Shadow of my lies

      Дверь за Локвудом захлопнулась и он разгневанно посмотрел на меня.       Вроде, на этом мы и остановились? Я говорила о том, что он будет окружён спокойствием только до нашего приезда. Только до него.       Но ничто не останавливает накричать на меня дома. И плевать, что он сам бросил меня в одиночестве в доме с призраками. Плевать, что это его зона ответственности и его вина. Плевать ему на всё, что я пыталась сделать для него и задания. Плевать на меня.       Холли и Квилл отправились по домам тем же такси, а Джордж уже наверняка заперся в своей комнате, расчехлив свои новые беруши, не желая выслушивать наши препирания. И я полностью его понимала.       Я говорила о том, что он будет обвинять меня. Я, чёрт возьми, говорила! Для меня это было не в новинку. Знаете, стоять, зажавшись в угол кухни и слушать о том, как он обвиняет меня во всех смертных грехах, хотя я была даже не виновата. Сейчас, по крайней мере.       Я глубоко вдохнула. Всё тело дрожало, и я спрятала свои руки за спиной. Со мной никогда ещё такого не было. Я всегда принимала его претензии с высоко поднятой головой, как было и с мамой. Всегда. До этого момента, видимо.       В глазах у Локвуда пылало разочарование и гнев. Я сжала губы и вдохнула глубже.       — Ну же! Почему ты молчишь, Люси?! Скажи же мне, чем ты руководствовалась там, в доме с кучей, чёрт возьми, призраков?! — кричал он, расставив руки в боки. Довольно сильная позиция, между прочим. Чтобы казаться властным. Но уж никак не чтобы добиться ответа от Люси Карлайл.       Я закусила дрожащую губу и опустила взгляд. Мне хотелось съязвить или накричать на него в ответ, как обычно и происходило, но в этот раз слова не лезли из горла. Совсем.       — Так и я думал, — усмехнулся он, отводя взгляд. — Будь на твоём месте Холли, она бы знала что делать.       Мой взгляд помутился и я опустила глаза в пол, чувствуя как что-то внутри медленно начало покрываться коркой льда. Даже нет, усмехнулась я про себя. Чувствуя, как что-то во мне в тот момент разбилось. Причём разбилось на миллион осколков. Будто это Локвуд самолично вырезал моё сердце и бездушно разорвал. Мой взгляд сменился с истощённого на отсутствующий и я разочарованно кивнула.       Локвуд выдохнул, видимо, наконец поняв, что сделал и дёрнулся в мою сторону.       Как там звучала великая пословица? Слово не воробей...?       И я ушла. В самом прямом смысле, я отскоблила своё помятое тело от стены и вышла из кухни, оставляя его в полном одиночестве. По щеке потекла первая слеза, первый всхлип вырвался из груди и я поспешила в мансарду. Перепрыгивая через ступеньку, я уже не видела ничего перед собой, взгляд застилала пелена слёз и ноющей боли в груди. Поверить не могу, что он так сказал!       Открыв дверь в мансарду, я завалилась на кровать и разрыдалась.       Да, как настоящая девчонка. Я застонала в подушку, свернувшись в одеяле, даже не удосужившись снять с себя рабочую одежду и умыться. Я думала, хуже быть уж точно не может. Что-ж, Локвуд умеет удивлять, этого у него не отнять. Все мои мысли перемешались в липкую кашу, а голова начала гудеть. Я погасила лампу и уткнулась головой в мокрую подушку. Рана жгла так сильно и неистово. Казалось, я буду плакать всю оставшуюся жизнь, пока не умру от истощения. Слёзы всё лились и лились из моих глаз и в какой-то момент мне показалось, что я потеряю сознание. Как он мог променять меня на эту дурную суку?!.. Я же старалась ради него!       Я ударила кулаком по кровати и застонала вновь. Душу раздирало на куски. Внутри будто образовалась огромная дыра. Пустота. Я чувствовала опустошение. Физически, морально и как вообще только можно! Мне так надоело, что он не воспринимает меня всерьёз! Я начала задыхаться в рыданиях.       Почему, чёрт возьми, он заставляет меня чувствовать себя такой пустой?! Я ведь просто хотела его одобрения! Чтобы он гордился мной!..       Я продолжала зарывать голову в подушку, стараясь заглушить все звуки и любые остатки реальности. Его крики, упреки, проникающие так глубоко в душу, все еще эхом звучавшие в моей голове. Я чувствовала, как нарастает комок в горле, и меня снова накрывает волна безысходности.       Слёзы иссушили мои глаза, но снова и снова они текли, словно не имея конца. И я всё пыталась понять, как это могло случиться. Мне казалось, что каждый его упрек, каждое слово — это лезвие, которое разрывает мою душу на части. Я не понимала, как я дошла до этого момента, когда человек, которого я так любила, разочаровывал меня до глубины сердца.       Всхлипывания постепенно стихли. Я забралась под одеяло, пытаясь сбежать от реальности. Глаза опухли от слёз, и теперь их невыносимо жгло. Я потёрла их кулаком и втянула в себя сочащиеся из носа сопли. Я, наверное, сейчас выглядела не лучшим образом, подумалось мне.       Но сделать я ничего, все равно, не могла.       Мои глаза слипались, и я позволила себе закрыть их совсем. Я часто дышала, а внутри всё так же жгло, но было уже плевать. Моё тело расслабилось и я почувствовала как сон подступает. Последнее, что я помню, это раздавшийся скрип двери слева. А потом я заснула.

***

      Приглушённые свечи в тёмной комнате светились как тусклые огоньки, освещая лишь небольшой кусочек пространства. По полу были разбросаны лепестки роз, где-то промежутками, а где-то маленькими кучками. Я глупо улыбнулась, зная, чьих это рук дело и поправила свои распущенные волосы. В комнате стояла двухспальная кровать с милым панорамным окном, выходившим на море и туалетный столик в углу спальни вместе со шкафом.       Я не видела как он подошёл, но почувствовала запах его любимого парфюма и обернулась. Локвуд стоял передо мной, такой статный и красивый. И плевать, что несколько часов назад я убивалась по нему как дура. Это был другой Локвуд. Лучше.       Он обвил мою талию своими руками и притянул к себе, касаясь моего лба своими губами и проводя рукой по моим волосам.       — Ты сам устроил всё это? — с восхищением спросила я, приближаясь к его лицу вплотную.       — Да, милая. Я очень рад, что ты так рано вернулась. Я только что закончил с ужином, — ухмыльнулся он, проводя тыльной стороной своей руки по моему подбородку. — Присоединишься ко мне?       Мои губы изогнулись в счастливой ухмылке и я кивнула.       — Конечно.       — Тогда пойдём, — прошептал он, взяв меня за руку.       Локвуд вывел меня на балкон. Посередине стоял стеклянный стол с едой, а вокруг всё те же восковые свечи, добавляющие моменту интимности.       Глаза расширились от восхищения и я просияла в улыбке.       — Вот, садись сюда, — сказал мужчина, нежно касаясь моего плеча, привлекая моё внимание к плетённому креслу справа.       В голове всплыло дежавю, как когда Локвуд отодвигал передо мной стул на праздничном ужине, так же нежно касался моего плеча и шептал на ухо... Конечно, все это было в рамках дружеских отношений, но я не могла пропустить мимо себя колющее чувство внутри, говорящее о том, что нужно прекращать встречи с ним за пределами реальности.       Мои глаза остановились на силуэте высокого парня, стоящего предо мной и улыбаясь, и я улыбнулась ему в ответ, присаживаясь за стул, заботливо им отодвинутый.       Передо мной лежала тарелка слегка подгоревшей лазаньи и я усмехнулась про себя. Локвуд никогда не умел готовить.       Он уселся за стул напротив. У него лежала такая же тарелка с куском лазаньи и у меня засосало под ложечкой.       Мы молча ели, наслаждаясь вкусом слегка подгоревшей лазаньи и теплым морским бризом, который доносился до нас с балкона. Локвуд не сводил с меня глаз, и я чувствовала, как мое сердце начинает биться чаще.       — Ты очень красивая, — еле слышно сказал он, нарушая тишину.       Я густо покраснела и опустила взгляд.       — Спасибо, — прошептала я.       Он встал со стула и подошел ко мне. Я почувствовала, как его руки осторожно обхватыватили мою талию, и он медленно притянул меня к себе. Он аккуратно заправил мою прядь за ухо и с вожделением накрыл мои губы своими.       Поцелуй был нежным и страстным одновременно. Его язык проскользнул в мой рот, и я почувствовала, как во мне вспыхивает желание.       — Я так скучала по тебе, милый, — прошептала я, когда наконец отстранилась от него. Скучала по нему в реальной жизни. Осталось недосказанным, но для неё вполне понятным.       — Я рад, что ты здесь, со мной, — сказал он, и его глаза наполнились нежностью. — Я так долго мечтал об этом.       Мы молча сидели на диване, наслаждаясь близостью друг друга. Снаружи была ночь, и звезды ярко сияли на небе. В комнате было темно, но я видела Локвуда так ясно, как будто мы находились в самый яркий солнечный день.       — Я люблю тебя, Люси, — сказал он наконец, и я вдруг почувствовала, как по моим щекам текут слезы. — Я так сильно люблю тебя.       Я взглянула ему в глаза, и в этот миг моё сердце наполнилось такой бурей эмоций, что мне даже стало трудно дышать. Слова, которые он произнес, казались одновременно удивительными, но такими нужными.       — Я тоже тебя люблю, Энтони.       Эти слова сорвались с моих губ, как нежный шёпот, полный надежды и страсти. Я увидела, как его лицо озарилось улыбкой, а глаза засветились счастьем.       Мы сидели так ещё некоторое время, наслаждаясь обществом друг друга. Его глаза сияли и, время от времени, в них отражался блеск моих собственных. Я лучезарно улыбнулась, чувствуя себя самым счастливым человеком на земле. Он улыбнулся мне в ответ, крепко обнимая за талию, притягивая к себе на колени и я положила голову на его плечо, слушая его размеренное дыхание. Он шептал мне что-то про его бесконечную любовь ко мне, мне на ухо, а я в ответ гладила его взъерошенные волосы. Казалось, время будто остановилось.       Внезапно я услышала странные звуки, доносящиеся издалека. Они становились все громче, напоминая шорохи и дыхание. Что-то меня смутило, но я была слишком уставшей, чтобы думать об этом. Я обняла Локвуда еще крепче, попыталась сосредоточиться на нем, но постепенно мои глаза начали тяжело смыкаться и я отключилась.

***

      Я проснулась с тянущим ощущением беспокойства. Комната была освещена мягким светом луны из окна, а рядом со мной, склонившись над моим телом, на коленях сидел умиротворенный Локвуд, нежно гладя меня по голове.       И, кажется, его совсем не заботило всё то, что он сказал перед тем, как я уснула в мансарде. .