Заражение систем

Сидеть бесконечно они так не могли, ближе к полудню Пин проснулся и начал звать Биби, он понял как ещё они могут остановить вирус! Жалко что только остановить, а не излечить всё, чем Биби уже начал страдать. Робот медленно поднялся и устало пошёл на зов, пока няня смотрела ему вслед. -О! Биби, давай уже остановим этот вирус, пока он не начал прогрессировать. Пин лучезарно улыбался, не смотря на мешки под глазами. Пину пришлось подключится к базе данных Биби и что-то исправить, Лосяш стоял рядом и что-то подсказывал, Биби нечего не понял, его ввели в режим полусна. Он смотрел расслабленно в окно ангара и наблюдал за палящим солнцем, которое было уже высоко. Такое синее небо, ни облачка. Хотя, если облака не видны, это к дождю. Уже вечером Биби пытался привыкнуть к усталости, что всегда должна будет его преследовать, по крайней мере пока не найдётся способ избавиться от неё раз и навсегда, наконец, вернув нашего энергичного робо-чела. Пин сидел за столом с Лосяшем и плюшками с чаем праздновали решение проблемы. Как они догадались что это именно вирус, а не что-то ещё, что его питает, откуда он. И всё таки Биби надеялся что Совунья права и свежим воздухом можно вылечить всё, так же, он пока боялся прикасаться к теме космоса, а вдруг действительно выгорание, как сказал Лосяш? Конечно, он потом сам же и опровергнул эту теорию, но на всякий случай стоит дочитать про водоросли. И няня. Где железная няня? За ангаром её больше нет, след на песке остался, а её нет. Ушла куда-то. Лосяш ушёл, а Пин положил все кружки в раковину. Потом придёт няня и всё помоет, так стоп. Со вчера посуда ещё осталась, няня вчера вечером нечего не мыла. Верно, она была за ангаром. Ну да ладно, погуляет и вернётся, всё таки её заряд не бесконечный, максимум может недельку побегать. Биби весь вечер разговаривал с Пином, пока собирали пазлы и кубики-рубики. Ему полегчало, но только на душе, усталость была и будет. Вот уже ночь. Пин готовится ко сну, как и предвещала примета о облаках на небе, пошёл дождь. Биби сел на зарядку и посматривал в окно. Темно. Шум грозы и стук капель одновременно успакаивали и настораживали. И где няня? Биби уже успел соскучится. Биби ушёл в режим сна и нечего не слышал. Ни сопения Пина, ни тяжёлых шагов железной няни, ни открытия холодильника и ни рёва пилы. Он очнулся только когда Пин закричал от боли. Биби проснулся и со всех колёс покатился к Пину. Он увидел как няня возвышается над холодильником где был Пин. В ногах няни расползалась лужа крови. Она медленно повернулась к роботу, у которого округлились слезящиеся глаза и сжался поршень где-то в груди. В процессоре крутились вихри паники и страха. Страха за отца, немного за психику. Внутри холодильника была просто ужасающая картина. Тело Пина было распилено пополам, открылся вид на мозги, плоть, мышцы, белые кости. Он оцепенел и просто смотрел на няню своими жалобными глазками, как будто надеясь что Пина можно будет собрать обратно, починить как это сделал бы он с Биби, если бы его сына точно так же сломали. Больше скажу, ему казалось что его сейчас точно так же распилили, настолько было больно. Биби зарыдал машинным маслом, было страшно и так грустно что казалось сейчас поршень выпрыгнет, слова застыли в динамике. Биби убежал, спотыкаясь обо всё, лишь бы подальше от дома, где уже дома нет. Он крутил в голове одновременно слова "что делать? Почему он? Как так вышло?" И все счастливые моменты с папой, которые он никогда не вернёт, никогда не будет приблизительно того же, казалось, печаль настолько сильна, что счастье будет позабыто. Он ехал против мокрого песка, пытаясь преодолеть уже привычную усталость, не обращая внимания на дождь, а надо бы, если бы не дождь он бы просто улетел. Где он будет шлятся по ночи в грозу и сильный ливень? Няню уже не беспокоило. Это даже самого Биби не беспокоило, лишь бы убежать от всего этого кошмара.