Следующим днём

Утренний свет осветил комнату, послышалось щебетание птиц, означающее начало дня, и Вэй Усянь проснулся. Он внутренне скривился, намереваясь перевернуться и снова заснуть, но обнаружил, что не может пошевелиться. Он лениво пошевелился, постепенно осознавая, что сильные руки обхватывают его талию, а мускулистое плечо служит ему подушкой. Мягкое ритмичное дыхание другого мужчины успокаивало его, как и тепло его кожи на своей собственной (он чувствовал прижатые к себе рельефные мышцы…). На него нахлынули воспоминания о вчерашнем вечере, о воссоединении конгломерата, о том, что его напиток определенно был подпорчен, о том, как он подошел к Не Минцзюэ и произнес те слова. В результате этих слов между ног и на животе у него высыхала липкая сперма — ночь, которую они провели вместе, и он чувствовал, как колотится его сердце. В голове проносились мысли о том, как можно было бы сейчас поступить, и не вызвать дипломатический конфликт между их сектами. Вэй Усянь замер, почувствовав, как Не Минцзюэ переместился рядом с ним, и в горле у него запершило. Старший мужчина медленно выдохнул, не зная, что Вэй Усянь проснулся, и спрятал лицо в его плече. Мозолистые руки нежно гладили его по спине, а потом на макушку легла теплая рука Не Минцзюэ и нежно поцеловала в волосы. Вэй Усянь решил, что лучше заснуть и разобраться с этим не столь ранним утром.