Кабинет начальницы

— Итак, почему отдыхаем? — Йеджи грозно смотрит на сотрудников, сидящих в комнате отдыха, — мне кажется у нас вызовы стоят, диспетчеры жалуются, а лейтенанты у нас чаи пьют. И как это понимать, дорогие мои? Работники переглядываются и бегают глазами, не понимая, как им оправдываться. Йеджи даёт им пару минут, чтобы разбежаться по машинам и уехать на вызовы, даже если они не особо важные, как большинство думают. Хван игнорирует заместителя, вьющегося около неё весь день, закрываясь у себя в кабинете и предупреждая, что если кто-то зайдёт к ней, то тому сразу же голову с плеч. Йеджи, сильно устав за день, садится в своё кресло, опуская голову, сталкивается с кучей бумаг, касаемых слома оборудования, жалоб на полицейских и так далее. Выполнять роль какого-нибудь дяди амбала, который гармонично бы смотрелся на её кресле вместе с формой, доставляло ей массу неудобств, начиная от не серьёзного отношения к ней работников, заканчивая сильными проблемы с министерством, что мол, работа эта мужская и лучше бы Хван уйти детей рожать да борщи варить, а не сидеть в крутых погонах на месте начальника района. Девушка немного расслабляет галстук и откидывается на спинку. А может и правда: какой-нибудь крупный и крепкий мужчина, как телом, так и духом, так и характером, намного лучше подошёл бы на эту роль? Таких начальников любят не все, скорее единицы, а Йеджи не только боятся, но и любят, пожалуй, это единственный стимул все ещё сидеть в этом кабинете. Может новенькие и недооценивают её как начальство, но старенькие, так сказать, сразу вводят их в курс дела — Хван Йеджи строгая, требовательная, но в то же время она женщина, человек, а не сугубо начальник. — Тук-тук, можно? — не дожидаясь ответа, парень входит в кабинет. — Я же сказала — меня не беспокоить, — Йеджи, не поднимая головы, отвечает грубо и параллельно черкает на бумаге жирными чернилами. Дочитав, поднимает голову, видя около закрывающейся двери знакомый и жданный силуэт, — Хёнджин, ну ты бы хоть знак подал, что это ты! По голосу тебя не узнала, каюсь. Йеджи быстро преодолевает расстояние между ними, в шаге до цели не выдерживает и поддаётся объятиям оттуда, зная, что Хван её поймает. — Я тоже очень сильно соскучился. Снова не в духе, да? Новенькие в участке? Обидели? — парень тут же делает грозное лицо. — Да всё хорошо у нас, я просто очень сильно устала... От всего устала. То нас хотели прикрыть, то сокращение хотели устроить без моего согласия, то вот теперь надо в министерство написать, сколько работников пострадали, сколько пострадало машин, сколько пострадало оружия, формы... В общем, финансовый отсчёт сделать надо. Так утомляет, знаешь, — Йеджи расшагивает по своему кабинету, дойдя до стола, поворачивается к Хёнджину лицом, опираясь руками о стол, — я очень сильно устала. Хван отрывает одну руку от деревянной поверхности и немного расслабляет чёрный галстук на шее. Хёнджин непонимающе делает пару шагов вперёд, сильно не отходя от двери, словно боится приблизиться к девушке. Йеджи медленно снимает пиджак с разными штуками, говорящими о её должности, кидая в сторону. Хван становится немного решительнее, подходя ещё ближе. Девушка быстро понимает, что Хёнджина одними телесными намёками взять будет тяжело. Йеджи подходит к парню, замечая, как тот в ступор встаёт. Начальница тянется в задний карман его служебной формы, доставая шуршаший квадратный пакетик, зажимая между зубов. Хван возвращается к столу, достаёт его изо рта, и, взявшись за него двумя руками, почти открывает. Хёнджин переходит в наступление. Подходит в упор, выхватывает из рук, сжав предмет в кулаке. Хван становится агрессивным, настойчивым, положив ладонь на щеку, грубо целует, скорее кусает, нависая над девушкой. В порыве страсти приподнимает ту за бёдра, сажая на край стола, переставая контролировать свои действия. Бумажки падают на пол, когда Йеджи двигается немного дальше, руками проходясь почти по всему столу. — Йеджи, ты уверена? — обеспокоенно, — а если кто-то зайдёт? — Не зайдёт, — Хван возвращается к поцелую, который Хёнджин посмел так нагло прервать на пустой разговор. Йеджи обхватывает руками шею парня, затылок, прижимаясь ближе, — если и зайдёт, то больше он тут не работает, — дополняет девушка, прервав их на пару секунд. Хёнджин отстраняется окончательно, тяжело дыша в унисон с Йеджи, дрожащими от страха оказаться замеченными расстегивает ремень. Хван спрыгивает со стола, вновь соединяя их губы, тянется на носочках вверх, не давая Хёнджину отстраниться. Парень, не теряя момент, разворачивает Йеджи к себе спиной и прогибает, заставляя прижаться к столу туловищем и лицом. Хван пытается приподняться, но Хёнджин не даёт такой возможности. Хван снимает с девушки штаны, держащиеся на божьем слове, и, не удерживаясь, шлёпает. Йеджи тихо мычит, кусая губу. — Тебе правда понравилось? — юноша усмехается, сжимая ладонью полушарие, впиваясь пальцами в нежную кожу. — Прости, Йеджи, я не думаю, что у нас сейчас есть время на удовлетворение твоих фетишей. Хёнджин не спеша стягивает с Хван нижнее белье, та рвётся помочь, но парень лишь ударяет начальницу по рукам, заставляя их убрать. Стянув ненужную одежду и уронив её в ноги к штанам Хёнджин раздвигает ягодицы Йеджи руками, видя её текущий и жаждущий внимания вход. Пальцы ловко скользят между ног, по-хозяйски проходятся, пачкаясь желанием и «утомлением» Йеджи. Средний палец аккуратно погружается в тепло Хван, входит во всю длину и изгибается, проходясь по стенке влагалища. Хван вздыхает в предвкушении большего. Хёнджин выходит, стараясь аккуратно войти двумя, но Йеджи тут же негативно шипит, заставляя остановиться. Хван ждёт с полминуты, чтобы вновь привыкнуть к ощущению растянутости, и, набрав больше кислорода в лёгкие, даёт добро двигаться дальше. Почувствовав резкую наполненности, Йеджи выдыхает всё, что запасала, чувствует как сжимается вокруг пальцев Хёнджина, как хочет большего, но ей много и этого. Хван будет тяжеловато так быстро привыкнуть. Хёнджин медленно выходит и медленно входит, даёт Йеджи определиться, и, получив добро, начинает ускоряться. Вторая рука проскальзывает вперёд, пальцы накрывают клитор, начиная неразборчиво двигаться из стороны в сторону, стараясь соответствовать темпу ниже. Хван больше не может сдерживаться, и, к счастью, получает согласие дальше ввиде уставшего стона. Парень расстегивает ширинку, в сильной спешке доставая горящий возбуждением орган из нижнего белья. Тянется к квадратику лежащему на краю стола, но Йеджи оказывается быстрее — хватает и кидает в другой конец кабинета, довольно и громко усмехаясь. — Ты правда хочешь, чтобы я трахнул тебя без презика? — Больше хочу, Хёнджин, — вновь пытается приподняться, но Хван не даёт, — сделай меня грязной, оппа. Кончи в меня, заполни меня своей спермой, умоляю, Хёнджин. Хван не нужно больше слов. Устраиваясь удобнее, медленно погружается в горячее лоно. Он уже успел отвык от этих ощущений без резины поверх, из-за чего не сдерживается и стонет, наслаждаясь отсутствием защиты. Йеджи быстро напоминает о себе, двигая бёдрами их стороны в сторону, насаживаясь самостоятельно, требуя трения больше. Начальница срывается на громкий стон, когда нужно было быть максимально тихий. Хёнджин врезается в неё сам, грубо входит и выходит, начиная силой толчков вдалбливать своё начальство в её же рабочий стол. В дверь кто-то стучит, Хёнджин громко отвечает «занято, не входить!», совсем не обращая внимания на то, что его могут не послушать и зайти. — Мисс Хван, у вас всё хорошо? Вы заняты? Я могу зайти? — голос заместителя Йеджи узнает из тысячи. Ему не нужен был ответ кого-то из кабинета Хван, если она была занята, нужен был ответ Йеджи. — Да, занята! — дрожащим голосом вскрикивает Хван, быстро сменяя речь тихими поскуливаниями и стонами, — блять, — шёпотом-шипением. — Мисс Хван, там приехал начальник городской полиции, он насчёт поставки табельного оружия. Мы можем зайти? Дело дрянь. — Щас, минуту! Я скажу когд-а-а, — срывается на стон, — когда заходить! — Йеджи вытягивает руку за спину, останавливая Хёнджина. Парень непонимающе выходить, словно ничего не слышал. Хван поворачивается к нему лицом, выпутываясь из одежды в ногах. Йеджи забирается на стол, тянется вперед, притягивая Хёнджина за одежду ближе. — Ты правда решил, что всё закончилось? Я же попросила, нет, я умоляла тебя заполнить себя твоей спермой, а теперь ты решил сбежать при первой возможности? Хёнджина не то что раздражают эти слова, скорее заводят лишь сильнее. Хван пододвигается вперед, сжимает ладонями голые бёдра Йеджи, притягивая к себе поближе. Начальница держится за плечи парня, сжимая ткань служебной формы. Он возвращается внутрь младшей, входит резко и полностью, возвращаяя привычный быстрый и грубый темп, так, как они любят оба. Йеджи долго не выдерживает сидя, и со стоном откидывается назад, ложась на стол. Ногами обхватывает талию Хёнджина, обвивает и жмёт ближе к себе, заставляя входить максимально глубоко, заполнять её максимально. Хван кладёт руку на клитор, начиная вырисовывать узоры вокруг комочка нервов, стремясь кончить одновременно с Хёнджином. — Мисс Хван! — напоминает о себе заместитель. — Хёнджин, — в бреду шепчет Йеджи, — кончи со мной, пожалуйста, оппа, кончи со мной... Блять, я уже щас!... — Мисс Хван, — уже переходит на крик, — наш коллега из полиции города ждать уже не может, у него тоже свои дела! И они не сдерживаются, заходя в кабинет. — Ладно, Хван, иди, — грубым и холодным голосом, — подумав я насчёт твоего выходного, может заменю кем-нибудь. — Спасибо, госпожа Хван, — Хёнджин кланяется, разворачивается, шёпотом здороваясь с зашедшими в кабинет. — Что? — Йеджи зло поднимает глаза, быстро опуская их, собирает пачку бумаг со стола и откладывает на край. — Я же просила вас немного подождать. Садитесь, господин Пак, у меня готов отчётник который вы бы хотели видеть, там как раз касаемо оружия и оборудования в целом. Хёнджин разворачивается в повороте в коридор, где он ещё может увидеть Йеджи через приоткрытую дверь в кабинет. Заместитель быстро её закрывает. Хван может оставаться в стенах своего кабинета сейчас грозной и внушающей страх, но только Хёнджин знает, что сейчас она всеми силами борется с ощущением вытекающей из неё белой жидкости и навязчивыми мыслями «лишь бы не заметили ту вещицу в углу».