Система Кармы: Последняя Реинкарнация

Зеленый чай лился из чайника с легкой руки Кохару Утатане, одной из четырех старейшин Конохагакуре. Она разлила чай в порядке старшинства, сначала Хирузену, затем Данзо, затем старейшине Митокадо Хомуре, не то что бы он был главнее ее, ведь что она, что он были советниками хокаге и старейшинами деревни, но она была женщиной, а в этом мире место женщины всегда ниже чем у мужчины. Так Кохару воспитывали с детства и она не видела ничего зазорного в том, чтобы прислуживать своим товарищам. — Ситуация с кланом Учиха приближается к точке кипения, Хирузен, — взял слово Данзо, — Восстание неминуемо. — А что Итачи? — спросил Хомура, — Разве он не должен был стать связующим звеном между кланом Учиха и деревней? — Итачи верен деревне, и я уверен в том, что в случае кризиса, он выполнит свою миссию, — ответил шеф АНБУ. — Быть может не все потеряно, возможно ему удастся вразумить своего отца, — сказала Кохару. — Исключено. Радикалы скорее убьют и Итачи и Фугаку, чем смирятся со своим положением. Фугаку оказался здесь между молотом и наковальней. — В положении в которое мы их и загнали. Я же говорил тебе, Данзо, что Учиха не потерпят сокращение бюджета военной полиции, — взял слово Хирузен, попыхивая ароматным табачным дымом из трубки. — Тобирама-сенсей был прав. Проклятие ненависти всегда отравляло их клан. Мы должны были научить их смирению, пока не стало слишком поздно, — заключил Данзо. — Если бы только Шисуи был жив. Возможно тогда, мы бы избежали окончательного решения, — добавил Хомура. — Но Шисуи мертв, совершил суицид. Оказавшись между верностью деревне и клану, он предпочел не выбирать, — сказала Кохару. — Хватит об Учихах. План был утвержден и мы не можем отступаться от него. Итачи уничтожит радикалов и предотвратит гражданскую войну, — заключил хокаге, затянувшись табачком. Кохару вновь услужливо разлила чай по чашкам. — Тогда давай обсудим новое поколение, — снова взял инициативу Шимура Данзо. — Ты о талантливом сироте, что блистает в тайдзюцу и в техниках суйтона? — Отдай его мне в корень, Хирузен. — Исключено. У детей должно быть детство. Об этом мечтал Хаширама-сама и Тобирама-сенсей. Слишком многие мечты мы уже принесли в жертву холодному прагматизму. — Этот, с вашего хокаге-сама, позволения, ребенок обладает на редкость взрослым разумом, — начал Данзо, — В былые времена, он бы еще год назад выпустился из академии и уже бы принимал участие в экзамене на звание чунина. — Эхо войны уже совсем заглохло. Пусть мальчик не рискует собой, в конце-концов такие таланты слишком редки, чтобы ими разбрасываться. Ками послали нам второго Итачи, пусть и не такого могучего, но все-таки многообещающего, — сказала Кохару. — Даже лучше, в отличии от Итачи, он не привязан к клану. Да, он честолюбив и амбициозен. Но, разрази меня гром, разве мы не были такими же, когда были молодыми? — сказал Хомура. — Действительно. Рю талантливый ниндзя, — прервав диалог Хирузен, выпустив дым из легких, — Его потенциал в тайдзюцу сравним лишь с Майто Гаем, которого он почитает за кумира, а его владение суйтоном, столь редким элементом в нашей деревне, выше всяких похвал. Однако, я вынужден отказать ему в просьбе досрочного выпуска. — Но почему? — спросил Хомура. — Рю еще не готов к тому чтобы стать ниндзя. И не потому что у него нет таланта, наоборот, если он так блистает в таком юном возрасте, у него есть потенциал не хуже чем у Хатаке Какаши или Учиха Итачи. Дело в том, что я сомневаюсь в его преданности деревне. Он стремится лишь к силе, любой ценой. — Ты все еще боишься, что у нас появится второй Орочимару. Но Рю не он. Тебе не стоит беспокоится об этом, — ответил Данзо, — Предоставь его мне. Я выкую из Рю верное орудие Конохи. — Но где гарантии, Данзо? — прищурился Хирузен. — Он еще совсем молод. У меня достаточно опыта, чтобы выковать из стального слитка верный кунай. Хирузен окинул взглядом комнату. Что его друзья по команде, что его заклятый друг Данзо были за то, чтобы передать мальчика в корень, где из него особыми методами выкуют послушное орудие. Но какая-то часть хокаге сопротивлялась этому решению, а вдруг он станет слишком сильным и независимым? Рю был очень похож на его любимого ученика, способного и умного Орочимару, который был крайним индивидуалистом и плевать хотел на волю огня. Но все-таки он решил довериться своим близким. — Даю тебе добро, Данзо, забирай.

***

Секретная тренировочная база АНБУ находилась за пределами деревни, под землей. Уже там, меня доставили к Шимуре Данзо. Когда с меня сняли повязку, я встал на одно колено перед новым шефом, как подобает по этикету. — АНБУ это элита среди шиноби деревни. А сегодня, ты, Рю, станешь не просто ее частью, а членом особого подразделения, ты станешь элитой элит, частью подразделения Корень АНБУ. В Корне, у вас нет имени, у вас нет прошлого, у вас нет будущего, есть только миссия. И ты, один из избранных, что способен выполнить миссию несмотря ни на что, любыми возможными средствами, во благо нашей родины. Я стоял на одном колене и мысленно фильтровал то, что мне втирал этот кгбшник. Срать я хотел на корень, на АНБУ, и на деревню, меня интересует только сила. Но палиться было нельзя. — Какие будут указания, Данзо-сама? — Подойди. Я встал и подошел к нему. — Высунь язык. Я подчинился. А тот рукой прикоснулся к моему языку. Я почувствовал, легкой болью, как чужая чакра закреплялась в мягких тканях языка. — Это проклятая печать. Если ты решишь разгласить секретную информацию, что будет тебе предоставлена, твое тело будет полностью парализовано. Ты не сможешь пошевелить даже глазными яблоками. Запомни, если предашь меня или деревню, умрешь. Вот же! Ну как его описать! Ну гад. С одной стороны понятно, почему он поставил печать - чтобы сокрыть секретную информацию. Но, блядь, какое же это омерзительное чувство! Будто ярмо на шею надели! Я молча кивнул ему. — Забудь кем ты был до сих пор, и как тебя звали. Разглашать это — секрет, — в этот момент в мой язык будто воткнулась иголка, — Теперь твое имя Кайто и ты официально член корня АНБУ. Так как ты еще слишком зеленый для серьезных миссий, ты пройдешь дополнительное обучение. Кайто? Это означало что-то вроде морской борец, или воин моря или как-то так. Я молчал, не зная что ему сказать. Что ж, по крайней мере конспирация здесь на высшем уровне. — Теперь, иди за Киное. Он покажет тебе твою комнату. У тебя будет товарищ. Вы будете учиться всему вместе. Свободен. Ха, как только я стал его подчиненным, сразу поменялось отношение, будто я его раб, а так сладко пел, когда меня в АНБУ зазывал. Поздно уже было что-то менять, я пошел сюда сознательно, и я проследовал за этим ниндзя. Киное, он же, судя по оценке Ямато, завел меня в комнату. — Здесь ты будешь жить до конца твоего обучения, — сказал шиноби и свалил шуншином. Это была спаренная комната со спартанской обстановкой. Два шкафа и две кровати, сверху лампочка. Удобства были в коридоре. На одной из кроватей сидел очень бледный мальчуган с черными волосами, типичный азиат, и читал книгу. — Эй, как тебя зовут? — Сай. — Р., — чуть не назвавшись Рю, сказал я, — Кайто. Меня зовут Кайто. Будем знакомы. — Очень приятно, — фальшиво улыбнулся мальчик. — Кажется я тебя где-то видел. — Мы с тобой вместе были в приюте, Кайто. — Точно. Странно, что ты не поступил в академию. Неужели тебя сразу взяли в АНБУ? — Можно и так сказать. На этом диалог закончился. Этот парнишка был очень молчаливым. — Что читаешь? — Пособие по ядам. Секретная методичка АНБУ. Опять молчанка. Я таких интровертов еще не встречал. Тот же Саске хоть был не из говорливых, но по его лицу было видно, что внутри кипел океан эмоций, а этого нет. Я применил оценку. Имя: Сай Уровень: 5 Чакра: 3700 Контроль: 71% Стихии: Земля, Огонь. Уровень сложности: Тривиальный. Ничего особенного. Этот паренек был моего возраста, и судя по воспоминаниям мы были в одном приюте, но его забрали в раннем возрасте. Единственное чем он был интересен, это тем, что владел двумя стихиями. Но на каком уровне? Явно не высоким, хотя как знать, если он уже три или четыре года учится у элитных ниндзя корня. Самое необычное было его имя. Вот как система его вычисляла? Если у Киное высвечивалось имя Тензо, а в АНБУ всем давали новое имя, то почему он был Сай? Неужели система показывает то имя, которым человек сам себя называет? Это многое бы рассказало о Сае. Ведь получается, что он отринул свое настоящее имя ради имени, что ему выдал Данзо. Надо быть с ним поосторожнее. Я завалился на кровать. И на что же я подписался в погоне за наградой? Особый отряд АНБУ корень. В чем будет моя роль в этой организации? Я был без понятия, пока что мне нужно меньше говорить и больше слушать. А пока что, я решил открыть необычный пак. Надеюсь, мне выпадет квестовый свиток! Там можно и прокачаться и эмблем нафармить. И вот гача закрутилась и выдала мне призы: 1) Зеленый костюм «Сила Юности» — ускоряет физическое развитие на десять процентов. 2) Чернобыльский артефакт «Морской Еж» — поглощает радиацию в пределах двух метров. 3) Светлый Рёв — двуручный меч из валирийской стали, фамильный меч семьи Ланнистеров из Утеса Кастерли 4) Комплект ведьмачьих бомб «Чёртов гриб» — При взрыве вокруг персонажа образуется ядовитое облако, отравляющее противников. 6 шт. 5) Поводья белого жеребца из Штормграда — Призывает и освобождает ездового белого жеребца. Жаль конечно, что не выпал свиток. Но меня заинтересовало вот что. Все эти предметы, кроме костюма силы юности как у Майто Гая, были из разных игр или книг. Морской Еж это точно из сталкера, светлый рев это из игры престолов, поводья из варкрафта, а комплект бомб из ведьмака. Неужели эти миры действительно существуют? Или система просто издевается надо мной генерируя предметы из разных миров, ведь, как говорил гриб, все мои мечты будут исполнены. Не то, чтобы я мечтал о том, чтобы оказаться здесь, но вдруг это намек? Быть может каким-то образом, система откроет мне возможность путешествовать в иные миры? Это было бы очень кстати, я бы попав в мир сталкера, первым же делом свалил бы из зоны, и жил бы себе спокойно, где-нибудь… Ну не знаю, на Филиппинах я уже жил, в Тайланде, ОАЭ и США тоже, ну допустим в Кыргызстане каком-нибудь осяду, там в Каракольской долине красиво как в фильме Властелин Колец, и точно не будет ни войн ни землетрясений, ну я надеюсь. Или вовсе загендзючил бы какого-нибудь миллиардера, чтобы он меня усыновил, а потом его наследники куда-то бы делись… Хотя нет, лучше просто пару миллионов отжать, и никого не убивать. Вот только была одна проблема, о которой я только что задумался. А что потом? Я ведь смертен. У шиноби срок жизни не превышает человеческий, а для меня смерть это конец, абсолютный конец. Если обычный человек пойдет на перерождение, то моя душа будет уничтожена. Больше шансов у меня не будет. Мне необходимо найти способ обрести бессмертие, или хотя бы продлить свою жизнь. Вроде бы в мире ведьмака, который я помню по книгам, были особые зелья продлевающие жизнь и молодость, той же Йеннифер было под сотню лет, а она выглядела на двадцать пять, в книгах и играх конечно, не дай бог в сериал от нетфликс попасть. Еще было бы круто попасть в мир Дюны, ведь там есть спайс, который тоже продлевает жизнь. Надеюсь, что текущий мир не какое-то произведение, а то перейдешь дорогу главному герою и все! Шансы вряд ли будут в мою пользу. Предметы конечно были в целом бесполезны, но пока что распылять я их не стал. Мне это принесет 25-50 эмблем, в то время как необычный пак стоит 100, а так, вдруг пригодятся. Разве что ядовитые бомбы и меч выглядели многообещающе. Валирийская сталь вроде как настолько крепка, что с ее помощью можно обычную разрубать, но пока для меня великоват, нет конечно орудовать я им смогу не то что одной рукой, а даже пальцем, но все равно будет неудобно. Костюмчик как у Майто Гая тоже был крутой вещицей, но пока что для меня бесполезной, ведь увидев меня в нем, сразу возникнут неудобные вопросы, а я не хочу неудобных вопросов от людей вроде Данзо, после которых хоть трава не расти.

***

АНБУ, эта аббревиатура имела значение темная сторона, а полностью расшифровывалась как тактическая команда ликвидации. Корень же, официально это секретное подразделение, которое подчинено главе АНБУ — Шимуре Данзо. Мы своего рода его личная охрана и элита среди элиты, которые тайно проводят специальные операции в обстановке строжайшей секретности, более строгой чем обычные АНБУ. Мы те, кто хранит деревню из тени. Так нам говорили на занятиях. А занятий у нас было очень много, академия и близко не стояла ни по нагрузке ни по жесткости. Нас обучали ограниченному числу дисциплин, но очень глубоко и жестко. Тайдзюцу. Не такое как в академии. Нас учили по-грязному играть, прилепляя в бою взрывную печать к телу противника, обманывая с помощью клонов и хенге. Конечно вместо взрывных печатей была тренировочные печать, выпускавшая лишь дым, но в реальном бою получивший такой подарок был бы мертв. А еще мы изучали анатомию человека, и куда можно ударить чтобы нанести максимальную боль и ущерб. Ударом колена в солнечное сплетение, можно или сломав ребра убить человека, вогнав осколки ему в сердце, или как минимум нарушить ритм биения сердца, остановив его. Или например ударом в сонную артерию вызвать инсульт и смерть. Если хочешь с гарантией убить человека — бей в шею. В общем, мы учились не бить, а убивать. Кендзюцу. Мастерство владения клинками. Нам с Саем выдали по стальному танто, короткому мечу без гарды. Каждый наш с Саем спарринг был до первой крови. Буквально, до первой крови. Нам было запрещено покидать круг, под страхом какого-то сурового наказания, пока кто-то из нас не получит хотя бы царапину. Конечно, полученные ушибы, порезы и раны быстро залечивали ниндзя-медики. Надо ли говорить, что мой бедный сосед натерпелся от меня, ведь я был значительно сильнее? Но однажды, он сумел порезать меня, когда я расслабился, причем прямо по лицу. Рана быстро закрылась благодаря регенерации. Наш инструктор заметил это и думаю, что доложил Данзо. Меня подвергли индивидуальной тренировке со здоровенным шиноби по кличке Цучиното, который орудовал двуручной дайкатаной, под наблюдением Данзо. Что характерно, у него в системе отображалось только одно имя, а это могло значить, что он полностью промыт корнем и безоговорочно верен Данзо. [Квест: Генин против Джонина] Условия: Победить Цучиното, не используя стихийные техники. Сложность: Необычный. Штраф за провал/отказ: нет. Награда: 10000 кармы. Принять? Да/Нет. Конечно принять. Бугай был крайне силен физически и умел, играючи выбил мой танто из рук. Оставшись без оружия, я едва успевал уклоняться от него. Взмахи клинка наносили мне раны и порезы, но Данзо приказал продолжать. Если что подлечим. Это было терпимо, мое тело стало с новым талантом гораздо устойчивее к боли. Я контратаковал тайдзюцу. Он был чертовски крепок, судя по оценке джонин 25 уровня. А затем его клинок пронзил мой живот выйдя из спины. Кровь, моя кровь, брызнула на пол. Серьезная рана, без иреньнина очень тяжелая и потенциально смертельная. — ХА-ХА-ХА-ХА! — смеялся я в лицо здоровяку. Я взялся руками за острый клинок, не давая ему вытащить его из моих кишок, всадил его поглубже, чтобы он увяз во мне. Какая же боль, но я привык. Сила юности помогала превозмочь любую боль! — ТАКИХ КАК Я ТЫ ЕЩЕ НЕ ВИДАЛ? ТАКИХ КАК Я НЕ ВИДАЛ, СУКА? — кричал я ему, смакуя кровь во рту. А затем сложил печати. Техника теневого клонирования! Я создал два теневых клона. Они ринулись в атаку. Один из них в прыжке ударил Цучиното в лицо ногой. Он выпустил дайкатану из рук и пока тот махался с клонами, я с рыком и стонами вытащил меч из моего тела. Как же это, сука, больно! Техника клеточного восстановления заживила мою рану в животе и порезы на пальцах меньше чем за секунду. Я отбросил дайкатану в сторону и подхватил свое танто. Под тяжелыми ударами джонина развеялся один клон, а затем второй. Но было уже поздно. Удар моей ноги, которой я дробил камни, пришелся ему как раз в подбородок. Он упал, а я приставил клинок к его яйцам. — Дернешься, отрежу. Сдавайся. — Довольно! — воскликнул Данзо, — Кайто, я вижу что не ошибся в тебе. Твоя регенерация сравнима лишь с самим Хаширамой! Квест завершен! Награда: 10000 кармы. Скрытое проникновение. Нас учили пользоваться макияжем и прочей маскировке без чакры, углубляли наше понимание хенге, учили врать и контролировать эмоции, а так же переносить пытки. Сначала нас посадили в земляную яму, где и я и Сай, провели в одиночестве, без еды, воды и света на три дня. Ну по крайней мере, бедняжка Сай. У него же не было инвентаря, где можно спрятать еду и воду. А шиноби, спешу заметить ели гораздо больше, чем обычный человек. Мне же было просто некомфортно. Ебучее АНБУ, я конечно понимаю, что шиноби должен стойко переносить пытки, но это мерзкое чувство, когда тебя заставляют терпеть лишения против твоей воли… А вот затем пришел черед, как я понял, психологических пыток. Потому что нам сказали, что, кто первый отпустит тяжеленую балку, которую мы должны были носить на своих плечах, тот получит неделю в яме, а еще их будут избивать каждый день. Я-то был силен, и мне после тренировок в стиле силы юности, совершенно не тяжело было ходить по кругу с этой балкой, я мог бы делать это целый день и не особо устать, а вот Сай явно страдал, у восьмилетнего мальчика тряслись колени, а со лба выступал пот. — Сай, бросай балку — Нет! — Бросай кому говорю. — Я не хочу, чтобы ты страдал! — Бросай, кому говорю! Я многократно сильнее тебя! Ничего с тобой не случиться! — Нет! Я вытерплю! — крикнул мальчик. Вот же ублюдки эти шиноби! Подвергать таким пыткам детей! Ну и что, что это тренировка? Сай же меня начал считать своим другом, ведь кроме меня он ни с кем не общался. Нет, я конечно понимаю, что шиноби должен терпеть пытки и скорее умереть, чем выдать информацию, но это какой-то кошмар. Я подбежал и выбил ногой балку у него с плеч. Потрясенный Сай смотрел на меня со слезами. Ему тяжело далось упражнение с ямой, после чего он несколько дней ходил как пришибленный. Если бы не мои слова поддержки, кто знает сколько бы он отходил от него. В следующий момент, Сая прижал к земле Цучиното, заломив ему руку за спиной, и упершись в позвоночник коленом. Я хотел броситься ему на помощь и уже приготовился зарядить усиленный удар в голову бугая. — Будешь сопротивляется, убьем, и тебя и твоего товарища — сказал мне Абураме. На глазах у Сая, меня начали избивать двое шиноби корня. Я знал их, благодаря оценке. Фу из клана Яманака. Торуне из клана Абураме. А я мог лишь терпеть, концентрируя чакру в разных местах. Вот только когда противников много, ты можешь и не успеть смягчить удар, вот тогда было больно, очень больно. У джонинов удар тяжелый. — Довольно, — командовал Данзо. Я был совершенно разбит. Гематома под левым глазом закрывала мне обзор. Спина превратилась в один большой синяк. Правая коленка была снесена и наверное сломана. Во рту был привкус крови, у меня выбыли пару зубов. И здесь, я не выдержал. Я никому не позволю себя избивать. Техника клеточной регенерации! Гематомы, переломы и синяки исчезли будто их не было. Злоба застилала мои глаза. Я сорвался и бросился как бешенный зверь, ударил на огромной скорости, напитав ногу чакрой, Яманаку в челюсть, отправив его в полет. Затем отскочил, перекатившись рамдатом. Яманака мне казался очень опасным противником, ведь он может перехватить контроль над телом и тогда все, финиш. Техника тумана! Тренировочной полигон был накрыт плотной завесой из моей чакры, давая мне преимущество. Я бросился вперед, начав охоту за Абураме. Он был гораздо опытнее меня, легко уходя от моих атак, уклонением или шуншином. Ударив его пару раз, я ушел в невидимость и создал десяток водных клонов и парочку теневых. Суйтон: Водная пушка! Суйтон: Водные пули! Пока мои клоны отвлекали его внимание на себя, атакуя из тумана, я ударил его водной пушкой. Он уклонился, но это было ловушкой, водные пули моих клонов, сжатой до твердости металла, попали в него, раня его в ногу и в живот. Да у него точно будет раздроблена кость. Тем временем, очухался Яманака, я почувствовав движение в тумане, и желание меня убить, мы шиноби называем это яки, ведь чакра еще содержит в себе эмоциональный заряд пользователя, применил технику водного дракона. Если бы он не заблокировал его техникой земляной стены, то наверное я бы его убил, ведь моя вода пробила стену и опрокинула его. Я уже собирался прыгнуть вперед, чтобы своим тайдзюцу выбить из Яманаки все дерьмо, как вдруг почувствовал сильные судороги в ногах. Но вдруг, я упал на землю. Все мое тело затряслось, не слушаясь меня. На моей лодыжке сидел жук, похожий на клеща, глубоко впившийся в кожу. Ебучий Абураме меня отравил! Пока мы дрались с ним, он посадил на меня жука! Я упал на землю, не в силах пошевелить конечностью. Туман развеялся и я увидел как Данзо сидел на том же месте, наблюдая за нашим поединком. — Позор вам, едва не проиграли генину. Пусть его боевые возможности и впечатляют, ему стоит усвоить урок покорности и послушания. Они сбросили меня в яму. Сутки я лежал как кукла, ходил под себя, едва шевелясь, температуря и безостановочно рыгая, извергая токсины из своей крови. И это с моей регенерацией! До чего же силен и умел этот Абураме! Я думал, что Яманака более опасен, потому и сконцентрировался на нем. Но Абураме был коварнее, ведь если бы он хотел меня убить, он бы убил, просто отравив меня смертельным ядом. А так он просто посадил на меня ядовитого жука, вызвавшего паралич. В следующий раз, ни за что не вступлю с Абураме в рукопашную, сразу прибью издалека какой-нибудь техникой вроде водного дракона. Лишь на вторые сутки, я смог полностью оклематься, поесть и попить, а еще отрастить себе новые зубы взамен выбитых. Хорошо, что у меня в инвентаре был сытный лембас! Этот хлеб со вкусом, напоминающий мне свежий парижский круассан с маслом, стал моим спасением. И остаток недели был просто скучен и некомфортен. Честно говоря, не знаю как Сай вытерпел эту пытку. Лучше уж терпеть боль, чем голод. Боль краткосрочна, ее можно перетерпеть, а вот голод способен сломать любого, даже шиноби. Как выберусь отсюда, создам себе месячный, нет, годовой запас еды в инвентаре!

***

Гендзюцу. Я был слаб в этой области, поэтому меня направили отдельно обучится иллюзиям и средствам противодействия под началом Учиха Итачи, старшего брата Саске. Он не был членом корня, но тесно с нами сотрудничал. На первом же занятии он пронзил меня клинком, точнее так мне показалось, ведь он за секунду, без печатей, только взглянув мне в глаза, погрузил меня в иллюзию. Из гендзюцу меня выбил его удар, разбивший мне нос до крови. — Правило первое, никогда не смотрите врагу в глаза. — Кай! — закричал я, разрушив гендзюцу. — Правило второе, никогда не верьте тому, что говорит противник. И тут я обнаружил себя связанным! Что-то не так! Гендзюцу в гендзюцу! До чего же этот парень, которому на вид было около двенадцати-тринадцати, меня превосходил! Если бы столкнулся с ним в реальном бою, он бы легко меня уничтожил. Ему было достаточно посмотреть в глаза, чтобы погрузить человека в мир иллюзий. — Ты гораздо сильнее чем твой брат. — Какой брат? — удивился Итачи, ведь он был в маске. — Учиха Саске. — Ты узнал меня в маске, как? — По твоей чакре, они схожи. — Мой брат отзывался о тебе как о неостановимой силе. Из всех своих одноклассников он больше всего повторял твое имя. Но я вижу, что он преувеличивал. Быть может для академии ты и силен, но в реальном бою ты был бы уже мертв. — Не все рождаются в древнем клане, с особенными глазами, нам простым смертным, приходится выгрызать себе место под солнцем. — С чего ты решил, что ты простой смертный, с чакрой столь схожей с древним кланом Сенджу? — тон Итачи был вежлив и спокоен, он был похож на своего брата, с той лишь разницей, что он скрывал свои чувства за вежливостью, а Саске за молчанием. — Я сирота. К тому же, ты и сам знаешь, что у половины шиноби в деревне есть кровь Сенджу, — ответил я. Фамилию Сенджу сохранили лишь потомки первого хокаге Хаширамы. Остальные влились в другие кланы или вовсе женились по любви на самых обычных гражданских, самораспустив клан. Возможно поэтому Коноха и была самой сильной скрытой деревней, ведь Сенджу были очень физически сильными и выносливыми людьми, а их гены в отличии от замкнутых в себе Хьюг, женящихся только по приказу главы клана, зачастую на своих двоюродных сестрах, были широко распространены. — Знаю. Но еще я не видел почти никого, у кого жизненная сила сияет столь ярко. — Почти? — Есть один мальчик, что несет на своих плечах всю тьму деревни, твой ровесник. Его чакра чем-то напоминает твою. — Узумаки Наруто? Ты говоришь о нем? — Да, я говорю о джинчурюки девятихвостого. Что? В этом бойком мальце был заключен девятихвостый демон лис?! Это объясняет аномальные запасы его чакры и прозвище. — Ты не знал? — Нет, хотя и догадывался. Догадывался, но не верил. Наруто мой лучший друг. Он совершенно не похож на демона, которым кличут его деревенские. Что за изверг мог заключить эту тварь в мальчика? — Его отец. Четвертый хокаге. Минато Намиказе. — Скотина. Разве можно обрекать свое дитя на такую участь? Я подозревал что они родственники, их сходство неоспоримо. Но, Итачи-семпай, разве это не секрет? — Я думал тебе это и так известно. Именно Данзо-сама выпустил этот секрет на свободу. — Нихрена мне не известно. — Понятно. Ты всего лишь… орудие? — Нет. — Нет? — искренне удивлялся Учиха, — Тогда кто же ты? — Просто маленький мальчик, который хотел быть счастливым. Итачи посмотрел куда-то в стену. А затем спросил. — Скажи мне, Рю-доно, — назвал меня настоящим именем Итачи, при этом употребив уважительный суффикс доно, который означал что я хоть и ниже его по старшинству, но он относится ко мне с уважением, — Убил бы ты лучшего друга ради блага деревни? Это провокация? Какой-то тест? Да пошли они все к черту! Я буду говорить то, что думаю. — Это какая-то проверка? Хорошая провокация, но вы меня так просто не проймете, Итачи-семпай, конечно же я верен деревне больше всего. — Нет. Если быть откровенным, то наше первое занятие станет и единственным. Не знаю, зачем я тебе это рассказываю, возможно мне хочется выговориться перед началом конца. Завтра мне предстоит смертельная миссия с которой я скорее всего не вернусь. Так скажи, мне живому мертвецу, чтобы ты сделал, если бы тебя поставили перед невозможным выбором? Это звучало так искренне. И не просто так. Любой шиноби чувствует чакру собеседника, а вместе с ней его эмоциональный заряд. Это подобно музыке, подобно звучанию октавы, по тяжести которой можно определить настоящие чувства шиноби. Ведь чакра в зависимости от эмоций ниндзя звучит совершенно по разному. А Итачи намеренно выпустил немного чакры в этот момент, перестав скрывать ее, показывая мне его чувства, что невозможно подделать. И в Итачи, как и в его брате, бурлил огненный океан эмоций. Он был в горькой депрессии, в металлическом отчаянии, в остром гневе, и в кислом чувстве сожаления. Но я не хотел открываться ему, я ведь видел его в первый и наверное в последний раз в жизни. — Ты боишься, — сказал Итачи, — Можешь не отвечать. — Не знаю что вам ответить, Итачи-семпай, — я сделал длинную паузу, собираясь с мыслями, — Одно я могу сказать наверняка. Если бы у меня была семья, я бы сжег армии и сравнял бы с землей города, ради них. Он не ответил ничего. А затем отстранённо продолжил вести наше занятие, разжевывая мучительно подробно каждый нюанс гендзюцу. В конце нашего урока, я поклонился и сказал ему: — Благодарю вас Итачи-семпай, за жестокую науку. Надеюсь мы еще встретимся. — Желаю тебе успехов в грядущих миссиях, — ответил Итачи и свалил. Мне он показался странным, будто клубок противоречивых чувств. Вечером, мы всем корнем получили приказ, строгий приказ, под страхом смерти оставаться на базе. Отсутствовал лишь один Учиха. И лишь через несколько дней я узнал о том, что Учиха Итачи вырезал свой клан. Он убил их всех, мужчин, женщин и детей. Пощадил он только своего младшего брата Саске. Что же это был за монстр, который вырезал целый клан один? Или он был не один? Он ведь мне намекнул о том, что возможно геноцид Учиха это его миссия. А ведь точно. Он мне буквально прямым текстом сказал, что это руководство деревни приказало ему вырезать свой клан, свою семью. Я не верю что он мог провернуть такое в одиночку. Не может двенадцатилетний пацан вырезать целый клан, даже если он идеальный шиноби, который режет глотки во сне. Такого просто не может быть. Итачи сто процентов действовал с кем-то. Возможно с тем Учихой, который не пришел на собрание корня, а возможно с АНБУ деревни или с кем-то еще. В любом случае, я не верю, что один человек может устроить резню целого клана. Можно назвать меня конспирологом, мне все равно, но я уверен, что Учих уничтожили по прямому приказу Хокаге, а Итачи всего лишь пугало, на которого сбросили весь негатив. Единственное, что подтачивало мою уверенность было лишь поведение Итачи. Если уж он козел отпущения, то зачем открыл мне несколько секретов деревни?