Wake me up when September ends

Here comes the rain again

Falling from the stars

Drenched in my pain again

Becoming who we are

*Опять начинается дождь.

Он падает со звёздного неба

И, смешавшись с моей болью,

Превращается в нас.

      RK900 начал простой атакой с выпадом в маску. Кончик клинка гулко щелкнул по намаснику. Рид принялся размахивать саблей, преследуя цель порубить тостера на микросхемы с таким упоением, что Оливер был вынужден несколько раз повторить команду остановки боя.       – Детектив Рид, по правилам, бойцы возвращаются на исходные позиции после каждого результативного попадания. – Спокойно пояснил Ричард.       – Что, страшно стало, жестянка? Да понял я, понял. Продолжим?       Снова прозвучала команда: «бой». На этот раз Гэвин успел отступить и взять более или менее надежную защиту внутренней части корпуса, но Ричард снова достал до него атакой повтором в вооруженную руку.       Так продолжалось все десять сходов. Андроид двигался быстро, работая от кисти. Гэвин же рубил от плеча, вкладывая в удар всю душу, из-за чего только облегчал задачу оппоненту, поскольку движения выходили долгими, медленными и тяжелыми.       – Пока вы пытаетесь скорее повредить целостность моего корпуса, а не фехтовать. – Обронил RK900 и чуть мягче продолжил: – Если вы избавитесь от замаха и начнете перемещаться, меняя темп, вам будет проще. Вот так.       Ричард встал в фехтовальную стойку и продемонстрировал, что он имел в виду. Меняя не только скорость, но и длину шага, то едва заметно переступая с ноги на ногу, то резко ускоряясь, он пересек зал из одного конца в другой.       – Как и при поимке преступника, вам нужно продумывать свои действия на несколько шагов вперед. Видеть наиболее выгодный для вас момент для атаки, использовать ошибки противника в свою пользу. Готовы повторить?       – Еще бы! Думаешь, я не доберусь до твоей пластиковой задницы? – В зеленых глазах все ярче разгоралось пламя азарта. Гэвин находился в этом зале меньше часа, но ощущалось так, будто он на своем месте. Еще бы работа оставляла время для тренировок, и можно было бы подумать о том, чтобы заходить сюда почаще. А ведь всему виной чистая случайность.       ***       Последняя неделя выдалась в управлении подозрительно тихой. Выездов почти не было, все время уходило на систематизацию бумажных и электронных отчетов, проверку укомплектованности уже закрытых дел и заполнение наизусть выученных форм. Если RK900 никак не отреагировал на увеличение объема рутинной работы, то детектив Рид бесился сразу за двоих. К четвергу он готов был на стенку лезть от такой жизни, а коллеги – от него. К слову сказать, не только метафорически: с понедельника до штата Мичиган в общем и до Детройта в частности добрался очередной циклон с тропической Атлантики, принеся с собой резкое падение температуры, а заодно месячную норму осадков. Словно на улице был не конец июля, а начало марта, в лучшем случае. Поэтому, когда поступил сомнительного содержания вызов на ограбление, Ричард лицезрел, как его напарник мертвой хваткой добермана вцепился в возможность выбраться из осточертевшего бумажного плена. Правда, желающих отобрать у детектива единственное на весь ДПД выездное дело не нашлось, напротив. Фиксируй камеры не только видео, но и звук, на записи был бы отчетливо слышен коллективный вздох облегчения, когда за ним и детективом сомкнулись стеклянные двери.       Вызов оказался ложным, но и вхолостую смотаться было лучше, чем просиживать штаны, пялясь в монитор или перебирая пыльные коробки в архиве. Даже пластиковый напарник под боком раздражал не так сильно, как обычно.       Детектив притормозил возле закусочной. В мутных от грязи лужах размокали бумажные стаканчики и обертки от фаст-фуда, за вылинявшими от солнца рыжими кирпичными стенами домов местами проглядывала насыпь железной дороги. Такая же унылая и серая как всё вокруг. Порыв промозглого ветра швырнул в лицо ледяные капли с ближайшего куцего дерева. Уши начало неприятно колоть от холода. Рид уже всерьез задумался над тем, стоит ли фаст-фуд таких жертв, и не вернуться ли к машине, когда услышал звуки возни и ударов, а после полный ярости юношеский голос прокатился по улице.       – Ты труп, Микки. А ну стоять, скотина!       Гэвин зашел за угол и увидел, как два парня сцепились на грязном асфальте парковки, пока третий удирал в направлении железной дороги.       – Прекратили, оба. Полиция Детройта. Что вы тут устроили?       RK900, до того молчаливо следовавший за детективом, сделал шаг вперед, оттаскивая дерущихся друг от друга и удерживая одного, чтобы тот не вырывался. Второго схватил Гэвин.       – Это все Оливер. Вечно они с Миком срутся из-за того, кто лучше фехтует. Пустите! – Тараторил щуплый кудрявый парень, озираясь вокруг и втягивая голову в плечи.       Быстро потеряв к нему интерес, Рид обратился к юному ценителю фильма «Бойцовский клуб», который отчаянно вырывался из захвата RK900.       – Ты что ли Оливер? Угомонись уже.       – Вы не понимаете! Этот завистливый придурок спер мое оружие!       Детектив напрягся.       – Что за оружие?       – Я спортсмен, фехтовальщик. Тренер дал мне свою саблю, чтобы я тренировался с ней перед отборочными. Пустите, я должен ее вернуть!       – Кто его украл?       – Мик. Побежал к железной дороге. Он хочет ее сломать!       – Детектив Рид, через 4 минуты 38 секунд здесь будет проезжать скоростной поезд, следующий по маршруту Чикаго – Понтиак. Вещь не стоит человеческой жизни. – Сверля пристальным взглядом Оливера, RK900 озвучивая простой вывод: – Если вы действительно хороший спортсмен, то сможете выиграть соревнования с любым другим оружием.       Мальчишка зло посмотрел на Гэвина.       – Ладно он – бездушная машина, но вы, детектив! Эта сабля очень важна для меня. С ней мистер Хайли одержал множество побед, а он заменил мне отца. Я не могу подвести тренера! Просто отпустите меня. Я успею.       Гэвин его уже толком не слушал. Значит этот мистер Хайли для паренька что-то вроде Фаулера для него самого. От железнодорожной насыпи его отделяло не более четверти мили, а 4 минуты – это уйма времени. Поэтому Рид отпустил своего трусившего драчуна и рванулся к путям.       Асфальт закончился у металлической сетки ограждения. Наметанным глазом Гэвин быстро приметил столб, у основания которого сетка была перекушена и не доходила до земли. Детектив ловко перекатился за ограждение. Ноги заскользили по раскисшей земле. Впереди виднелся бетонный забор, изрисованный граффити и ведущий к железнодорожной насыпи. Забор был не очень высоким, к тому же имел выбоины, облегчающие подъем. Добравшись наконец до путей, Гэвин завертел головой. Он искал тонюсенькую «зубочистку», вроде тех, которые мельком видел на записях трансляций по спортивному фехтованию из-за плеча Тины в комнате отдыха. Сабля, рапира – один черт, они не могли сильно различаться. Однако в обозримом пространстве ни сабель, ни рапир не наблюдалось, только смятая жестяная банка одиноко перекатывалась по шпалам, грустно позвякивая боками. Детектив устремился вперед по насыпи, тщетно выискивая пропажу. На открытой местности ветер терзал его с удвоенной силой. С ближайших фабричных строений тянуло густым едким дымом, который пропитывал одежду и заставлял глаза слезиться. Рид затылком ощущал неумолимо несущийся к нему поезд. Сабли по-прежнему видно не было. Если он продолжит и двигаться вперед, поезд может застать его на мосту, идущем над улицей Джона Р. Уильямса. А перспективу разбиться об автомагистраль радужной не назовёшь.       Еще в тот момент, когда Оливер озвучил свое намерение вернуть саблю, Ричард начал изучение информации о расписании поездов, маршрут которых проходил через интермодальную транзитную станцию Детройта.       «Коммерческое название: Wolverine       Компания-оператор обслуживания: Amtrak       Технические характеристики: локомотив GE P42DC, средняя скорость 52 мили в час,       максимальная скорость 110 миль в час       Расчетное время прибытия в Детройт: 16.39       Отклонение от расписания: опоздание на 4 минуты»       Поскольку детектив потратил уже больше половины из имеющегося в запасе времени, Ричард пришел к заключению, что пора вмешаться.       Расстояние от станции до отрезка пути, который занимал детектив Рид, составляло 1 милю. Принимая во внимание скорость, равную 44,74 миль в час, у Гэвина оставалось 34,5 секунды, чтобы убраться с путей.       Впереди тускло блеснуло метал в красном свете светофора.       15 секунд.       В два прыжка Рид подобрался к сабле и едва пальцы сомкнулись на рукояти, ощутил, как жесткий корпус врезался в спину.       – Какого… – Его возглас утонул в оглушительном гудке поезда. Механические руки обхватили под ребра и грубо дернули в бок и вниз. Они покатились по насыпи к краю бетонной поверхности и рухнули на землю. Через секунду поезд пронесся над их головами.       Гэвин ошалевшими глазами смотрел на андроида. Впервые он видел, чтобы его диод пульсировал алым, ни на секунду не меняя цвет. Светлые вставки форменной куртки покрывала грязь. На виске – едва заметная сеть трещин от острых камней насыпи.       Основной удар андроид принял на себя, поэтому Гэвин отделался легко – бровь рассечена, руки содраны, разве что ушибленная поясница неприятно заныла. Надо было что-то сказать, но Рид просто продолжал смотреть. Он был почти на сто процентов уверен, что справился бы и без помощи жестянки. Но тот или составил очередную невидимую Гэвину преконструкцию вероятных исходов и внес в нее коррективы или... что?       Ричард анализировал. Способствовать сохранению жизни напарника было приоритетной задачей, здесь все понятно. Но он не хуже детектива знал, что мог не вмешиваться. Вероятность неудачи составляла одиннадцать процентов. Просто дело было не в процентном соотношении, а в самом наличии иного исхода. И все же, почему он так поступил?       «Потому что даже один процент – это сценарий, с которым стоит считаться»       /Системный сбой/       Он разархивировал файлы сохранений. Строчки кода складывались в записи событий, где Гэвин не проявлял к нему открытой враждебности.       Плохо скрываемое беспокойство при проявлении агрессии к андроидам на площади Кэпитол-парк.       Порывистые попытки прикрывать напарнику спину, хотя детектив прекрасно знал, что нет необходимости защищать машину.       «Потому что у нашего сотрудничества есть потенциал»       На смену этому суждению пришло еще одно, прагматически аномальное.       Дрогнувшие уголки губ – тщательно маскируемая в беззлобных подначках улыбка в ответ на ставшее традиционным: «Ваш кофе, детектив».       «Потому что существовала вероятность в одиннадцать процентов, что детектив Рид может умереть»       /Сист[мный сбой/       /Сист[мны? □бй/       /□и□т[mn£? □??/       – Ты как, в порядке? – Детектив настороженно смотрел на продолжающий гореть красным диод. – Эй! Завис что ли, тостер?       Ричард качает головой, но взгляд не поднимает. Запускает процесс внутренней диагностики. Он просто выполнял свою миссию. Сохранение жизни напарника – приоритетная задача. Диод постепенно возвращается к привычному цвету.       – Тогда пошли, вернем эту железку и в машину.       Оливер нервно ходит туда-сюда за их спинами в нескольких шагах. Гэвин наконец находит время, чтобы разглядеть найденную саблю. Совсем не такая, как он представлял – в ладони удобно лежала рукоять настоящей увесистой стальной сабли. С такой обычно изображают полководцев на портретах, эта разве что не заточена, а в остальном – очень похожа.       – Тяжелая. Что это за фехтование у вас такое? – Задумчиво хмыкнул Гэвин, протягивая клинок владельцу.       – Исторические военные боевые искусства или HEMA-фехтование. – С готовностью ответил Оливер, в чьих глазах сверкнула искра увлеченности. – Эта сабля – мой шанс попасть на олимпиаду 2040. Второго может и не быть – за 6 лет придут другие – быстрее, напористее. Благодаря вам я смогу побороться за медаль. И даже, если мы встретимся там с Миком, мы сразимся в честном бою.       – Хм. Ну держи свое оружие победы. Сделай этого говнюка.       Парнишка кивнул и протянул Гэвину ладонь.       – Спасибо, детектив. – Он поворачивается к Ричарду и также протягивает ладонь. – И вам тоже спасибо. Простите за «бездушную машину». Если сможете, приходите на отборочные в субботу.       Оливер подхватил саблю и ушел.       – Вам нужно обработать ссадины, детектив.       – «Повреждения незначительные», – отмахнулся Гэвин. – А тебе бы к техникам, а то будешь еще мигать своей лампочкой похлеще светофора. Могу подбросить.       – Но это на другом конце города, вам не по пути. – Ричард наконец поднял на детектива глаза – ничего не выражающие искусственные серые линзы.       Начал моросить дождь. Рид принялся щелкать колёсиком зажигалки, ощущая, как его начинает потряхивать от разгоняющего кровь адреналина. Меньше пяти минут назад его могла переехать многотонная железная махина. Если бы не механические руки, стащившие его с путей, он превратился бы в кровавое месиво. Ужас от этого осознания расползался по телу липким ознобом. «Блять, а пластик-то жизнь тебе спас. Не приди он на помощь, завтра в газетах появился бы некролог о том, как карьеру первосортного засранца Гэвина Рида оборвал поезд». Ему показалось, или его всегда такой правильный напарник чего-то недоговаривал?       Дрожащие пальцы никак не могли справиться со злосчастной зажигалкой. В какой-то момент RK900 осторожно взялся за металлический корпус, не касаясь чужих рук, и зажег синеватый огонек. Рид исподлобья взглянул на него, делая глубокую затяжку и проворчал:       – Умру от переохлаждения – и я обещаю, что вернусь с того света, поселюсь в твоих микросхемах и доведу тебя до девиации. Пошли уже.       «Не жди, что я забуду, как ты засбоил. И я выясню причину, кофеварка», – думал детектив Рид, направляясь к машине.       ***              Когда знакомая рыжая макушка показалась у справочного терминала, Гэвина поблизости не было. Заметив, что Оливер растерянно озирается по сторонам, Ричард вышел из-за стола и направился ему навстречу.       – Привет. А детектив на месте?       Ричард бросил взгляд в сторону кабинета Фаулера, где капитан выносил последнее китайское предупреждение Риду, который незадолго до того едва не с кулаками бросился на недостаточно расторопного офицера Коллинза.       – В настоящий момент детектив не может с вами поговорить. Ему что-то передать?       Парнишка взъерошил пятерней волосы, словно не до конца уверенный в посетившей его идее.       – Приходите в наш зал пофехтовать вместе с детективом. – Наконец выпалил он, смущенно поднимая глаза на андроида.       – Спасибо, Оливер. Я передам детективу Риду.       – Я скачал на флэшку все необходимые материалы – там трактаты Хаттона по технике фехтования на военной сабле, а также обучающие видео с объяснением правил для новичковых турниров и записи поединков опытных бойцов. Не спешите отказываться. Вот мой номер. Сообщите, если сможете приехать. – Оливер протянул Ричарду сложенный листок бумаги. – Спасибо, что уделили время. Побегу на тренировку, опозданий у нас не любят.       Ричард попрощался с мальчишкой и вернулся к работе. Приближался обеденный перерыв, а со своей долей отчетов он разобрался на несколько дней вперед. Подключив флэшку к терминалу, он бегло просмотрел её содержимое и, удостоверившись в отсутствии вирусов, перенес все необходимые материалы в свою оперативную память, чтобы удобнее было обрабатывать файлы. То, что он узнал, определенно могло бы не на один вечер избавить общество от стихийного бедствия по имени Гэвин Рид. Да что уж там – из проанализированных материалов он получил такую теоретическую базу, мог бы натренировать медалиста номинации Basic меньше, чем за полгода. Конечно, принимая в расчет не только фехтовальные упражнения, но и армейские программы по общей и специальной физической подготовке. Наблюдая за тем, как напарник пулей вылетел из кабинета Фаулера, яростно комкая пачку сигарет, он окончательно утвердился в правильности своих прогнозов и набрал сообщение Оливеру.       ***       Гэвин встал в стойку. На этот бой у него был план.       Первые несколько сходов завершились в пользу Ричарда. В третьем сходе Гэвин интуитивно придержал уже летящую вперед саблю. Ричард среагировал защитой, но поторопился. Замерший на долю секунды клинок Рида изменил траекторию на пару дюймов и беспрепятственно достиг предплечья вооруженной руки андроида.       Больше таких ошибок RK900 не допускал, без видимых усилий отвоевав еще несколько победных попаданий.       Сталь высекала искры, и весь мир детектива сузился до оппонента напротив и попыток прочитать его тактику. Решающий сход. «Думать, как при поимке преступников. Спасибо за совет, жестянка. Посмотрим, разобрался ли ты со своими сбоями». Честная игра закончилась. Гэвин начал стремительно сокращать расстояние, оттесняя андроида к концу ристалища, а когда тот попытался перехватить инициативу, отбежал назад. На периферии сознания мелькнуло движение кисти Ричарда, посылающего оружие в атаку. Гэвин сделал шаг в сторону, и резко качнул корпус в бок как бы неудачно поставив левую ногу. Со стороны могло показаться, что детектив вот-вот потеряет равновесие. RK900 замедлился, просчитывая статистическую вероятность получения травмы и готовый остановить бой, когда Гэвин в страшной пародии на прыжок дикого кота дернулся вперед. С ликованием он обрушил на маску Ричарда (Оливер настоял, не желая ничего слышать про сверхпрочное покрытие) удар. Как Гэвин и ожидал, под снятой маской обнаружился диод, сменивший цвет. На этот раз только на желтый, но ему и этого было достаточно.       RK900 смотрел на него, по-человечески хмуря брови.       – К вашему сведению, на соревнованиях это называют «неспортивным поведением» и применяют штрафные санкции. – Голосом, от которого веяло холодом, констатировал он.       – К твоему сведению, в Киберлайф излишне сентиментальных железок называют «девиантнутыми».       Оливер не хотел вмешиваться, но время неумолимо диктовало свои условия.       – Простите, что прерываю, но на сегодня нам придется закончить – мне завтра рано вставать на соревнования, а время уже позднее. Спасибо, что пришли. Ну, как впечатления?       Пока Гэвин сбрасывал маску и утирал пот со лба, RK900 возвращал саблю с маской на стойку, отойдя в дальний конец зала. Не в последнюю очередь, чтобы утихомирить вновь занявшийся красным диод. Он не собирался оповещать детектива о том, что его слова попали точно в цель, перегружая процессор шквалом сообщений об ошибках.       Сам детектив Рид при этом чувствовал себя гораздо лучше. По мышцам разливалась приятная усталость, мозг разогнался так, что о сне нечего было и думать в ближайшие несколько часов, но оно того стоило.       – Я действительно неплохо провел время. А ты, значит, завтра покажешь настоящий класс? Хотел бы я на это посмотреть.       – Так вы придете? – Оливер по-мальчишески широко улыбнулся. – Спасибо. Это очень много значит для меня. Я пришлю вашему напарнику адрес и расписание сетки боев.       Рид только хмыкнул, стаскивая пластиковый «доспех» и горя желанием побыстрее оказаться под горячим душем.       Чистые, уставшие, но довольные (уставший и довольный Гэвин), они дождались, пока Оливер закроет зал, и вышли на улицу. Детектив пребывал в настолько хорошем настроении, что даже предложил довезти парнишку домой, чтобы тот не шатался в одиночку по ночному городу. Высадив его у общежития спортивного интерната, Гэвин еще раз пожелал удачи и обернулся к Ричарду. Тот смотрел прямо перед собой.       – Во сколько завтра начало? – От его голоса андроид едва заметно вздрогнул, будто все это время он был глубоко погружен в свои «чертоги разума», или как там это называется. Гэвину отчего-то стало холоднее. Вчера ты спасаешь напарника от смерти, а сегодня он применяет малодушно подлый прием, чтобы выиграть. Что, если своим экспериментом он сделал хуже, если его у Девятки что-то перемкнуло внутри, и он действительно придет в Киберлайф, чтобы сбросить все настройки до дефолтного уровня? Вычистит память. Снова превратится в невозмутимого киборга. Может, его даже направят в другой отдел или дадут нового напарника. Рядом раздался безэмоционально ровный голос.       – В 10.00, детектив. От вашего дома добираться 38 минут.       – Вот же срань! И на что я подписался... – Ричард по-прежнему не поворачивал головы к детективу. «Что, даже язвить не будем? Дерьмово. Ладно, в задницу эти эксперименты, наэкспериментировался, аж тошно». Лоб прорезала глубокая складка, выдающая сожаление – Слушай, там, в зале, я перегнул.       Молчание. Но даже оно не могла вытащить из детектива слова извинений. Да, он облажался. Просто сложно было признавать это вслух перед тем, кому ещё пару месяцев назад он готов был биокомпоненты в глотку засунуть.       – Ладно, забудь. Если поедем сразу ко мне – сэкономим время. Или скажи, куда тебя отвезти и пришли адрес – съезжу сам, я же обещал всё-таки. – Он раздраженно передернул мёрзнущими плечами – тренировочный жар давно спал. Гэвин потянулся отрегулировать температуру в салоне, запоздало вспоминая, что климат-контроль уже месяц как неисправен. С досадой выругавшись, он вдруг почувствовал, как на плечи опустилась чужая куртка.       Гэвин не в первый раз поймал себя на мысли, что Ричард успел достаточно хорошо его изучить, чтобы выбрать идеальный по меркам детектива способ снять накопившуюся за неделю раздражительность. Он определенно ощущал себя лучше. Нужным кому-то. Долгое время ему казалось, что таких людей нет. Потом появился Фаулер. Тина. Теперь вот этот мальчишка, Оливер. И... Ричард? Ему впервые так повезло с напарником. Поэтому вместо того, чтобы привычно оттолкнуть его, Гэвин встретился с нечитаемым взглядом серо-голубых глаз и произнес:       – Спасибо, Ричи.       На висок Ричарда упали сначала золотистые, а затем и карминово-алые отсветы, добавив к уже имеющимся программным сбоям новые – прозвучавшие слова выходили за рамки констатации тривиального факта собственной полезности.       /Ri??/       По радио передавали сводку новостей и прогноз погоды.       «По данным метеорологов циклон, пришедший с Атлантики постепенно ослабевает и будет рассеян над Онтарио в течение ближайших суток, а в Детройт снова вернется сухая и солнечная температура. Завтра воздух прогреется до 72° F»       – Я готов ехать с вами. – Ричард уже успел отвернуться от него, но на этот раз из снизившего громкость голоса ушли металлические нотки.       Гэвин плотнее натянул форменную куртку Киберлайф. Часы на приборной панели показывали 00.01. Завтра будет теплее. Он уже это ощущал.