Пойманный шершень

      Тьма. Тьма была единственным, что мог видеть Бамблби, пока, наконец, не открыл оптику. Погибшая планета. Покинутая. Уничтоженная ослеплённый яростью как десептиконов, так и автоботов.       Автобот приподнялся и огляделся по сторонам. Да, мертвый мир. Именно так выглядел Кибертрон, когда он покидал его. Бамблби почувствовал присутствие кого-то позади себя и быстро обернулся.       Мегатрон.       Бамблби быстро включил свой бластер и его озарило. Его корпус был в полном порядке: не было ни царапин, ни вмятин, ни сварных швов. Разведчик был немного сбит с толку, но отмахнулся и нацелил бластеры в голову Мегатрона, ожидая дальнейших действий от десептиконского военачальника.       — Не волнуйся, автобот, я не причиню тебе вреда. Я не могу прикоснуться к тебе здесь. Помнишь, как ты проникал в мои воспоминания раньше? — напомнил Мегатрон.       Лидер десептиконов был прав. В тот раз они не могли причинить вреда друг к другу. Бамблби опустил бластеры, но был настороже.       — Почему ты здесь? — твердо спросил Бамблби. — Зачем мы здесь? На Кибертроне.       — Я хотел напомнить тебе, что я могу сделать, если ты не будете сотрудничать, — заявил Мегатрон, прежде чем указал за спину автобота. Бамблби обернулся и увидел, как на поле боя убивают его старых друзей.       Помехи…       Санстрикер.       Мираж.       Скайфаер.       Джаз.       Столько смертей промелькнуло прямо перед его глазами. Это было слишком, Бамблби закрыл оптику и свернулся калачиком. Однажды он уже был свидетелем смерти своих друзей, второй раз он бы не хотел этого видеть.       — Остановись, пожалуйста, — тихо взмолил Бамблби.       Вскоре крики и стрельба прекратились и Бамблби нерешительно поднял глаза. Все снова погрузилось в темноту. Он не осознавал, что плачет, пока не почувствовал, как жидкость стекает по его лицевым пластинам. Он грубо вытер лицо и повернулся к Мегатрону.       — Зачем? — яростно закричал Бамблби. — Зачем ты мне это показал? Если ты так легко можешь заглянуть в мои воспоминания, зачем ты… почему?       Слезы потекли быстрее, подавленные воспоминания всплывали на поверхность и справиться с ними было невозможно. Он хотел бы быть таким же, как Оптимус, уметь скрывать свои эмоции.       — Я уже упоминал. Я хочу, чтобы ты помнили, что может случиться с твоим питомцем, если ты меня не послушаешь!       — Не трогай Рафа! Или кого-либо из моих друзей. Они, люди, не имеют ко всему этому никакого отношения!       — Тогда ты сделаешь так, как я говорю, — сказал Мегатрон. Бамблби хотел ответить, но Мегатрон сказал что-то ещё. — И чтобы ты знал о последствиях, если я буду недоволен.       Бамблби снова обернулся и увидел… Тайгер Пакс. Его оптика расширилась, а после снова закрылась. Почему Мегатрон был таким жестоким именно с ним? Не то чтобы десептикон по своей сути был добрым. Просто что он сделал такого сделал, что заставляет военачальника мучить его? Бамблби умоляет Мегатрона остановиться, совсем как он делал это раньше. Затем он услышал крик, свой крик.       Бамблби даже не нужно было смотреть, он все равно мог видеть это с закрытой оптикой. Он попытался выдохнуть, но это становилось все труднее и труднее. Короткие и хриплые гудки, которые должны были означать рыдания, вырвались у бедного автобота. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он успокоился.       — Ты ещё не закончил? — спросил низкий голос. Би обернулся и увидел Мегатрона прямо у себя за спиной. Он протёр оптику и медленно поднялся.       «Я не буду слабаком. Я не могу. По крайней мере, не больше, чем я ему уже показал».       Он попытался поднять глаза на Мегатрона, но это было трудно. Не после того, что только что произошло. Мегатрон наклонился,       — Итак, маленький разведчик, где находится твоя база?

***

      Нокаут вошёл в медотсек, за ним шёл искалеченный Старскрим. Доктор посмотрел на мониторы, которые отслеживали мозговую активность Бамблби, и увидел, что все пошло наперекосяк. Хотя нет. Корпус Мегатрона также лежал на медицинской платформе рядом с Бамблби. Он провел Старскрим чуть подальше от этого бардака.       — Ясно, — Старскрим хрипит от боли. — Мегатрон уже начали его пытать. Хм, надеюсь, он хорошенько его помучает.       — Старскрим, ты не можешь винить Бамблби в своем идиотизме, — ответил Нокаут, повалив сикера на платформу и прижав сервопривод к его груди, зафиксировав. — Это ты решил обрушить на него пещеру, а потом попросил сделать ему операцию, но это ещё не все! Ты прилетел всего один орбитальный цикл назад, а уже косячишь!       Старскрим не был Старскримом, если бы не оскорбился за оценку своего интеллекта. Но что его поразило, так это нынешнее состояние Нокаута: темные пятна под оптикой и отсутсвие обычного блеска краски. Он вспомнил о печальной кончине Брейкдауна. Как бы ему ни хотелось ответить, он понял, что сейчас не лучшее время для оскорблений. Он просто вздохнул и позволил Нокауту продолжать.       Послышался стон и шевеление. Десептиконы оглянулись и увидели, что Мегатрон проснулся и отключает соединение своего шлема и шлема автобота. Бамблби выглядел ошеломлённый, а выражение его лицевой. Нокаут запаял рану на крыле Старскрима, а после повернулся к Мегатрону.       — Итак, мой Лорд, какие у вас есть новости?       — Будь готов. Я наконец-то узнал, где находится база автоботов. Мы прибудем через один солнечный цикл, — ответил Мегатрон, прежде чем покинуть медицинский отсек. Нокаут и Старскрим удивились и уставились на Бамблби. В его оптике они увидели сожаление.