О цвете и вкусе.

- Ванда, милая, я дома! - огласил свой приход Лафейсон, снимая с себя пальто и обувь, оставляя все в прихожей. Едва услышав голос любимого, зеленоглазая со всех ног побежала в прихожую со своей комнаты, тяжело дыша и держась за круглый живот. - Купил? - с детской надеждой и безумным волнением спросила Ведьма, ожидая ответа от супруга, который при виде любимой тихо рассмеялся. - Купил-купил, не волнуйся, - успокаивающе погладил он ее спину. - И вообще, тебе нельзя напрягаться! Тем более бегать! Что за женщина такая? - театрально возмутился Бог, поцеловав Максимофф в лоб. - Мы, между прочем, ждем уже больше часа нашу сладость, - цокнула языком рыжеволосая, отвернувшись от трикстера, делая обиженный вид. - Клубника уже тут, не дуйся, - еще громче рассмеялся Локи, обнимая со спины Ванду, поглаживая ее живот, в котором зародилась жизнь. - Извинись получше, - хитро сверкнув глазами ответила девушка, кивнув на свой живот. А ему и не нужен был намек, он знал, как просить прощения за очередную оплошность в глазах беременной жены. Присев на колени, брюнет нежно поцеловал круглый живот Ванды, которая с улыбкой смотрела на него сверху, зарывшись ладонью в черные локоны. Ребенок же в ответ стал тихонько пинаться, будто принимая извинения, на что трикстер тихо усмехнулся, поднимаясь обратно к лицу супруги, накрывая ее губы своими. Крепкая мужская ладонь легла на живот, одаривая своей теплотой и лаской. - Все, теперь быстро мой клубнику! - приказала рыжеволосая, убегая в гостиную, где она села на диван, сложив руки на живот, требовательно поглядывая на мужа в коридоре. Думал ли когда-то Лафейсон, что женщина будет иметь над ним такую власть? Разумеется, нет. Ранее ему были чужды выполнения приказов, просьб и в целом было чуждо понятие счастье. Однако, познакомившись с Вандой однажды, он навсегда отмел все свои принципы, представ перед ней на колени. Ведь теперь, когда она носит под сердцем их дитя, его вовсе не волнует, что было раньше. Теперь ему важно лишь то, что происходит сейчас. - Все готово, в лучшем для вас виде, - объявил мужчина, заходя в гостиную, протягивая любимой помытую и почищенную от зелени клубнику. Присев рядом, он стал с улыбкой смотреть за тем, как она внимательно рассматривает ягоду, проверяя точно ли она ей подходит. Вдруг, Максимофф всхлипнула и со слезами на глазах посмотрела на обеспокоенного Локи. Конечно, резкие перепады настроения, тем более на седьмом месяце были нормой. Но он все еще не мог привыкнуть к этим гормонам у любимой. - Милая, что такое? - обняв супругу начал Бог. - Она недостаточно красная... - полушепотом ответила зеленоглазая, заливаясь слезами, утыкаясь носом в грудь мужа. Облегченно выдохнув, трикстер тихо усмехнулся, поглаживая свою любовь по голове. - Какой же красный тебе нужен, милая? Эта была самая свежая, а значит самая красная, - осторожно поинтересовался он, не желая еще больше заставлять ее плакать. - Как твои глаза! - ответила она, заглядывая в изумрудные глаза. - Ты совсем не принимаешь свой облик из-за страха, что я заболею, но я так хочу найти хоть что-то с подобным оттенком! - заплакала пуще прежнего девушка, прижимаясь Богу, что тяжело вздохнул. - Я обязательно найду что-то с таким оттенком, - тихо усмехнулся тот, взяв одну клубнику из тарелки. - Милая, клубника сладкая, пусть и не такая красная. Поешь, пожалуйста, вам с нашей малышкой нужны витамины, - ласково попросил Локи и Ванда поддалась, открывая рот и прожевывая ягоду, тут же засияв, с неверием глядя на мужа. - Локи! Она такая вкусная! - воскликнула рыжеволосая, съев еще одну и еще. - Знаю, милая, только смотри не ешь сразу много! Прожуй сначала, - посмеялся Бог, играясь с шелковистыми локонами любимой. Былой печали от цвета ягоды не осталось. Осталась только радость от ее вкуса.