Балкон

— Да особо ничо не хочется, — пожала плечами Кристина на вопрос об ужине. — Тогда пиццу закажу?       Гэвин уже листал приложение, выбирая начинку. Сам-то знал, чего хотел, но Крис вечно была против перца в составе. А такие ещё надо было поискать. — Давай рыбную, — кивнула, переписываясь с кем-то в телефоне. — Блядь, пиздец, — аж весь скривился. Не любил и не хотел. — А ты чо хочешь? — С курицей… — Ой нет. — С салями? — Фу, остро. — С прошутто. — Жирно очень… — Блядь, Крис! — Что, Гэвин?!       Ещё на него сердито так посмотрела, словно он тут сидел капризничал. Сама-то никогда у него не спрашивала, а на свой вкус заказывала. Тоже может не хотел рис жрать, а лапшу бы предпочёл!       Тяжело вздохнул и закинул в корзину ублюдство с рыбой. Подумал и ещё себе пончика два положил с шоколадом. Жопой чувствовал, как девчонка разбухтится, что на диете, а он её дразнит. На что он скажет, что и пицца не совсем по диете. А она ему: так зачем заказывал тогда? А он ей: так ты же ничо не хотела…       Уже знал, что будут ссориться, но уверенно нажал кнопку оплатить. — Пятнадцать минут, — выдохнул, вставая. Достал пачку из карману и засунул сигарету в рот. — Ты много курить начал, — покосилась на него Кристина. — И чо? — фыркнул в ответ. — Вредно, вот чо! — в спину ему донеслось.       Плевать хотел на вредность. Дышать хотелось. На балкон выйти, чтобы не сорваться на неё.       Конечно, Крис справедливо заметила: раза четыре точно за пару часов у неё дома он уже выходил на «покурить». Пятница же была. Вечер. Их время. Его время. Только Татуировки не было, и каждый раз Гэвин возвращался всё раздражённее. И каждый раз девчонка цеплялась к нему будто больше. Бесила так, что уже думал домой ехать. Но не мог. Пока не услышит голос, точно не мог.       Татуировка же подписался на его инсту! Хотелось узнать, как нашёл его. Тоже перерыл кучу знакомых? Было любопытно почему. Тоже хотел морду увидеть? Даже лайкнул пару фоток с байком. И старую детскую. Многоточие оставил под летним снимком, где Рид правую рукоять байка стискивал да пальцем рычаг подтягивал. На ходу тогда сфоткал. Выпендривался. Показалось, что рука очень брутально выглядит. Да и судя по количеству восторженных комментариев, люди его виденье разделяли. Кристина сердечек наставила. А этот — многоточие. Чо оно означало? Многоточие ебучее…       Почесал щетину на щеке, приваливаясь к стене, время проверил. Уже больше десяти вечера было — Татуировка дома должен был быть. Перегнулся за перила и заметил, как мягко подсвечивается соседский балкон. А если там у Татуировки гость был? Вдруг опять этот с басом, который его пупсиком звал? Или тот с высоким голосом, что сосал с трудом? От чего-то Гэвин разозлился. Вот даже он, не видя ни разу этих парней, прекрасно понимал, что они Татуировке не подходят! А он не видел что ли? Даже для развлечения не годились! Ему бы подошёл кто-нибудь более дерзкий, более прикольный, более… Да хер знает! Тот, кого бы выёбистый сосед веселил и интересовал, а не эти! «Пупсик», блядь! Тьфу!       Рид аж сплюнул со злости. С силой кинул сигарету с балкона. Уже развернулся, чтобы выйти, как с той стороны тихо открылась дверь. С мяукающим звуком кто-то потянулся на пороге.       Гэвин резко затормозил. Назад к перилам подошёл и вытряхнул на ладонь ещё сигарету. — Чо, Татуировка, опять работа допоздна? — прикурил, прислонившись к стене. — Чо, Ментол, опять пятница? — почему-то тоже недовольно откликнулся с той стороны голос. — Нет, блядь, вторник! — Так а я и не удивлюсь. Ты тут чаще стал зависать, — чиркнуло колёсико зажигалки. — И чо? Проблема что ли? — Гэвин понять не мог, с чего сосед тут на него наезжал. Но и у самого почему-то не было настроения любезничать. — У меня — нет проблем. Мне похуй, — устало выдохнул Татуировка. — Ну и всё тогда. — Ну и всё, — согласился голос.       Замолчали оба.       Рид как-то не так их диалог представлял. В прошлый раз так хорошо попиздели, весело разошлись. Ещё неделю вспоминал обрывки их диалога, рассматривая фотки в профиле. Даже пару раз, стискивая девчонку, представлял, как бы так же жилистого пацана стискивать. А теперь что-то не шёл диалог. Стоял и злился на борзого собеседника. — Площадка приличная у вас, — Гэвин решил попробовать вывести на нормальный диалог. — Где играете? — Прийти хочешь? — фыркнул Татуировка. — А чо, закрытая что ли? Не пустишь? — насупился Рид. — Да не, там любой прийти может. Городская же. На Беннет стрит. Всем можно. — Ага, знаю тот район. У них там Хэппи пицца недалеко. Самая зачётная… — Ветчина с ананасами, — перебил Татуировка. — И срать мне, если скажешь, что это самая уёбищная начинка. Мне нравится! — А я не скажу, — ухмыльнулся Гэвин. — Мне тоже. — Гонишь? Все обычно пиздят, что это дерьмо полное. — Да и хуй с ними! Самое то — сочетание сладкого и солёного! — Как ты, — опять захихикал голос. — Как ты, — передразнил Рид, улыбаясь. — Весь такой жёсткий и дерзкий, а фоток собакена до фига! — Он — классный, — мягко проговорил сосед. — Старенький только уже. Меньше бегает, больше спит. — У предков живёт? — Ага. Почти росли вместе. Мы его взяли, когда мне девять было. Такой мелкий был — я его на руках таскал. А теперь хер поднимешь. — Собаки кайфовые. У бати в монтажке есть. Щас, — Гэвин вставил сигарету в зубы и достал смартфон. Порылся в альбоме и скинул в директ Татуировке толстенного ротвейлера. Не смотря на грозный вид, Боба всегда-всегда всем улыбался своей пёсьей улыбкой. Добрый был. Никакущий охранник, но так пританцовывал, радуясь Гэвину. — В инсте кинул. Боба зовут.       Сосед немного помолчал за стеной, а потом радостно откликнулся: — Улыбается так! — А то! Самая добрая псина в Детройте! — Ага, щас.       Чуть ниже в переписке прогрузилась фотка мохнатого сенбернара, у которого на голове сидел жёлтый цыплёнок. Гэвин от души засмеялся: — Как это?! — Это он усыновил у деда на ранчо, когда ездили. Ему тут лет семь что ли. — Образцовый батя! Секунду…       Рид сбросил фотку ротвейлера, терпеливо ждущего у миски, когда поест чёрный плешивый кот. — Это его друган. Злой, капец просто. Ребята его Сатаной зовут. Он только Бобу любит и к себе подпускает. Я как-то хотел погладить, так он мне чуть руку не отгрыз. А псину любит. — Ну охренеть приехали! Во природа, да? — Ага. Природа, — уверенно кивнул Рид. — Байк у тебя зачётный. Я на парковке заценил. Да и по фоткам хорош. Реально сам ковыряешься? — Ну двигло перебираю, крыло вправлял… Да там не сложно, главное детали найти нужные. — А где гоняешь? — На севере по трассе. В городе не разогнаться толком. Ну летом ещё с ребятами на юг ездим. — Звучит кайфово, — мечтательно пробормотал Татуировка. — Хотел бы… — Не ездил ни разу? — Неа. — Могу как-нить повозить, — легко предложил Гэвин. А чего не предложить? Многие сокурсники у него просились. Катал. — Если будешь хорошо себя вести. — Мда, боюсь, что так и не повозишь тогда, — прицокнул сосед. И хихикнул. — Только по плохому умеешь? — фыркнул Рид. — Это лайфстайл, Ментол! — засмеялся голос. Смех этот у Гэвина где-то в животе отозвался будто. Вибрацией по груди скользнул. Красивый. Искренний. — Рисковый лайфстайл, пупсик! — захихикал в ответ Рид. — Но уважаю такое. — Ещё бы!       Сигарета давно догорела до бычка, а уходить не хотелось. Так уже приятно болтали с Татуировкой, так хорошо было, спокойно. Гэвин облокотился на перила. Краем глаза видел, как с той стороны тоже пара рук о перила облокачивалась. С чёрными татуировками на запястьях. Казалось, что можно наклониться и увидеть наконец своего собеседника. Но от чего-то не хотелось. То ли страшно было, то ли рано ещё, то ли Гэвина и так устраивало… — Так ты значит с Крис на постоянку тут? — почему-то спросил Татуировка. Былого веселья в голосе не слышалось. Там словно больше печали было. — Да не. Я, — Гэвин с усилием провёл по волосам, пригладив, — не знаю. Скорее нет, чем да. Сложно. — Так ты разберись, — руки на соседних перилах в замок сцепились. — Чо сложного: да-да, нет-нет? — Легко так говорить, конечно, — фыркнул Рид. — На практике сложнее… — Да, пиздец! Вечно хуету разводите, — почему-то разозлился сосед. — И себе, и людям мозги ебёте! — Кто? Я не ебу! — возмутился Гэвин. — Да ебёшь! Себе прежде всего! И остальным! — Кому остальным? — Рид не понял, про кого говорил Татуировка. Он ваще не понял, с чего тот вдруг предъявил ему. — Да Кристине ебёшь! Она может планы строит, а ты тут со своим «сложно»! — Какие планы? Мы не договаривались ни о чём! Даже рядом не было никаких разговоров! — Ну так поговори! — О чём? — Об отношениях, Ментол! Реши, блядь, надо оно тебе или нет! — Да хули ты наезжаешь?! — в свою очередь и Гэвин возмутился. — Тебя-то с какой стороны ебёт, чо у нас там?       Сосед замолчал. Руки с перил исчезли, а затем раздался какой-то тяжёлый вздох. — Ну расстанемся, и чо? — проворчал Рид. — Тебя достало, что я тут на балконе торчу? С этого бесишься? Типа достал тебя? — почему-то обидно стало с этой мысли. — Ну будешь тут один куковать. Курить траву в одно рыло и радоваться! — Блядь, такой ты дебил, Ментол, — устало проворчал голос. — Пошёл на хуй, Хер татуированный! — разозлился Гэвин. — Мне что ли легко?! Мне думаешь в этой западне в кайф?! Я может хочу тоже, чтоб просто, чтоб как пазл! А если пазл твой ебучий ваще не работает? Если деталь не подошла? — Ну так и чо? Ты типа из тех, кто ссыт один остаться? Типа лучше из-за страха в этом «сложном» возиться?! — Не боюсь я нихера! Ты меня ваще не знаешь, чтобы такое предъявлять?! — уже вовсю орал Гэвин. Несправедливо было со стороны Татуировки его тут обвинять. Ваще ни разу. Никогда Рид не был таким, кому всё равно с кем, лишь бы было. Никогда! — А на фига тогда трёшься тут и мозги всем ебёшь?! — тоже перешёл на крик Татуировка. — Да кому всем-то?! — Всем! У вас там… — притих голос. — Тебе какое дело «на фига»?! — Никакого, — уже не так уверенно звучал. — Нет, ты скажи. Тебя с хуя заботит?! — наседал Рид. Знать хотел. Нужно было знать. Важно это было! — Мне поху… — Ни хера тебе не похуй! Не просто так меня тут лечишь?! Ты мне мозги ебёшь!       Гэвина аж трясло от злости. Всё так хорошо было: стояли, курили, болтали, смеялись, а он тут… Блядь, а он решил надавить тут! С какого-то перепугу за Крис предъявлять! А теперь такой типа «похуй»! Ни разу не похуй! — Я те не мозги ебать хочу. Говорил же уже, — а Татуировка словно скалился с той стороны. В лицо бы Гэвину так скалиться не посмел бы! Гандон глумливый! — Пошёл ты на хуй со своими подколами! Хоть бы раз нормально сказал, придурок! — рыкнул Рид, выскакивая с балкона.       Даже не услышала, как в спину тихо прилетело «я не подкалываю, прямо говорю».       В своей злости не видел и не слышал ничего. Вылетел в коридор и второпях натянул ботинки. Схватил кожанку. На удивлённый вопрос Кристины «куда», даже не ответил. Дверь открыл и чуть не сбил курьера с пиццей. Выскочил и сбежал. Подальше от обвинений. Подальше от слишком странного разговора. Слишком настоящего.