворяться, что вампиров не существует и никогда не существовало.       Таким образом, без знания сказки, ни Хаюн, ни Бель могло никогда не существовать. Если бы не появление в их жизнях когда-то Старейшины Даль, все их предназначение могло быть названо пустым звуком и массовым помешательством. Или же они погибли. Как ни крути, но Джейк, в конце концов, считал ценным тот вклад, что дало им Поместье Соломона.       — Численность организации неизвестна. Мы предполагаем, более тысячи. Треть из них — обращенные. Последняя же атака на принцессу составила тридцать человек. Хорошо обучены, слажены. Их база тщательно скрыта, вероятнее всего, в Сеуле или его окрестностях. И вот, что главное: они наверняка знают, что принцесса здесь, в Дисэллис. Ждут, когда мы ослабим охрану, или уже проникли внутрь. Не исключено, что кто-то из них — среди нас, среди студентов или даже преподавателей.       — Скажите, госпожа Бен, числятся ли в преподавательском составе люди или вампиры? — спросил Хисын. — Мы ни в коем случае не ставим ваших людей под сомнение, но люди, обучаемые Древним вампиром, способны на многое.       Ректор смерила их тяжелым взглядом, а затем поправила очки. Джейк не мог не почувствовать, что они все-таки ставили всю охрану Академии под сомнение и достаточно прямо; еще лучше он понимал, что у них не было иного выбора, как бы это ни обижало.       — В преподавательском составе лишь двое людей — Лара Раджагопалан, преподаватель кинетотерапии на факультете спорта и физической культуры, и Чхве Бомгю, преподаватель истории искусств. Оба работают в Академии уже более пяти лет, — объяснила ректор. — Если вам это необходимо, я могу предоставить вам копии их личных дел. Но это должно остаться в тайне.       — Будем премного благодарны, — сидя поклонился Хисын.       — Говоря о следующем нападении. Есть два варианта, — продолжил Ники. — Через три дня пройдет церемония Инаугурации. Тысячи гостей, ослабленные барьеры, отвлеченная охрана. Если бы я был на их месте — я бы ударил тогда. Если мы сохраняем вариант о крысе в рядах студентов или преподавателей, то такое нападение будет провернуть куда проще. Однако, зная Но Юну, они могут и не напасть сразу. Им выгодно посеять панику, ждать, пока мы сами допустим ошибку. Один несдержанный приказ, один испуганный охранник — и все развалится.       Джейк кивнул. Он вновь взглянул в сторону панорамных окон. Солнце стремительно двигалось к пиковой точке на небе, и все больше студентов-точек вдалеке покидали общежитие, чтобы сходить на завтрак и поболтать между собой. Среди этих сотен была и принцесса.       А еще там есть Ыйджу, ее единственный друг в Академии. Более того — из прошлого Минджу им известно, что ее знали, как социальную бабочку. Общительная, несущая в себе лидерские качества, она привлекала людей своей прямолинейностью и бойким нравом, не позволяющей ей сдаться ни перед какими преградами и опасностями. Она быстро сможет найти себе друзей как из жилого кампуса, так и из своего курса. Что значит…       — Есть еще одна возможность, о которой мы должны подумать, госпожа Бен, — обратился к Дисэллис Джейк, ощутив, как переключились в его сторону взгляды вампиров. Он дернул губами, натянуто улыбнувшись. — Она только пришла ко мне в голову. Они могут нацелиться не напрямую на Минджу, а на тех, кто ей близок. Это был бы способ надавить и заставить нас действовать не так, как мы планировали.       Взгляд Сонхуна помрачнел. Джейк коротко взглянул на названного брата: им двоим уж точно было известно, о чем говорил Джейк. Уничтожить сначала близких, чтобы сбить с ног, а после выловить главную добычу. Таким способом грешить могла не только Старейшина Даль.       — Мы обязаны быть готовыми, — громче продолжил вампир, — защитить не только Минджу, но и всех, кто может оказаться под угрозой.       

— ◊ —

             Джейк не любил солнечный свет. У вампиров, питающихся кровью, не было к нему такого иммунитета, как у людей или оборотней, и любое влияние ультрафиолета на кожу вызывало легкое жжение. Даже прожив большую часть жизни в Брисбене, он так и не привык к полуденному солнцу, предпочитая прятаться в тени. Тем не менее выбора у них особо не было, когда они через всю территорию Академии возвращались к общежитию. Даже легкий майский зной припекал, вдавливая куда-то под землю.       — Мне кажется странным, что в Дисэллис учатся люди, — бодро сказал Чонвон. Он шел, закрывая макушку руками, рядом с Джейком. — Типа, разве это не Академия для оборотней?       — Она была таковой изначально, — кивнул Чонсон, идущий чуть впереди. После перепалок они с Сону наконец-то разделились, более не угрожая целостности учебного заведения. — Насколько я знаю, правило, позволяющее людям тоже обучаться, появилось спустя лет десять после основания Академии.       — Мгм, — Джейк сначала не особо хотел говорить, борющийся с ненавистью к их светилу, но еще Джейк был тем, кто половину ночи читал сводки об истории Академии. — Есть семьи, состоящие и из оборотней, и из людей. Например, отец-оборотень и мать-человек, или даже бабушка человек, остальные — оборотни. В таком случае существует шанс, что их ребенок родится человеком. Поэтому таким людям было дозволено тоже учится в Академии, так как их посчитали такой же угнетаемой группой населения, как и оборотни.       — Вампиров же тоже угнетают, — нахмурился Чонвон. — И где наша Старшая школа Форкса?       Джейк прыснул, а Чонсон, не понимая, просто промычал что-то.       — У вампиров редко бывают лидеры. Может, поэтому? — предположил Джейк. — В сущности, общество оборотней держится за счет строгой иерархии. А у нас и общества как такового нет. Даже гетто встречаются в парочке стран в мире.       — Ты прав, хен, — вынужденно согласился расстроенный Чонвон. — Это, получается, тут мы не найдем книг о Старом Варгре? Я в Поместье ничего не мог найти, а в Америке тем более…       — В Новом Варгре они тоже не слишком водились, — честно признался Джейк, вспоминая ту историю, что давали школьные учебники. — Я тоже хотел разобраться в кое-чем… Мне кажется, именно здесь искать и стоит.       Они активно пытались остановить Юну; делали все, чтобы ее действия не коснулись Минджу, чтобы устранить любые опасности на пути к короне. Однако они действительно слишком мало думали про то, почему Юна это делает. Чтобы бороться так много лет подряд, мотивация должна быть безумно сильной. Такой, чтобы даже через века не опускать руки, и даже потерпев много неудач следовать за целью, как за путеводной звездой.       Однако в учебниках Нового Варгра были крупицы информации о Бель или Хаюн; еще меньше было ее в Поместье Соломона или Австралии. Как будто кто-то пытался укрыть правду, которой все так страшились. Восставшие пугали вампиров, но никто не смел под них копать.       Джейк планировал это изменить.       Он издалека почувствовал Минджу: она сидела во внутреннем дворе вместе с Ыйджу и еще двумя ребятами, рассказывая всем что-то.       Каждый раз, смотря на нее, Джейк ощущал, что знаком с ней давно, пускай они не сказали друг другу ни слова. Она единственная, с кем когда-то связывало Джино кровное родство; и даже к Старейшине Даль Джейк не мог так тепло относиться. Их отношения никогда не были привычными «мать и сын»; скорее уж «королева и наследник», ровно так, как диктовалось его предназначение в прошлой жизни. После того, как Джино стал вновь часть дворца, Рыцарем младшей сестры, они пересекались лишь пару раз. Их общение было слишком опасным для обоих. Им пришлось пренебречь. А Суха казалась слишком близкой, ведь Рыцари буквально растили принцессу вместе со всеми нянечками, помогали в обучении, наставляли. Джино всегда стремился передать принцессе те знания, что, как наследник, имел сам. Суха всегда говорила, что это слишком скучно для нее.       И это было правильно. Суха никогда не должна была стать наследницей. Ей далек был должен этикет столь высокого общества; останься Джино принцем, она бы сама могла выбрать мужа из дворян, жить долго и счастливо. И все равно маленькая принцесса так и не дождалась даже того суженного, которого должна была избрать власть.       Глядя на нее сейчас, Джейк был счастлив. Она имела полное право выбрать свой путь таким, каким его видела девушка. И Джейк был готов сделать все, чтобы на этом пути не было ничего, что могло бы ей помешать. Даже то предназначение, которое имелось сейчас, Джейк бы хотел забыть, если бы мог. К сожалению, его предстояло выполнить, но после…       — В облаках витаешь, — вместе с легким щелбаном. Джейк моргнул, фокусируя взгляд на перекрывшем вид Чонсоне. — Слышал, что Хисын-хен сказал?       — М-м-м… Нет, — Джейк смущенно улыбнулся. — Что такое?       — Я и Сонхун будем пока издалека наблюдать за Минджу. Сону идет отдыхать, потому что ему до сих пор не здоровится. Ты, Чонвон — к Минджу. Подружитесь, как ты хотел.       — А сам Хисын? И Ники?       — Dunno, — Чонсон упер руки в бока, задирая к небу голову. Сощурился. — Явно не гулять. Общий сбор в любом случае часам к пяти. Начнутся приготовления к вечеринке.       — Понял, — Джейк кивнул. — Спасибо, хен.       — Без проблем. Ты это, — Чонсон слабо хлопнул его по плечу пару раз, — не кисни.       Джейк удивленно взглянул на вампира, действительно не совсем понимая смысл такого ободрения. Чонсон посмеялся.       — Ты сам не свой с тех пор, как мы приехали в Академию. Не парься. Минджу в безопасности тут. Если переживаешь перед знакомством с ней — оставь все на Чонвона. У него язык без костей.       — Я все слышу, — заявил Чонвон, выглянув из-под кепки. Даже смартфон отложил.       Чонсон махнул им на прощание рукой и удалился, видимо, в «наблюдательный пункт». Остались только Джейк и Чонвон — остальных след давно простыл, пока Джейк углублялся в собственные мысли. Он оправил рубашку на плечах, поглядывая в сторону Минджу. Их компания разбрелась, и остались только парочка лучших друзей. Вампиры переглянулись.       — Мы просто подойдем и?.. — Чонвон нахмурился. Да, спасибо Чонсон: Чонвон определенно был тем, кто сможет в такой ситуации прийти Джейку на помощь. Старший вздохнул и кивком поманил Чонвона за собой.       Даже если внешне Джейк и казался самым закрытым интровертом мира, то только по той причине, что жил с Даниэлем Чхве, на фоне которого любой от постоянного эмоционального выгорания станет интровертом. Даже столетний вампир. Даже кто-то, прошедший через самое худшее, вроде Джейка. По факту же Джейк с детства был общителен и, живя в Австралии, даже кое-как стал восстанавливать эти свои черты. Конечно, он не пытался заводить друзей или сближаться с кем-либо; но он, как и Даниэль, активно поддерживал связь с Ынче. Еще с самого возвращения с Новый Варгр, он делал все, чтобы удержать их дружбу. Так что каждый раз, когда Ынче возвращалась в Брисбен, Джейк первым делом рвался увидеться с давней подругой. На ней-то он свою социальность и практиковал.       Поэтому, когда он подошел к Ыйджу и Минджу, он не слишком застеснялся двух вопросительных взглядов.       — Привет, — улыбнулся Джейк. — Я знаю, что вы живете с нами в одном крыле. Подумал, что соседям стоит дружить. Я Джейк.       — Ыйджу, — кивнул парень. Ыйджу аж на ноги встал, чтобы поздороваться. — Ты же брат Сонхуна, да? Он подвозил нас вместе с тем мрачным типом до Академии.       — Он назвал меня своим братом? — удивился Джейк. Ыйджу аж засмеялся.       — Ага. Вы не очень-то похожи. Двоюродные?       — Да… Да, верно. Двоюродные, — вот теперь Джейк растерялся. Того, что Сонхун вообще что-то про него скажет, он точно не ожидал.       — Да у вас даже манера речи совсем разная! Ты разговариваешь, как человек, а он…       — Ыйджу! — Минджу поднялась, чтобы хлопнуть друга по спине. Потом сменила гнев на милость, улыбнувшись Джейку и даже робко стоящему за ним Чонвону. Эта девушка, ниже Ыйджу на сантиметров двадцать, вообще оборотня не боялась! — Приятно познакомиться, Джейк. Я Минджу с культурно-историческое наследия. Этот дурак — мой друг, тоже туда поступил.       Голос Минджу лишь слегка отличался от голоса Сухи, но Джейк все равно расплылся в добродушной улыбке, слушая речь девушки. Он даже забыл Чонвона представить. Благо, Минджу была из наблюдательных.       — Это твой друг? — уточнила она, косо глядя на Чонвона. Конечно: у него кепка половину лица скрывала, а простая черная футболка, заправленная в темные брюки, погоды совсем не делала. Со стороны он мог показаться даже пугающим, особенно из-за всей вампирской энергетики. Услышав вопрос Минджу, он встрепенулся, но только рот и открыл, вместо того, чтобы представиться.       — Да-да, это Чонвон, — за него согласился Джейк. Он действительно не особо любил касаться других, но сделал Чонвону скидку, обняв его за плечи, чтобы подвести ближе. — Он тоже из нашего крыла. Вот только с ним познакомился, и вас увидел.       Лицо Ыйджу, давно знавшего, что Рыцари друг друга знали чуть ли не столетие, так круто изменилось. Он сначала был шокирован, глупо пялясь на двух вампиров, но, поймав на себе взгляд Джейка, изменился в лице. Точно. Они тут не пришли про всю правду распинаться.       — А-а-а, вот ка-а-ак, — протянул Ыйджу, пряча руки в карманы шорт. — Приятно познакомиться, Джунвон.       — Чонвон, — поправил вампир, но Ыйджу его не особо слушал. Да. Паренек оказался из… забавных, как минимум.       — Рада с вами познакомиться, короче, — улыбнулась Минджу. — Мы планировали прогуляться до спортивного поля. Ыйджу сказал, там круто. Он кстати сын ректора, представляете! Наш Джу-джу очень крутой.       Наш Джу-Джу снова демонстрировал всю палитру искренних эмоций.       — Давайте, — согласился Джейк, мысленно собирая себя на кучу. Нужно просто было заставить себя забыть образ Сухи на какие-то пару часов, и тогда… Может, станет легче.       Так, вчетвером они отправились к стадиону.       Минджу действительно очень ловко вела разговор, без труда перехватывая ведущую в нем позицию. Она не болтала без умолку, но не стеснялась ни своей честности, ни периодической ругани с Ыйджу. У них только на этом дружба и строилась. Тем не менее, Джейк и Чонвон лишними не становились. Удивительно, но было даже просто говорить, не раскрывая правды. Минджу буквально располагала к себе настолько, что в этом комфорте вампиры могли держать контроль над ситуацией. А еще по пути, да и на самом стадионе, девушка успела перездороваться с половиной университета. Ее популярность поражала и немного настораживала.       Если среди студентов имелась и крыса, то ей не составит труда подобраться к кому-то столь открытому, как Минджу.       Джейк был рад пообщаться. Он целенаправленно раньше избегал таких долгих диалогов с людьми, и сейчас оказаться в нем было чертовски приятно. Тем более с кем-то, кого он, в теории, знал, и с кем ощущал родство. Он даже угадывал редкую схожесть между ним и Минджу; тот энергичный дух, что хранили двое, но только у одного его пришлось похоронить, а другая, цветущая юностью, только этим духом и существовала. Чонвон тоже включился активно в беседы, чаще пытаясь разговорить и перепуганного по итогу Ыйджу, боявшегося ляпнуть лишнее слово. Хорошо его, видимо, родители подготовили, вплоть до того, что бедный мальчик то и дело затихал на элементарные вопросы, или во все глаза ждал ответов вампиров, когда вопрос мог захватить часть их прошлого.       К счастью, Джейк и Чонвон подростками не были, и были осознанными достаточно, чтобы лишнего не ляпнуть.       Они разошлись где-то к четырем тридцати: Минджу ушла к себе в комнату, чтобы начать подготовку к вечеринке, на которую жуть как хотела пойти. Ыйджу сбежал при первой же возможности, чтобы больше не позориться перед вампирами. Джейк предполагал, что маленький оборотень и вовсе их боялся, знавши, сколько на самом деле лет было Чонвону и Джейку, и что некоторые шутки они не понимали в силу возраста. Мальчишке можно было только посочувствовать.       Джейк наконец-то вдохнул полной грудью. От встречи с Минджу на душе стало легче. Зов, который разрывал изнутри, успокоился; то «я», что жило на инстинктах, явно убедилось, что с принцессой все хорошо. Они с Чонвоном остались на пустеющей улице, с которой разбегались абитуриенты, так ожидавшие вечеринку.       — Как тебе Минджу? — спросил Чонвон у Джейка. Наконец-то облака скрыли солнце, позволяя немного расслабиться двум весь день пребывавшим под ним вампирам.       — Она очень похожа на Суху, — подумав, ответил он. — Только более… современная, что ли.       — Это правда. Я не ожидал такой схожести. В конце концов, где принцесса, а где подросток из семьи среднего класса? Но мне нравится, как она держится. Такие в обиду себя не дадут. Видел, как она на того парня глянула, который все время в нашу сторону смотрел? Даже у меня были мурашки.       Джейк, посмеявшись, согласился: таких девушек, как Минджу, зачастую боялись за удивительно сильный нрав.       — Я думаю, она поладит со всеми нами. Хотя Сону…       — Хорошо все будет, — подбодрил Джейк. — Мы все в любом случае привыкнем. Нужно время, чтобы она нам доверилась. А там может и на план согласится.       — Все еще не до конца понимаю, как оно должно сработать. В Старом Варгре было проще — приказ принцессы считался законом. А тут она простой человек. Интересно, как и какую информацию она будет нести в общество.       Джейк, работавший в СММ-е, только и усмехнулся. Это была, конечно, та еще задачка, но все равно что-то подсказывало ему, что это в любом случае будет чертовски сложно. Даже если ответы лежали на поверхности, рисков существовало слишком много. Им действительно требовалось то максимальное время, которое они могли взять.       Солнце клонилось к закату, но убегать не спешило. Его слабые лучи пробивались между ватных облаков, раскрашивая Академию в ярко-белый, местами золотой. Академия Дисэллис слишком напоминала замок Старого Варгра. Да, менее роскошный, но все еще блестящий изыском и дороговизной, никогда не понятной принцу. Он родился в таких условиях но, в последствии проводя в Грислейве слишком много времени, не понимал, как два мира могли сосуществовать в одном государстве. Так и сейчас, пробыв в Австралии много лет, ему верилось с трудом, что подобные места могли зваться учебными заведениями.       — Ты помнишь, где ты жил до попадания в Поместье Соломона? — спросил Джейк, вырывая Чонвона из блаженной сонливости. Тот покачал головой.       — Не-а. Вообще ничего из детства не помню. Я же был обращен: после такого мало чего в голове сохраняется о прошлом.       — А Джака тоже был обращенным? — нахмурился Джейк.       — Ага. Джааном, — Чонвон посмеялся, когда брови Джейка удивленно поползли вверх. — Джака сильно болел, будучи ребенком, а Джаан как-то проникся любовью к его семье. Не помню почему. И спас Джака. Поэтому они были связаны даже более крепко, чем вышло у меня с Чонсоном-хеном. Но далеко-о-о не так, как Хели и Джино, хотя Хели тоже его обратил. Да даже сейчас вы с Хисыном связаны сильнее, чем мы. Мое первое воспоминание — это буквально то, как вы заново учили меня читать.       Джейк выдохнул. Волна ностальгии накрыла его пушистым одеялом тех воспоминаний, которые он действительно мог назвать хорошими. Например, тот период, когда отходящий от шока Чонвон должен был в срочном порядке нагнать ребят по уровню знаний, а Джейк и Хисын, оба названные старшие в этом процессе, активно ему помогали и опекали его, точно родители. Несмотря на всю пережитую боль, это действительно были светлые деньки их жизней.       — А-а-а, кстати, — Чонвон взглянул на него с неприкрытой хитринкой во взгляде. — Между вам же что-то было? В прошлом?       Вампир оторопел, глупо пялясь на Чонвона какой-то десяток секунд.       — В каком именно «прошлом»? — кое-как выдавил из себя Джейк.       — Ответ ведь в любом случае будет положительный, я прав? — Чонвон посмеялся с покрасневшего лица Джейка, выдавшего себя с поличным. Чонвон, может, и был взрослым, но снова становился подростком-собой каждый раз, оказываясь с Джейком рядом. Он поспешил объясниться: — Джаан смешно ревновал, когда видел тебя с Хели так часто. Да и вы с Хисыном мне буквально заменили родителей. Сложно не догадаться.       — Это… Кхм.       — А сейчас что? — тон Чонвона изменился. — Вы живете вместе, но я действительно не понимаю, в чем проблема. Вы как будто целенаправленно избегаете друг друга и ведете себя не так, как раньше.       — Много времени прошло, — попытался Джейк предложить младшему тот же бред, в который пытался верить. Чонвон в этом вопросе оказался сообразительнее.       — Шутишь? Тогда я почему с тобой общаюсь? Почему Чонсон и Сону до сих пор ссорятся? — Чонвон сложил руки на груди. — Ты сам в свои слова не веришь, хен. Это Хисын так сказал?       Джейк не знал, что ответить. Наверное, так чувствовали себя пары при разводе, когда ребенок пытался выяснить, кто прав, кто виноват. У него в голове резко образовалась пустота, из которой и половины правильной мысли не вычленишь. Джейк понимал, что страдал дурью, слепо соглашаясь с любым словом Хисына; но мог ли он поступить иначе? Казалось, если он не согласится, то их доверие будет разрушено окончательно. Такого развития событий Джейк желал в последнюю очередь. Сейчас, они почти могли называть друг друга друзьями.       Что-то вроде того. Около-правда. Чонвон, просто наблюдающий за Джейком, явно ни в одну его около-правду верить не собирался.       — Если ты захочешь поговорить об этом, обращайся, я серьезно, — в конце концов сказал он. — Ты точно воспринимаешь меня, как младшего брата, но и я долго на свете живу. Чем смогу — помогу. Хоть выслушаю. Потому что я сомневаюсь, что ты хоть кому-то в своей жизни адекватно выговаривался. А это щас модно! Психологов, ты думаешь, почему так много?       — А ты, типа, психолог? — прыснул Джейк. Чонвон сморщился.       — Ну нет. Ни за что в жизни. Я работаю с животными по причине.       На этот раз посмеялись оба.       Чонсон, конечно, поворчал на то, что эти двое задержались, но быстро отступил. Ему еще Сону будить надо было, чтобы собраться. Все они договорились одеться «по-подростковому»: так, как могли бы прийти на вечеринку первокурсники, а не вампиры возраста стариков. Джейку это было, на самом деле, легко — Даниэль силой заставил его прихватить «нормальных» вещей, вроде светлых широких джинсов и куртки той же расцветки, но с неоднозначным принтом, — «y2k — назад в двухтысячные», как вежливо напомнил голос лучшего друга в голове, — и брендовой, но простой белой футболки. А еще темные очки, — «не на глаза, а на голову. Ага, вот так. Теперь ты икона стиля,» — вообще, действительно принадлежащие Даниэлю и вверенные с угрозой, что, если Джейк их сломает, Даниэль сломает его.       Воспоминания заставили улыбнуться, но, взглянув на Хисына, его улыбка померкла. Если у Джейка проблем не было с одеждой, то у Хисына…       Он накинул на свободную безрукавку странного формата красную клетчатую рубашку. Про классические штаны в этом аутфите можно было просто промолчать. Когда их взгляды встретились, и на Джейка взглянули большие, ничего не понимающие глазки, ему захотелось рассмеяться. Джейк никогда не хотел стать лучшим в выборе одежды, но он все еще был знаком с Даниэлем.       — Хен, это… Кхм.       — Не очень? — подсказал Хисын, оборачиваясь назад, к зеркалу на дверце шкафа. Он рукой стал перебирать челку. — А так?       Смеяться или плакать? Слезами делу не поможешь, а смеяться в такой ситуации слишком не культурно. Джейк вытянул из себя улыбку и окинул Хисына взглядом с ног до головы.       — Давай я тебе помогу, — предложил Джейк, стараясь не звучать обидно. — Ты в Тайване так же одевался?       — Мгм.       «Мгм» — это кошмар. Джейк стал перебирать шкаф, удачно натыкаясь на вторую пару джинсов с доброй руки Даниэля Чхве. Голубо-желтоватые, они никогда нормально на Джейке не сидели; далек ему был фасон этих висящих на бедрах штанов. Но, если затянуть ремнем, оставить майку и сверху добавить… пиджак? Да, пиджак. Будет не так плохо.       Пока Хисын переодевался, Джейк отвернулся, погрузившись в переписку с Даниэлем. К сожалению, судьба ему не улыбнулась в этот раз: серый значок у имени друга обозначал, что он сейчас не в сети. Видимо, работал с клиентом. Так, консультацию «здесь и сейчас» Джейк точно получить не мог. Оставалось полагаться на весь тот опыт, что бережно вбивал ему в мозги Даниэль воочию.       И его старания, очевидно, не прошли задаром. Когда Хисын окликнул Джейка, перед вампиром предстал уже не человек странного, — «плохим» что-то связанное с Хисыном у Джейка язык не поворачивался назвать, — стиля, а вполне себе следящий за трендами молодой человек. Только, прическа…       — Очень хорошо, — кивнул Джейк. — Но. Давай попробуем вот что…       Он снова влез в шкаф, легко поддев пальцами шапку на верхней полке. Хисын посмотрел на нее, чуть наклонив голову, точно олененок, впервые столкнувшийся с человеческой жизнью. Стоя к нему так близко, как сейчас, Джейку сложнее было контролировать ход своих мыслей, которые мантрой напоминали про недавний разговор с Чонвоном и то, что Хисына не стоило слушать всегда. Но ведь у него были свои мотивы, верно? Да и общались они сейчас вполне полноценно, даже с тем, что сердце Джейка, которое особо биться не должно было, кажется, сходило с ума. Он протянул шапку.       — Это дополнит образ.       — Уверен? — Хисын обернулся к зеркалу. — Я не выгляжу смешно?       Джейку, честно, далеко было не до смеха.       — Нет. Ты выглядишь замечательно, — Джейк сам себя умудрился этим словом спугнуть. — Похож на первокурсника.       — Спасибо, — Хисын, не меняясь в лице, кивнул. — Ты тоже красивый.       Благо, Хисын не видел, как покраснел Джейк при этих словах, отписывая что-то в их общем чате. Джейк хотел провалиться под землю и как можно дальше, например, к ядру планеты. Он не помнил, называл ли его Хисын красивым ранее, да и вообще когда-либо. Это настолько банальное, но новое для Джейка слово, что ему понадобилось какое-то время, чтобы собраться на кучу и вспомнить, что они на самом деле не студенты, собравшиеся на вечеринку, а Рыцари, которые идут туда для обеспечения полной безопасности принцессе. По сути, эдакие кармические телохранители, чья единственная цель — защита, а не случайное падение перед какими-то там чувствами. Джейк все-таки опустил очки на глаза. Потом уберет.       Когда они вышли, в комнате отдыха не хватало только Сону и Чонсона. Оставался еще час до официального начала, и вампиры планировали согласовать план повторно.       — Круто выглядите! — честно улыбнулся Чонвон, оглядывая всех. Ни дать, ни взять — каждый постарался достаточно; а кому-то стараться и не приходилось. Сонхун одевался в целом в брендовую одежду, Ники сохранил гармоничный «total black». Сам Чонвон был горазд — свободная черная рубашка, легкие брюки, в итоге делающие из милого паренька настоящего короля вечеринок. — А где Чонсон-хен и Сону?       — Это может затянуться, — отметил Ники, зачесывая челку назад.       — Я схожу проверю, — вызвался Хисын. Их комната располагалась совсем близко к зоне отдыха, так что четверо оставшихся могли слышать, как открылась дверь. Голос Сону поведал:       — Еще пять минут!       — Мы не танцевать же идем, — шикнул Чонсон. — Пойдем, и так достаточно. Вон, хен нас даже зовет.       Хисын пока и слова сказать не успел.       — Я не закончил укладывать волосы!       — Да нормально!       В этой битве Чонсон победил, и дверь за ними закрылась. Хисын вернулся в сопровождении двух вампиров: Чонсон вытянул из гардероба очередное синее поло и бежевые штаны прямого кроя на черном поясе; Сону… Если когда-нибудь человеку доводилось видеть иллюстрации типичных принцев из сказок, то что-то такое. Светлая блуза с широки рукавом, высоко сидящие брюки и удивительно аккуратно лежащие завитые волосы. Под глазами Сону сияли крошечные звездочки блесток; часть была впутана и в волосы. Теперь Джейк понимал, что заняло у них так много времени. Стоя рядом, они выглядели точно как из разных временных промежутков. Один — дворянство времен викторианской эпохи, второй — Штаты двадцатых годов. А если изучать всех семерых, то можно было сказать наверняка, что жизнь порознь здорово их перестроила.       Благо, они не видели первичный вариант одежды Хисына.       Вкратце план состоял так: поочередно каждый из них будет находиться к Минджу ближе, остальные — на разных расстояниях по периметру амфитеатра. Учитывая способность Хисына, расстояние роли не играло. Главное, чтобы все вовремя докладывали об обстановке, вот и все. А еще это хороший шанс познакомиться с Минджу тем, кто этого сделать еще не успел, вроде Хисына, Чонсона и Сону. О последнем Джейк немного переживал, но ставил на то, что Сону был одним из главных приверженцев выдвинутого Старейшиной Даль пути. Он не мог подвести, сколь бы вызывающе себя не вел. Минджу же нашла как-то язык с неразговорчивым Ники и прямолинейным Сонхуном.       Так, они отправились на вечеринку. Джейк остался дожидаться Ыйджу и Минджу — они еще днем договорились дойти все вместе. Чонвон отказался, сказав, что хочет провести чуть больше времени с другими Рыцарями. Джейк никак не мог быть против.       Минджу вышла первая.       До этого Джейк видел на ней лишь спортивную одежду, да свободные футболки — не имея обязанности влезать в тугой корсет, Минджу выбирала личный комфорт и протоптанные кроссовки. Сейчас на ней красовалась сетчатая черно-розовая кофта и короткая клетчатая юбочка. Каблучки чуть увеличивали ее рост; каштановые волосы были завиты, часть — собрана в пучки. Макияжа на ее лице Джейк не заметил, но не мог не восхититься умилительной красоте девушки. Он встретил ее искренней улыбкой.       Взгляд зацепился за медальон, хорошо заметный сквозь крупную сетку. Поскорее отвел глаза. Не сейчас.       — Очень мило, — сказал он. — Тебе идет.       — Спаси-и-и-ибо, — протянула Минджу. Она скинула с плеча волосы, прозвенев брелоком на сумочке. — Тысячу лет пыталась выбрать что-нибудь адекватное. Мне кажется, я разуюсь еще до того, как мы дойдем до третьего блока, блин.       — А тебе натирает обувь? Я могу раздобыть пластырь.       — Ай, да ну, — девушка отмахнулась. — Черт с ним. Шрамы женщину красят.       Джейк прыснул. Да, он переживал за принцессу, но и влезать с излишней заботой никак не хотел. В конце концов, они и знакомы-то только один день.       — Кстати, я вот все думаю, — будто читая мысли Джейка, сказала Минджу. Она внимательно исследовала лицо вампира. — Мы раньше не встречались? Случайно. Уж больно ты знакомо выглядишь.       Джейк тряхнул головой. Быть не могло.       — Только если ты бывала в Австралии? — он пожал плечами. — Я почти всю осознанную жизнь там.       — Не бывала, — честно призналась Минджу. — А я-то думаю, что у тебя за акцент…       — А у меня акцент?       — Ага. Иногда проскакивает. Но это даже мило.       Конечно, вопрос про встречи мог застать его врасплох, но Джейк подсознательно к нему готовился. Да, Минджу не видела снов, — не доказано, конечно, — но их связь могла быть столь сильной, что подсознание так и подсказывало, мол, вот он, он твой брат, ты что, забыла? Поэтому Джейк не слишком удивился и ответил даже относительно честно. В Корее он жил до восемнадцати лет.       Наконец-то свою комнату покинул и Ыйджу. Он не слишком принаряжался, одевшись примерно в те же вещи, что и днем: безразмерная футболка, шорты чуть ниже колена, да высокие носки. На шее блестело какое-то золотое украшение. Конечно, оборотни терпеть не могли серебра.       Так, втроем они отправились к третьему блоку. Амфитеатр найти было не сложно — не мало студентов тоже отправились на вечеринку, поэтому общая их масса складно, даже не толкаясь почти, следовала в большой зал с высокими потолками на втором этаже. Если бы не современные световые установки и все эти украшения, в таком зале запросто можно было бы организовать королевский бал. Минджу как раз шутила, что не успела отпраздновать день рождения дома, так хоть тут сможет. Джейк об этом старался не думать. Дни рождения в их роду всегда складывались слишком плохо. Проклятие, что ли…       «Мы здесь,» — поведал он своим братьям.       «Хорошо,» — ответил Хисын. — «Сону, Чонсон.»       «Принято,» — весело подключился к диалогу Чонсон. — «А где Минджу?»       — О! Там Саран! — улыбнулась Минджу. — Сейчас вернусь!       «Ушла к подруге,» — тут же доложил Джейк, кивнув девушке. — «Окно напротив входа, недалеко от колонки.»       «Видим-видим, merci!» — мурлыкнул Сону. Джейк даже заметил, как его белая рубашка порхнула ближе к Минджу и ее подруге. Чонсон шел уверенной походкой следом.       Джейк осмотрелся. Людей было не мало, но периметр позволял себе такое количество и даже больше. Официальная часть еще не началась, поэтому музыка играла еще приглушенная и относительно спокойная. Остальных Рыцарей он не видел — те мастерски затерялись где-то в толпе. Джейк даже привстал на цыпочки, чтобы хоть кого-то разглядеть, но потерпел неудачу. С потолка свисали причудливые закрученные ленты из золотой фольги; их мерцание выхватывало каждый красный огонек прожекторов. Все было украшено цветами — лиловые карликовые ирисы казались фуксией от постоянного касания цветных пятен.       — Ахем-ахем, — подал признак жизни Ыйджу. Джейк обернулся к студенту. — Мы можем теперь поговорить?       — О?..       — Всяком? — Ыйджу пожал плечами. — Я тоже что-то типа части вашей команды. Прикольно будет, если ты сможешь рассказать побольше.       Народу было слишком много — это явно не то место, где должны были проводиться разговоры, которые стоило сохранить в тайне от окружающих. Но Ыйджу смотрел на него взглядом побитого и очень грустного щенка, — не удивительно для оборотня, — так что Джейк выбрал смиловаться. Они проследовали в более отдаленную часть зала, у очередной колонки, где их разговор наверняка был менее слышен другим. Вскользь по пути Джейк смог все-таки заприметить Сонхуна, который с хмурым лицом просто стоял посреди этого действа. Окружающие даже не пытались к нему подойти. Джейк начал понимать, почему ему и Ники было полезно познакомиться с Минджу заранее.       Джейк старался рассказывать не слишком много; скорее то, что можно найти в общем доступе, вроде сказки, и то, что лежит на поверхности — например, причины защищать Минджу. Его действительно беспокоило то, что в Академии мог водиться предатель, и никто не мог сказать точно, кто им являлся. Даже невинное и чистое дитя, вроде Ыйджу, на половину слов Джейка реагирующий по-настоящему пораженным «да ладно?!», мог быть первоклассным актером. Но даже той информации, что рассказал Джейк, Ыйджу было достаточно. Он попытался узнать больше, но Джейк все еще хвастал еще большим природным упрямством. Так, они просто болтали, и затихли лишь для речи ректора — мамы Ыйджу, Дисэллис Бен.       Она складно поприветствовала всех новых и старых учеников, похвалила их стремление к знаниям и прочее-прочее, что типично можно услышать от глав учебных заведений. В толпе никто не смел и пискнуть — оборотни действительно чтили иерархию и старшинство, даже если старшей приходилось быть женщине, а не мужчине. У них не существовало тех предрассудков, к которым склонны люди. В итоге ректор пожелала студентам приятного вечера, на сцене оказалась какая-то музыкальная группа, — из тех же студентов, — и вечеринка оживилась даже под живую, но зато более активную музыку.       Ыйджу слегка пританцовывал.       — Впервые слышу эту песню, — сказал Джейк. А вот студенты были с ним не согласны: многие подпевали.       — Честно? Я тоже, — Ыйджу хохотнул. — Звучит необычно… О! Мелодия очень похожа на одну детскую песенку! Блин, ты знаешь?       Джейк прислушался. Отдаленно — да, мотив угадывался. Слова — вообще нет. К тому же, память явно его подводила. Он абсолютно точно слышал что-то похожее, но так же точно забыл, что и откуда. Он покачал отрицательно головой.       — Не могу вспомнить. Можешь напеть? На языке крутится.       — Мы настолько близки что ли? — Ыйджу весело улыбнулся. — Не засирай меня потом. Там пелось… М-м-м… Черный котенок к тебе подойдет. Тихо мурлыча, уснет он у ног. Мир так спокоен, в ночи серебро, спи, мой родной, и пусть снится добро. Но эта чу-у-уточку быстрее и… Все окей? Джейк?       Джейк сразу узнал ее; стоило Ыйджу сказать «черный котенок», как в голове щелкнуло. Все звуки вокруг померкли, в глазах потемнело. Ох. Он знал эту песню, как никто другой; но, помимо него, никто знать и не должен был. Она сгорела вместе со всеми детьми Сонгори. Джейк сделал шаг навстречу Ыйджу, а тот, еще не понимая ситуации, весело отскочил назад. Всего пара движений — рука вампира ударила о стену прямо у головы дрогнувшего оборотня, который весь сжался. По-хорошему, Ыйджу был на голову выше Джейка, но не мог никак посодействовать страху, который умели вызывать в окружающих вампиры, как только эмоции их оголялись, точно провода. А еще оборотню показалось, что он видел прямо рядом с виском крошечный огненный всполох, и всей душой мечтал сослать это на цветные пятна, хаотично носящиеся по помещению.       Ыйджу захотелось завыть. В их сторону никто не смотрел — никому не было дела, чем там промышляли мальчики-первокурсники. Он ощущал сильный запах железа и свежих яблок, смешанных с бергамотом, — парфюм, что ли?, — исходящий от вампира; в землю же его вдавливало ощущение, что отсюда он выйдет высушенной кучей обтянутых кожей костей. Ыйджу не был столь силен характером — даже в школе его задирали, говоря, что он не волк, а какой-нибудь щенок. И вот, к чему все привело — он и сошедший с ума вампир…       — Откуда ты знаешь эту песню? — Джейк долго смотрел в глаза Ыйджу, но тот молчал. Его губы дрожали. — Ты знаешь ее автора?       — Одна старушка, — мальчик попытался храбриться, но это было не так-то просто и на другом уровне: Ыйджу семнадцать, а вампиру перед ним — под сотню. — Она жила неподалеку от нас и торговала сахарными леденцами, когда я был маленький. Оттуда и знаю. Спроси Минджу — она тоже со мной к ней ходила!       Джейк действительно не дышал, услышав это. Он сделал кривой шаг назад. Его брови, сведенные до этого к переносице, разгладились, и сам вампир сделался бледным, точно простыня. Он уже не смотрел на Ыйджу. Он вообще предпочел бы не видеть ничего. Руки опустились, и бедняга Ыйджу смог сделать первый осознанный вдох. Голова закружилась от банальной нехватки кислорода.       — Как ее звали? — тихо спросил Джейк.       — Я не помню…       Взгляд Джейка устремился на лицо Ыйджу так быстро, что подросток дернулся, ударившись о стену макушкой. Черта с два! Не зря мама ему говорила, что даже с самым доверенным вампиром стоило сохранять осторожность!       — Как. Ее. Звали.       — Черт, эти вампиры, — Ыйджу выдохнул и прочистил горло. — Мы с братом и Минджу называли ее Волшебница И-ен. Настоящее имя я не помню. Это все? Я могу идти?..       Джейк кое-как кивнул, и Ыйджу сорвался с места так быстро, что и след простыл. Джейк же, все еще ошарашенный, нащупал рукой ближайшую стену, чтобы опереться о нее и не упасть. Ыйджу около восемнадцати. Лет десять назад он видел бабушку Джейка, которая умерла, когда ему было девять. Колени казались ватными, взгляд плыл. Могла ли бабушка быть жива? Могла ли она сбежать из Сонгори, имитируя собственную смерть? «Ее забрали» — так сказала мама, но что если и это было ложью, чтобы сохранить жизнь сыну?       И, если бабушка жива, знала ли она о пророчестве и о том, что продавала леденцы той самой принцессе из сказок?       Музыка внезапно показалась слишком громкой, место — слишком людным. Какофония голосов, барабанов и гитары сводила Джейка с ума, пока он пытался привести себя хоть во что-то, подразумевающее порядок.       «Джейк?» — Джейк вздрогнул. Он не сразу понял, что это действительно чья-то речь, а не голоса в голове, внезапно появившееся от помешательства; или, что хуже, новое виденье. — «Что это только что было?»       Пришлось вдохнуть поглубже, несмотря на сдавленность в грудной клетке. Джейк скользнул взглядом по людям перед ним, но Хисына так и не увидел. Хорошо он, значит, прятался, раз приметил всю картину, о которой потом Джейк будет жалеть. Нужно будет обязательно попросить прощения у Ыйджу.       «Все хорошо. Ничего такого,» — соврал Джейк. Даже так его голос грозился надломиться, хотя голосовые связки в таком «общении» он не задействовал.       «Хочешь выйти?»       «А как же Минджу?»       «Пятеро справятся. Мы понаблюдаем с улицы.»       Сомнительно, но Хисын был прав — «охрана» на улице тоже не будет лишней, а Джейку крайне не хватало кислорода сейчас. Он даже смог выискать в толпе Хисына — он и Чонсон стояли напротив какого-то парнишки. Чонсон болтал с ним, закинув Хисыну руку на плечо, пока старший поглядывал в сторону Джейка. Секунда — и они пропали за пляшущими студентами. Ало-багряные пятна света стали напоминать Джейку кровь, что вгоняло в тошноту.       «Пойдем.»       Встретились они уже на улице — здесь дул прохладный ветерок, и Хисын ждал его у высоких дверей входа в третий блок. Перед блоком были раскинуты несколько скамеечек, битком забитые компаниями студентов. Хисын, окинув Джейка быстрым взглядом, направился куда-то, и Джейк просто пошел следом, доверяя старшему. Уж кому-кому, а Хисыну не доверять он не мог.       Они присели в тени третьего блока, с боку — над их головами как раз располагалось высокое и длинное окно амфитеатра. Они сели прямо так, на холодную бетонную поверхность, окружавшую здание, и Джейк наконец-то понял, что стало тише. Он делал медленные глотки воздуха, втягивая его носом, и наконец-то прекратил ощущать жжение в руках. Сказать, что эта ситуация его не шокировала — значит абсолютно солгать. Это то, к чему он готовился в последнюю очередь. Мысленно он слишком давно похоронил тех, кто был его кровной семьей; даже Старейшину Даль, которую мог бы однажды и назвать матерью, если бы у них были парочка лишних сотен лет в запасе.       Джейк приоткрыл глаза, глядя на спокойно взиравшего в даль Хисына. Его профиль был подсвечен фонарем, стоящим поодаль, четко выделяя каждую линию. Прядки темных волос выворачивались из-под шапки, забавно топорщась. Сейчас они оба наверняка еще больше напоминали двух сбежавших с тусовки подростков.       — Ты не любишь такие места? — предположил вслух Джейк. Его голос выровнялся, как и дыхание.       — Почему ты так думаешь?       Хисын говорил с ним так же тихо, как когда-то они общались в потайной комнате библиотеки Поместья Соломона; так, будто одним только тоном голоса можно было избавить человека от всех его проблем. Джейк даже немного завидовал ему.       Он слабо постучал себя по виску.       — Наша связь. Людей много. Наверняка тебе сложно в таком количестве постоянно поддерживать только нас семерых.       — Я лучше стал ее контролировать с годами, — кивнул Хисын. — Но, да, я напрягаюсь немного больше в такой обстановке.       Джейк промычал какое-то согласие, и они снова погрузились в тишину. Тихо доносилась музыка из приоткрытых окон амфитеатра, Джейк мог разобрать разговоры студентов за углом. В голосах плескались чей-то смех и чье-то недовольство. Тихо пели ночные насекомые. Уже окончательно стемнело. Вдалеке, на стадионе, горели большие прожекторы, освещающие его ярко-белым, почти медицинским светом.       — Что тебе сказал Ыйджу? — спросил Хисын, наконец-то повернувшись к Джейку головой, а не просто искоса бросая на него взгляды.       — Он вспомнил одну вещь… На самом деле, не с этого нужно начать. Хен, — Джейк выпрямился, разворачиваясь так, чтобы оказаться полностью обернутым к Хисыну. Старший внимательно слушал. — Ты видел украшение Джино во снах? Золотистый топаз. Такой медальон вручали наследнику короны, просто у Джино его не забрали. Суха тоже получила золотистый топаз на свой день рождения. Проблема в том, что у Минджу точно такой же камень. Абсолютно. Ты ведь тоже его видел?       — Да, — Хисын слегка свел брови. — Я просто сомневался в том, что это тот самый. Но если и ты об этом говоришь…       Он умолк. Джейк продолжил:       — То, что сказал Ыйджу. Он напел песенку, которую мне пела моя бабушка, когда я жил в деревне Сонгори. Я пытался ее найти в сетях, но это было исключительно фольклором нашей деревушки. Мне кажется, эти два факта могут быть связаны. Ыйджу сказал, что и он, и Минджу знали мою бабушку, — голос Джейка упал. — Но мама говорила мне, что она умерла. Если бабушка знала больше, она могла быть той, кто отдал Минджу медальон. Я еще не знаю, как и зачем… Просто мне так кажется.       — Как зовут твою бабушку? — спокойно спросил Хисын, не сводя с Джейка взгляда.       — Волш… Сок Инген. Ыйджу сказал, она торговала сладостями, когда он был маленьким. Думаю, где-то рядом с местом, где он жил. Ты что-то знаешь, хен?       Но Хисын молчал. Он закусил губу, слегка отворачиваясь от Джейка, который смотрел на него с такой надеждой, которую не смог бы себе позволить ни с кем другим. У него блестели глаза, хотя плакать Джейк действительно не хотел и не собирался. Он просто надеялся, что молчание могло что-то значить.       — Я не уверен, — в конце концов признался Хисын. — Дай мне время, Джейк, и я скажу точно. Не хочу тебя обмануть.       — Хорошо, хен, — согласился Джейк. Ему стало капельку легче: Хисын что-то точно знал. Если не сейчас, то точно потом — он расскажет ему все. Джейк был готов ждать. Он неплохо научился ждать за все эти годы.       — Я обещаю.       — Прости? — Джейк думал, ему показалось. Рука Хисына, как всегда необычно теплая, накрыла его, лежащую на асфальте. Джейк боялся лишний раз вздохнуть. Хисын действительно к нему прикоснулся? Еще и вот так?       — Если она жива, мы найдем ее. И потому, что она твоя бабушка, и потому, что я верю твоему чутью.       Джейк улыбнулся и благодарно кивнул. Он боялся сделать лишнее движение и потерять внезапно появившееся вновь тепло; боялся слишком долго задерживать на Хисыне взгляд. Он слегка отвернулся, разглядывая цветущие в клумбах цветы. Крошечные лиловые цветочки слабо колыхались на ветру. Выше открывалось бескрайнее, цвета глубокого индиго небо, полное малышек-звездочек, рассматривающих с любопытством двух скрытых в тени вампиров. Небо прорезала маленькая золотистая вспышка.       — Хен! — воскликнул Джейк, отнимая руку и указывая ей в нужном направлении. — Падающая звезда! Видел? Только что! Очень красиво.       Хисын даже не посмотрел туда. Он и не пытался.       Пока Джейк подскочил, вытягивая шею, стараясь поймать взглядом еще одну, Хисын просто смотрел на него — с той самой тихой, почти потерянной улыбкой. Что-то в Джейке умело распутывало в нем старые узлы.       Оставить прошлое было слишком сложно, даже если так нужно. Оно жило в них обоих.