Daddy's girl

Я освободился пораньше с работы и уже садился в машину, доставая телефон, чтобы обрадовать свою малышку. Но та позвонила мне первой. Я почувствовал неладное, ибо она не могла звонить просто так. Обычно, если ей что-то нужно было от меня во время или после работы, Юна писала мне сообщение. Я ответил на звонок и сразу же услышал всхлипы: — Марк, забери меня, пожалуйста. Я у дома родителей. — все ее слова сопровождались всхлипами и шмыганьем. — Милая, что случилось? — на самом деле, я знал, что случилось. Но я хотел выслушать ее. — Мой отец… Он снова говорил то, что говорит всегда. Что я… проститутка и… — она рванно выдыхает. — и он дал мне пощечину. Последнего я явно не ожидал. Конечно, ее отец был тем еще подонком, но до пощечин и чего-то подобного не доходило. К тому же, я не помню, чтобы Юна говорила мне что-то о поездке к родителям. Возможно, ее мама позвала ее сегодня же, пока я был на работе. Злость во мне вскипела буквально за секунду, но я постарался ее утихомирить хотя бы в голосе, чтобы не пугать свою девочку. — Я буду через 5 минут, ладно? Просто оставайся там. — я завожу машину и выезжаю с парковки. Я, наверное, впервые был благодарен судьбе за то, что моя работа находилась недалеко от дома ее родителей. — Не сбрасывай, пожалуйста. Я не хочу оставаться одна на эти 5 минут. — ее всхлипы стали тише, как и голос — Конечно. Я уже заворачиваю в сторону того самого котокафе. Помнишь, как мы хорошо провели там время? — я стараюсь отвлечь Юну, чтобы ее голова не была забита мыслями об инциденте в доме ее родителей. Она издает тихий смешок, но он все еще наполнен грустью. — Тот самый, где Лия не хотела слазить с меня? О, это был действительно забавный случай. Нам нужно было уходить, но кошка, которая забралась Юне на колени, не хотела слазить. Она буквально вцепилась в ее ногу когтями и повисла на ней, когда мы встали. Хорошо, что Юна тогда надела джинсы, и когти не могли ей навредить. Работники кафе извинялись за это, но мы, тем более моя малышка, не были против. Мы остались в том кафе на еще какое-то время, чтобы Лия вдоволь с нами наигралась. — Да, тот самый, маленькая. Думаю, Лия соскучилась по нам. Что насчет того, чтобы прийти к ней в гости в эти выходные? К тому же, если я не ошибаюсь, хвостатым жителям этого кафе можно принести какой-нибудь подарок. Моя милая шмыгает носом и отвечает с улыбкой в голосе: — Звучит прекрасно. Я тоже соскучилась по Лие. Я надеюсь, что с ней все хорошо. — Я уверен, что с ней все в порядке. — я свернул к дому, где живут ее родители и увидел ее. Глаза моей малышки были все еще красные, и нос. Но все же, она улыбалась. Я сбросил звонок, выходя из машины, чтобы открыть ей переднюю пассажирскую дверь. Но та отрицательно качает головой. — Можно мне… сесть сзади? Я киваю и открываю заднюю дверь, но Юна снова не садится. Вместо этого она дергает пару раз за рукав моего пиджака и смотрит умоляющими глазами. Я вздыхаю и снимаю свой пиджак, накидывая ей на плечи. Она благодарно кивает и садится на заднее сиденье, кутаясь в мой пиджак, который ей довольно велик. Я снова сажусь за руль и направляюсь к нашему дому. Едем мы в молчании, слышно лишь редкое шмыганье сзади. Приехав, я заметил, что стало слишком тихо. Посмотрев назад, я понял: малышка уснула. Я тихо вышел из машины и осторожно вытащил ее из салона, держа на руках, как ребенка. Также тихо закрыв дверь, я направился к нашему подъезду.

***

Уложив маленькую на нашу кровать, я осторожно убрал пиджак, временно повесив его на спинку стула, и начал снимать с нее платье. Оставив Юну в одном нижнем белье, я накрыл ее одеялом, давая отдохнуть. Пока она спала, я переоделся и начал готовить ужин. Зная, что малышка проснется действительно малышкой, я приготовил макароны с наггетсами в виде динозавров. Также я вырезал из огурца и морковки звездочки, ибо остальная часть ужина была не особо полезной. И так прошел целый час или около того. Чтобы малышка не уснула поздно ночью, ее нужно будить сейчас, что я и начал делать. Я осторожно потряс ее за плечо и поцеловал в лоб. — Малышка, вставай. А то ночью не будешь спать. Юна потянулась и перевернулась на бок ко мне. - Еще 5 минуток можно? - спрашивает она, даже не открывая глаза. - Хорошо. 5 минут. Я буду ждать на кухне, ладно? Сегодня твои любимые наггетсы. Я снова целую ее в лоб и ухожу на кухню. Малышка действительно приходит через несколько минут, одетая только в мою футболку, что доходила ей до середины бедер. Все еще сонная, она садится за стол. - Папочка? - Да, милая? - я ставлю перед ней тарелку с макаронами, наггетсами и овощами, а также стакан с яблочным соком. - Я не хочу кушать, - с грустью говорит она, смотря на свою порцию. - Но надо. Ты же хочешь быть здоровой малышкой? - я понимал, что ее аппетит испортило плохое настроение, но это не отменяет факт, что ей нужно поесть. Я сажусь рядом и пересаживаю ее на свои колени. - Я покормлю тебя, хорошо? Ты можешь не есть все, но что-то все таки нужно. Я накалываю на вилку несколько макаронин и кусочек огурца, поднося к ее губам. Она без особого энтузиазма съела все, что было на вилке. На шестой раз она отвернулась. На тарелке осталось больше половины порции, но стакан сока был выпит. Хоть это радует. Я осторожно похлопал малышку по бедру, намекая встать с колен. - Маленькая, иди в спальню, я пока тут все уберу, окей? Юна послушно встала с колен и, кивнув, ушла в спальню. Я сам быстро перекусил, а после начал уборку, уплывая в свои мысли. Юна практически всегда была нуждающейся, ибо в ее семье не принято проявлять теплое отношение друг к другу. Она старалась привлечь внимание родителей - особенно отца - всем, чем только можно. Я знаю, что она прилично училась и даже была активисткой в школе, благодаря чему поступила в колледж, который она хотела. Но ее отцу не было до этого дела. Мама еще как-то поддерживала связь и интересовалась ей, но это не особо исправляло ситуацию. А потом появился я. Юна рассказала мне о регрессии, боясь, что я откажусь от нее. Но она сделала это, и я ей очень горжусь. Несмотря на недостаток внимания родителей, она выросла приличной и хорошей девушкой. Она до сих пор пытается наладить отношения с отцом, но, увы, он отказывается слушать ее, особенно после того, как они узнали об отношениях со мной. Когда мы начали встречаться, ей было 18 лет, а мне почти 21. Но для отца моей милой это большая разница в возрасте. Будто бы его это заботило. Откинув мысли про ее отца, я вытер руки после мытья посуды и направился в спальню. Малышка включила мультики на телевизоре, который висел напротив нашей кровати, и обнимала плюшевую морковку. Основной свет был выключен, но горел ночник на прикроватной тумбе. Я тихо лег рядом с ней, и она тут же юркнула ко мне под бок, кладя голову на грудь. Я тихо посмеялся с ее поведения и осторожно погладил по макушке. - Малышка? Где твоя пустышка? Или она тебе сегодня не нужна? Она поднимает голову и активно кивает. Я быстро дотягиваюсь до небольшой полки в стоящей рядом тумбе и беру соску в футляре. Оставив футляр на на тумбе, я поднес ее к губам маленькой, и ее губы тут же обхватили мягкий силикон. Я чмокнул ее в макушку и посмотрел время на электронных часах. Пол двенадцатого. Согласно правилам, малышка должна ложиться спать до 11, но, увидев ее сонные глаза, я решил не выключать мультики, ибо она вот-вот уснет. Юна перекинула через меня ногу, отчего теперь она полулежала на мне. Я положил руку на ее бедро, начиная осторожно поглаживать, заходя на попу и осторожно похлопывая. От этих действий она быстро уснула, посасывая соску. Выключив телевизор, я выключил ночник и накрыл нас обоих одеялом, оставляя поцелуй на ее макушке. Сам я уснул спустя несколько минут, прижимая самую лучшую и маленькую девочку к себе.