Ноль процентов любви

1 июня, четверг

      Утро четверга наступило слишком быстро. Илье казалось, что он едва коснулся подушки головой — и наступило утро. Диана осталась ночевать у него и крепко спала всю ночь, милая и беззащитная в своей розовой шелковой пижаме и повязке для сна с рисунком из овечек.       Илья же крутился всю ночь с боку на бок, выходил покурить — достал запрятанную подальше резервную пачку, — тщательно продумывал план, в деталях раз за разом представляя себе двор, дом, подъезд и квартиру Анны Юрьевны.       Им удалось все продумать до мелочей. Телефон он оставит дома, а вот бахилы и медицинские перчатки возьмет с собой, так же, как и санитайзер, спиртовые салфетки. Пользоваться своей туалетной водой со стойким ярким ароматом не станет, так как по запаху сразу можно будет понять, что в квартире был кто-то посторонний.       Добираться он решил пешком. Выйдет заранее, проследит, чтобы Анна точно ушла и тогда быстро сделает все, что ему нужно.       Пароли от гаджетов Анны он знал, дубликат ключей, в том числе от ящиков стола, у него так же имелись. Одеться Илья решил попроще — у него валялись старые вещи, оставленные для жизни на даче. Поначалу он сопротивлялся, когда Диана предложила слегка замаскироваться. Все это напоминало детскую игру в переодевания, и он отказался, решив, что пойдет в нормальной, «человеческой» одежде. А не в джинсах, купленных лет семь назад и дешевой футболке из масс-маркета.       Диана же должна была остаться у него дома и дождаться его возвращения. Как пойдет оставшаяся часть дня Лохматов не представлял, учитывая, что Анна позвонит ему и расскажет о том, что пропал роман. Дальнейшее будет зависеть от ее настроения и морального состояния, но в том, что придется ехать и утешать ее он не сомневался.       «Диана права… А если меня увидит кто-то и поймет, что я приезжал два раза? Всем конечно плевать друг на друга… Но в таком деле риски не нужны», — наплевав на попытки заснуть, Илья подскочил с кровати и кинулся в гардеробную. Надо было продумать свой образ более тщательно, отыскать старую обувь и, желательно, солнцезащитные очки.       В итоге успокоился он и даже немного задремал около четырех часов, предварительно придумав для себя оправдание — в том, на что они решились, виновата Анна. Точнее, ее пренебрежительное отношение.       «Сама виновата. Помогла бы — все было бы хорошо… А не захотела — я сделаю все сам, как надо».       К половине восьмого он был во дворе дома, где жила Анна Юрьевна. Ждать пришлось недолго, каких-то сорок минут, прежде чем она вышла из подъезда. И еще для верности минут пятнадцать, чтобы точно быть уверенным, что она не вернется.       Чувствуя, как его потряхивает от нетерпения и переполняющих эмоций, Илья вошел в подъезд. Он мало походил на самого себя, стараясь идти вразвалочку, не так, как он привык. «Для возможных свидетелей…», — мысленно усмехнувшись, еще раз оглядел себя. Кислотно-желтая футболка прекрасно перетягивала взгляд, оставляя при этом без внимания лицо и прочие, менее выразительные детали внешности.       На нужный этаж Лохматов поднялся быстро, прислушался к происходящему в подъезде, а потом достал ключи из поясной сумки, предварительно нацепив перчатки. Тихо щелкнул открываемый замок. Ладони вспотели, во рту мгновенно пересохло, в медицинских перчатках противно захлюпало.       В квартире тоже едва заметно пахло краской, Анна оставила открытым окно. Осмотревшись, он шагнул к рабочему столу, открыл крышку ноутбука. Включил, ввел пароль, кликнул мышкой. Руки дрожали, в горле мгновенной пересохло. Он знал, что прямо сейчас хозяйка квартиры не вернется, но осознание, что в любой момент его могут застать врасплох, добавляло адреналина.       Спустя семь минут Илья вышел из квартиры, спустился на один лестничный пролет, выкинул в мусоропровод перчатки и бахилы, после чего спокойно спустился вниз. Все оказалось не так страшно, как он себе представлял — файл скинул на флэшку, потом спокойно удалил из облака (почистил там корзину), и со съемного жесткого диска, и с ноутбука. Затем выключил ноутбук, взял его в руки, поднял сантиметров на пятнадцать над рабочим столом и уронил. Устраивать замыкание жесткому диску было слишком долго и хлопотно, а так — скорее всего восстановленные файлы не откроются, даже если их удастся кому-нибудь выцарапать из недр памяти старенького «Леново». Илья вышел из подъезда и спокойно направился в противоположную от дома сторону, чтобы сделать небольшой крюк, прогуляться и привести мысли в порядок. В его поясной сумке болталась флэшка с украденным и удаленным романом. Но радости почему-то не было.

***

      Прогулка в ботаническом саду помогла отвлечься, немного отдохнуть и мысленно настроиться на завтрашнюю встречу с читателями. Так что домой Анна возвращалась в приподнятом настроении. Погода была отличной — солнечно, достаточно тепло, но не жарко.       «На завтра нужно приготовить платье… А если платье, то и туфли. Кроссовки, конечно, носят, но это не то… Можно, конечно, просто — джинсы, футболка и какая-нибудь кожанка… Но тоже не хочется. Но важнее всего не визуальная картинка, а внутренний настрой. С этим пока проблемы…»       Искренне любившая своих читателей, поклонников, Анна каждый раз нервничала перед встречами, фотосессиями, интервью и прочими обязанностями, который шли в довесок к ее любимому делу — написанию романов. Каждый раз ей искренне не верилось, что все эти люди пришли именно к ней, потратили свое ценное время и деньги, чтобы послушать то, что она скажет, купить роман и получить автограф.       Так что ко встречам с читателями Анна готовилась тщательно.       В квартире краской уже не пахло, первым делом Анна закрыла окно. Потом, переодевшись, вымыла руки и прошла на кухню. Готовить что-то особенное, к тому же для себя одной, ей совершенно не хотелось. Она заглянула в холодильник, достала стандартный набор овощей для салата.       «Илья бы точно такое не оценил… Но вот если бы к салату добавили парочку гамбургеров, картошку и сыр во фритюре, он бы согласился на салат», — улыбнувшись собственным мыслям, Анна продолжила готовку. Много времени на это не ушло.       Наскоро пообедав, она высыпала в вазочку по горсти разных орехов — кешью, миндаля,арахиса, прихватила пару, и решила, что достаточно долго отлынивала от работы. Серьезного нарушения привычного графика не будет, если она час-полтора посвятит уже написанному роману. Вычитывать свои же тексты ей нравилось, исправлять и корректировать собственные мысли было так же интересно, как и писать черновик.       Переместившись в комнату, открыла крышку ноутбука, села за рабочий стол. Старенький ноут, купленный сразу по возвращению из Америки, работал медленно. Но ей категорически не хотелось его менять. Выкидывать десятки тысяч на навороченный, суперсовременный ноутбук ей было откровенно жалко. При том, что Илья постоянно тонко намекал, что стоило бы посмотреть технику помощнее, а Федор так и вовсе пару раз открыто предлагал купить компьютер или ноутбук, а старый выкинуть.       Ярко-голубой фон заставки сменился привычным видом рабочего стола.       Помимо трех значков в левом верхнем углу у Анны находилась папка с разными полезными материалами и отдельной папкой с тем романом, который писала на данный момент. Она открыла папку, но файл с романом не обнаружила. Еще вчера вечером он был в папке — она принялась судорожно щелкать по вкладкам, залезла в «корзину». Ничего. Поиски на «облаке» тоже не дали результата. Крошечная надежда на то, что копия романа сохранилась теплилась в душе, пока Анна доставала флэшку, съемный жесткий диск — информация попадалась на глаза любая, но только не роман.       «Не могла же я его удалить!»       Анна перепроверила себя еще раз, поискала в других папках — мало ли куда могла переместить файл, заработавшись? Но результат по-прежнему оставался нулевым. Особо не надеясь, пересмотрела все доступные текстовые файлы — не осталось ничего, даже самых ранних набросков. Потом, подумав, что надо бы проверить ноутбук на наличие вирусов, запустила антивирусную программу — вирусы так же оказались не при чем.       «Полгода работы… Надо было сохранять еще и на телефон. Дурацкая ситуация, первый раз такое… Как теперь кому-то доказать, что роман в принципе был? А издательство? Быстро написать заново точно не получится… Подвела свою команду, подписала контракт и была ведь уверена, что все будет в порядке — и дописать быстро успею, и никаких проблем не возникнет».       С раздражением захлопнув крышку ноутбука, Анна взяла в руки телефон и выбралась из-за стола. Что произошло с ее романом, она не понимала. На всякий случай прошла к входной двери, проверила замки, сама же усмехнулась от своих предположений.       «Да кому нужен мой роман? Я же не Агата Кристи какая-нибудь… Ну да, неплохо, читают, но это не настолько гениально, чтобы красть роман, да еще из запертой квартиры. Вчера вечером он был… Сейчас час дня — его на ноутбуке уже не оказалось. То есть он мог куда-то деться в промежутке между шестью вечера и часом дня. Замечательно… Следствие ведут колобки — версия от Агнессы Лоран», — не придумав ничего лучше, Анна вернулась в комнату, зачем-то перезагрузила ноутбук. Проверила все носители на наличие романа — с тем же печальным пугающим эффектом.       «Прекрасно! В лучшем случае мне все это переписывать заново… Может лучше по старинке, от руки?..», — нервно улыбнувшись собственным мыслями, Анна первым делом набрала номер Олеси, ее литературного агента. Девушки активной, неисправимой оптимистки, успевающей за сутки столько, сколько она сама делала за двое. Несмотря на то, что Олеся одна растила четырехлетнего сынишку Артема, на ее профессиональной деятельности это никак не сказывалось.       — Анна Юрьевна, здравствуйте! У нас завтра встреча, все в силе?       — Да, я ничего отменять не собиралась, Олесечка. Тут проблема в другом — у меня пропал роман. Полностью написанный, оставалось только вычитать.       — Как пропал?       — Я пришла домой, открыла ноутбук, чтобы поработать, файла в папке не оказалось. На «облаке», съемном жестком диске и флэшке тоже.       — Э-э-э… — Олеся, стараясь переварить услышанное, параллельно прикидывала варианты.       — Я проверила несколько раз. Удалить я тоже ничего не могла, сами понимаете. Даже если бы и удалила, то где-то в одном месте.       — Анна Юрьевна, я вам через пять минут перезвоню.       Олеся перезвонила действительно через пять минут. За это время Анна написала Илье, но сообщение так и повисло непрочитанным в мессенджере.       — Я все узнала. Сергей Сергеевич сейчас на совещании, освободится минут через сорок. Свяжусь с ним, как только он будет доступен. И, пожалуй, даже приеду в издательство сама, я тут недалеко.       — Спасибо. Я, честно говоря, растерялась и не особо представляю, что дальше делать. Отменять встречу, наверное… А потом придется садиться и писать все заново.       — Давайте не будем паниковать, что-нибудь придумаем обязательно. А редакторам не скидывали? По почте?       — В том-то и дело, что нет.       — Плохо… Ой, а вы в полицию не заявляли?       — Нет. А должна?       — Я на всякий случай спросила. Пока лучше не стоит, мне кажется. А вы приехать в издательство сможете? Чтобы не по телефону это все…       — Да, смогу.       — Отлично. Тогда на связи.       Как-то глобально ситуацию разговор с Олесей не улучшил, но настроение у Анны было не таким отвратительным. Видимо, обаяние Олеси и ее внутренне тепло сыграли свою роль.       «Чего не скажешь о Завьялове… Интересно, на какой минуте разговора он заявит, что я сделала это все сама, с целью пиара?»       Анна набрала номер Ильи, понимая, что ответа на сообщение она не дождется. Пока он ехал, нужно было привести себя в приличный вид и собраться — она не могла появиться издательстве в домашних шортах и полосатой любимой футболке. Лохматов отозвался быстро.       — Илья, ты мне нужен. Срочно.       — А что случилось?       — Не по телефону, хорошо?       — Ага, еду.       Илья даже не стал пытаться выпытать подробности — взял ключи, телефон и вышел из квартиры. Спустился на во двор и вскоре выехал с территории. По тону Анны он и так все понял.       «Надо сделать все, чтобы она ни о чем не догадалась. Быть как можно убедительнее, поохать там, поорать, мол, найду, кто сделал и башку оторву, кучу вариантов предложить… Что я еще могу сделать? Наверняка придется ехать в издательство?.. Ну вот поеду. Буду милым и пушистым Илюшенькой, раздражать ее точно не стоит. Еще и встреча же завтра… Цветы ей заказать, что ли?»       По дороге к дому Анны он продумывал различные варианты, искренне надеясь, что у него все получится и на них с Дианой никто никогда не выйдет. Ни условный частный детектив, ни полиция — правда в том, что Анна будет заявлять в полицию он очень сомневался.       Не успел Илья коснуться кнопки звонка, входная дверь распахнулась и Анна, жестом велев ему проходить, ушла обратно в комнату — параллельно она разговаривала по телефону, разговор этот был явно не из приятных.       — Мы все уже обсудили!.. Давай ты не будешь давить на жалость, это не сработает. Да, я уверена. Это в последний раз, Макс.       Лохматов лишь вздохнул, понимая, что разговаривает Анна с бывшим мужем и он в очередной раз либо жалуется на свою никчемную жизнь, либо, выдав слезливую историю, снова просит денег. Или же все вместе.       «И где она только его нашла?! Никогда не пойму, как она могла на него посмотреть?» — Илья стащил новые белые кроссовки, быстро посмотрелся в зеркало и прошел в комнату.       — Нет, это мое окончательное решение. Да, ты прав. Нет. Все, пока.       Анна сбросила звонок и, вопросительный взгляд Ильи, пояснила:       — Максим просил пожить в квартире, которую я сдаю.       — Ему негде жить?       — Не ему, его дочери. Я отказала, потому что договор со съемщиками заключен на год вперед… И вообще, так дела не делаются.       Не зная, как правильно отреагировать, Илья изобразил понимающе-сочувственную физиономию и кивнул. Вообще с эмпатией у него было не очень хорошо, свои чувства он понимал, холил и лелеял, берег, а вот с пониманием, что чувствуют другие, сопереживанием, получалось куда сложнее.       — А что случилось-то? Вы по этому поводу звонили?       — Не совсем. У меня пропал роман.              — Офигеть! Как?       — Я пришла с прогулки, решила поработать, открыла папку с файлами — там пусто. Поискала в ноуте, на съемном диске, в облаке, короче, везде. Романа нет. И что с этим делать я пока не представляю.       — А в поиске искали, в самой системе?       — Попробуй сам, — Анна движением головы показала на компьютерное кресло, а сама села на диван.       Илье ничего не оставалось, кроме как сесть за ноутбук. Он постарался незаметно вытереть вспотевшие ладони об ткань джинсов, потом мысленно заставил себя успокоиться и взяться за поиски. Он честно облазил все папки, с разрешения Анны даже поискал в социальных сетях и почте — мало ли, где-то всплыло в сообщениях для издательства, либо в переписке между кем-то из команды. Ничего, разумеется, не нашлось. Когда они с Дианой обдумывали план, то Илья был уверен на сто процентов — недописанный роман Анна не будет никому показывать, так уж привыкла с самого начала.       — Ничего. Странная история… Антивирус запускали?       — Да, я все проверила.       — А может в телефоне что-то осталось? Заметки, скрины, что-то еще…       — Нет, у меня вся работа — в ноутбуке. Телефон легко потерять, ничего важного принципиально не ношу.       — Ясно…       — Я позвонила Олесе, рассказала, что произошло. Завьялов на совещании, скоро закончится. Мне нужно в издательство, по телефону обсуждать все это по меньшей мере глупо. Есть какие-то идеи?       — Ну… — Илья, изобразив мыслительный процесс, схватился за телефон.       — Я переоденусь и поедем. А ты пока придумай, что можно сделать. Вполне возможно, я что-то упускаю. Хорошо?       — Ага.       Но за те несколько минут, что Анна переодевалась и приводила себя в порядок, ничего дельного Илья не сообразил. Он понимал, что в его же интересах быть активным, деятельным, дабы отвести от себя подозрения, но на него напал какой-то ступор. А еще он разозлился на Олесю, которую иначе, чем выскочкой и идиоткой не называл. Разумеется, про себя.       — А вы никого посторонних домой не приглашали в последнее время?       — Нет. Роман тоже никому не показывала и не давала почитать. У меня нет настолько нетерпеливых друзей и знакомых… Учитывая контракт, и горящие сроки, в самом лучшем случае у меня есть две недели, чтобы предоставить издательству новый роман.       — Это нереально. Но, я готов помогать, набирать текст. Вы же помните, о чем писали?       — Да. Но писать по второму разу то же самое… Ладно, поехали, посмотрим, что скажет Сергей Сергеевич.       «Блин, надо было ей незаметно подкинуть роман обратно… Хотя, что я маме тогда скажу? Передумал насчет издания романа? Нет, точно не вариант. Анну конечно жалко, но она напишет новый и еще лучше… А вообще, сама виновата — надо было раньше помогать», — легкие угрызения совести сменились на мысли более приятные.       По дороге в издательстве задумчивая и расстроенная Анна прикидывала все возможные варианты, как выйти из ситуации с наименьшими потерями, а Илья мечтал о том, как принесет роман в издательство, потом он быстро станет популярным, и через год снимут классный молодежный сериал на основе романа. Тогда-то он будет счастлив и доволен. Они с Дианой поженятся, поедут на Бали, месяца на три-четыре, он будет сидеть на берегу океана, пить коктейли и писать романы, вести блоги и всячески наслаждаться жизнью.

***

      Очередной рабочий день в одной из башен Москва-Сити прошел на удивление быстро и беспроблемно, даже задержаться пришлось всего на полчаса — сущая ерунда по меркам их компании. В приподнятом настроении Федор был готов отправиться домой, точнее на квартиру своей подруги, у которой жил уже почти полгода. Их отношения были достаточно серьезными, чтобы не стесняться рассказывать окружающим и называть ее квартиру домом, но считать ее женой как-то не получалось. А «девушка» звучала слишком глупо: самому Федору было чуть за сорок, Татьяне — тридцать семь, какая же это «девушка»? Подруга, значит, хотя и с романтически-семейным оттенком.       В последний месяц их отношения стали сложнее, но с женщинами такое бывает, это все преодолимо. Федору хватало личного опыта, чтобы не обращать внимания на временные шероховатости. Он верил, что в этот раз все сложится так, как нужно: у него будут стабильные отношения, полноценная семья, может быть даже еще дети. Почему нет? Возраст позволяет, деньги — тем более. Он, конечно, непростой человек, но Татьяна, умная и понимающая, спокойная, уравновешенная и мягкая, могла бы принять его таким, какой он есть. Ведь каждый человек достоин счастья. И вот сегодня они могли бы провести чудесный вечер. Он даже задумал купить вина подороже, какого-нибудь итальянского, и конфеты в форме ракушек — Татьяна по-детски всегда им радовалась.       Все испортил звонок от бывшей жены, прозвучавший точно в тот момент, когда он вышел, наконец, на воздух через стеклянные двери офисного здания. Нет, ничего особенного, список ее претензий не обновлялся уже несколько лет, в него только вносились вариации на тему.       В этот раз она негодовала на то, что в прошлые выходные он приезжал к дочкам и просто смотрел с ними дома телевизор, даже никуда не съездил погулять. А где гулять в дождь? В кино и платных игровых комнатах? Вот еще, выкидывать деньги на пустые развлечения. А так они и с папой пообщались, и лишних расходов нести не пришлось. Вечно Людке что-то не нравится, хотя сама весь день шлялась не пойми где, пока он с детьми сидел.       Дочкам-двойняшкам, Маше и Насте, было по девять лет, они могли и одни посидеть дома, не маленькие, но отцовский долг — это святое. Если не случается чего-то непредвиденного, то каждую субботу он едет в Троицк — там, в роскошной «трешке» осталась жить жена с детьми после развода.

      И ведь он действительно хочет сохранять с ней нормальные отношения! Платить алименты — большие и вовремя, все по-честному, с белой зарплаты. Приезжает иногда и вне графика, если она очень просит, а у него ничего не запланировано для себя. Любовь закончилась давным-давно, никаких уже претензий друг к другу нет — живи и радуйся! Но Люда — личность творческая, даром, что работает в сфере недвижимости. Способ испортить ему настроение она найдет всегда и везде. Вот, как сегодня — ведь намечался дивный майский вечер…       «Позвонить что ли Анюте? Она-то точно меня поддержит, поможет разобраться с Людкиными претензиями, объяснит все женской точки зрения. Нет, проблему уже ничем не решить, но я хоть успокоюсь». — Федор вышел в сквер между башнями и сел на скамейку — в конце рабочего дня все старались покинуть офисный пятачок побыстрее и конкурентов у него не было, разговору никто не помешает.       Четыре гудка, пять…. Да где она ходит?       — Алло, — знакомый голос прозвучал так дружелюбно, что Федор сразу же понял — он правильно решил ей позвонить. Ну и пусть, что они не общались несколько месяцев, в их отношениях это нормально.       — Привет, Анют! Как поживаешь?       — Ну, бывало и лучше, но ты же не за этим звонишь, — в голосе Анны послышалась то ли ирония, то ли любопытство — так сразу не поймешь, но она явно готова его выслушать. Как обычно, за это он ее и ценил уже много лет после окончания «близких отношений».       — Да вот… Я из офиса вышел, такое настроение хорошее было, а тут Людка звонит.       Дальнейший рассказ превратился в монолог, где Анна угукала и хмыкала, возможно, даже занимаясь своими делами. Но она все слышала, Федор был в этом уверен. Поэтому, выговорившись наконец, спросил:       — Что скажешь?       — А чего ты от них хочешь-то, от обеих?       — Я хочу стабильности, серьезных отношений, любви хочу, ну Ань, чего я тебе объясняю.       — Да-да, мне уже не надо ничего объяснять. Честно, я думала. Что у тебя очередной цикл пришел к логическому финалу, поэтому ты и звонишь. А у вас ничего так, отношения развиваются.       — Почему они обе выносят мне мозг? Ну почему нельзя все решать спокойно и не требовать от человека выполнения дурацких прихотей?       — Потому что это жизнь такая. Для тебя это прихоти, а для них — важно.       — Вот всегда ты их защищаешь!       — Так ты мне для того и звонишь, — Анна засмеялась. — Чтобы я тебе все по полочкам разложила, их позицию объяснила, и они бы уже не выглядели такими истеричками, а наоборот, превратились бы обратно в «умных и понимающих», достойных твоего общества, просто у них сегодня день не задался, а ты банальных намеков не понял.       — Наверное, да…       — Успокоился?       — Да вроде, но давай еще созвонимся на днях? Может даже встретимся, погуляем, поболтаем.       — О…. Все-таки у вас там не безоблачно, раз тебе нужен еще один сеанс разговоров о жизни.       — Ладно, я все понял. Наверное, мне просто хотелось выговориться, спасибо, что поддержала, не слишком сильно обругав. У тебя-то чего нового?       — Да вот, роман у меня пропал…       — Откуда пропал? Какой роман? — Федор явно не ожидал такой смены темы.       — Мой собственный, рукопись. Он был почти готов, осталось только вычитать. Не за день конечно, но недели хватило бы. А теперь я не знаю, что делать. Заново писать об одном и том же нет никаких сил, это бред вообще. Бросить тему и начать другую — тоже сложно, мысленно-то я еще в той рукописи. Ой, блин… Ладно, сама виновата.       — Нет, погоди! Что значит «виновата»? Файл был в единственном экземпляре что ли? А копии? Неужели ты не хранишь резервные копии? Я же тебе давно еще предлагал работать сразу в облачных хранилищах — так надежнее!       — Онлайн писать неудобно. Конечно, я делала копии. В том-то и странность, что пропали они все — и с ноутбука, и с внешнего диска, где я храню все полезные файлы, чтобы ничего ценного не пропало вместе с ноутбуком — мало ли. Даже флэшка была! Я в издательство ездила предварительно показать рукопись и брала ее с собой.       — По почте не проще было им скинуть?       — Нет, по почте я ничего им не шлю.       — И пропало все?       — Ага, это и удивительно… Ладно бы я флешку потеряла или случайно стерла файл, а тут — никаких следов нигде, как будто и не писала ничего.       — А точно писала?       — Очень смешная шутка! Лучше бы посоветовал, что можно сделать.       — Если рукопись пропала одновременно везде, значит это не случайность. Нужно обращаться в полицию или к частному детективу.       — Да ты что?! Какой детектив?       — Ты хотела услышать совет повнимательнее проверить корзину на диске «С»? И дырку в кармане пальто — вдруг флешка завалилась под подкладку? — усмехнулся Федор.       — Да, прости, ты прав. Если это не случайность, а намеренная кража, то нужно привлекать профессионалов. Но я даже не думала об этом. К файлам нет доступа никого из посторонних! Мы все — одна команда. Ну не могли же в издательстве тайно сделать копию или запустить вирус ко мне в ноутбук? Зачем им это?       — Вечно ты думаешь о людях лучше, чем они того заслуживают. С твоей популярностью недоброжелателей у тебя может быть дофига — и завистников, и желающих заработать твой гонорар вместо тебя, и банальных психов.       — Да-да, конечно… Только где я найду детектива? И это же бешеных денег стоит, а я на книгах столько не зарабатываю, вон, с аренды квартиры в конце месяца деньги придут — это факт, а остальное прогнозированию не поддается.       — А накоплений нет?       — Есть, но… Я вообще не планировала тратить их на такое… А вдруг будет скандал и меня перестанут печатать? Вдруг это связано с издательством? Отдать все накопления и сидеть без денег — нет, такого со мной не может больше случиться, нахлебалась в свое время.       — Ладно, давай так: найди детектива или поручи этому твоему… Кириллу?       — Илье?       — Да, помощничку своему деловому, пусть хоть какую-то пользу принесет.       — Зачем ты так? Он хорошо работает, я им довольна.       — Да-да, вот пусть и работает — ищет детектива. С деньгами я помогу, это не проблема.       — Поможешь? Слушай, ну опять ты помогаешь деньгами, мне неудобно уже, это как-то…       — Чем могу, тем и помогаю. Не волнуйся, я себе не в ущерб. Договорились? Жду конкретики в течение недели.       — Да, договорились, спасибо тебе.       — И тебе.       — Мне-то за что?              — За разговор. Давай, на связи.       — Пока.       Анна отложила телефон и в который раз задумалась, насколько необычные отношения сложились у нее с Федором. Они познакомились в юности, потом долго не общались, потом встретились и начали встречаться. За два года близких отношений они успели пожить в Америке, Анна начала писать книги, и именно Федор дал денег на публикацию первого романа. Тогда это был единственный способ быстро опубликовать книгу, не дожидаясь внимания какого-то издательства. Да Анне и не нужно было издательство, она относилась к этому процессу, как к творческому эксперименту и не планировала ничего наперед.       То ли так сошлись звезды, то ли им помогли специалисты по маркетингу — их работу тоже оплатил Федор, ему почему-то недостаточно было просто издать книгу, подарить знакомым и считать мечту Анны исполненной — но книгу заметили. А потом понеслось… Реальные серьезные контракты предложили аж два серьезных российских издательства, так что можно было позволить себе повыбирать. Пришлось, правда, нанять юриста, чтобы разбираться в нюансах. Федор давал денег на все, как будто это был не ее проект, а его собственный. Как будто это он с детства мечтал написать настоящую книгу и потом держать в руках тома в гладкой обложке, только что из типографии, пахнущие свежей краской.       С книгами в итоге все пошло хорошо, даже великолепно. За пару лет она стала популярной, ее имя уже узнавали и спрашивали новинки в магазине возле ее дома. Она сама это узнавала у продавщицы. Сначала — с робкой надеждой, а потом с любопытством и желанием лишний раз убедиться, что все это ей не приснилось.       А с Федором они расстались. Стоило только ее литературной деятельности выйти на ровные рельсы. Анна планировала и писала новые тексты. Ездила в издательство, на встречи с читателями, общалась в соцсетях, и сама обновляла свой сайт, давала интервью, снимала ролики с блогерами — новая жизнь поглотила ее с головой. Федор сам отдалился, она уделяла ему столько внимания, сколько могла — с удовольствием и прежним энтузиазмом. Но это не работало, и он ушел. Тихо и без претензий — просто однажды вечером она вернулась в квартиру и не обнаружила там многих его вещей. За остатками он заехал примерно через неделю, но опять в ее отсутствие.       Как будто посчитал свою миссию выполненной, сделав из никому неизвестной бывшей спортсменки известную писательницу. И ушел искать новые цели. Конечно, она не сразу сделала такой вывод. Долго пыталась разобраться, анализировала свои поступки и сказала, в чем была не права. Пыталась вытащить его на разговор, объясниться, предлагала попробовать еще раз… Он вяло отбивался от ее предложений и объяснений, а в итоге, спустя всего месяц после ухода, будничным тоном сообщил, что переехал в Реутов — там живет его новая девушка, и у них все хорошо.       Эта новость стала для Анны и ударом, и облегчением одновременно. Все безвозвратно закончилось, можно двигаться дальше. Отношения с Федором, как оказалось, вытягивали из нее все энергию, она кучу сил тратила на то, чтобы попытаться построить с ним что-то стабильное и понятное, но он каждый раз молча выскальзывал из любых логичных схем. В итоге Анну мучило непонятное чувство вины, она пыталась снова и снова соответствовать каким-то его ожиданиям, молчаливым требованиям и желаниям его дорогой мамы — та жила далеко, но названивала Анне регулярно. Не Федору, именно ей. Зачем? Тогда это было непонятно, а теперь не имело значения.       Наконец-то эти двое перестанут занимать ее время и вытягивать се силы. У нее теперь совсем другие планы.       Федор объявился так же неожиданно, как и пропал. С новыми отношениями «что-то пошло не так», он несколько месяцев промучился и так же тихо ушел, ничего не объясняя. Об этом он сам рассказал Анне. Он и позвонил ей тогда потому, что больше некому. А она сама, в финале их «драмы» щедро предложила ему звонить и писать в любое время, если захочется с кем-то поговорить.       С тех пор прошло уже несколько лет, а они так и общались — вроде по-дружески, но исключительно по необходимости. Федор был умным эрудированным человеком, с деловым мышлением и финансовыми резервам — с его помощью Анна могла не только взглянуть на проблему со стороны, но и найти какой-то вариант ее решения, вот как сейчас, с пропажей рукописи. А он звонил, чтобы излить душу и пожаловаться на очередную «подругу». Почему-то все как одна выносили ему мозг, быстро становились невыносимо скучными и жаждали независимости, совершенно переставая ценить присутствие Федора в их жизни.       Анна понимала, что его уже не изменить, он так и будет находить себе ярких женщин в сложных обстоятельствах, кидаться им помогать, а потом недоумевать, почему с его пьедестала все реже и реже смахивают пыль. Он ничем не увлекался, не мог найти себе занятие на вечер, кроме чтения Википедии или каких-то заумных книг или пива с единственным другом Славиком. Поездки к бывшей жене — повидаться с дочками — воспринимал как обязанность и повинность, но смиренно ее выполнял. Он даже домашнее животное отказывался завести, чтобы не пачкать свою идеально чистую квартиру в элитном жилом комплексе.       Без партнерши он не жил, а существовал. С партнершей — сначала расцветал, полностью погружаясь в ее жизнь, со всеми ее радостями и проблемами, а потом начинал скучать и уходил. Сколько раз такой цикл еще повторится в его жизни, Анна не могла предположить. Ее доводы и советы он, конечно, не слушал. Но и не разговаривать об этом не мог. Поэтому ближе к финалу очередных отношений он звонил подруге, высказывался, что-то для себя решал и последующие несколько месяцев они общались примерно раз в неделю, как друзья. Могли даже посидеть в кафе, прогуляться в парке или торговом центре, сходить на выставку. Потом появлялась новая женщина, Анна уходила в тень, и все повторялось.       Наверное, эти, новые отношения ждет такой же финал. Ну что ж, она хотя бы морально поддержит человека, который дал старт ее литературной карьере. А какой он человек внутри — это не важно. Его не изменишь, но она и пытаться больше не будет. Пусть у нее просто будет надежный друг. Человеческие отношения надо сохранять во что бы то ни стало.       Федор закончил разговор и с удивлением осознал, что плохое настроение улетучилось — он снова был полон энергии и желания приятно провести вечер. Только домой к Татьяне идти расхотелось. Хорошо, что он дошел до метро, но никуда еще не уехал. Сегодня он, пожалуй, заедет в свою собственную квартиру. Не был там уже месяц, надо проверить все, пропылесосить, да и телевизор можно в одиночестве посмотреть — это же настоящая роскошь для семейного человека. Татьяна если и позвонит, то не раньше восьми, она привыкла к его сверхурочной работе. Тогда он и решит — ехать к ней или остаться ночевать у себя.

***

      Татьяна действительно позвонила ближе к восьми, чтобы уточнить, ждать ли его на ужин. Федор так и объяснил, что заехал проверить свою квартиру, купил по дороге готовой еды, сейчас посидит тут часок, посмотрит телевизор и поедет к ней. Но с ужином можно не заморачиваться. Вроде бы, все ясно и понятно объяснил — тем резче и неприятнее прозвучал звонок в дверь спустя всего сорок минут после их разговора.       Татьяна стояла в дверях с улыбкой и бутылкой красного вина.       — А я подумала, чего тебе тут сидеть в пустой квартире? Вот, вина взяла. Прикольная смена обстановки, может здесь и переночуем, а? — Она игриво провела рукой по шее Федора и расстегнула пару верхних пуговиц на рубашке.       — Ты почему не предупредила, что заедешь? — спросил Федор.       — Хотела сделать сюрприз! Тебе не понравилось?       — Да нет, все нормально.       «Неужели она заподозрила, что я тут не один, и решила поймать с поличным? Ну и ну, вот не ожидал от нее такого. Хотя женщины все одинаковые, что с нее взять… В начале отношений, да, она казалась другой, необычной, интересной, а сейчас все опять пришло к тем же банальным истинам. Все женщины собственницы, так и думают, как бы никого не пустить на свою территорию, даже, вон, на внеплановые проверки выезжают. Боже, как скучно, как это обрыдло все…» — с этими мыслями Федор прошел вглубь квартиры, Татьяна не отставала от него ни на шаг и с любопытством оглядывалась.              — Ищешь кого-то? — попытался он поддеть Татьяну.       — Нет! Ты чего подумал? Что я сюда приехала с любовницей тебя ловить? Нихрена ж себе самомнение у тебя!       — Тань, да ладно, просто это первое, что пришло в голову, когда ты так внезапно приехала.       — А то, что я реально хотела сделать сюрприз и переночевать с тобой здесь, сменить обстановку и повеселиться, как в самом начале — этого ты подумать не мог?       — Мог, но это во вторую очередь.       — Ну и урод же ты! — Татьяна поискала глазами, куда бы швырнуть бутылку, но быстро сообразила, что не стоит делать глупостей и так, с бутылкой в руках, двинулась обратно к двери, свалив по пути какие-то мелочи с комода.       Брать ситуацию под контроль Федор умел: на работе не всегда, но с женщинами — запросто. В этом не было ничего сложного, работали одни и те же алгоритмы. Главное действовать разумно, не демонстрируя ей лишних эмоций. Конфликт сейчас был бы совсем не кстати, а с идеей холостяцкого вечера по любому придется на сегодня проститься.       — Тань, успокойся, — Федор взял девушку за руку и мягко повернул лицом к себе. — Давай сюда вино, садись, я сейчас принесу бокалы. Посидим тут вдвоем, а может и не только посидим…       — Да иди ты со своими «не только посидим». У меня вообще больше нет настроения здесь оставаться. Один сиди. И не только сиди, если хочешь.       — Ночевать мы здесь действительно не будем, но вовсе не потому, что я такой злодей и не хочу с тобой вдвоем отдохнуть. Просто у меня был другой план, это сюрприз. Я хотел завтра сказать, но раз такое дело, то давай сейчас.       — Сюрприз? Неужели ты сам придумал куда-то выбраться? — Татьяна задала этот вопрос удивленно, но заинтересованно, чуть склонив голову набок и, тем самым, выражая свое недоверие.       — Да! Ты же читала новинку Агнессы Лоран? Я у тебя видел, ты ее сразу купила, как только вышла.       — Читаю, ты же знаешь, мне все ее книги нравятся. А с чего вдруг такой вопрос?       — У нее завтра встреча с читателями в книжном на Арбате. Хочешь вместе пойти?       — Шутишь что ли? С тобой? Конечно, я знаю про встречу, и, может быть, даже хотела сходить, но ты там что забыл? Ты же не интересуешься современной литературой, а просто сидеть там со скучным лицом — извини, лучше я одна съезжу.       — Одна ты просто посидишь и послушаешь, ну получишь автограф, если повезет. А я тебя лично с ней познакомлю!       — Ты? А с какой-то радости?       — Мы знакомы давно, еще с тех времен, когда она даже и не писала ничего. Просто не было повода тебе об этом рассказать, — последней фразой Федор сразу ответил на возмущение, которое успел уловить во взгляде Татьяны. — Правда, не было повода о ней говорить, я и не говорил. А тут увидел у тебя ее книжку и захотелось сделать такой сюрприз.       — Да, нифига себе у тебя знакомства…       — Так ты согласна?       — Конечно, встречу тебя возле офиса в шесть часов, и поедем. Классная идея, реально, удивил! — Татьяна поцеловала Федора в щеку, прижалась к нему и снова потянулась к пуговицам на его рубашке — ее плохое настроение окончательно улетучилось.       — Тань, но если нам завтра на мероприятие ехать, то надо прикинуть, что надеть. Я-то ладно, как выйду в костюме, так и сойдет. Если тут ночевать, то потом ты к себе на работу заедешь, а переодеваться когда?       — Да, я не сообразила сразу. Ну хоть посидим, вина выпьем…       — И потом не сможем оторвать себя от дивана. Давай, дома выпьем. Или вообще завтра, после мероприятия, когда будем впечатления обсуждать. — Решительный щелчок выключателя и комната, погрузившаяся в темноту, уже не оставляли выбора — Татьяна надела туфли и открыла дверь квартиры.       — Нет, ну а вообще хорошая идея как-нибудь здесь вдвоем побыть или даже с ночевкой остаться, да? — с робкой улыбкой спросила она Федора, нажимая на кнопку вызова лифта.       — Да, Тань, идея отличная, просто, где время-то взять… Но мы найдем время, обязательно, — быстро добавил он, всеми силами избегая возвращения разговора в неприятное русло.       «Такая вот семейная жизнь — даже при наличии свободной квартиры, собственной берлоги, и то не можешь побыть в ней один — обязательно кто-то найдет и встроит в общие планы. Может Анна права и мне, по большому счету, не нужен никто? Так, чтобы надолго и по-настоящему. Сейчас сидел бы один в своей квартире, смотрел документальное кино, которое Таня только терпеть может, но засыпает на ходу… Виталика бы в гости позвал, пивка бы взяли…»       — Федь, а там как лучше одеться? Дресс-код какой-то есть? Я понимаю, что книжный магазин, но вот если в платье и на каблуках, то уместно же будет? — голос Татьяны ворвался в его мысли.       — Да, конечно, платье лучше всего.       «Зачем я это придумал? Знакомить ее с Анной вообще нет никакого желания. Она-то все поймет, но я буду выглядеть идиотом. Может завтра вывернуться, что аврал и не выбраться раньше восьми? Пусть одна сходит, я Анну попрошу саму к ней подойти…»       — Федь, только ты завтра не задерживайся, ладно? Я часов в пять позвоню, чтобы ты там случайно себе на вечер задач не набрал. — Татьяна как будто прочитала его мысли.       — Нет-нет, Танюша, что ты! Не пойдешь же ты на встречу одну, как так можно. Тем более, знакомство с Анной — самое интересное, тут без меня не обойтись.       — Ты ее Анной зовешь?       — Не Агнессой же, — искренне улыбнулся и усмехнулся Федор.       — Да уж, псевдоним у нее пафосный.       — А сама она вообще не такая, вот завтра увидишь, — Федор обнял спутницу за плечи и вместе они спустились на станцию подземки. Поездки в пределах города он принципиально совершал только на общественном транспорте — так практичнее, а комфортом можно и пожертвовать иногда.