Большая история

Му Цин хлопнул глазами, и положил руку ко лбу. Тот до сих про не верил во все происходящее. Температуры не оказалось, и юноша убрал руку. Фэн Синь улыбнулся, ласково и радостно. Пройдя в комнату, тот заметил свою застеленную кровать, а еще и ошалевшего друга, который сверлил своим потерянным взглядом. Фэн Синь положил на кровать сумку и рюкзак, и отошел от кровати, в этот же момент его руки поймали Му Цина, который быстро вскочил с кровати, и подбежал к нему. Му Цин прижал Фэн Синя ближе к себе, руки прижимали тело ближе, пальцы сжимали одежду, но даже так он не собирался отпускать. —Какой сильный ты оказывается.—Фэн Синь аккуратно положил ладони на щеки юноши. Они были немного мокрые из за слез, но он аккуратно убирал каждую слезинку, и всматривался в столь родное лицо.—Ну же Му Цин, не стоит плакать. —Идиот! Как ты посмел оставить меня?!—Ногти вцепились в открытую зону на запястьях.—Я так переживал, я..я думал что это конец..д..д- Фэн Синь не позволил ему договорить, и прижал к себе. Юноша крепко обнял Му Цина, чувствуя, как его дрожащие плечи постепенно расслабляются. Его голос прозвучал мягко, почти шепотом: —Прости..прости меня. Я ничего не мог поделать.. все случилось так внезапно, прости меня. Му Цин глубоко вдохнул, его руки все еще сжимали Фэн Синя так, будто он боялся, что тот исчезнет вновь. Ему хотелось верить словам друга, но воспоминания о днях, проведенных в тревоге и ожидании, все еще тяготили сердце. — Ты не понимаешь...— начал он, его голос был глухим, но твердым.—Я думал, что потерял тебя навсегда. Я не знал, жив ли ты вообще... —Я здесь. Теперь я здесь—Он легонько сжал плечи Му Цина.—И я хочу исправить всё. —Исправить? Тогда докажи.—Шепнул он, сдерживая слезы Фэн Синь улыбнулся и, словно в подтверждение своих слов, нежно взял его руку. —Докажу. Я всегда буду рядом, обещаю. Нежное, почти невидимое касание губ. Фэн Синь аккуратно приблизился, и поцеловал. Но сразу же отвернулся. Сердце бешено билось, а на губах остался сладкий вкус. В мыслях крутилось только одно "Я поддался эмоциям". Но погрузиться с головой ему не дал Му Цин, который толкнул юношу в сторону стены, и прижав руками к ней, стал целовать. Фэн Синь прижался к холодной стене, глаза расширились от неожиданности, но он не сопротивлялся. Его руки дрожали, но не от страха, а от той силы чувств, которые накрыли его, словно волна. Губы Му Цина были горячими, нетерпеливыми, но за этой жаждой ощущалась не просто страсть, а страх потери, отчаянная попытка удержать. —Му Цин... —прошептал Фэн Синь, когда тот на мгновение отстранился. —Ты даже не представляешь, как мне было больно—произнес он, срываясь на шепот. — Я не хочу больше терять тебя. Не смей... Он не договорил, снова прижавшись к губам Фэн Синя, словно в этом касании была скрыта вся его истина. Фэн Синь осторожно положил руки на его плечи, пытаясь успокоить. Его голос был мягким, но уверенным: —Я здесь, Му Цин. Я никуда не денусь. Слова, такие простые, но полные искренности, словно сломали последние барьеры. Му Цин ослабил хватку, его дыхание стало ровнее. Он отстранился, чтобы посмотреть в глаза Фэн Синю, и тот впервые увидел не только боль, но и надежду. Они долго молчали, но это молчание больше не было гнетущим. Фэн Синь аккуратно провел рукой по щеке Му Цина, стирая последние следы слез. — У нас будет всё по-другому.. теперь—сказал он, слегка улыбнувшись.—Я обещаю. Му Цин вздохнул и, впервые за долгое время, позволил себе улыбнуться в ответ.