Уроки насилия, добродетельность и любовь

— Или я что-то не то съел, и у меня галлюцинации… — Господин Наофуми, я вижу то же, что и вы! — поспешила заверить Рафталия. — Так-так-так… — теперь уже ухмыляясь, Иватани упёр руки в боки. — И что это у нас тут такое случилось? Лица Мотоясу и Малти перекосило от ярости. — Ты! Отброс! Не смей над нами смеяться! — беспомощно дрыгая ногами, воскликнул Герой Копья. — Да я пока и не начинал… — лыбясь, но действительно ещё не смеясь, заметил Щит, а вот Фило уже похихикивала. — Приказываю немедленно освободить нас! — сдув с лица упавшую прядь, гневно распорядилась принцесса. — Прямо-таки приказываешь? — вскинул брови Наофуми. — Да, приказываю! Величайшей милостью даже дам вам после убраться восвояси, не устраивая между тобой и Героем Копья очередного поединка. — Ваша милость просто безгранична! — с деланным изумлением воскликнул Иватани. — Конечно, ведь она — благородная принцесса! — совершенно искренне пояснил Мотоясу. — Да-а-а… — только и протянул Щит. На лугу шумно паслось стадо филориалов, а Герой Копья и принцесса Мелромарка, как можно было догадаться, чем-то им помешали. Потому и дрыгали беспомощно ногами, прижатые толстым деревом. Малти только и делала, что пыталась выдернуть вторую руку, даже не в силах сотворить магию. — И что бы мне с вами такое-этакое сделать-то… — Наофуми, давно мечтавший о чём-то подобном, действительно растерялся, нежданно-негаданно получив такой подарок. — Не смей! — ещё усерднее задрыгала ногами и рукой Малти. — Иначе тебе потом… — Что мне потом? Запретят во дворце появляться? Спасибо, я туда и сам ни ногой. Вы мне уж всё, что могли, перекрыли. Так что угрожать нечем. — Отец от тебя мокрого места не оставит! — Хо-хо, будет весело посмотреть на его старания. Только если сделаю твоему папе бо-бо, чур не возникать! — Ах ты… — в бессильной злобе сцепили зубы и принцесса, и Герой Копья. — О, придумал! — с таким видом, словно его постигло откровение, поднял палец Наофуми, ухмыляясь одной из своих самых зловредных ухмылок. — Дорогая Малти, а не сделать ли мне с вашей дражайшей особой то, что вы мне, было дело, в вину вменили… Не переставая ухмыляться, он зашёл принцессе за спину и демонстративно громко щёлкнул застёжкой ремня. — Эй! — Малти отчаянно задёргалась. — Не вздумай! — Ах ты, мерзкий выродок! — Мотоясу дрыгал не только конечностями, но и головой. — Я тебе твои причиндалы откромсаю… — Давай-давай, только вылези сначала оттуда… — Господин Наофуми! — обеспокоенно воскликнула Рафталия. — Что это вы делать собрались? — Как что? Вставлять справедливость и выплёскивать агрессию… — Нет, господин! Не надо! — Рафталия сделала движение, будто собиралась броситься к Щиту и всеми силами удерживать его от негероического намерения. — Да ладно тебе, Рафталия. Ничего страшного не будет. Я почему-то уверен, что этой суке даже понравится, — он легонько пихнул Малти носком в зад. — Я очень постараюсь быть как можно жёстче… да, тебе, небось, нравится пожёстче? — Отброс! Ничтожество! Ублюдок! — плюясь, завопила принцесса. — Некультурно как выражаетесь… — продолжая неторопливо расстёгивать штаны, покачал головой Иватани. — Нет, господин! Прошу вас! Не надо! — Рафталия сделала несколько шагов вперёд. — Да что не так-то? — вопросил озадаченный Щит, замерев с уже слегка приспущенными штанами. — Если вы это сделаете, то оправдаете все мерзкие слухи о вас! — Ну и замечательно. Не так обидно будет. — Нет, господин, вы выше этого! — А вот и не выше… — А я говорю, выше! — А я говорю, нет! — А я говорю, да! — Что такое происходит? — Фило кидала озадаченный взгляд между хозяином и «сестрёнкой». — Кто выше чего? — Наш хозяин, Фило, собрался принцессу, стыдно сказать, изнасиловать! — Ну что ты, при ребёнке-то! — с укором заметил Иватани. — Значит, штаны при ребёнке спускать можно! — гневно упёрла руки в бока тануки. Наофуми развёл руками, не зная, что ответить. — А что такое насиловать? — с горящими глазами спросила Фило. — А это… ну… — Рафталия почесала затылок, не зная, что сказать. — А мне можно? Я тоже хочу! — подпрыгнула филориал. — Хочешь что?! — воззрились на неё одновременно Щит и мечница. — Насиловать! Раз хозяин хочет насиловать злую принцессу, то я буду насиловать дурачка с копьём! — Ну… а знаешь, валяй, — посмеиваясь, разрешил Наофуми. Ему просто было интересно посмотреть на то, что сейчас будет. Фило с готовностью превратилась в свою истинную форму, зашла к Мотоясу со спины, подняла лапу и засадила ему в то самое место, в которое била его при каждой встрече. Поскольку Китамура, по понятным причинам, не смог отлететь, Фило принялась методично наносить удар за ударом. — Фило, хватит! — прижала руки ко рту Рафталия. — Что ты себе позволяешь?! — задрыгалась Малти. — У него же стоять перестанет! Поимейте совесть! — Уже поимел, а сейчас поимею тебя… — наклонился к ней сзади Иватани. — Это так весело! — продолжала наносить всё новые и новые удары Фило. — Мне так нравится насиловать! — А-А-А-А-А, ХВАТИТ!!! — схватившись за голову, проорала Рафталия так, что все замерли. — Что вы тут устроили? Господин Наофуми, вы подаёте дурной пример! — Ну так я же злодей… — развёл руками Щит. — Никакой вы не злодей! Хватит строить из себя того, кем не являетесь! — Злодей! Ублюдок! Мразь! — неистово дёргалась Малти с перекошенным злобой лицом. — Да ты-то заткнись! — гневно стрельнула в неё глазами девушка-енот. — Это ты — злодейка и мразь, а господин добрый, замечательный, хороший человек, но посмотрите, что вы с ним сделали, что он теперь даже насиловать готов! Господин, отойдите от неё! Господин, ФУ! — Рафталия погрозила обескураженному Наофуми пальцем. — Что ты такая взвинченная! — удивился Щит. — Вам, в конце концов, не противно? Она же… она же… она же подлое, мерзкое, гнусное, отвратительное создание… — Эй! — возмутилась Малти, но сникла под вновь обрушившимся на неё гневным взглядом красноватых глаз. — Ну и что? Это не мешает мне её трахнуть… — фыркнул Наофуми в ответ на доводы. — В конце концов, это измена! — Какая измена? Кому измена! — Вот вы… твердолобый! — в ярости Рафталия топнула ногой, отчего земля слегка содрогнулась. — Это мне измена! Мне вы сейчас собираетесь изменить! — Что значит… погоди… какого… — Да, знаю, я ещё девчонка, у принцессы и опыт наверняка есть, и сиськи больше… но дело же не в сиськах! Не в сиськах! — А в чём? — А то вы сами не понимаете! — В жопе? — предположил Наофуми. Рафталия только издала яростный протяжный рык. — Чёрт побери… Наофуми… даже я понимаю, о чём она… — морщась от боли и тяжело дыша, просипел Мотоясу. — Вот тебя не спрашивали! — Сестрёнка-соперница имеет ввиду, что она в вас влюблена и хочет замуж! — пояснила Фило. — Но вообще-то за вас выйду я, и снесу от вас много прелестных птенчиков… — Тьфу ты… — невольно скривился Наофуми. — Ещё чего! — гневно пошевелила ушами Рафталия. — Ты ребёнок ещё, а я уже вполне сформировавшаяся… посмотрите, посмотрите, господин… — она расстегнула верхние пуговицы, обнажив клеймо раба и ложбинку между грудей. — Возбуждает?.. — Нечестно, сверкать перед хозяином своими прелестями! — возмутилась Фило. — У тебя-то никаких прелестей нет, так что молчи… — А вот и есть! Хозяин, вам нравятся мои крылышки? Нравятся? Смотрите, какие беленькие… пушистые, мягкие… хотите потрогать?.. — Я, я хочу потрогать… иди сюда, ангелочек… — чуть не плакал Герой Копья, несмотря на недавно полученный урон от «изнасилования». — Тебе не дам! — резко ответила ему Фило. — Тебе только между ног дам… — Это всё Наофуми дурно на тебя влияет… но ничего, однажды я обязательно тебя освобожу… — Так, вы меня отвлекли! — хлопнул в ладоши Иватани. — Я тут, вообще-то, занят… — он прихватил край штанов, намереваясь таки спустить их. — Господин, я вам запрещаю! — хвост Рафталии неистово метался из стороны в сторону. — Да будет тебе… — Если вы это сделаете, я месяц не буду с вами разговаривать! И можете даже не мечтать, что я вам когда-нибудь покажу свои прелести… — Сестрёнка перестанет быть моим конкурентом… — вполголоса заметила Фило и ангельски потёрла ручки. — Ой, ну ладно, а что ты предлагаешь? — Я? — удивилась енотиха. — Ну да. Самую лучшую меру наказания, которую я придумал, ты забраковала. Значит, давай, сыпь идеями. — Ну… — Рафталия задумалась. — Ну, мы можем помочь им выбраться, и… и… всё. — Всё? — Ну да. — Так, я её всё-таки трахну… — Хозяин, я тоже против! — вдруг вскинулась Фило. — Раз сестрёнка так ревнует вас к гадкой принцессе, то и я тоже буду вас к ней ревновать! — Сама ты гадкая, курица! — яростно бросила Малти. — Курица? — глаза Фило сузились. — Хочешь, как этот дурень, между ног получить? — под испуганным взглядом принцессы она обратилась в свою истинную форму. — Наофуми, чёрт тебя побери, если ты защитишь меня от этой твари и освободишь, я, так и быть, награжу тебя! — заволновалась Мерломарк. — Наградишь? И чем же? — Я… я тебе заплачу… немного! — Нет уж, пусть лучше Фило даст тебе между ног. — Изверги! — воскликнул Китамура. — Не отсвечивай, а то добавки получишь, — пригрозил ему Наофуми. — Правильно, я лучше сама изнасилую принцессу! — обрадовалась Фило, запрыгнула Малти за спину и начала наносить ей серию ударов в промежность так же, как Мотоясу до этого. — Она бьёт принцессу, но больно всё равно мне… — заплакал Герой Копья. — Жестокостью ничего не решишь! — беспокойно теребила пальцы Рафталия, которой всё происходящее совсем не нравилось. — Наоборот, ею можно решить очень многое! — не согласился Щит. — Насиловать принцессу даже веселее, чем дурака! — Фило аж зажмурилась от удовольствия. — Так её, так… — подбадривал Наофуми. — Господин, если прекратите всё это, я отдамся вам этой же ночью! — умоляюще обратилась к Щиту тануки. — Прошу, хватит уже… В уголках её глаз начали скапливаться слёзы, и Наофуми решил таки прекратить экзекуцию. — Ладно, Фило, хватит… Разочарованная филориал перестала. — Вы… за… отв… — обессиленно пробормотала Малти, после чего потеряла сознание. — Ладно-ладно, прекратил. Довольна? — спросил Наофуми у Рафталии. — Была бы довольнее, если бы вы вообще этого не делали! — Эй-эй, хозяин перестал насиловать, потому что сестрёнка пообещала ему отдаться. Нечестно! — сообразив, что к чему, обратившаяся в свою человеческую форму Фило обвиняюще показала пальцем сперва на Наофуми, потом на Рафталию. — Да успокойся ты, никто никому отдаваться не собирается… — ответил Иватани. — Не верю! Теперь вы всё время будете у меня на виду, чтобы сестрёнка вам не отдалась! — Фило подбежала и прижалась к бедру Щита. — Я лучше сама вам отдамся! — Фило, ну ты-то куда… — Когда заснёшь, я всё равно ему отдамся! — с превосходством заявила Рафталия. — Тогда я не буду спать! — Ты не выдержишь. — Выдержу! — Не-а. Фило покраснела, надулась и показала «сестрёнке» язык. — Слушайте, вы долго собираетесь ерундой страдать? — спросил обеих Иватани. — Сорвали мне праведную месть, ругаетесь чего-то теперь… Вы обе мелюзга ещё, кому вы отдаваться собрались? — Я не мелюзга! — яростно сжала кулаки тануки. — Я взрослая! — Может, ты и выросла телом, но умом-то — нет! — А вы и взрослый всё равно глупый! — Так, что тут за бунт вообще? Подростковый, так сказать… — Я не подросток, я взрослая! — И я! — воскликнула Фило. — А ты — дитё! — возразила ей Рафталия. — Тогда ты тоже! — Нет, я взрослая, посмотри, у тебя таких нет! — Рафталия взяла себя за груди и слегка помяла, поперекатывала. — А у тебя таких нет! — Фило потеребила свои крылышки. — ДА ВСЁ, ЗАДОЛБАЛИ!!! — вскричал Наофуми так, что филориалы на лугу обеспокоенно заквохтали. — А ну быстро в повозку! Только зря время потеряли… — А их так и оставим? — Рафталия показала рукой на по-прежнему зажатых в ловушке Мотоясу и Малти. — Да пошли они… — отмахнулся Щит. — Хоть какая-то отдушина. Всё ещё переругиваясь, вся их компания продолжила свой путь, а Мотоясу орал им вслед проклятия, перемежаемые мольбами не бросать его с принцессой в таком беспомощном и позорном положении. Ночью Наофуми так и не позволил ни Рафталии, ни Фило отдаться ему, хотя обе очень хотели.