О вампире и писателе

—Сэр, неужто и впрямь не слыхали? — в тусклом свете чумазое лицо мальчишки выглядело мрачно и пугающе. — Ей-богу, в том замке чертовщина творится! Рампо полулежал, скучающе откинувшись на спинку кресла. В камине трещали догорающие поленья. Надоедливый мальчик-слуга уже довольно долго верещал что-то о старом заброшенном замке на окраине города, чем порядком надоел Эдогаве. Вот и опять дуралей заладил по-новой, словно сам себя не слышал и не замечал недовольства хозяина. —О нëм баек столько ходит, не верю, чтоб вы не слыхали! — не унимался мальчишка. Не выдержав его болтовни, Рампо наконец откликнулся: —Не интересует. Вид у него при этом был слегка раздражëнный, хотя по большей части, скорее, равнодушный. Услышав холодный тон господина, мальчик вдруг замолчал на мгновение, и черты его лица разгладились, утратив ту зловещую выразительность. —Но как же, — начал он снова. — Ведь там же давеча рядом мертвеца нашли... Труп, то бишь... Тело! Аристократки одной. Перебрав несколько вариантов, прикидывая, какое из слов прозвучит наименее грубо, мальчишка наконец сумел изложить свою мысль. Рампо хмыкнул и приподнялся, уставился на него сквозь узкие щëлки прищуренных глаз: —Как, говоришь, тебя зовут? —Томасом, сэр, — мальчик попятился, ошарашенный резкой переменой в настроении хозяина. —Так вот, угомонись, Томас. Из-за твоей болтовни у меня разыгрался аппетит, — Рампо снова удобно устроился на своëм диване, опустив веки и так практически всегда закрытых глаз. Мальчишка ошарашенно моргнул, совершенно сбитый с толку поведением своего господина. Этот своеобразный молодой человек появился в городе внезапно. Будучи иностранцем, он тут же привлëк к себе много внимания и, выходя из дома, раз за разом замечал на себе любопытные и восторженные взгляды. Однако совсем скоро по улицам поползли слухи о странностях приезжего мужчины. Женщины шептались о его привычке всегда держать глаза закрытыми, о нездоровой любви к сладким десертам, о том, как не по годам молодо он выглядел. Мужчины замечали за ним чрезвычайную неаккуратность, удивлялись его нескончаемой лени и неоправданному самолюбию. Некоторые особенно суеверные горожане поговаривали, что загадочный иностранец — не кто иной, как колдун. У Рампо и правда была одна черта, что восхищала народ и вместе с тем вызывала недоумение — он без труда находил ответ почти на любой вопрос. Ни один преступник или виновник какого-либо происшествия не мог скрыться от проницательного иностранца, он мгновенно выявлял причины и находил решения всех городских загадок: от сбежавшей гончей до смерти достопочтенной старушки-купчихи. Притом делал он это с удивительной безучастностью, не дрогнув ни одним мускулом, не сбросив с лица будничного скучающего выражения. Лишь иногда Эдогава ехидно ухмылялся и отпускал колкости и высокомерные комментарии в сторону тех "идиотов, что не способны понять очевидные вещи". В карты загадочный прозорливец обычно не играл, объясняя это банальной незаинтересованностью, но если всë же доводилось ему вступить в игру, то одерживал победу в первые же минуты и после с равнодушно-досадливым видом жаловался на свою патологическую скуку и удалялся к банкетному столу. Рампо не интересовали ни охота, ни светские мероприятия, ни любые другие прелести дворянской жизни. Но у него было иное развлечение: только прослышав об очередном происшествии, Эдогава отправлялся в город в компании какого-нибудь из немногочисленных слуг, безжалостно отрывая его от прочих обязанностей, и на глазах ошеломлëнных зевак в миг находил ответ на любую загадку, что готовили ему мрачные городские улицы. Временами он делал из таких коротких расследований целые представления, тем самым сильнее увлекая некоторых зрителей, раздражая других и вместе с тем теша свою горделивую самовлюблëнность. Томас был одним из тех, кого Рампо частенько брал с собой, в прочем, видимо, не настолько часто, чтобы запомнить имя. Или, быть может, он только делал вид, что не помнит, чтобы не опускаться до запоминания имëн прислуги, что было более вероятно, учитывая превосходную память Эдогавы на всë, за исключением, пожалуй, одной лишь дороги до дома. На странные выходки господина Томас, наравне с другими слугами, особого внимания привык не обращать. Платил хозяин хорошо, да и обращался с мальчиком неплохо, так что на остальное можно было закрыть глаза. Наконец Рампо потянулся и уставился на мальчишку глубоким пристальным взглядом, так что тому пришлось на всякий случай отступить шаг назад. —Так что, говоришь, там произошло? — всë так же холодно-скучающе произнëс Эдогава, но в глазах его сверкнула лëгкая искра увлечения. —Где это? В замке-то? — бестолково уточнил Том, не ожидавший от хозяина подобного интереса. —Барышню там нашли молодую, значица, мëртвую. —Неужели? — уголки губ Рампо заметно приподнялись, образовав подобие широкой улыбки, больше напоминавшей оскал. Это было знаком неподдельного интереса. —Богом клянусь! Приятель у меня есть, Джеком звать, он из дворовых, такая собака, везде залезть успеет, так он вон и видал, — у Томаса аж щëки загорелись от возбуждения. —Он нам тогда ж на будущий день такое сказывал! Говорил, мол, убийство это. Ухмылка Эдогавы приобрела отчëтливые очертания, чуть прищуренные по привычке глаза увлечëнно блеснули. —И ты ему веришь? —поинтересовался Рампо, задорно усмехнувшись. —А как же ж не верить? — немедленно ответил Том, ни на секунду не задумавшись. — Городские молвят, якобы несчастный случай, но да как же ж ему быть несчастным случаем, когда баба при деньгах, молодая такая, значица, — да в таком месте посреди ночи померла? Это верно убийство. Томас ничуть не сомневался в своей правоте, наоборот, казалось, с каждым словом всë сильнее убеждался в сказанном. Под конец он уж совсем разошëлся: —Коли изволите послушать меня, так я вам прямо скажу: тут замешана нечисть. Чтоб этакое преступление провернуть, да не попасться, да следов к тому ж не оставить нисколько — это человеку-то не по силам так. Рампо скалился со своего кресла, уже толком не слушая, о чëм ему заливал беспокойный мальчишка. Но вот он вскочил с места и остро направил на мальчика указательный палец, словно целился в него из пистолета. Томас зажался в угол и молниеносно захлопнул рот, прежде чем хозяин плашмя прислонил палец к виску и объявил пафосно: —За дело берëтся великий детектив! Это значило, что Рампо готов был приступить к расследованию. Конечно, нечистые силы и прочие россказни суеверных мало его интересовали, а вот возможность раскрыть очередное любопытное дельце — очень даже. Томас не стал ни возражать, ни уточнять деталей, лишь нахмурил брови, охваченный дурным предчувствием. —Когда выступаете? — уточнил мальчик, с беспокойством наблюдавший за тем, как Эдогава, резко перешедший от ленивого спокойствия к живому интересу, пересëк комнату и остановился лишь на мгновение, чтобы одеться перед выходом из дома. —Сейчас же, — отрезал детектив, накидывая верхнюю одежду, не с первого раза попав руками в дыры рукавов. —Эй, как тебя, Хью, дом на тебе, — крикнул он одному из слуг, очевидно занятому чем-то в другой комнате, после чего снова "выстрелил" пальцем в Томаса, заставив его вздрогнуть от неожиданности, —А ты со мной! Мальчик покачал головой, взволнованно метнув взгляд в сторону окна. —Одумайтесь, сэр. Ночь на дворе, ни зги не видать, чëрт его знает, что с вами приключиться может, — залепетал Том, но Рампо и не думал его слушать. Вскоре оба покинули дом. Воздух был свеж, казалось, что скоро пойдëт дождь. На улицах царила тишина, если не брать в расчëт шума завывающего, словно стонущего от боли, ветра. Эдогава шагал расслабленно и уверенно, хотя дороги толком не знал, а Томас семенил рядом, всë ещë пытаясь отговорить господина от ночного похода и попутно подсказывая, куда сворачивать: —Опомнитесь! Ливень грянет — мы с вами до нитки вымокнем, —мальчишка споткнулся и машинально схватился за полы хозяйского пальто. На ногах, к счастью, устоял. — Влево! Том отдëрнул руки от одежды господина и остановился, чтобы отряхнуть и так порядком потрëпанную рубашонку. Догнав Рампо, он продолжил: —А вдруг этот гад вас тоже.. того?, — тут Томас странно цокнул языком, вроде как крякнул, и провел большим пальцем по горлу, очевидно не решившись вслух сказать "убьëт". —Мало ли? Чего ему стоит-то? Эдогава лишь усмехнулся и невозмутимо продолжил путь. Времени прошло немало, прежде чем Рампо и Том наконец добрались. У массивных дверей старинного замка две невысокие фигуры казались совсем крошечными. Детектив оглядывал здание с предвкушением и даже некоторым восхищением, в то время как мальчишка-слуга то и дело озирался по сторонам, ожидая, что вот-вот из-под кустов или из-за угла выскочит кровожадный маньяк, готовый на месте прикончить и мальчика, и его храброго господина. —Ну ты и трус, — ехидно улыбнулся Эдогава, бросив взгляд на дрожащего Томаса. —Стой здесь и следи. Не теряя ни минуты, Рампо обхватил двумя ладонями большие резные ручки и с трудом отворил тяжëлые скрипучие двери. Том незамедлительно бросился к хозяину, схватил его за края пальто: —Да придите ж в себя! — мальчуган тщетно пытался оттащить Эдогаву прочь от входа в логово, по слухам, самого дьявола. —Говорю вам, ничего путëвого из этого не выйдет! Рампо нахмурился, грубо выдернул плотную ткань из рук Тома и приказал ему не мешать. —Не сомневайся в моих способностях, малец, — детектив смерил слугу строгим взглядом из глаз-щëлочек и шагнул за порог. Стоило Эдогаве погрузиться в тревожный полумрак помещения, как дверь за ним захлопнулась, и он словно растворился в кромешной темноте. Напрасно Томас колотил в двери кулаками и надрывал голос, упрашивая хозяина вернуться: всë пространство замка было будто совершенно изолировано от окружающей суеты, и ни один звук снаружи не проникал в здание без единого окошка. Наугад, ничего перед собой не разбирая, Рампо пересëк просторный зал и оказался перед узким коридором, в конце которого виднелся тусклый круг света. Детектив только ступил в мрачный тоннель, как десятки свечей в причудливых резных канделябрах вдоль потрëпанных временем чëрных стен враз загорелись, словно по приказу какой-то магической силы. Рампо удивлëнно хмыкнул, вскинул бровь, но останавливаться не стал, только взглянул мельком на ближайший из настенных подсвечников. Он шëл по, казалось, бесконечному коридору, и с каждым его шагом по три свечки, расположенных друг напротив друга, гасли у него за спиной, словно никогда прежде и не светили. Взглянув со стороны, можно было заметить, что Эдогава будто бы являлся ограничителем между светом и тенью: перед ним простирался ярко освещëнный туннель с обшарпанными, шероховатыми, явно покрытыми пылью стенами — но почти каждую редкую деталь можно было в нëм различить, в то время как сзади, по мере того как детектив продвигался вперëд, сплошная беспросветная тьма наступала ему на пятки, точно пожирала тот свет, что сопровождал его. Рампо не оглядывался назад, даже когда слышал, будто что-то шуршало или цокало за его спиной. Он знал, что тот, кого он ищет, там — дальше, в конце коридора, в другом зале, в глубине. Он уже не сомневался, что вот-вот столкнëтся лицом к лицу с загадочной "нечистью", что наводила страх на местных жителей. В прочем, он также был уверен, что ничего сверхъестественного в этом страшилище не было и быть не могло. Тем временем на верхнем этаже в самом сердце замка, в тесной комнатке, заставленной всяческой витиеватой мебелью и замысловатыми механизмами, стоял молодой человек с тонкими аристократичными чертами лица, одетый аккуратно и изящно, но при том с волосами растрëпанными и даже чуть взъерошенными. Из этого факта и ещë того, как сильно на бледной коже выделялись синяки под серыми с волшебным фиолетовым отливом глазами, можно было заключить, что мужчина давно не спал и был крайне измотан, но чересчур увлечëн, чтобы сделать перерыв. Только он отошëл от одной из громоздких машин с множеством рычажков и ручек, занимавших бóльшую часть пространства комнаты, как услышал неожиданно громкий писк и высокую протяжную трель. На рабочем столе, заполонëнном стопками бумаг и мелкими металлическими детальками, сидел, приподняв передние лапки, маленький енот. Стоило хозяину обратить на зверька внимание — тот ловко перебрался ему не плечо. Мужчина вдруг забеспокоился: стал поправлять одежду, пригладил волосы, спустил закатанные ранее рукава, и когда наконец был готов, уточнил чуть хриплым после долгого молчания голосом: —Он уже там, верно, Карл? — в ответ на что, будто в качестве подтверждения, получил краткий писк со стороны енота и осторожный тычок маленькой лапкой в плечо. — Тогда нужно поспешить. "Там", очевидно, значило просторный зал, куда наконец выбрался уже успевший заскучать Рампо после довольно долгого путешествия по длинному коридору, снова погрузившемуся во мрак, как только детектив его покинул. Зал с высоким потолком был скудно освещëн несколькими газовыми лампами, которые были занятно задекорированы, но, тем не менее, совершенно выбивались из общего мрачно-готического убранства замка. Посреди зала располагалась широкая лестница с двумя разветвлениями, ведущая на узкий балкончик, который, в свою очередь, предоставлял доступ в комнаты и помещения второго этажа. Эдогава неохотно огляделся, но быстро поняв, что ничего важного не найдëт, сосредоточил внимание в центре балкона, где за невысокими перилами его уже ждали. Хозяин замка многозначительно улыбнулся гостю, и тот в ответ расплылся в усмешке. Не теряя времени, они оба устремились друг другу навстречу, как давно не видевшиеся приятели. —Рад приветствовать вас в своей скромной обители, — проговорил гостеприимный хозяин наигранно, словно цитировал дешëвый роман. — Что привело вас сюда? Рампо чуть было не покатился со смеху: —Ну хватит тебе! Не делай вид, будто не ждал меня. Явно смутившись такой насмешки, сероглазый граф отпрянул и потупил взгляд. —Я рад видеть тебя снова, Рампо, — произнëс он тихо, словно боялся выйти из роли. —Я знал, что это всë ты, По-кун. Очень в твоëм духе, — заявил Эдогава, положив руку ему на плечо. Конечно, детектив узнал того, с кем состоял в отношениях не то что дружеских, но даже более близких и тëплых, пусть официально ни один из них этой особо интимной связи огласки не давал. Эдгар Аллан По предстал перед Рампо таким же, каким тот всегда его знал, ошибиться было просто невозможно. Оглядев Эдгара с головы до ног, Рампо вдруг неожиданно громко рассмеялся, сотрясая пропитанный пылью и старостью затхлый воздух: —Надо же, а местные думают, что ты вампир — вот идиоты! —А ты так не думаешь? — вовсе не удивлëнно, скорее просто заинтересованно поинтересовался По. Он знал, что Эдогава всë поймëт и с предвкушением ожидал этого момента — момента своего раскрытия. —Естественно, нет! — возмутился детектив. — Вся эта мифическая нечисть — просто бред, не поддающийся логике. Он надулся и заглянул в лицо Эдгара, словно пытаясь прочитать по выражению, что тот думал на этот счëт. А Эдгар не думал, он лишь ждал, когда сможет вновь увидеть в действии удивительную способность Рампо. Увидев неподдельное увлечение По, Эдогава смягчился и продолжил в своей привычной высокомерно-скучающей манере: —Ты же не думал, что я куплюсь на твои фокусы со светом? Это всë хитрая техника, но не более. Наверняка у тебя здесь где-то есть "путьт управления" или типа того. Жмëшь на рычаг, приводишь в движение механизм... По утвердительно кивнул и удовлетворëнно улыбнулся: детективные способности Рампо снова оправдали его ожидания. —А о моих передвижениях тебе сообщал маленький друг. Стук его когтей сбивал меня покруче, чем твоë светошоу, — продолжил Рампо, с ухмылкой поглядев на енота, быстро перебравшегося с плеча на голову хозяину, как только его потревожили. — Хотя обо всëм он докладывать не мог, просто не успел бы, значит в туннеле ты управлял светом наугад. Вышло неплохо. Он подмигнул, и Эдгар словно засветился, обрадованный неожиданным комплиментом, но Эдогава тут же продолжил, неумолимо оторвав его от приятных мыслей: —А женщина та, которая умерла, была просто приманкой. Но еë убил не ты, ты бы не заставил себя на такое пойти. Я не видел еë тела, но думаю, что кто-то решил воспользоваться возможностью и напасть на богатую аристократку, пока та была одна. Может, убийства изначально в планах и не было, но многие преступления совершаются по чистой случайности, — Рампо нахмурился. — Люди привыкли руководствоваться эмоциями, а не головой. Эдгар молчал, внимательно вслушиваясь в размышления детектива. —Но это всë не важно, так? Тебе это было только на руку, — заключил Эдогава, пожав плечами, словно говорил только что не о покушении и убийстве, а о чëм-то будничном и лëгком. В прочем, именно это и можно было назвать привычной темой для детектива, каковым он являлся. —Ты прав, — подтвердил По, стыдливо попятившись и уставившись в пол. Казалось, что осознание своей выгоды в чужой смерти ввело его в тяжкие раздумья, но это мимолëтное замешательство прошло, стоило ему вспомнить, зачем вся эта история изначально затевалась. —Послушай! Чтобы покинуть замок, достаточно выполнить всего одно действие, — объявил Эдгар театрально и даже слишком пафосно, так что Рампо аж поморщился. — Но выяснить, что от тебя требуется... —Хватит, я понял, — прервал его Эдогава даже прежде, чем действительно осознал, что ему предстояло сделать. — Уж это дело я раскрою без проблем. Кое-кому, видимо, просто слишком одиноко в этом дурацком старом замке. Сквозь как обычно полуприкрытые веки детектив с места осмотрел комнату, но лишь в очередной раз убедился, что вариант оставался только один. Довольно безрассудный. Эдгар смотрел на Рампо во все глаза, не зная, чего от него ожидать, в то время как тот уже наверняка знал, что вот-вот предпримет. Застав собеседника врасплох, Эдогава вдруг мягко коснулся ладонью его холодной бледной щеки, запустив стайку мурашек по его тонкой чувствительной коже, затем одним аккуратным движением приподнял непослушную, слегка вьющуюся чëлку По и кратко поцеловал его в тонкие потрескавшиеся губы. Прежде чем хоть один из них сумел до конца осмыслить произошедшее, Рампо охватило странное, но уже довольно привычное ощущение, словно его на секунду ослепил яркий всполох света, и поток ветра, ловко подхватив компактное тельце, отнëс его в сторону — прочь от Эдгара, замка и всего этого города. А спустя мгновение детектив снова твëрдо стоял на ногах, но уже совсем в другом месте. Всë тот же полумрак царил в комнате, слабо освещëнной одной единственной настольной лампой. По, прежде низко склонившийся над черновиками своих романов теперь поднял голову и уставился на Рампо так пристально и изумлëнно, будто пару дней назад собственноручно похоронил его и сейчас уж точно не ожидал, что он заявится к нему домой посреди ночи. Однако Эдогава действительно вернулся, он был здесь, невозмутимо глядел на Эдгара, недовольно скрестив руки на груди, будто никогда никуда и не пропадал. По бросил ручку, оставив чернильное пятно в конце только что дописанной строчки и, неловко выбравшись из-за стола, бросился к Рампо, чуть было не упав по дороге, споткнувшись о ножку поваленного в спешке стула. Взяв детектива за плечи, Эдгар всмотрелся в его лицо с непривычно раскрытыми изумрудными глазами, как бы до конца не веря, что снова видит его перед собой. —Ты разгадал, — наконец пришëл к выводу По и, облегчëнно улыбнувшись, крепко обнял Рампо. Тот не стал сопротивляться, но и в ответ никаких действий не предпринимал. —Я рад снова тебя видеть, Рампо, — шепнул Эдгар ему на ухо, и Эдогава вздрогнул, вспомнив, как почти то же самое говорил и другой По, книжный. Тот граф, пугавший его темнотой и светом, с которым Рампо беседовал на лестнице, встречи с которым он с нетерпением ждал, которого он поцеловал и тут же исчез, не успев попрощаться, был лишь героем очередного романа настоящего По. Детектив знал это с самого начала, потому и шëл ему навстречу так бесстрашно и действовал так решительно, без тени смущения. Он понимал, что вскоре это всë не будет иметь никакой важности. Тем временем Эдгар с непониманием рассматривал задумчивое и возмущëнное личико Рампо. Обычно, возращаясь в реальность со страниц книги, Эдогава был весел и активен, сразу начинал самодовольный рассказ о том, как в очередной раз в два счëта нашëл ответ на ничуть не сложную загадку писателя, и По был доволен, несмотря на то что его попытки превзойти великого детектива раз за разом терпели крах. Но в этот раз что-то было не так. —Поцелуй, — вдруг буркнул Рампо совсем не к месту. Это была не просьба, он совершенно точно говорил о том поцелуе в конце романа. — Это всë, что тебе было нужно? Эдгар замялся, не зная, что ответить. В этот раз сюжет действительно был экспериментальным, и, судя по всему, главному герою это не понравилось. —Я думал... — начал было оправдываться По, но Эдогава прервал его возмущëнным окриком: —Дурак! И ради этого я торчал там целую неделю, разыскивая сбежавших собак? Зачем было давать столько побочных квестов, если ты изначально не планировал ничего интересного? Эдгар виновато отвëл взгляд и расстроенно сжал дрожащие от горькой обиды губы. Он не ожидал такой реакции, но недовольство Рампо было ему понятно. А тот тем временем не унимался: —И ведь это был даже не ты! Да Карл и то правдоподобнее вышел. Мирно дремавший на кресле с другой стороны комнаты енот вдруг высунул нос и тихонько пискнул, услышав своë имя. —Прости, — тяжело выдохнул По, стыдливо прикрыв лицо ладонью, как провинившийся щенок прячет мордочку лапой, боясь разгневанного хозяина. — Я рассчитывал, что это дело будет раскрыть труднее, потому что... —Потому что там надо было думать чувствами, а не головой, — закончил за него Эдогава. — Ты знаешь, что я в этом не особо хорош. Эдгар шокированно поднял глаза на внезапно смягчившегося детектива. Чтобы Рампо сам признал, что ему что-то не даëтся — это было необычайной редкостью. —Но, По-кун, — продолжил детектив, будто ничего особенного не произошло. — Если ты хотел поцеловаться, мог бы просто попросить. Сердце По ëкнуло, пропустив удар. Это замечание, произнесëнное с такой лëгкой простотой и прямолинейностью, эхом пронеслось в его голове, заставив тело сжаться от неловкости и стыда. Кажется, такая реакция действительно позабавила Рампо, так как последним, что услышал Эдгар перед тем, как небольшие тëплые ладони легли на его щëки, был заливистый смех. Секунду спустя он уже чувствовал на губах знакомую мягкость и сладковатый привкус. Казалось, Эдогава почти целиком состоял из сплошного сахара, даже его волосы пропахли чем-то сладким и наверняка съедобным. По прикрыл глаза и, обняв Рампо, крепко прижался к нему, словно боялся, что, стоит ему отпустить руки, и детектив снова пропадëт на неделю, а то и дольше — может быть, вообще навсегда. Но Эдогава остался там же, где и был, даже когда поцелуй закончился. —А что дальше? — неожиданно спросил он, разрезав на минуту воцарившуюся тишину. —Что? — тупо переспросил Эдгар, не уловив сути вопроса. —Роман-то чем закончился? Хочу знать, что с Томасом, — уточнил причину своего интереса Рампо. —А, минутку! — По поспешил к столу, переступив через так и не поднятый с пола стул и, откопав среди груды бумаг нужный лист, оглянулся на слушателя, прежде чем зачитать концовку. — Боюсь, тебе не понравится. —Давай уже, — поторопил его Эдогава. И рассказ наконец подошëл к концу: «...Вскоре после того, как Эдогава скрылся за дверьми замка, на улице грянул дождь, после переросший в сильную грозу. До ниточки промокший и озабоченный долгим отсутствием господина, Томас бросился искать подмогу. Замок тщательно обыскали, но ни детектива, ни подозреваемого в убийстве или похищении обнаружено не было. Жители заключили только, что незадолго до происшествия в нескольких помещениях явно кто-то находился, судя по недавно горевшим свечам и лампам. Таким образом, помимо жуткой истории о вампире, обитавшем в старом одиноко стоявшем замке на вершине холма, в том городке сложилась легенда о бесстрашном детективе, вступившем в сделку с дьяволом и бесследно пропавшем одной тëмной ненастной ночью.»