Милые, простые вещи

Он наткнулся на этот канал совершенно случайно, просматривая каналы кабельного телевидения. Канал был заграничным, все говорили на иностранном языке. Сначала он не был уверен, но, посмотрев еще несколько минут, понял, что это китайский язык. Он не знал, почему продолжал смотреть драму. Как и ожидалось, одиннадцать утра не были прайм-таймом*, и драмы, которые транслировались в это время, обычно представляли собой повторы или сериалы, ориентированные на домохозяек, которые были единственными людьми дома в этот час. Конечно, драма была дрянной и скучной, но он не знал, почему один из актеров второго плана, игравший второстепенную роль в актерском составе, привлек его внимание. Мальчик появился всего на несколько минут и произнес две жалкие реплики, но что-то в его игре привлекло внимание Дохуна и удержало его. Он был молод, примерно того же возраста, что и Дохун, но обладал безошибочным присутствием на экране, которое затмило всех на сцене. Он был фотогеничен и мил, что очевидно для ребенка-актера. Но самое поразительное было то, что было в его глазах — озорной блеск и огонь в них, что заставило Дохуна думать, что он страстно любит жизнь и веселится. Это было незабываемо. Хотя он случайно увидел эту драму только в тот день, когда остался дома из-за гриппа, на следующий день он попросил мать записать ее для него и покраснел от смущения, когда мать дразнила его по поводу того, что у него вкус аджуммы** в выборе драмы. Он посмотрел всю серию, пока ел послешкольный перекус, когда пришел домой, хотя мальчик снова появился всего на несколько минут. Ему был интересен сюжет драмы, роль, которую он играл. Постепенно он обнаружил, что увлекся этой банальной и избитой драмой, даже подсел на нее и приклеился к телевизору каждый день, как только приходил домой из школы. Он стал своего рода поклонником того ребенка-актера, узнавая о нем необходимую информацию из его профиля в Википедии, и преданно следил за его новыми проектами. Он был рад видеть, что с течением времени он больше снимался, казалось, что он получает более весомые и важные роли по мере того, как он формирует свой имидж и актерские навыки. Этот канал, который он никогда в жизни не посещал и на который случайно наткнулся, стал его любимым, и он, естественно, выучил несколько основных китайских фраз, часто слушая этот язык. Он наблюдал со смесью изумления и гордости, как мальчик, Хань Чжэнь, рос вместе с ним, а затем они вместе стали подростками. Однако Дохун иногда с легким негодованием думал, что половое созревание было добрее к Чжэню, чем к нему. В старшей школе он проводил большую часть уроков по естествознанию в 11 утра, спрятав планшет за учебником и выключив звук, поскольку он смотрел драмы в прямом эфире сразу после их выхода, будучи слишком нетерпеливым, чтобы дождаться возможности вернуться домой и посмотреть запись. Чжэнь уже давно продвинулся вперед и ушел от низкорейтинговых и бюджетных драм в 11 утра, но иногда все же появлялся в эпизодических ролях. Он был популярным актером-подростком, которого приглашали почти в каждую драму в своей стране, способным сыграть самые разные роли, универсальным, как хамелеон. В одном он был ботаником-одиночкой в ​​очках, с жирными и прямыми волосами, который весь день слушал хэви-метал и красил ногти в черный цвет, а в другом он был ярким солнечным мальчиком с плаката, превосходным сыном-спортсменом. Столь же компетентно он мог играть роли как в исторических драмах, так и в современных романтических комедиях. Все его выступления были мастерски вдохновены, а его присутствие на экране оставалось таким же гипнотическим и харизматичным, как и прежде. Даже больше. Он выступал среди громких, признанных звезд. Он добился этого, и ощущение, осознание того, что Дохун следил за ним с самого начала, преданно следовал его пути с самого начала, когда он был анонимным и неизвестным, было неописуемым. Это была своего рода вынужденная гордость, чувство убежденности и удовлетворения. Дохун всегда знал, что Чжэнь добьется успеха, и никогда не сомневался, что это только вопрос времени. И Чжэнь его не разочаровал. После окончания учебы он принял радикальное решение поступить в университет в Шанхае, хотя его результаты были настолько хороши, что он бы мог поступить в любое из престижных университетов, в которые хотел, от Гарварда до Йеля и Принстона. Через Хань Чжэня он невольно влюбился в культуру Китая, язык, страну и обычаи. Это определенно было не потому, что он хотел дышать тем же воздухом, что и Чжэнь, после стольких лет наблюдения за ним издалека. В конце концов, некоторое время назад Чжэнь вышел на международный уровень, открыв филиалы в Японии, Тайване и даже Корее. На данный момент он выпустил несколько успешных альбомов и отправился в свой первый тур по Азии, чтобы встретиться со своими поклонниками. Конечно же Дохун был одним из них. Он не может поверить, что прошло десять лет с того дня, когда ему было девять лет, и он мельком взглянул на канал, транслировавшем драму, в которой играл Хань Чжэнь, и начал по уши влюбляться в него. Это было такое долгое и невообразимое путешествие до этого времени, но каждое мгновение было вознаграждено. Ким Дохун задается вопросом, сложилась бы его жизнь по-другому, если бы он не был поклонником Хань Чжэня. Конечно же он знает ответ. Он не представляет, насколько менее ярким и захватывающим была бы его жизнь без Чжэня. Он просматривает все старые видеокассеты с самой первой драмой в 11 утра, которую записала для него его мать, каждый день добросовестно, вплоть до старшей школы, когда она начала использовать компакт-диски. Оборудование для воспроизведения видеокассет уже устарело, но он по-прежнему дорожит ими и отказывается их выбрасывать. Он упаковывает все громоздкие и пыльные кассеты в картонную коробку и запечатывает ее, чтобы взять с собой в Шанхай. Может быть, однажды он покажет Хань Чжэню эту коробку с пыльными воспоминаниями, если ему посчастливится встретиться с ним. Не потому, что он хочет привлечь его внимание или тронуть его сердце. Ну и не без этого желания конечно. Но главное потому, что Дохун хочет, чтобы Чжэнь знал, какой он бесценный и незаменимый человек, и как он вдохновляет людей со всего мира еще до того, как он стал достаточно взрослым, чтобы это понять. А прямо сейчас Дохун думает с довольной улыбкой и блаженным вздохом, снова устраиваясь в своем гнездышке обложек, чтобы посмотреть предстоящий драматический сериал, где Чжэнь играет студента, тоже отправляющегося в колледж, как и сам Дохун — Дохун будет просто находиться здесь, делая то, что делал всегда: тихо и преданно смотреть все дорамы Хань Чжэня и любить его с каждой из них чуть больше.