В дороге

Капли шумно падали на землю. Они отскакивали от луж, но всегда в итоге прибивались к остальным, скапливались и становились частью ручейка, тёкшего в стоке у края дорог. У них не было другого выбора, потому что они сами собой не владели. Являясь каплями, они были обстоятельств и живых существ, но никак не самих себя. Солнце заволокли тучи. У него тоже выбора было не особо много. Оно могло погаснуть, но тогда лишило бы жизни тех, кто имел возможность повлиять на судьбу капель. Быть может, Солнце всё же не гастнет из-за сострадания, а не химических реакций? Он смотрел вперёд, на выход из университета. Стоял на крыльце, у самой двери, готовый в любой момент подать Ей зонт. Он готов был промокнуть до нитки вместо неё, а Она, выйдя из здания университета, лишь коротко кивнула на мгновенно оказавшийся над её головой зонт. Судьба Солнца и капель её явно не заботила, лишь несправедливо поставленный ей злобным преподавателем незачёт, который, по мнению Его, девушка вполне заслужила, но молодой человек предпочёл не спорить, а поддержать Её. Она так и не обратила внимания на цветы. Лилии, её любимые. Одиннадцать, её любимое число. Оранжевая лента, её любимый цвет. Он попытался показать лилии девушке, но та смотрела под ноги или в сторону, будто разговаривала не с ним, а с подрушкой по другую от неё сторону. Он со вздохом опустил букет, не замечая, как несчастные капли стекали по лепесткам таких же несчастных неподаренных лилий. Самая ужасная трагедия для срезанных цветов - остаться неподаренными. Они столько усердствовали, совершенствовались, чтобы ими любовались, чтобы они были красивы и радовали других, а оказываются увядшими в закрытом цветочном магазине. Так и кончается их жизнь, без продолжительной радости. Лишь иногда она мелькает, если покупатель заглядывается на них, но пропадает, стоит ему взять те, что оказались краше. Она всегда находила тех, кто был краше Его. Сам он напоминал берёзу, выросшую из пня сосны, несколько раз согнувшуюся и выпрямившуюся к окончанию. Всегда старался быть лучше: и работу нашёл, и подарки дарил, и цветы до какого-то момента носил... Но всегда Она радовалась лишь один раз, только когда Он оказывался лучше других лишь на один миг, а затем всегда находила другого. Тогда Он и перестал стараться, стал самим собой, но что-то Её не цепляло. Скажет Он в ссоре, что стоит им уже разойтись, раз не понимают они друг друга. Так Она как заладит, что виновата, что не умеет выражать радость, и Он остывает. Только Она всё чаще проводит вечера вдали от него, всё реже ставит цветы в вазу, всё меньше в его присутствии улыбается. Его берёза вмиг потемнела, листья её засохли. Он стал чаще срываться и выходить из себя, и однажды... ударил. Берёза рухнула на землю. Сам Он смотрел на свою горящую ладонь с ужасом, в голове всплывал диалог. - Я тебе в любви признавался! Я помог твоим родителям с жильём! Я тебе каждое утро делаю твои любимые оладьи с клубничным вареньем! Я стихи писал! Я стал тренироваться ради тебя, потому что тебе не нравятся мужчины с животом! Я отрастил усы! Что тебе ещё нужно, чтобы полюбить меня?! Чего нет во мне, что ты находишь в других мужчинах?! Неужели я делаю недостаточно?! - Андрей, пойми меня, нельзя быть идеалом! Я рада, что ты к нему стремишься, но пока ты его не достиг... И именно в этот момент прозвучал хлопок от пощёчины. Она вскрикнула, вся сжалась и приложила руку к щеке, не веря в реальность происходящего. Тот, кто ей клялся в любви, посмел её ударить. Тот, кто готов был жизнь за неё отдать. Неужели Он лгал? За окном шёл дождь. У капель судьба была предрешена, сменить её могли лишь погодные обстоятельства и люди. Этот брак бы не распался, если в него вмешались люди. Если бы оба из них перехотели быть каплями.