Я ненавижу дождь

Огромный дом, скорее поместье, служанки, слуги, всё блестит, сверкает и вкусно пахнет ужином на кухне… Живот сводило от голода. Мальчик ничего не понимал, где он, куда его отвёл этот незнакомец. Паркет, отполированный до блеска, отражал причудливый танец света от огромной хрустальной люстры, свисавшей с потолка, казавшегося бесконечно высоким. В воздухе витал густой аромат жареного мяса и пряных трав, щекотавший ноздри и лишь усиливавший мучительное урчание в животе. Незнакомец, мужчина с суровым лицом и серебряными волосами, собранными в тугой хвост, не произносил ни слова. Шаги его были тихими и уверенными, эхом отдававшимися в просторных коридорах. Ичиго крепко сжимал его руку, чувствуя себя потерянным и испуганным в этом новом, чужом мире. Он не помнил, как оказался здесь, лишь смутные обрывки воспоминаний о темной улице и протянутой руке. Они прошли мимо нескольких служанок, одетых в безупречно чистые черные платья с белыми передниками, их лица были бесстрастными и непроницаемыми. Они кланялись незнакомцу, но абсолютно не обращали внимания на Ичиго. Мальчик чувствовал себя невидимкой, призраком, блуждающим по этим роскошным залам. Внезапно незнакомец остановился перед огромными резными дверями, украшенными сложными узорами и геральдическими символами. Безмолвно кивнув кому-то невидимому, он толкнул двери, и они плавно отворились, открывая вход в огромную и просторную столовую. В столовой горел камин, отбрасывая теплые отблески на длинный стол, сервированный на пару человек. Серебряные приборы сверкали в приглушенном свете, а изысканная посуда казалась слишком хрупкой, чтобы к ней прикасаться. За столом сидели люди. Немного людей, по сравнению со столом. Все они были одеты в дорогую, темную одежду, а их лица были такими же непроницаемыми, как и у служанок. Они смотрели на Ичиго с холодным любопытством, оценивая, как диковинного зверька. Незнакомец провел Ичиго к свободному месту в конце стола и жестом указал ему сесть. Мальчик, не смея возразить, послушно повиновался. Он чувствовал себя неуютно под пристальными взглядами этих незнакомых людей. Их молчание было давящим, словно тяжелая плита. Ему принесли тарелку с едой, от одного вида которой слюнки потекли ручьем. Жареное мясо, овощи, источающие аромат пряных трав, и румяный хлеб – все это казалось невероятно вкусным после долгого времени голода. Ичиго начал жадно есть, стараясь не замечать редких взглядов, устремленных на него. Он ел быстро, боясь, что в любой момент его могут лишить этой долгожданной пищи. В голове мелькали вопросы: кто эти люди? Что от него хотят? И почему он здесь? Но страх сковывал его, не позволяя произнести ни слова. Сбоку послышался шорох, мальчик резко обернулся на него, встречаясь взглядом с удивленными голубыми глазами.       — Привет... — неуверенно поздоровался незнакомый ему мальчик, примерно его же возраста. Мужчина, что привёл его сюда, положил ладонь на плечо этого ребёнка, словно пресекая его действия. Тот съежился, от его взгляда и сильно вздрогнул в плечах, когда к нему прикоснулись.       — Не разговаривай с ним, — внезапно заговорил незнакомец. Ичиго сглотнул, отворачиваясь к своей тарелке.       — Меня зовут Рюкен Исида, — внезапно представился мужчина, и тогда мальчишка поднял на него свой взгляд, встречаясь с такими же голубыми глазами, но в которых был лишь леденящий кожу холод. Внезапно, Ичиго осознал, что с ним начали знакомиться, поэтому быстро прожевав мясо, неуверенно ответил.       — Ичиго... Ичиго Куросаки, — дрожащим от холода голосом сказал он. Рюкен Исида. Имя прозвучало в голове Ичиго как далекий раскат грома. Он не знал, что это имя значит, но почему-то почувствовал, как по спине пробегает холодок. Он продолжил есть, стараясь сосредоточиться на вкусе пищи, но слова мужчины эхом отдавались в его сознании. «Не разговаривай с ним». Почему? Что здесь происходит? Постепенно голод отступил, и Ичиго смог более внимательно осмотреться. За столом царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим звоном столовых приборов. Люди, сидящие за столом, казались ему какими-то нереальными, словно персонажи из старинной картины. Их лица выражали лишь холодное любопытство, смешанное с толикой презрения. Он чувствовал себя чужим, лишним в этом роскошном, но враждебном мире. После ужина Рюкен встал из-за стола и жестом приказал Ичиго следовать за ним. Мальчик послушно последовал за ним, снова ощущая его руку на своей. Они прошли по длинным коридорам, мимо бесчисленных комнат, каждая из которых была обставлена с невообразимой роскошью. Вскоре они остановились перед небольшой, но уютной комнатой.       — Это твоя комната, — сказал мужчина, указывая на дверь, — Здесь ты будешь жить. Ичиго вошел в комнату, оглядываясь вокруг. Мягкий ковер, большая кровать с кучей подушек, письменный стол, заваленный книгами и принадлежностями для рисования – все это казалось ему невероятным сном. Он никогда раньше не видел ничего подобного. Но, несмотря на роскошь, в комнате чувствовалась какая-то пустота, странный холод. Он не сказал больше ни слова. Рюкен просто кивнул и вышел из комнаты, оставив Ичиго одного. Мальчик стоял посреди незнакомой комнаты, чувствуя себя потерянным и испуганным. Когда дверь позади него закрылась, мальчик рухнул на пол, закрывая лицо руками, чувствуя, как по его щекам ручьем потекли слёзы. Мама... Папа, Карин, Юдзу... Осознание свалилось на него как безжалостная лавина, раздавливая с каждым всхлипом только сильнее. Их больше нет, теперь он один, в этом доме, с незнакомыми ему людьми. Один, в этом незнакомом и дорогом поместье. Ичиго долго плакал, пока слезы не иссякли, а тело не забила мелкая дрожь. Он поднялся с пола, вытер заплаканное лицо и оглядел комнату более внимательно. Кровать действительно была невероятно мягкой, а ковер пушистым. На столе лежали карандаши и бумага – единственное, что хоть как-то напоминало о прежней жизни, где он любил рисовать вместе с Юдзу. Взяв в руки карандаш, Ичиго машинально начал водить им по бумаге, рисуя смутные очертания лица мамы. Образ расплывался в памяти, но он старался уловить каждую черту, каждый изгиб. Рисование немного успокоило его. Он вспомнил слова отца о том, что нужно быть сильным, несмотря ни на что. "Ты мой сын, Ичиго, а значит, ты должен быть смелым", - часто говорил отец, обнимая его крепко-крепко. Эти слова, словно якорь, удерживали его от окончательного отчаяния. Он отложил карандаш, подошел к окну и посмотрел наружу. Сад был огромен и прекрасен, но в то же время каким-то диким и неухоженным. Высокие деревья отбрасывали длинные тени, а в глубине сада виднелся темный лес. Ночь опустилась на поместье, принося с собой тишину и мрак. Ичиго лежал в огромной кровати, не в силах заснуть. Мысли роились в голове, не давая покоя. Кто такой Рюкен Исида? Почему он здесь? Куда подевалась его семья? И что ему теперь делать? Он чувствовал себя марионеткой в чужой игре, пешкой, которую переставили на новое место без объяснений. Внезапно раздался неуверенный стук в дверь, а после чего к нему в комнату заглянул тот самый мальчик с красивыми и мягкими голубыми глазами.       — Не спишь? — шёпотом спросил он, озиравшись по сторонам, прежде чем зайти и закрыть за собой дверь.       — Не сплю, — Ичиго вытер нос и свесил ноги с края кровати. Незнакомый ему мальчик сел рядом на кровать, пристально рассматривая его, что Куросаки стало не по себе.       — Я Урю, Исида Урю, — Урю склонил голову вбок, поправляя на маленьком носу очки.       — Ичиго... — ответил рыжеволосый.       — Тебе... Грустно? — неуверенно поинтересовался мальчик с добрыми голубыми глазами. Ичиго пожал плечами, не зная, как ответить на этот простой вопрос. Грустно? Ему было не просто грустно, его сердце разрывалось на части от горя и потери. Но он не хотел показывать свою слабость этому незнакомому мальчику.       — Немного. Я просто… не понимаю, что происходит, — тихо проговорил Ичиго, избегая зрительного контакта. Урю вздохнул и какое-то время молчал, словно подбирая нужные слова. Затем он осторожно положил свою ладонь на руку Ичиго. Рыжеволосый мальчик вздрогнул от неожиданности, но не отдернул руку. Прикосновение Урю было теплым и успокаивающим.       — Здесь… странно, я знаю. Но ты не один. Я тоже здесь живу, — сказал Урю, глядя Ичиго прямо в глаза, — Мой отец… Рюкен Исида, он… сложный человек. Но он не причинит тебе вреда. Ичиго нахмурился, не понимая, почему этот мальчик пытается его успокоить. Ведь его отец только что запретил ему разговаривать с ним, а Урю, похоже, совершенно не обращал на это внимания. Но в его голубых глазах не было ни капли лжи, только искренняя доброта и сочувствие.       — Почему ты мне помогаешь? — спросил Ичиго, с недоверием глядя на Урю. Урю отвёл взгляд.       — Просто… мне не нравится, когда кому-то плохо. А ты выглядишь очень грустным. И… мой отец очень редко кого-то приводит в дом. Ты… особенный, наверное. Ну и... У меня совершенно нету друзей, поэтому прости, если сказал что-то не то. Ичиго удивленно посмотрел на Урю. "Особенный"? Почему он так думает? Он обычный мальчик, потерявший свою семью и заброшенный в этот странный дом. Но слова Урю, тем не менее, задели его за живое. Быть может, у него действительно появился хоть какой-то шанс найти здесь друга?       — Я тоже не понимаю, зачем я здесь, — признался Ичиго, немного расслабляясь под теплым взглядом Урю, — Но я благодарен тебе за поддержку. Он улыбнулся, и его лицо сразу стало более оживленным. Он достал из кармана кулон и протянул его Ичиго.       — Это мой любимый кулон с минералом, — сказал Урю, — Он всегда меня успокаивает. Держи его. Может, тебе станет немного легче. Ичиго неуверенно взял чужой кулон в руки, касаясь пальцами минерала, который оказался очень приятным наощупь. Теперь, он почувствовал себя чуть менее одиноким, чем до этой встречи и разговора... Они проговорили допоздна, шепотом рассказывая друг другу о себе. Вплоть до того момента, пока голова Ичиго не коснулась подушки и он не погрузился в сон... . . . . Проснулся Ичиго от лучей солнца, пробивающихся сквозь щели в плотных шторах. Он почувствовал что-то теплое в руке и открыл глаза, обнаружив, что все еще крепко сжимает кулон Урю. Воспоминания о вчерашнем дне нахлынули на него, смешиваясь с чувством облегчения и надежды. Он больше не чувствовал себя таким потерянным и одиноким. Рядом был Урю, мальчик с этими добрыми голубыми глазами, готовый поддержать его в этом странном и жестоком мире. Ичиго встал с кровати, умылся и оделся в новую одежду, что ему оставили на краю кровати. Он решил не оставаться в своей комнате, предпочитая исследовать поместье и узнать о нем больше. Он вышел в коридор и направился в сторону столовой, надеясь встретить Урю. Коридоры были пустынными и тихими, нарушаемые лишь тихим шорохом его шагов. Служанки, словно тени, скользили мимо, не обращая на него внимания. Наконец, он добрался до столовой. Рюкен Исида сидел во главе длинного стола, попивая кофе и просматривая какие-то бумаги. Урю не было видно. Ичиго нерешительно вошел в комнату, чувствуя на себе изучающий взгляд мужчины.       — Доброе утро, — тихо проговорил Ичиго, стараясь казаться уверенным. Рюкен оторвался от бумаг и взглянул на него. Его глаза были холодными и непроницаемыми.       — Садись, — коротко бросил он, указав на стул напротив. — Завтракай. Мальчик послушно сел и принялся за еду. Завтрак был обильным и изысканным, но аппетита у него не было. Он чувствовал себя неловко под взглядом этого человека, словно его просвечивали насквозь. После недолгой паузы, Ичиго решился спросить:       — Где Урю? Рюкен сделал глоток кофе, прежде чем ответить.       — Учится. У него есть дела поважнее, чем развлекать тебя. Так и знал что этот мальчишка совсем отбился от рук. Рыжеволосый мальчишка помрачнел от его слов, но перечить не стал, промолчал, продолжая трапезничать. После завтрака Рюкeн дал Ичиго несколько указаний относительно его пребывания в поместье. Он подчеркнул, что тот не должен покидать территорию без разрешения и что ему следует избегать общения с другими жителями, кроме собственно самого Рюкена. Говорил он сухо и отрывисто, не оставляя места для вопросов или возражений. Ичиго слушал молча, стараясь запомнить все детали. Он чувствовал, что находится в клетке, хоть и золотой. Оставшись один, Ичиго решил прогуляться по саду. Несмотря на мрачную атмосферу поместья, сад оказался на удивление красивым и ухоженным. Яркие цветы, аккуратно подстриженные кустарники и тихий шелест листвы создавали ощущение покоя, хоть немного отвлекая от гнетущих мыслей. Он бродил по дорожкам, разглядывая экзотические растения и пытаясь представить, как здесь живет Урю. Неужели он всегда был одинок? Неужели его отец совсем не проявлял к нему тепла и заботы? Ичиго не мог представить, как ему было бы одиноко, как было бы невыносимо. У тебя есть всё, деньги, скорее всего и влияние, власть, связи, обучение, но ты заперт в этой золотой клетке, не в силах выбраться. Ты просто одинок, ты один борешься со своими проблемами, чувствами и эмоциями, один, но при этом у тебя есть всё, и одновременно ничего. Но почему Ичиго попал именно сюда? Кто этот Рюкен Исида? Кто, в конце концов, убил его семью? Кто и зачем? Вспомнился родной дом... Родной и тесный дом, в котором было так хорошо. Только они, Юдзу, Карин, мама и папа... Только они... Слёзы навернулись на глаза, но рыжеволосый со злостью их смахнул, загораясь надеждой и идеей на месть. Он узнает, кто это сделал, он выяснит и уничтожит того, кто посмел убить его семью. Он долго бродил по извилистым тропинкам сада, вплоть до того момента, пока не стало темнеть. Мальчик поднял взгляд на поместье, что грозно и гордо возвышалось перед ним, а после чего, заметил в одном открытом окне силуэт Урю. Ичиго хотел крикнуть ему, подошел поближе, но замер, увидев, как Рюкен ударил его по лицу.       — Я не хочу становиться врачом! Не хочу быть как ты!       — Закрой рот, дрянной мальчишка! Ты ещё смеешь мне перечить? Твоя судьба уже предрешена, нету смысла отпираться. Это всё из-за него, верно? Это из-за этого маразматика ты решил отбиться от рук?       — Не смей так говорить про дедушку! — послышался очередной удар, от которого Ичиго съежился. Его никогда не били родители... Но он продолжил смотреть за ними, замечая, как стойко держался Урю, пусть его голос и дрожал от страха и боли. Ичиго невольно сжал кулаки. Злость и бессилие переполняли его. Он хотел ворваться в поместье, вытащить Урю из этой тирании, но понимал, что это лишь усугубит ситуацию. Рюкен был явно не из тех, кто остановится перед чем-либо, чтобы добиться своего. Оставалось лишь наблюдать и ждать подходящего момента. Он тихо проскользнул обратно в свою комнату, стараясь не привлекать внимания. День выдался тяжелым и изматывающим, полным новых впечатлений и тягостных раздумий. Он лег на кровать, уставившись в потолок, и принялся перебирать в голове все, что произошло. Вопросы роились в его голове, не давая уснуть. Кто убил его семью? Что связывает его с Урю и Рюкеном? И почему он оказался именно здесь? Сон пришел лишь под утро, прерывистый и неспокойный. Ему снились окровавленные тела его родных, холодные глаза Рюкена и полные боли глаза Урю. Он просыпался в холодном поту, снова и снова переживая кошмар. А когда наступило утро, он решил, что больше не может оставаться в стороне. Он должен что-то предпринять, чтобы помочь Урю и разгадать тайну своей семьи.