Помощь для ангела

      Это была глупая идея, очень, очень глупая. Она просто хотела одну минуту свободы и пространства — и она не думала, что закончит вот так, со сломанной ногой, оттаскивая себя от очередного, монстра который вынюхивал вокруг, как волк в поисках своей добычи... она спряталась где-то в заброшенном приюте.       Селина тихонько пискнула от страха, она закрыла рот рукой, чтобы не издать ни единого звука. Она действительно не думала, что эта разведка нанесёт ей вред за попытку побыть одной. Спрятавшись в шкафу в одной из заброшенных комнат заброшенного приюта, она не была ни в чем уверена.       Девушка тихо выдохнула, ей не нравились эти моменты, когда это вызывало у неё страх. Это место было воплощением ужаса. Она понимала это. Но все же она не знала, что делать сейчас. Сломанная нога все еще болела у нее. Уткнувшись лицом в колени, она тихо всхлипывала. Может быть, когда-нибудь это все закончится.       ДогДэй резко остановился у комнаты, в которой, как она думала, она успешно спряталась, и обернулся, услышав её плач. Выражение, которое он тогда носил, хотя и не было видно, было смесью беспокойства и вины. Он медленно вошел в комнату, закрыв дверь. Он подошел к шкафу и открыл его. — Ангел?..       Она всё ещё плакала, она чувствовала себя испуганным ребенком. Это было странное чувство. Теперь она знала, что он нашел её. Она почти чувствовала его взгляд на себе. Вместе с чувством страха она также чувствовала свою собственную вину. Она не должна была подвергать его чувству неизвестности. Все еще дрожа, она подняла голову, чтобы посмотреть на него. Она больше не пыталась убежать.       Он присел перед ней, выглядя весьма внушительно, но в то же время на удивление обеспокоенным. Резкая боль пронзила её ногу, и она вспомнила о своей ране. Она слегка вздрогнула, но это была единственная видимая реакция, которую она проявила, когда ДогДэй присел перед ней.       Однако беспокойство на его лице осталось. Затем, как только мог, он нежно поднял ее на руки, беспокойство теперь смешалось с чувством вины. Он нес ее на руках — чувство, которое она испытывала много раз с ним раньше.       Селина всхлипнула в последний раз, она уже устала от недавних слез и бега. Она чувствовала себя слишком уставшей. Ситуация была странной, несмотря ни на что. Она закрыла глаза, почти расслабив тело. Только сломанная нога все еще напоминала о себе импульсами боли. Уткнувшись лицом в его плечо, она почти задремала.       Звук её голоса, её рыдания и то, как она почти сразу успокоилась в его объятиях, заставили его пожалеть, что он так злился на неё. В конце концов, он не хотел, чтобы ей было больно, он просто не хотел, чтобы она уходила от него. Это было противоречивое чувство для него. Он отнес её в одну из старых больничных палат, в которой почти не было оборудования, и положил на кровать. Он старался не причинять ей больше боли, чем нужно, но это было неизбежно. Он нежно коснулся ее сломанной ноги.       ДогДэй боялся, что он не найдёт её. Или же найдёт её разорванный труп.       Селина слегка вздрогнула от прикосновения, она резко выдохнула, стараясь не закричать от боли. Сломанная нога пульсировала от нарастающей боли, она чувствовала, как по ней течет кровь. И она определенно не хотела думать о том, как ее ногу придется вправлять. Она чувствовала себя в безопасности рядом с ним, но в то же время это было удушающее чувство. Это было сложно. Она тихо пробормотала: — Больно...       Он ненавидел видеть её страдающей, ненавидел выражение страха на ее лице, которое она изо всех сил пыталась — и не смогла — скрыть от него. Но ему нужно было вправить сломанную кость, прежде чем она начала срастаться неправильно. ДогДэй ненавидел себя, но если ему придется причинить ей боль, чтобы она была в безопасности, он это сделает. — Я знаю, но мне нужно вправить кость, прежде чем она срастется неправильно.       Он достал металлический стержень, валявшийся рядом с кроватью, и прислонил его к её ноге. Процедура предстояла болезненная.       Селина боялась боли, она уже чувствовала ее раньше, но больше не хотела. Но у неё не было другого выбора. Слезы текли по её щекам. Она быстро кивнула ему. Все будет хорошо. У нее вообще нет выбора. Но ей придется это принять. Она начала глубоко вдыхать и выдыхать, стараясь сохранять спокойствие. С тихим всхлипом она взяла его лапу, сжав ее немного сильнее. Она не переставала смотреть на него.       ДогДэй увидел, как она схватила его за руку и сжала ее, и он нежно сжал ее в ответ, успокаивая. Он видел, как слезы текли по ее лицу, когда она кивнула ему, и он чувствовал, как ее дыхание стало прерывистым и неровным. Он почти слышал, как учащается ее сердцебиение и как она испугана. Он знал, что это причинит ей боль, но он должен был это сделать. — Готова?.. — спросил он, держа металлический стержень рядом с её ногой.       Селина пыталась успокоить сердцебиение, она чувствовала, как его сердце бешено колотится. Она тихо всхлипывала, пытаясь успокоиться. И каких только травм она раньше не получала. Но эта боль была очень сильной. И у неё не было обезболивающего, как раньше. Медленно дыша, она посмотрела на металлический стержень. Сглотнув, она почувствовала, что это неизбежно. Иначе будет хуже. Хрипло выдохнув, она пробормотала: — Да...       ДогДэй взял её за руку, пытаясь убедить её, что она не будет переживать эту боль в одиночку. Хотя он не собирался причинять ей еще больше вреда, он не мог отрицать укол вины, пронзивший его, когда он посмотрел на металлический инструмент, который должен был выровнять её кость. Он старался сохранять выражение лица как можно более мягким и успокаивающим, хотя и знал, что это будет чертовски больно. — Хорошо... Я буду нежен. Просто продолжай дышать. И не смотри на то, что я делаю.       Селина тихонько шмыгнула носом, ей было совсем неважно, что она не смотрит на это. Она быстро закрыла глаза, но все равно все чувствовала. От этого ее почти тошнило. Она сжала его лапу немного сильнее, ища в нем теперь опору. Все, что она могла сделать сейчас, это медленно дышать и просто ждать.       Он крепко держал её за руку, пытаясь хоть как-то ее утешить, пока она крепко закрывала глаза. ДогДэй чувствовал, как она сжимала его руку, и видел, как она искала в нем поддержки, зная, что для неё, прямо сейчас, он был ее единственным спасательным кругом в этой ситуации. Он сделал глубокий вдох, его собственное «несуществующее сердце» немного забилось, но ему нужно было быть спокойным и контролировать себя ради нее.       Со всей возможной нежностью он приложил металлический инструмент к ее травмированной ноге и начал медленно вправлять сломанную кость.       Селина знала, что будет больно, она знала это, но все равно боль переполняла его. Она плакала от этой невыносимой боли, она очень хотела от нее убежать. Но она была умной, она понимала, что должна это вытерпеть. Она тихонько скулила, стараясь не кричать. Это было очень тяжело. Она уткнулась лицом в подушку, пытаясь скрыть хотя бы свое заплаканное лицо.       Он ненавидел видеть, как она проходит через эту боль, ненавидел быть причиной этого. Он знал, что это было необходимо, но взгляд на ее лице, слезы, текущие по её щекам, и её крики... он ненавидел это.       Медленно, осторожно он переставил кость, насколько мог, удерживая инструмент на месте, пока он это делал. Затем, осторожно, он убрал инструмент, работа была сделана. Он посмотрел на её заплаканное лицо и на то, как она зарылась им в подушку, пытаясь скрыть слезы.       Селина плакала немного тише, она почувствовала небольшое облегчение от того, что эта болезненная процедура закончилась. Она сильно дрожала, чувствуя, что трясется из-за боли и шока, которые она испытала. Подушка была полностью мокрой из-за её слез. Теперь ее нога болела немного меньше.       ДогДэй отложил инструмент в сторону, взял её за плечи и осторожно приподнял её ровно настолько, чтобы отодвинуть подушку от её заплаканного лица. Он не мог не почувствовать укола вины, глядя на нее, видя, как сильно боль заставила её плакать.       Хотя боль в ее ноге теперь уменьшилась, он видел, что она все еще дрожит. Он нежно притянул её к себе на руки, усадил к себе на колени, пытаясь хоть как-то ее утешить.       Селина попыталась вытереть слезы, она неловко провела руками по лицу, пытаясь их вытереть. Слишком много подавляющих моментов на сегодняшний день. Она изможденно уткнулась лицом ему в грудь, пытаясь спрятаться в его объятиях. Ей было нужно это чувство тепла.       ДогДэй обнял ее, когда она уткнулась лицом ему в грудь, обеспечивая утешение, которое она искала, и тепло, которого она жаждала. Он нежно притянул её ближе, так что ее тело прижалось к его, и начал нежно гладить ее волосы. Он знал, что боль, которую она только что перенесла, была невыносимой, и он пытался предоставить ей безопасное место, чтобы найти убежище в нём.       Обнимая ее, он нежно говорил: — Теперь ты в безопасности, Ангел. Я тебя держу. Ты со мной...