Часть 1
6 августа 2024 г., 20:20
— Ну, ты, конечно, пиздец дуралей.
Сан игнорирует своего лучшего друга, его взгляд прикован к парню, идущему к ним через двор. Послеполуденное солнце отражается на его гладкой коже, мед и золото танцуют на его щеках, словно он соткан из них. Его длинные черные волосы заколоты сзади двумя заколками из розового золота, которые поблескивают в мягких лучах света. Он настолько красив, что Сана, кажется, немного подташнивает, что, конечно, не очень хорошо, но это единственная правильная реакция, когда смотришь на Кан Есана. Уен стонет, и Сан это тоже игнорирует.
Честно говоря, Сан не помнит, когда впервые увидел Есана. В любом случае, он не может вспомнить все. Он определенно помнит, что видел Есана — он не смог бы забыть это, даже если бы захотел — но остальное как в тумане. Он помнит абсолютно все о том, где он был, что делал, с кем был.
Ну, не совсем прямо так. Он, конечно, помнит, как Уен в течение 30 секунд анализировал то, что происходило в голове Сана, и как тот проворчал: «Свалилась, блин, головная боль».
Сэ ля ви и вся такая хрень.
— Эй, красавчик, может вытрешь слюни, пока он не подошел, — говорит Уен, указывая пальцем на свое лицо, а потом тычет в Сана.
Сан пристально смотрит на него, прежде чем быстро переключить свое внимание на парня, склонившегося к Уену.
— Юю, скажи мне правду. Я хорошо выгляжу? Как моя прическа?
—Почему бы тебе не спросить меня об этом? Я твой лучший друг! — громко вздыхает Уен.
— Потому что ты мудак, который сказал мне, что у меня на лице слюни, — закатив глаза, Сан проводит рукой по волосам, пытаясь пригладить их.
— Честно говоря, — говорит Юнхо, сочувственно морща нос. — На самом деле, в уголке твоей губы немного слюны.
Сан быстро поднимает руку, чтобы вытереть губу краешком рукава, его уши начинают гореть под раскатистым смехом Уена. Он сердито смотрит на младшего.
— Не будь придурком.
— Ты просто расстроен, потому что у тебя накопилось много напряжения, но ты никак не можешь набраться мужества и попросить Есана помочь с этим, — говорит Уен, закатывая глаза.
Сан изумленно смотрит на него, а потом протягивает руку и хлопает по плечу.
— Я не хочу портить отношения с Есаном! Это так грубо, чувак, — он фыркает и скрещивает руки на груди. — К тому же, мы оба знаем, что мужества у меня более чем достаточно — тебе ли не знать.
— Послушай, Санни, детка, нет смысла говорить о прошлом. Между нами все кончено. Теперь у меня есть Юю, и мне не нужен твой…
— Как будто я собираюсь тебя когда-нибудь трахать после…
Покашливание прерывает их спор, и Сан медленно поворачивает голову и видит парня, который теперь смотрит на него сверху вниз с выражением едва скрываемого веселья. Рядом Юнхо и Уен громко давятся от смеха, прижимаясь друг к другу и притворяясь, что они не хихикают, уткнувшись друг другу в плечи.
— Все нормально? — спрашивает Есан, склонив голову набок. Сану приходится прищуриться, чтобы посмотреть на него, солнечные лучи обрамляют его словно ореол. — Хотел подойти, спросить, как у вас дела, ребята, но теперь сомневаюсь, что это хорошая идея.
Сан практически вскакивает на ноги, двигаясь слишком быстро, чтобы тело могло за ним угнаться, и в итоге оказывается слишком близко к Есану, чтобы разум мог это осознать. Он быстро приходит в себя, отступая на шаг, не вторгаясь в чужое пространство, и неопределенно взмахивая руками в сторону клочка травы, который он только что освободил.
— Нет, ты можешь… ты должен сесть. Я имею в виду, что тебе, конечно, не обязательно это делать, если ты предпочитаешь сидеть где-нибудь в другом месте. Здесь много места, потому что мы на улице и все такое, так что много мест, где можно посидеть, но это хорошее место, даже лучшее, и можешь посидеть здесь. Если ты хочешь. Ты знаешь. Сесть.
Он снова решает проигнорировать стоны Уена и тихий вздох раздражения Юнхо, вместо этого сосредотачиваясь на том, как родимое пятно Есана танцует на его коже, когда он улыбается.
— Я могу сесть, — говорит Есан, бросая свою сумку на землю, прежде чем сесть рядом с ней, вытянув ноги на траве.
Сан на мгновение растерялся, его глаза забегали по сторонам, пока он пытался решить, должен ли он занять место рядом с Есаном или обойти всех, чтобы просто плюхнуться рядом с Юнхо.
Уен вздыхает.
— Сядь, черт возьми, Сан, ты загораживаешь солнце.
Сан кивает.
— Да, точно, мне тоже стоит присесть.
Несмотря на то, что Сан знает Есана уже несколько месяцев, он, кажется, до сих пор не знает, как с ним нормально разговаривать. Он просто старается следовать указаниям, полученным от Уена, когда он впервые представил Сана Есану — разговор, который в основном вел Уен, проходил примерно так: «Сан, это Есан. Это мой друг детства, который в начале нового семестра переводится в университет. Есан, это Сан. Он немного с приветом, но я люблю его больше жизни и, наверное, отдал бы за него жизнь в подходящей ситуации.»
И Уен удивляется, почему Сан все еще не в ладах с Есаном после такого лимита доверия.
— Как твои занятия, Есан-и? — Спросил Уен, когда Сан медленно опустился на землю рядом с Есаном, словно ожидая, что земля разверзнется и поглотит его целиком за его прегрешения против существа, которое, скорее всего, было каким-то святым божеством. — Тест прошел нормально?
Есан пожал плечами.
— Вероятно, нет, но тут нечему удивляться. Видимо, не мне дано понять статистический анализ.
— Разве ты не специалиализируешься на бизнесе? — спрашивает Юнхо, склонив голову набок, одна рука лениво играет с волосами Уена. Сану это показалось бы забавным, если бы он не был так загипнотизирован тем, как золотые искорки, казалось, плавают в глазах Есана.
— Никогда не говорил, что я хороший парень, — со смехом говорит Есан. — К тому же, я скоро меняю направление. Мне удалось убедить своих родителей, что, возможно, бизнес — это не мое.
Сан прочищает горло кашлем, который звучит достаточно гортанно, словно он родился в третьем измерении ада. Уен поднимает бровь, когда Юнхо смотрит на него с беспокойством, но Есан, кажется, совершенно невозмутим, когда поворачивается к младшему.
— А какая твоя? — спрашивает Сан. Затем он сглатывает, чтобы избавиться от придушенной хрипотцы в голосе. — Что собираешься изучать сейчас?
Есан улыбается.
— Вообще-то, графический дизайн. Меня всегда это интересовало, поэтому я решил попробовать.
Сан кивает с гораздо большим энтузиазмом, чем это, вероятно, необходимо.
— Я уверен, что ты потрясающий дизайнер — готов спорить, у тебя все получится.
Через плечо Есана Сан видит, как Уен взмахивает воображаемым хлыстом в воздухе. Он прищуривает глаза, желая, чтобы его свирепый взгляд, который напугал бы любого другого, не просто раззадорил его лучшего друга.
— Спасибо, Санни, — говорит Есан, наклоняясь ближе, чтобы соприкоснуться плечами. Сану кажется, что он вот-вот растает в лужицу прямо ему на колени. — Может быть, когда ты выпустишь свой первый альбом, ты сможешь нанять меня для оформления обложки.
— Да, мы должны… Да, конечно, это было бы здорово, — говорит Сан. Его слова превращаются в непрерывный поток бормотания, а тело буквально вибрирует от сдерживаемой энергии.
Тихая дробь электрического барабана прерывает этот момент, Есан достает свой телефон из кармана и нажимает кнопку сбоку, чтобы отключить будильник. Он встает и вытирает испачканные травой руки о джинсы, прежде чем засунуть телефон в сумку и перекинуть ремешок через плечо.
— Мне пора идти — у Хонджуна и Сонхва отменили занятия, так что они уехали загород навестить родителей Сонхва, и я пообещал, что заеду покормить их кошку. Очевидно, на Марсе очень точное время для ужина.
Есан закатывает глаза — раздражение скрывается за мягкой, располагающей улыбкой — и машет им на прощание.
Трое парней молча смотрят ему вслед, даже когда Есан оказывается далеко за пределами слышимости. Наконец, Сан тихо выдыхает воздух, который он задерживал бог знает сколько времени, и Уен, воспользовавшись моментом небольшой передышки, набрасывается.
— Ты знаешь, что это было чертовски жалко, да? — Спрашивает Уен. — Что, черт возьми, с тобой не так? Ты капитан команды по тхэквондо и сложен великолепно, но рассыпаешься, как мокрый картон, каждый раз, когда тебе подмигивает красавчик.
Сан стонет.
— Есан не просто красавчик, он самый настоящий красавчик.
Выражение лица Уена не меняется.
— Что я должен делать с этой информацией?
— Я не знаю, — пожимает плечами Сан. — Посочувствовать? Помочь? Перестать позорить меня?
Юнхо с легким смешком встревает в разговор.
— Не обижайся, Санни, но последнее ты делаешь совершенно самостоятельно. Мне кажется, я слышал, как ты произнес слово «сидеть» семь раз подряд.
Плюхнувшись на спину, Сан прикрывает глаза рукой и громко скулит.
— Боже, что со мной не так?
Уен фыркает.
— Огласить весь список?
— Я когда-нибудь говорил тебе, что ты самый плохой друг на свете?
Что-то теплое давит на Сана, и он приоткрывает один глаз, чтобы увидеть, что Уен лежит у него на груди, уткнувшись подбородком в грудину Сана.
—Во-первых, я хочу напомнить тебе о том случае, когда Минги сломал твою PS5, потому что был в стельку пьян и пытался танцевать под Hype Boy, — говорит Уен. Сан опускает руку на траву и поднимает бровь. Он не станет спорить с точкой зрения Уена, но и не даст ему возможности услышать свое согласие. — А во-вторых, — продолжает Уен, совершенно не обращая внимания на молчаливый взгляд Сана. — Я устал от того, что ты ведешь себя так, будто Есан — это нечто совершенно недосягаемое. Я люблю Есан-и и согласен, что он до безобразия красив, но и ты тоже.
Младший завершает свою мотивационную речь резким щипком Сана за бока и заключением.
— К тому же, то, что я лучший друг парня, который ведет себя как мокрая тряпка, когда Есан-и рядом, действительно подрывает мою репутацию и доверие.
Сан закатывает глаза и поднимает руку, чтобы хлопнуть Уена по лбу.
— Как будто мне есть дело до твоего авторитета, тупица.
Уен быстро соскакивает с груди Сана, потирая ушибленную голову, и с драматичным стоном падает в объятия своего парня. Юнхо тихо воркует, поглаживая Уена по спине, и когда тот не видит, ухмыляется Сану. Он не собирается выслушивать упреки от щенка–телохранителя своего лучшего друга.
— Несмотря на неудачный выбор слов, Уен прав, — говорит Юнхо. Его рука продолжает водить вверх и вниз по спине Уена, в то время как другая обнимает младшего за талию. Он поворачивает голову, чтобы поцеловать Уена в висок, прежде чем продолжить. — Ты смотришь на Есана так, словно он выше тебя, но это только в твоих глазах. Я имею в виду, даже Есан так не считает. Ты заметил, как он смотрел буквально только на тебя, пока был здесь? Ты проводишь половину времени, разговаривая с ним, уставившись на него, как на что-то особенное, но, как будто… он делает то же самое с тобой.
Теплое, волнующее чувство разливается по телу Сана, проникая под кожу и скапливаясь между костями. Он медленно садится и смотрит на них, свернувшихся калачиком рядом. Они оба наблюдают за ним, лицо Уена теперь повернуто к Юнхо так, что его глаза могут встретиться с глазами Сана, и ждут, что он ответит. Он зарывается пальцами в траву, грязь забивается ему под ногти.
— Думаете, у меня может быть шанс? — спрашивает Сан тихим голосом.
На этот раз он не игнорирует стон Уена.
— Господи, блять, Санни, я думаю, у тебя были бы все шансы, если бы ты действительно что-то сделал. — Сан смотрит на Уена, когда тот слезает с колен своего парня и неуклюже ползет на двух ногах по траве, чтобы сесть, практически прижавшись к боку Сана. Он поднимает руки, обхватывает щеки Сана, сжимает их и заставляет его губы вытянуться вперед. — Повторяй за мной: я классный парень.
Сан пытается покачать головой, но безуспешно, так как ладони Уена сильнее прижимаются к его лицу, удерживая его на месте.
— Уени, я не буду, — говорит он, слова с трудом срываются с его надутых губ.
Уен свирепо смотрит на него.
— Просто скажи, или я тебя не отпущу.
Вздохнув, Сан закатывает глаза.
— Я классный парень.
— И я мог бы заполучить любого парня, которого захочу.
— Уен-и…
Уен сильнее сжимает щеки.
— Говори.
— И я мог бы заполучить любого парня, которого захочу.
Кивок.
— И я собираюсь пригласить Есана на эти выходные на потрясающую вечеринку Уена в честь Хэллоуина.
Глаза Сана широко распахиваются, и он отталкивает Уена, отчаянно мотая головой, словно пытается выбросить глупую мысль Уена из головы.
— Что? Нет, я не могу этого сделать, слишком рано.
Громко фыркнув, Уен опускает руки на бедра и садится на корточки.
— Сан, сколько ты уже вздыхаешь по нему? Шесть месяцев?
— Вообще-то, думаю, уже семь, — вставляет Юнхо. Сан думал, что он вернулся к просмотру своих конспектов и игнорирует их выходки, но, очевидно, эта шпала все слушает, чтобы помочь Уену в его нападении на Сана.
Уен подмигивает ему через плечо.
— О, точно, спасибо, малыш, — когда он снова обращает свое внимание на Сана, игривое подмигивание сменяется раздраженным взглядом. — В любом случае, ты слишком долго хандрил и ждал — пришло время надеть штанишки большого мальчика и забрать своего мужчину. А теперь произнеси аффирмацию, Санни, чтобы я мог вернуться к обнимашкам со своим парнем и наслаждаться чудесным днем.
Сан колеблется. С одной стороны, мысль о том, чтобы рассказать Есану о своих чувствах, заставляет его сердце так сильно биться в груди, что кажется, оно вот-вот вырвется наружу. Он чувствует себя потным и больным, и ему кажется, что его душа может отделиться от тела, и все это никоим образом не является приятным или ободряющим. Он вроде как боится, что его вырвет, если он попытается признаться, а нет ничего менее сексуальнее, чем блевать на парня, который тебе нравится, как раз в тот момент, когда ты пытаешься сказать ему, что вроде как хочешь быть зажат между его бедрами.
Но, возможно, Уен прав. Ожидание не принесет Сану особой пользы, и, по крайней мере, если он расскажет Есану, это будет означать, что он получит какой–то окончательный ответ — даже если Есан будет смотреть на него своими до боли красивыми глазами и посылать на хуй. Наконец, Сан вздыхает и трет лоб большим и указательным пальцами.
— И я собираюсь пригласить Есана на Хэллоуин к Уену в эти выходные.
— Потрясающую вечеринку в честь Хеллоуина.
Сан прищуривается и угрожающе тычет пальцем в Уена.
— Я и так сказал больше, чем мог. Не дави.
Уен плюхается обратно на место рядом с Юнхо, надувшись и пробормотав «Такой неблагодарный», оставляя Сана одного погружаться в свою беспокойную кроличью нору страхов и сомнений. К тому времени, как солнце опускается за горизонт и Уен начинает жаловаться на урчание в животе, Сану удается убедить себя, что признаться Есану — не такой уж плохой план. По крайней мере, он искренне верит, что все будет хорошо. Черт, возможно, все даже пройдет хорошо.
Хотя, скорее всего, это просто мозг Сана поддается влиянию того, что Уен выдает желаемое за действительное.
≽^•⩊•^≼
Сан проводит большую часть пятничного вечера, репетируя то, что будет говорить — он останавливается только тогда, когда Минги врывается в его комнату и говорит: «Перестань ходить взад–вперед и сядь, блин, как слоненок топаешь» но он тут же забывает обо всем, когда заходит к Уену. Уен украсил свою гостиную и кухню безвкусными оранжевыми и черными гирляндами и наклейками (Сан уверен, что именно их клеют на автомобильные стекла и зеркала, а не на дешевые обои), а на столиках сбоку расставлены несколько маленьких тыкв. Сан вспоминает, как приходил к ним неделей ранее, чтобы вырезать эти лица, и улыбается, видя, как пластиковые свечки мерцают в зазубренных отверстиях, которые должны были быть глазами и ртами (они определенно более кривобокие, чем должны быть, но он считает это метафорой жизни, а не доказательство его и Юнхо отвратительных навыков резьбы по дереву). Он едва успевает снять обувь и бомбер, как Уен бежит к нему по коридору с подводкой для глаз, зажатой в кулаке, скользя по деревянному полу. Младший останавливается в нескольких шагах от Сана и медленно оглядывает его. — Ты в этом что ли будешь? — Спрашивает Уен, склонив голову набок и вопросительно приподняв бровь. Сан бросает взгляд на свой наряд. Или, скорее… псевдонаряд. Он случайно забыл купить что–нибудь перед вечеринкой — был слишком поглощен попытками придумать, как, черт возьми, он собирается признаться Есану. Поэтому к тому времени, когда пришло время одеваться, он выбрал безопасный способ: мягкий черный свитер и темные джинсы. Он лезет в карман своей куртки, которая все еще перекинута у него через руку, и достает повязку на голову с двумя черными кошачьими ушками. Осторожно надевая их на волосы, он поднимает руку в жесте, напоминающем лапу. — Мрау? Уен закатывает глаза. Сан видит, что в этом году младший постарался на славу над своим костюмом — на нем короткая плиссированная юбка и белый укороченный топ в тон, на груди которого красным написано «Cheer». Он завязал черную прядь своих двухцветных волос в конский хвост и перевязал его красной лентой. Костюм, хотя и немного банальный, подходит ему и хорошо сидит по фигуре, подчеркивая изгибы и демонстрируя подтянутые руки. Сан опускает взгляд на ноги Уена. Он даже в гольфах. — Это самый несексуальный костюм кошки, который я когда-либо видел, — говорит Уен. Сан хмурит брови. — Кто сказал, что я пытаюсь быть сексуальным? Уен не отвечает — он просто окидывает Сана еще одним презрительным взглядом, а потом хватает за запястье и тащит по коридору в свою спальню. — Вот всегда я все должен за тебя делать, да? Пока посиди, я подыщу тебе что-нибудь подходящее из одежды. Сан вздыхает и понимает, что проще слушать и делать то, что ему говорят, чем спорить. Он плюхается на кровать, свесив ноги, и смотрит на плакат, который Уен прикрепил к потолку. Сан помнит, как Уен купил сольный альбом Чимина и поняв, что все пространство на стене уже занято другими постерами к-поп и неприличным количеством полароидных фотографий с друзьями, Сан подумал, что просто сложит постер и оставит его в коробке с диском, но Уен вместо этого встал на цыпочки на своей кровати и прилепил постер к потолку. Затем он посмотрел на удивленное лицо Сана, пожал плечами и сказал: «Эй, это бесплатно». Сан пристально смотрит в глаза Чимину и задается вопросом, будет ли айдол так же мучиться, придумывая, что сказать Есану. Вероятно, нет — Сан сомневается, что такие парни, как Чимин, когда-либо беспокоились о том, чтобы привлечь внимание симпатичного парня. — Боже, перестань выглядеть таким угрюмым — ты убиваешь все флюиды, — говорит Уен, пиная Сана в голень достаточно сильно, чтобы было больно. Сан вскрикивает, закидывает ногу на кровать и обхватывает ее руками, словно защищаясь. Матрас прогибается, когда Уен садится рядом с ним, не обращая внимания на нытье Сана, и бросает в него небольшой кусок ткани. — Переодевайся, сделаю тебе макияж, — говорит он, отмахиваясь рукой. Сан с громким стоном садится, одежда падает ему на колени. Он не утруждает себя разглядыванием — спорить-то все равно бесполезно — и вместо этого решает сэкономить время и нервы, просто снимая свою удобную повседневную одежду. Он аккуратно складывает джинсы и свитер, кладет их на стол, возвращаясь к кровати в одних трусах. Уен удобно устраивается на кровати и набирает сообщение на телефоне, ожидая, пока Сан переоденется. Влезть в джинсы Уена довольно легко, хотя нога несколько раз застряла в одной из множества дырок, а любовь Уена к одежде большого размера означает, что, несмотря на то, что Сан в целом крупнее, почти все рубашки Уена сидят на нем очень узко. Костюм Сана состоит из пары черных джинсов, в которых дыр больше, чем самих джинсов, и темно-серой футболке без рукавов с такими большими разрезами, что Сан уверен, что любой, кто смотрит на него сбоку, может увидеть его соски. Уен отрывает взгляд от телефона, когда Сан заправляет футболку в джинсы, затем встает с кровати, держа в руке повязку на голову Сана с кошачьими ушками, и вдевает ее в волосы Сана, убирая челку с его лица. — Значит, я превратился из мягкого кота в мускулистого котенка? Нам нужно поговорить о твоем новом кинке? — с ухмылкой спрашивает Сан. Уен вздыхает. — Ты превратился из Стива Джобса с кошачьими ушками в горячего парня с руками, которые каждый захочет укусить, но еще и с кошачьими ушками. — Это считается костюмом? Пожав плечами, Уен тянется за карандашом для глаз, который он оставил на кровати. — Есану будет все равно, реалистичен ли твой костюм, он будет слишком увлечен твоими бицепсами. А теперь давай, у меня осталось минут двадцать, чтобы сделать тебе макияж и закончить свой, пока не пришли остальные. К тому времени, как они слышат стук в дверь — единственные люди из их группы друзей, у которых есть ключи от квартиры Уена, это Сан (потому что он лучший друг Уена), Юнхо (потому что он парень Уена) и Чонхо (потому что он тут живет) — Уен успевает не только сделать ему неистовый смоки, но и нарисовать себе такие острые стрелки, какие Сан только видел. Уен хлопает ресницами перед зеркалом, поворачиваясь к Сану, оценивая в последний раз. Его щеки блестят в свете флуоресцентных ламп от радужного хайлайтера, который он нанес на кожу. — Хорошо? Сан кивает и показывает ему поднятый вверх большой палец. — Очень ебабельно. Его лучший друг улыбается и отворачивается обратно к зеркалу, доставая блеск для губ из косметички. — Можешь пойти посмотреть, кто там? Я ставлю на Сонхва, потому что он такой пунктуальный. Единственный человек, которого я знаю, который умудряется приходить на вечеринку на десять минут раньше. Посмеиваясь, Сан встает с сиденья унитаза. — Наверное, ты прав, если только Чонхо не вернулся, а у него с собой слишком много алкоголя, чтобы самому достать ключи. Уен помахал в воздухе блеском для губ. — Туше. Как оказалось, Уен выиграл несуществующее пари: Сан открыл дверь и увидел Сонхва и Хонджуна, стоящих в коридоре. Сначала они его не замечают — Сонхва слишком занят тем, что поправляет элегантный черный галстук–бабочку Хонджуна, не обращая внимания на дверь, а Хонджун просто смотрит на Сонхва с милой улыбкой. Сан терпеливо ждет, пока они закончат свои семейные копошения. Сонхва, наконец, отворачивается от бабочки, довольный ее прямотой, и одаривает Сана лучезарной улыбкой. — Привет, Санни, ты выглядишь… подтянутым? — спрашивает Сонхва, склонив голову набок и разглядывая собранный на скорую руку костюм Сана. — Не буду врать, я понятия не имею, кто ты. — Но это горячо, — добавляет Хонджун, пожимая плечами. Сан улыбается. — Спасибо, хен. А вы двое… Хонджун поднимает руку, чтобы зажать в зубах фальшивую сигару. — Меня зовут Бонд. Джеймс Бонд. — Да, да, теперь я это понимаю, — кивает Сан. Затем он переводит взгляд на Сонхва, замечая блестящее платье длиной до колен, которое выглядит практически нарисованным на его теле, с высоким воротом и длинными рукавами, закрывающими большую часть его тела, хотя оно такое узкое, что кажется еще более вызывающим, чем если бы он был на самом деле голым. На нем черные сапоги на каблуках и золотые украшения, а волосы собраны, открывая острые ключицы. Сонхва улыбается, наблюдая, как Сан все это рассматривает. — Я парень Бонда. Сан смеется. — Не знал, что Джеймс Бонд был геем — разве в свое время он не был символом токсичной маскулинности и женоненавистничества? Закатив глаза, Хонджун отодвигает Сана от двери, чтобы они с Сонхва могли пройти внутрь. — Как будто я когда-нибудь стану притворяться гетеросексуалом. Разбежался. Сан уходит на кухню, чтобы достать немного спиртного, которое, как он знает, Уен хранит в морозилке. Уен сказал, что Чонхо ушел примерно за час до прихода Сана, чтобы немного поработать над проектом в библиотеке, и скоро вернется с новой порцией алкоголя, но Сан с радостью обнаружил, что есть бутылка Бакарди, и он может намешать себе и остальным немного рома с колой. К тому времени, как Чонхо все-таки появляется с сумками в руках, полными бутылок, звенящими друг о друга при каждом его движении, Сан уже выпил две порции и был на грани опьянения. Вечеринка уже в самом разгаре, гостиная Уена заполнена их друзьями и несколькими людьми, которых Сан знает по танцевальным классам Уена и Юнхо. Он машет Енджуну, который одет как Годзе Сатору, в девичьей школьной форме и висящий на своем парне (хотя Субин, безусловно, более каноничный Гето), и следует за Чонхо на кухню. — Эй, нужна помощь? — спрашивает он, едва выговаривая слова. Чонхо кивает, продолжая убирать бутылки соджу и банки пива в холодильник, не поднимая глаз. Сан замечает, что его костюм примерно такой же замысловатый, как и у Сана: на нем просто коричневый свитер и круглые ушки плюшевого мишки, воткнутые в волосы. — Да, разложи где-нибудь закуски. Они все равно уже через час закончатся, — Сан в замешательстве оглядывает кухню, затем опускает взгляд на свои пустые руки, как будто в них вот-вот волшебным образом появятся пакеты с чипсами. — Закуски? Подняв взгляд, Чонхо от удивления разевает рот в форме буквы «о». — Ох, извини, приятель, я думал, ты Есан, он должен был быть прямо за мной. — Он замолкает, вставая с того места, где до этого сидел на корточках перед открытой дверцей холодильника. — Хотя, зная его, можно предположить, что он, вероятно, заблудился. Ты не против пойти поискать его? Сердце Сана внезапно начинает биться слишком быстро в груди. — Есан? Он здесь? Чонхо кивает и подходит, чтобы взять со стойки второй пакет и начать его разгружать. Студент с танцевального, которого Сан знает не очень хорошо, проскальзывает мимо него и здоровается с Чонхо, после чего достает из холодильника одну из только что купленных банок пива и возвращается в гостиную. — Да, мы встретились, чтобы позаниматься вместе в библиотеке, и он пошел со мной за продуктами для вечеринки. А теперь, ты можешь пойти и найти его, пока он не ошибся квартирой? Я уверен, что с ним все будет в порядке, потому что соседи, вероятно, просто приютят его и будут кормить ужином, но я думаю, что Уен может убить меня, если я его потеряю. Сан сглатывает, у него внезапно пересыхает во рту. Глоток напитка не сильно помогает, но бодрит, и ему не кажется, что он вот-вот растает на полу, превратившись в нервную лужицу. — Да, да, найти Есана — я могу это сделать. Понял. Он медленно поворачивается и идет к входной двери, совершенно не замечая ни происходящего вокруг, ни давящих на него тел, и к тому времени, как он выходит из квартиры (каким-то образом в своей обуви, хотя он не совсем уверен, когда именно ее надевал), он почти уверен, что совершенно забыл, что он должен был делать, если бы не крутящееся бесконечно как карусель в голове имя Есана. Он идет к лифту на автопилоте, мышцы заставляют его тело двигаться без команды мозга. Когда дверь со звоном открывается, Сан заходит в пустую кабину и нажимает кнопку первого этажа. Он не уверен, что Есан заблудился бы настолько, что так и не смог бы найти дорогу к лифту, но проверить все равно надо. Он сам никогда не видел Есана растерянным, но слышал много историй от Уена и других. Он выходит из подъезда, разве мог Чонхо подняться на третий этаж, не заметив, что Есана с ним нет? Возможно. Порыв холодного октябрьского ветра касается его рук и забирается сквозь разрезы футболки, касаясь ледяными пальцами его груди и живота. Он дрожит, засовывая руки в карманы джинсов и прижимая их к бокам, он вжимает голову в плечи, чтобы защититься от прохладного воздуха. Он слышит тихий щелкающий звук справа от себя и поворачивается. В нескольких метрах от него Есан сжался в комочек, уставившись в темную щель между жилым домом и офисом врача рядом, прищелкивая языком и протягивая руку, словно пытаясь выманить что-то из укрытия. Сан тихо откашливается, не обращая внимания на то, как бабочки крутятся у него в животе. — Что ты делаешь? — спрашивает он, повышая голос ровно настолько, чтобы его услышал Есан, но не настолько громко, чтобы напугать его. Есан снова прищелкивает языком и поднимает взгляд. Свет уличных фонарей отражается от маленьких заколок, скрепляющих его волосы — Сан замечает, что сегодня они не такие, как в прошлый раз, когда он видел Есана, теперь это две длинные серебряные заколки с черными завитушками — и его глаза сверкают так, что у Сана перехватывает дыхание. Затем Есан улыбается Сану, и тот задается вопросом, настанет ли когда-нибудь день, когда при взгляде на Есана ему не захочется вспыхнуть пламенем. — Там котенок, — говорит Есан, отворачиваясь и глядя в темную щель. Он манит того пальцами, а другой рукой опирается на асфальт, чтобы не упасть. — У меня нет для него ничего вкусненького, но я подумал, что, может быть, мне удастся выманить его из укрытия и пристроить. Мозг Сана закрутился со скоростью ста километров в минуту — он опять не поспевал за ним — и он несколько раз моргнул, пытаясь привести мысли в порядок. Есан. Котик. Есан с котиком. Есан, на самом деле, с котенком. Есан смотрит на крошечного голодного котенка и жалеет, что не может его покормить, что у него нет кошачьего корма, потому что в магазине они, вероятно, купили только чипсы, конфеты и… Образы, возникавшие как перед его глазами, так и в его сознании, были почти слишком милыми, чтобы Сан мог их понять. — Я мог бы сбегать наверх — уверен, у Уена есть мясные консервы или что-нибудь еще, что он будет, — говорит Сан, указывая большим пальцем на входную дверь жилого дома. — Ты оставайся здесь, я вернусь примерно через… две минуты. Сан не дожидается ответа Есана, разворачивается на каблуках и практически бежит обратно в дом. Он проскакивает мимо лифта и направляется к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и быстро оказывается на третьем этаже. Он радуется, что проводит так много времени в спортзале, когда наконец возвращается в квартиру, его дыхание лишь немного тяжелее обычного, и он проталкивается на кухню, не обращая внимания ни на один из зовущих его голосов. Полагаясь на мышечную память, он открывает шкафчик над раковиной, где, как он знает, Уен хранит консервы, и достает небольшую банку тунца, затем подходит к холодильнику и достает бутылку воды, прежде чем быстро выбежать из квартиры. Когда Сан возвращается, Есан все еще ждет его там же. Он улыбается, когда видит, что Сан держит консервы и воду в бутылке, которые Сан протягивает ему, чтобы Есан мог открыть крышку, пока он переводит дыхание. Как только он, наконец, почувствовал, что его сердце начинает биться в нормальном ритме, он присел на корточки рядом с Есаном. Поначалу было трудно разглядеть котенка, но после пары мгновений поисков Сан смог разглядеть блеск больших круглых глаз, спрятанных в черной шерсти, которые смотрели на него с расстояния в несколько футов. Есан открывает банку, высыпает содержимое на плоскую крышку и ставит ее так, чтобы она была на равном расстоянии от них и котенка. Используя теперь уже пустую банку как самодельную миску, он наливает в нее немного воды и ставит рядом с куском тунца. Они тихо сидят рядом, наблюдая, как котенок медленно выскальзывает из своего укрытия, чтобы подойти и обнюхать таинственную еду. Решив, что это приемлемо, крошечное создание начинает практически глотать, не жуя, уткнувшись носом во влажную еду. Есан хихикает, наблюдая, как малыш ест, снова протягивает руку и подносит ее в нескольких дюймах от его мордочки, чтобы не напугать. Сан смотрит, как котенок — то ли потому, что он полностью игнорирует его, то ли потому, что ему приятно угощение — позволяет Есану почесать его за ухом, уткнувшись головой в ладонь Есана, когда ему требуется время, чтобы отдышаться между укусами. Сан был прав — картинка слишком милая, чтобы его мозг мог ее полностью осознать. Он знает, что улыбается, как дурачок, наблюдая, как Есан радостно гладит котенка, но ничего не может с собой поделать. Это просто чертовски мило. — Ты пялишься, — говорит Есан, и его глаза превращаются в полумесяцы, когда он улыбается пушистому существу, практически мурлыкающему под его пальцами. Он не смотрит на Сана, но Сан видит, как в тех местах, где уличные фонари освещают щеки и уши Есана, проступает розовый румянец. Улыбка Сана становится почти болезненно широкой. — Да, да, извини за это — ты просто очень милый. Он знает, что должен сохранить лицо и исправиться — это действительно мило, котенок такой, такой милый, очевидно, именно это он имеет в виду — но он не может заставить себя сделать это. Потому что Есан милый — он восхитителен и красив, а все остальные красивые слова Сану сейчас в голову не приходят. Уши Есана креснеют еще сильнее. — Когда ты учился говорить? Нельзя быть таким вежливым. Сан усмехается. — На самом деле я всегда был очень мягким — воспитательницы в детском саду говорили, что я стану настоящим маленьким сердцеедом, когда подрасту. Есан искоса смотрит на Сана, его пальцы скользят по тонкой спине котенка. — И это оказалось правдой? Ты сердцеед, Санни? Смеясь, Сан качает головой. — Нет, я так не думаю. По крайней мере, стараюсь таким не быть. Есан понимающе хмыкает. Он наклоняет голову набок, изучая котенка, который уже перестал вгрызаться в тунец и теперь пьет маленькими глотками из импровизированной миски с водой. Сан протягивает руку к котенку, давая ему понюхать себя, прежде чем начать чесать его между ушами. Краем глаза он видит, как Есан вздрогнул, когда налетел сильный порыв ветра. — Хочешь зайти внутрь? Ты тут уже давно, тебе согреться бы, — говорит Сан, поворачиваясь к Есану. Парень плотнее кутается в свою тонкую джинсовую куртку. — Я бы хотел, но я… я не хочу оставлять его здесь. Сан смотрит на котенка, думая о том, что лучше всего сделать. Он знает, что у Чонхо и Уена есть гостевая спальня с примыкающей к ней небольшой ванной — как им удалось найти недорогую трехкомнатную квартиру в центре города, Сан не знает (хотя он уверен, что тот факт, что родители Чонхо довольно состоятельны, вероятно, имеет какое–то отношение к этому). Может быть, если они просто пронесут котенка на вечеринку… — Дай свою куртку, — приказывает Сан, протягивая руку к Есану. Глаза Есана расширяются, когда он смотрит на Сана, на его лице отражается смесь удивления и чего-то еще, что Сан не может понять. Он не спорит и снимает с плеч джинсовую куртку, оставшись в одной зеленой рубашке с глубоким вырезом и длинными рукавами. На воротнике есть молния, которую он расстегнул наполовину, так что она заканчивается на середине грудины, и Сан очень старается не замечать, как ткань прилипает к его коже. Есан передает куртку Сану, который расправляет ее на коленях. Медленно, чтобы не спугнуть животное, Сан обхватывает котенка пальцами, осторожно поднимает его и кладет на середину джинсовой ткани. Котенок мяукает, глядя на него снизу вверх большими глазами, которые кажутся скорее любопытными, чем испуганными, и он улыбается, оборачивая ткань вокруг крошки и сворачивая его в маленький комочек, который затем баюкает в своих руках. Он встает и бросает взгляд на Есана, который смотрит на него такими же большими любопытными глазами. — Дай мне один из пакетов с едой, — говорит Сан, протягивая свободную руку. По большей части малыш довольно послушен, когда Сан передвигает его, лишь слегка ерзая, когда ему становится удобно в своей джинсовой норке. Есан поднимает с тротуара два пакета, затем встает и вешает один из них на вытянутую руку Сана. Он наклоняется, чтобы поднять оставшийся тунец, бутылку с водой и самодельную миску, теперь его руки заняты принадлежностями для кормления котенка. Дорога до квартиры проходит в тишине, но Сан не считает, что это плохо. Тишину заполняет тихое мяуканье котенка, который сворачивается калачиком в своем коконе, и время от времени Сан оглядывается, чтобы увидеть, как Есан украдкой смотрит на него. Когда их взгляды встречаются, они оба улыбаются и быстро отводят глаза, и все это общение наполняет Сана головокружительной теплотой. Внутри квартиры значительно менее тихо. Им приходится с трудом пробираться сквозь толпу из двадцати с лишним человек, но, по крайней мере, все, кажется, слишком пьяны, чтобы обращать внимание на то, почему у Есана на алюминиевой банке лежит кусок тунца, а Сан баюкает джинсовку. Сан с облегчением обнаруживает, что в комнате для гостей никого нет, и он кивает Есану, чтобы тот заходил первым, закрывая за ними дверь спальни, направляясь к ванной. Он присаживается на корточки и осторожно кладет сверток на середину пола. Обретший почву под ногами, через несколько секунд появляется голова котенка, и он с любопытством оглядывает новое ярко освещенное пространство широко раскрытыми глазами. Сан с улыбкой отворачивается, смотрит на Есана и жестом просит его передать тунца и воду. — Я поставлю его здесь на ночь — надеюсь, никому сюда не нужно будет, — говорит Сан. Есан кивает и протягивает котенку еду. — Почему бы тебе пока не отнести закуски на кухню? Мы сможем решить, что делать с этим малышом, когда вокруг будет поменьше народу. Есан понимающе хмыкает, забирает у Сана пакет с едой и поворачивается, чтобы выйти из комнаты. Музыка, доносящаяся из зала, заполняет тишину, когда он выходит, но она быстро переходит в глухой гул, когда за ним со щелчком закрывается дверь. Сан наблюдает, как котенок снова обнюхивает еду, быстро откусывает несколько кусочков, прежде чем решить, что на данный момент он сыт — или, по крайней мере, новая комната интереснее, чем тунец, и требует его немедленного внимания. Сан смеется, наблюдая, как оно ковыляет на крошечных ножках, обнюхивая дно раковины и царапая пластиковую корзину рядом с унитазом. Сан слышит, как дверь снова открывается. Он откидывается на пятки и видит, что Есан, вместо того чтобы присоединиться к вечеринке, вернулся в комнату. Старший снимает обувь — что им следовало сделать, когда они вошли, ну да ладно — прежде чем подойти и присесть у двери. Сан опускается на задницу, чтобы расшнуровать свои теннисные туфли и поставить их на пол рядом с комодом. — Знаешь, ты можешь вернуться на вечеринку, если хочешь, — говорит Есан. Он улыбается, когда Сан смотрит на него, прежде чем снова перевести взгляд на котенка. — Спасибо, что помог мне позаботиться о нем и обо всем остальном, но, думаю, теперь все в порядке. Честно говоря, он, вероятно, все равно скоро заснет. Сан ерзает, пытаясь найти удобное положение. Он останавливается, прислонившись к дверному косяку напротив парня, и подтягивает ноги так, что его колени соприкасаются с коленями Есана, когда тот смотрит на него. — Я в порядке, но ты должен пойти поздороваться со всеми — технически, ты еще не пришел, потому что… — Он колеблется, оглядывая Есана. Помимо заколок в волосах и зеленой рубашки, на Есане узкие черные джинсы и несколько серебряных колец. Он выглядит невероятно сексуально, но Сан не совсем уверен, что это за костюм. — На самом деле, я понятия не имею. Кто ты? Есан смеется и закатывает глаза. — Тот, кому нужно было готовиться к следующему экзамену по статистике, но он забыл взять с собой костюм. Клянусь, Уен заставил меня заказать костюм болельщицы несколько недель назад, чтобы мы подходили друг другу. Честно говоря, если я останусь здесь, это, наверное, будет лучше для моего благополучия, учитывая, что он разозлится, когда узнает, что я его не надел. Сану кажется, что у него в голове произошло короткое замыкание. Есан. Костюм болельщицы. Есан в юбке. Есан в короткой юбочке, укороченном топе и, может быть, даже в крошечных косичках с ленточками, в гольфах и… — Знаешь, ты и этот малыш как бы подходите друг другу… — говорит Есан, указывая пальцем себе на голову. Сан поднимает руки, чтобы коснуться ушей, о которых он уже позабыл. — О, да, точно, — говорит Сан, неловко смеясь и опуская руку обратно на колено. — Я тоже не очень был готов надеть костюм сегодня — или, ну, было что-то, но ты как будто забыл об этом, но в то же время я совсем не был готов, потому что просто забыл что-то купить, и это, наверное, довольно глупо, потому что сегодня Хэллоуин и все такое, но у меня были эти уши которые моя сестра купила мне в шутку несколько лет назад, и я просто подумал, ха-ха, что это было бы прекрасно, не так ли? И вот мы здесь. Сан сглатывает, изо всех сил стараясь вытолкнуть остатки бессвязной речи, которые пытаются вырваться из его горла. Заметил ли он тот факт, что Сан произнес все это на одном нервном выдохе, или нет, Есан тихо хихикает и толкает коленом колено Сана. О, ну что ж… может быть, Сан не такой уж безнадежный человек, каким он себя считал. Сан чувствует, как в воздухе нарастает напряжение, когда лапки крошечного котенка постукивают по кафельному полу. Он задается вопросом, хочет ли Уен, чтобы он взял на себя ответственность за этот момент — сказал бы он Сану, чтобы тот воспользовался этим идеальным, уединенным местом, в котором они находятся, и признался в своих чувствах. Глаза Есана снова встречаются с его глазами, и он улыбается так, что у Сана внутри все тает, как теплое мороженое, а в голове у Сана все кружится, пока он пытается вспомнить все слова, которые часами повторял, расхаживая по комнате. Ладно, Есан, дело вот в чем… Сан вскакивает на ноги, вытирая вспотевшие ладони о штаны и наблюдая, как Есан и котенок уставились на него своими большими любопытными глазами. —Хочешь выпить? Я схожу за напитками — ты любишь спиртное? Или, может быть, ты больше любишь пиво или… Он снова начинает что-то бормотать и делает несколько шагов назад к двери, но слова застревают у него в горле. Хотя на этот раз это не потому, что он проглотил их или спрятал подальше от себя. На этот раз это потому, что… Потому что Есан поцеловал его. Потому что Есан целует его. Потому что Есан поднялся с пола, преодолел расстояние между ними всего в несколько шагов, обхватил шею Сана ладонями и соединил их губы в обжигающем, сладком, сводящем с ума поцелуе, который заставляет Сана задуматься, сможет ли он когда-нибудь снова дышать. Есан отстраняется гораздо раньше, чем Сан готов к этому, отодвигается немного и смотрит на Сана так, словно ищет какой-то ответ. Сан чувствует, как его теплое дыхание касается его лица, и по спине пробегает дрожь. — Я собираюсь поцеловать тебя еще раз, — говорит Есан. — Хорошо? Сан быстро кивает, и из его горла вырывается тихий стон, который, по его мнению, звучит как одобрение. Уголки губ Есана приподнимаются в легкой ухмылке, прежде чем он снова наклоняется вперед, делая паузу, достаточную для того, чтобы дать Сану сделать глубокий вдох, и их губы соприкасаются, на этот раз двигаясь медленнее, когда его ногти нежно царапают кожу на шее Сана. Пальцы Сана на несколько мгновений сгибаются, когда он бесполезно хватается за воздух, не зная, что делать со своими руками, прежде чем он, наконец, позволяет себе положить их на бедра Есана. Это кажется правильным шагом, поскольку Есан прижимается к Сану еще ближе, они прижимаются друг к другу так плотно, как только могут: грудь к груди, бедро к бедру, пах к паху… Сан стонет в губы Есана, когда чувствует, что его брюки уже начинают натягиваться, а член твердеет под джинсами, и он делает шаг назад, когда чувствует, что Есан начинает прижиматься к нему, направляя их туда, где, как он знает, находится кровать. Есан проводит языком по его нижней губе, и он приоткрывает рот с тихим вздохом, крепче сжимая бедра парня, пока Есан лижет его рот. Когда он чувствует, что упирается в матрас, он отстраняется и начинает покрывать поцелуями подбородок и шею Есана, просовывая одну руку между ними, чтобы расстегнуть молнию на его рубашке как можно ниже. Вылизав и закусав везде, где только смог дотянуться, он проводит руками по бокам Есана, добирается до подола его рубашки, опускается обратно на кровать и задирает низ рубашки. Он начинает целовать гладкие мышцы, которые открылись ему, одной рукой приподнимая рубашку Есана, а другой нежно поглаживая грудь парня и спускаясь к его бедру. Его рот оставляет теплую, влажную дорожку на животе Есана, а язык обводит края его пупка. Есан вздыхает над ним, его руки перемещаются с шеи Сана на его волосы, и Сан чувствует, как он снимает повязку с кошачьими ушками, чтобы запустить пальцы в пряди. Сан чувствует резкий рывок, когда он кусает и посасывает чувствительное место чуть выше пояса штанов Есана, и охотно откидывается назад, когда Есан отстраняет его. Глаза Есана потемнели, и если смотреть на него снизу вверх под таким углом — голова Сана запрокинута назад так сильно, что это почти причиняет боль, а Есан смотрит на него сверху вниз так, словно готов поглотить его целиком — Сан не уверен, что когда-либо видел Есана красивее, чем в этот момент. Ухмылка появляется на губах Есана, когда он говорит: — На тебе все еще слишком много одежды. Дыхание Сана тяжелое и затрудненное. — Ты… я имею в виду, должен ли я… Ты хочешь, чтобы разделся? Есан приподнимает бровь. — Ты планировал трахнуть меня в штанах? Если раньше Сан думал, что перестал дышать, то сейчас он задыхается совершенно точно. — Я могу тебя трахнуть? Пожав плечами, Есан наклоняет голову набок. — Я надеялся, что ты это сделаешь. Но если ты не хочешь… Сан пытается покачать головой, на мгновение забывая, что Есан крепко держит его за волосы. Когда это не срабатывает, он начинает умолять. — Нет, пожалуйста, я хочу, я очень хочу. Есан отпускает волосы Сана и мягко проводит пальцами по прядям, убирая челку с его лица. — Хорошо, Санни, если это так, то нам нужно снять с тебя одежду. Сан кивает, вскакивая с кровати, когда Есан отодвигается, чтобы дать ему немного места, и идет расстегивать джинсы. Позади себя он слышит тихое мяуканье. Он останавливается с расстегнутой пуговицей и поворачивается, чтобы посмотреть в сторону ванной. Котенок стоит в дверях и с любопытством смотрит на них, склонив голову набок. Кажется, что котенок вот-вот начнет носиться по комнате, чтобы посмотреть, что там такое, и Сан испытывает непонятную эмоциональную смесь из одновременной нежности и негодования (нежность, потому что котенок, безусловно, второе по привлекательности существо в комнате, но негодование, потому что он не может позволить крошечному существу встать у него на пути спустя столько месяцев в ожидании этого момента). Он медленно поворачивается к Есану, который наблюдает за ним с веселой улыбкой на губах. —Может, нам, эм, — спрашивает Сан, переводя взгляд с Есана на котенка. — Может, нам закрыть дверь? Я не хочу запирать его в ванной, но и раздеваться перед ним тоже как-то неправильно. Лицо Есана расплывается в широкой улыбке, он начинает хихикать, зажмурив глаза и прикрыв рот рукой. Сан стонет, размахивая руками в воздухе, пытаясь сообразить, как спасти ситуацию. Его штаны все еще расстегнуты, что обычно было бы хорошо, но все настроение официально полностью исчезло, потому что он не хочет травмировать маленького котенка. — Я имею в виду, мы не можем… мы не можем трахаться у него на глазах! Это кажется аморальным, он и так через многое прошел, а тут еще смотреть на мой член! Есан смеется еще громче, схватившись за живот другой рукой, и сгибается пополам. Сан надувает губы и прикусывает внутреннюю сторону щеки, чтобы удержаться от улыбки, потому что, несмотря на то, что он чувствует, что его шансы на секс только что сильно снизились, возможность услышать, как Есан смеется с такой безудержной радостью, определенно является достойным утешительным призом. Как только Есан берет себя в руки, его смех переходит в тихие, глубокие смешки, он машет рукой, указывая Сану на ванную. — Ну, тогда иди и закрой дверь. Мы же не хотим, чтобы малышу было о чем еще поговорить со своим психотерапевтом. Сан улыбается, подходит к ванной и, присев на корточки, медленно гладит котенка по спине. Теперь, когда ему стало удобнее с двумя людьми, котенок радостно утыкается носом в его ладонь, громко мурлыча. — Ладно, приятель, пора ложиться на твою маленькую джинсовую кровать, чтобы я мог потрахаться, — шепчет он достаточно тихо, чтобы котенок услышал, но недостаточно громко, чтобы Есан смог его расслышать. — Я долго ждал этого, так что не порти мне все, ладно? Просто чудо, что я сам еще не все испортил. Котенок мгновение смотрит на него, медленно моргая широко раскрытыми глазами, затем поворачивается и подбегает обратно к куртке Есана. Свернувшись калачиком в центре, он моргает еще несколько раз, прежде чем положить голову на лапы. Сан уставился на него, на мгновение задумавшись, понял ли он его. Это невозможно, верно? Это было бы безумием. Парень, которого Сан оставил у кровати, прочищает горло, привлекая внимание Сана, и Сан совершенно забывает о котенке, когда поворачивается и видит Есана, лежащего поперек одеяла в одной рубашке и трусах, его брюки и носки теперь сложены и лежат на прикроватном столике. Сан вскакивает на ноги, выпутывается из джинсов Уена со скоростью, о которой даже не подозревал, швыряет их через всю комнату, а затем переминается с ноги на ногу, чтобы снять носки согнутым пальцем. Он стягивает футболку через голову и отбрасывает ее за спину, когда его колени касаются края кровати. Он смотрит вниз на Есана, растянувшегося на простынях, как какой-то ангел. — Ты снова пялишься, — говорит Есан. Сан смотрит на то, как свет от лампы дневного света над головой танцует на лице Есана, его темные волосы разметались по подушкам, когда он смотрит на Сана. Сан сглатывает. — Ты прекрасен. Как всегда, улыбка Есана распаляет Сана. — Спасибо, — говорит он мягким и глубоким голосом. Сан ставит одно колено на матрас, наклоняется вперед и кладет руки рядом с бедрами Есана, закидывая другую ногу на Есана. Он двигается, пока не нависает над парнем, заглядывая в его теплые темные глаза и на мгновение задумываясь, худшая это идея или лучшая, которая приходила ему в голову. Затем Есан обхватывает руками шею Сана сзади и притягивает их губы друг к другу, и Сан не уверен, какая теперь вообще разница. Сан целует Есана так, словно пытается вдохнуть его, опуская руки так, чтобы локти были прижаты к матрасу по обе стороны от головы Есана. В этой позе их тела снова сливаются воедино, каждый сантиметр их тел соприкасается, Сан нежно проводит рукой по волосам Есана. Когда их поцелуи становятся более настойчивыми, он двигает бедрами так, что их твердые члены трутся друг о друга, чувствуя, как тело Есана излучает жар, который, кажется, проходит прямо сквозь него. Есан вздыхает ему в рот, и Сан вдыхает его дыхание, снова двигая бедрами и выстраивая медленный ритм, пока их поцелуи не становятся более хаотичными, только влажное, беспорядочное скольжение губ и теплое дыхание, сквозящее между голодными губами. — Ты не знаешь, — спрашивает Есан, и его слова звучат как тихий вздох, когда Сан снова начинает целовать его в шею. — Ты не знаешь, хранит ли Уен что-нибудь здесь? Сан кивает, зарываясь носом в изгиб шеи Есана и вдыхая его запах, оставляя последний влажный поцелуй на напрягшейся жилке на коже Есана. — Уен и Юнхо трахаются, как кролики, у него везде заначка, — говорит Сан, отстраняясь от Есана, чтобы залезть в ящик прикроватного столика. Есан фыркает. — Мне не нужно было этого знать, спасибо. — Все для тебя, милый, — говорит Сан, вытаскивая упаковку со смазкой и презервативом и кладя их на кровать. Его сердце замирает в груди, а разум зависает, осознавая слово, которое только что сорвалось с его губ. Он смотрит на Есана широко раскрытыми глазами, его губы уже шевелятся, когда он пытается отступить. — Я имею в виду, Есан-и… Да, конечно, я не хотел называть тебя милым. Если тебе это не нравится, но я уверен, что ты… — С милым все в порядке, — говорит Есан, проводя пальцами по волосам на затылке Сана. — Мне понравилось. Сан выдыхает, осознавая, что все это время не дышал. — Да? — Угу, — хмыкает Есан. Сан улыбается, снова склоняясь над Есаном и заправляя несколько прядей волос ему за ухо, прежде чем наклониться и поцеловать в уголок рта. — Хорошо, потому что я думаю, что хочу сказать это снова. — Ты можешь называть меня как хочешь, если хорошо поработаешь руками, — говорит Есан, ухмыляясь и приподнимая бровь, глядя на Сана. Это звучит почти как вызов. Сан более чем счастлив принять это предложение. Он возвращается к поцелуям в шею Есана, пока его пальцы кружат у края трусов старшего, стягивая их вниз и сдвигая их тела так, чтобы он мог снять их с Есана и швырнуть через всю комнату. Поцеловав Есана в ключицу в последний раз, он отодвигается и садится между коленями Есана, проводя руками по бедрам парня, прежде чем раздвинуть их. Есан разводит ноги в стороны, открываясь перед Саном, и смотрит на него снизу вверх своим голодным взглядом. Сан хватает бутылочку со смазкой, выдавливая приличное количество себе на пальцы, а затем отодвигается еще дальше по кровати и поднимает колени Есана себе на плечи. Теперь, когда он стоит прямо перед твердым членом Есана, его мозг не может не признать этого, черт возьми. Даже его член красивый. Это несправедливо, что у одного человека столько прекрасных качеств. Он поднимает один из своих пальцев, покрытых смазкой, и нежно прижимает его к дырочке Есана, медленно обводя, слушая, как Есан вздыхает, а затем делает глубокий вдох. Когда Есан выдыхает, Сан погружает в него один палец и облизывает основание члена Есана кончиком языка. Есан громко стонет, и Сан никогда еще не был так рад трахнуть кого-нибудь, с двадцатью другими людьми в соседней комнате, потому что музыка и звуки вечеринки заглушают приятные звуки, издаваемые Есаном. Сан отводит палец, почти позволяя ему выскользнуть, прежде чем ввести обратно, расслабляя челюсть и опускаясь ртом на член Есана. Рука Есана взлетает к его волосам, пальцы запутываются в прядях, и Сан стонет в член, который в данный момент прижимается к его языку. Вибрации заставляют Есана громко кричать, и его ноги дрожат, когда Сан свободной рукой опускает колено еще ниже, открывая его еще больше, когда Сан проводит кончиком второго пальца по колечку мышц Есана. Он ждет, пока Есан посмотрит на него и слегка кивнет, а потом медленно вводит следующий палец, как можно глубже и слегка подцепляя, обводя языком член Есана. Проходит несколько минут поисков, прежде чем он чувствует, как Есан напрягается под ним с громким стоном, хватка на его волосах становится почти болезненной. Он обращает внимание на изгиб своего запястья и изгиб пальцев, двигая их туда-сюда повторяющимися движениями, так что при каждом толчке он задевает простату Есана. Есан вскрикивает, когда третий палец проскальзывает внутрь рядом с первыми двумя, его тело вздымается, когда Сан позволяет члену Есана тяжело опуститься на его язык и проталкивает пальцы глубже внутрь. Наконец, хватка на его волосах становится более настойчивой, и Есан оттаскивает его назад, глядя на него сверху вниз с раскрасневшимися щеками. — Как бы я ни хотел, чтобы ты продолжил, — говорит он, делая паузу, чтобы сделать еще один вдох. Сан сглатывает в ожидании, гадая, чувствовал ли он себя когда-нибудь более возбужденным за всю свою жизнь. — Если ты все еще хочешь трахнуть меня сегодня, я рекомендую сделать это как можно скорее. У Сана пересыхает во рту. — Да, я могу это сделать. На самом деле, я с удовольствием. Есан отпускает волосы Сана и откидывается на подушки, наблюдая, как Сан вытирает свои липкие пальцы о гостевые простыни — прости, Уен — и пытается высвободить свой член из трусов, отбрасывая их в сторону вместе со всеми остальными. Затем он достает презерватив из упаковки и натягивает его (член так болезненно тверд, что он удивлен, что до сих пор не кончил без рук), прежде чем остановиться и посмотреть на Есана. — Как ты хочешь? Я имею в виду, как тебе это обычно нравится? — Спрашивает Сан, протягивая руку за смазкой, чтобы смазать свой член. Лицо Есана становится задумчивым. — Я не уверен, что у меня есть какие–то особые предпочтения — как бы ты хотел это сделать? Ты же сказал котенку, что давно ждешь этого. Я уверен, ты уже что-то придумал. — Его улыбка становится дразнящей, когда Сан смотрит на него полными ужаса глазами. — Ты это слышал? — спрашивает Сан, морщась. Есан кивает. — Каждое слово. Но не волнуйся, это было мило. Итак, в какой позе ты хочешь меня трахнуть? Сан прикусывает губу, обдумывая вопрос. Есан прав — он определенно думал об этом больше раз, чем может сосчитать. Но фантазировать об этом и на самом деле иметь возможность сделать это — две разные ситуации, и он не уверен, что сможет даже начать вспоминать, как все это происходило у него в голове. Поэтому он решает просто сделать то, что кажется правильным в данный момент. — Повернись на бок, — говорит он, подталкивая Есана коленом в ноги. — Но сначала сними рубашку. Есан улыбается, снимает с себя рубашку и бросает ее на пол, поворачиваясь лицом к стене. — Знаешь, мне нравится, когда ты вот так командуешь, — говорит он через плечо, когда Сан ложится позади него. Сан улыбается, придвигаясь ближе, так что их тела оказываются прижатыми друг к другу. — Да? — Его дыхание овевает шею Есана. Он чувствует, как Есан дрожит. — Да. Сан берет одной рукой бедро Есана, приподнимая его так, чтобы оно обхватывало ноги Сана сзади и давало возможность потереться членом о ягодицы Есана. Он берет Есана за талию одной рукой, а другой направляет член, затормаживая, чтобы дать Есану время остановить его. Когда парень этого не делает — вместо этого он подается назад, хватает Сана за бедро и притягивает его ближе — Сан медленно входит в него, осторожно, чтобы у Есана было достаточно времени привыкнуть. Он вдыхает, успокаивая свое неровное сердцебиение, и, наконец, вставляет член до конца. — Ты в порядке? — спрашивает Сан напряженным голосом. Он опускает голову на плечо Есана. На лбу у него уже выступают капельки пота, и кажется, что все его тело дрожит. Он старается успокоиться и не кончить раньше времени. Он ослабляет хватку на талии Есана и обхватывает одной рукой живот парня, а другой обнимая Есана поперек груди, притягивая к себе, заключая в кокон. — М-м-м, — отвечает Есан, переплетая свои пальцы с рукой Сана, лежащей у него на животе. — Можешь двигаться. Сан делает еще один глубокий вдох, прежде чем отвести бедра назад, его член почти полностью выскальзывает из теплого тела Есана, и снова входит в него. Его ритм все еще медленный, почти мучительный, когда он проникает бедрами в Есана так глубоко, как только может. Есан стонет и выгибает спину, подаваясь навстречу. Сан сгибает руки, крепче обхватывая Есана, и задает устойчивый ритм, двигая бедрами быстрее и глубже, уткнувшись лицом в изгиб шеи Есана. По мере того, как его движения набирают скорость, он убирает руку с плеча Есана, чтобы коснуться пальцами основание шеи Есана — он не обхватывает ее и не сжимает, а просто находит точку опоры, удерживая его. Есан начинает издавать тихие сдавленные «ах», которые срываются с его губ в такт движениям Сана, и Сан чувствует запах пота и секса, который остается на коже старшего, как пленка. Он облизывает шею Есана и посасывает мочку его уха, улыбаясь, когда прикусывает ее, и Есан издает пронзительный стон. Сан чувствует это, когда меняет угол наклона бедер и его член касается простаты Есана — чувствует по тому, как тело Есана напрягается под ним, по тому, как резко выгибается его спина, когда он пытается еще глубже насажиться на член Сана. И громкий стон. — Да, Санни, вот здесь, не останавливайся, не останавливайся, — определенно помогает ему понять, что он на правильном пути. Есан отпускает руку, лежащую на животе, чтобы схватить его за другое запястье, пальцы Сана все еще прямо под его шеей, и Сан освободившейся рукой скользит вниз по животу Есана, к тверому, изнывающему члену. Есан стонет, когда Сан начинает дрочить ему в такт своим толчкам, его ногти впиваются в кожу Сана, когда он умоляет о большем, сильнее, быстрее. Почти, почти, почти. Когда Есан, наконец, кончает, у него на языке звучит имя Сана. Все его тело напрягается под руками Сана, белые струйки спермы окрашивают простыни, а несколько капель попадают на стену перед ними. Сану не требуется много времени, чтобы последовать за ним, особенно когда дырочка Есана сжимается, когда он насаживается на член, доводя себя до оргазма глубокими движениями бедер. Они оба тяжело дышат, приходя в себя после оргазма, их пальцы сжимаются на коже друг друга, как будто они тают вместе. Наконец, Сан ослабляет хватку на Есане, медленно выходит из него и, морщась, снимает с себя презерватив. Он встает с кровати, завязывает его и бросает в мусорную корзину возле комода. Когда он снова поворачивается, Есан перевернулся на живот, зажав подушку под собой, и моргает, глядя на Сана. Его щеки раскраснелись, и моргает он так медленно, как будто только что проснулся. У него на плече и на боку, там, где хватка Сана была слишком сильной, есть несколько красных отметин, а по спине, там, где их тела были прижаты друг к другу, стекают струйки пота, образуя маленькие ручейки. Но каким-то образом он все еще выглядит таким красивым, сияющим, каким не должен быть никто, когда лежит наполовину выебанный под уродливым флуоресцентным освещением. Взгляд Сана скользит по изгибам его тела, останавливаясь на упругой округлости его задницы. Отличная задница, даже великолепная. Лучшая задница, которую Сан когда-либо видел. Сан подходит и встает в изножье кровати, оглядывая Есана с ног до головы, и его руки обхватывают бедра Есана прямо под изгибами ягодиц. Есан наклоняет голову, чтобы посмотреть на него, вопросительно приподняв бровь. — Можешь встать на колени? Только если готов, — говорит Сан, склонив голову набок и смущенно улыбаясь Есану. Есан смеется, медленно наклоняясь вперед, вставая на колени и прижимая плечи к подушке. — Я в порядке — ты хорошо трахаешься, но не настолько, чтобы я не мог двигаться. Сан смеется, скользя ладонями по бедрам Есана, чтобы обхватить его идеально круглые булочки. — Ну, — говорит он, разводя его в стороны, открывая его розовую, припухшую дырочку. — Думаю, тогда мне нужно стараться лучше. Он не дожидается ответа Есана, забирается на кровать между ног Есана и наклоняется вперед, чтобы влажно провести языком по его дырочке. Есан вскрикивает, но не отстраняется и не говорит Сану остановиться. Вместо этого он двигает бедрами назад, прося Сана продолжать. Сан обводит языком дырочку Есана, пробуя на вкус смазку, прежде чем толкнуться в него. Скулеж Есана становится приглушенным, когда он зарывается лицом в подушку и, двигая задницей, насаживаясь на язык Сана. Сан понятия не имеет, какой у Есана период восстановления — то ли он любит поспать, то ли может выдержать несколько раундов, не вспотев — но когда Есан обхватывает пальцами свой член, чтобы двигаться в ритме языка Сана, работающего внутри него, Сан воспринимает это как хороший знак того, что он приближается. Проходит всего несколько минут, пока Сан вылизывает Есана, его руки все еще сжимают ягодицы, пока Есан дрочит себе, и Есан кончает снова. Сан замедляет свои движения, пока Есан переживает свой второй оргазм, и останавливается только тогда, когда Есан опускает руку и подается вперед, отодвигаясь. Он садится на корточки, глядя вниз, на Есана, распростертого на кровати, его грудь тяжело вздымается. Когда Есан поворачивает голову, чтобы посмотреть на него, Сан ухмыляется. — Все еще просто «хорошо трахаешься?» Есан закатывает глаза, касаясь ногой бока Сана. Сан смеется и плюхается на кровать рядом с Есаном. — Итак, — говорит Сан, поворачивая голову, чтобы посмотреть на парня. Есан снова уткнулся лицом в подушку, зажатую под ним, один глаз закрыт, а другой наблюдает за Саном. — Как я справился для человека, который так долго этого ждал? Давай, я могу воспринимать конструктивную критику — я очень способный ученик. Есан хихикает, закатывая свой открытый глаз, прежде чем сощуриться от удовольствия. — Я бы сказал, что на данный момент у тебя семь из десяти баллов — определенно есть куда расти но это было хорошее начало. Я уверен, что в следующий раз ты сможешь набрать даже восемь с половинной баллов. Сердце Сана учащенно бьется в груди. Кажется, что его легкие вот-вот разорвутся, но не в плохом смысле. Просто он очень потрясен. — А следующий раз будет? Есан поворачивается на бок лицом к Сану, просовывает одну руку под подушку под головой и, открыв глаза, смотрит на него. Он поднимает свободную руку, чтобы убрать с лица влажную от пота челку, его пальцы неуверенно касаются щеки Сана. — Будет следующий раз, — говорит он. — Если ты… если ты этого захочешь. Сан не может дышать. Есан. В следующий раз. Они с Есаном еще раз вместе, и это больше, чем просто «мы-спасли-кошку-и-трахнулись». Он кивает, прижимаясь щекой к раскрытой ладони Есана. — Да, пожалуйста. Есан смеется, и это самый приятный звук, который Сан когда-либо слышал. Пока он наслаждается этим еще несколько мгновений, его внимание привлекает приглушенное царапанье. Он отворачивается от Есана и смотрит на дверь ванной. Из щели внизу высовываются крошечные лапки, коготки скребут по дереву. Сан вздыхает. — Что ж, — говорит он, глядя на Есана и отражая удивленную ухмылку, приподнимающую уголки губ старшего. — Он хотя бы дождался, пока мы закончим. Есан поднимается с кровати. — Какой терпеливый малыш, — говорит он, прежде чем встать и отправиться на поиски своей одежды. Сан фыркает, заставляя себя сделать то же самое. Одевшись, они открывают дверь ванной. Котенок сидит на задних лапках и смотрит на них, склонив голову набок. В миске за его спиной нет воды, а крышка алюминиевой банки дочиста вылизана. Сан вздыхает, наклоняясь, чтобы поднять пушистое маленькое создание. — Кажется, с тобой будет непросто, да? — говорит он, качая котенка на руках и почесывая его за ухом. Посмеиваясь, Есан протягивает руку, чтобы взять котенка из рук Сана. — Тогда он был бы идеальным домашним животным для Уена. Сан не может не согласиться — кажется, что приятный характер котенка и его почти бесцеремонные манеры отлично подошли бы Уену. Сан наклоняется, берет пустую банку, ставит ее в раковину, наполняет водой и возвращает обратно. Когда он снова выпрямляется, то улучает минутку, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Волосы сзади торчат и каким-то образом прилипли ко лбу, а макияж безнадежно испорчен. Никаких уже идеальных сексуальных смоки — больше напоминает мокрого енота. Он выглядит… Слова Уена, сказанные несколько месяцев назад, не дают ему покоя. Потому что это правда — он похож на выжившего в крушении поезда. Он бросает взгляд в сторону и встречается взглядом с Есаном в зеркале. Сан громко стонет. — А вот это несправедливо. Есан поднимает брови. — Что? — Как ты можешь так выглядеть? — Сан машет рукой в сторону Есана — он по-прежнему выглядит потрясающе, его волосы каким-то образом идеально лежат, а макияж почти не размазался под глазами. — А я выгляжу так, будто только что пробежал километров пять, прежде чем меня вжали в матрас. Есан пожимает плечами, прижимая котенка к груди и ухмыляясь Сану в зеркале. — Хорошие гены? Сан ахает. — Я чувствую, что должен обидеться за свою мать. Прежде чем кто-либо из них успевает сказать что-нибудь еще, их прерывает громкий стук в дверь. — Лучше бы здесь никто не трахался, клянусь Богом, — раздается чей-то голос, прежде чем дверь распахивается, и появляется сильно подвыпивший Уен. Его глаза расширяются, когда он видит Есана и Сана, стоящих в дверях ванной. —О, это вы, ребята, — улыбаясь, говорит Уен, вваливаясь в комнату. Он машет им рукой, показывая, чтобы они отошли. — Ой, подождите, мне нужно отлить. Есан и Сан оба выходят из ванной, освобождая место для Уена, который проходит мимо них, и младший озорно улыбается, закрывая дверь. Они садятся на кровать и ждут, пока он закончит, зная, что у него возникнут вопросы, то есть предполагая, что он достаточно сообразителен, чтобы оценить ситуацию. В туалете громко спускается вода, и несколько мгновений они слышат звук льющейся воды из раковины, прежде чем Уен снова открывает дверь. Он медленно переводит взгляд с одного на другого, его глаза блуждают по их лицам, прежде чем остановиться и моргнуть на котенке, уютно устроившемся на руках Есана. — Санни? Сан приподнимает бровь. — Да, Уен? Уен хмурит брови в замешательстве. — Почему здесь кот? А у меня был кот? Сан кусает себя за щеку, чтобы не рассмеяться, а Есан громко фыркает. — Нет, Уен, это не так. Мы с Есаном нашли его на улице и принесли покормить. Губы Уена складываются в круглую букву «О», и он понимающе кивает. Его взгляд отрывается от котенка, и останавливается на лице Сана. Его брови снова сходятся на переносице. — Санни? — Да, Уен. Уен выглядит так, будто пытается решить сложную математическую задачу. — Почему у тебя такой вид, будто ты только что трахался? Сан сглатывает. Они с Есаном вкратце поговорили о том, что это не просто разовая встреча, но они не обсуждали, будут ли рассказывать кому-нибудь. Должен ли он отмахнуться от этого под каким-нибудь глупым предлогом? Вероятно, Уен слишком пьян, чтобы мыслить логически. Он бы, наверное, поверил, если бы Сан сказал, что он бы… — Потому что мы трахались, — говорит Есан, глядя на Сана так, словно слышит его мысли. Уен прикрывает рот рукой. — Боже мой, вы трахались. — Удивительная проницательность, Уен-и, — говорит Есан, качая головой. Его пальцы нежно гладят котенка по спине, и Сану хочется переплести их руки. — Черт, я должен пойти и сказать Юю. И Чонхо! И Хва, и Хонджун-и, и Минги… Может быть, Енджун-и и Чанбин-и тоже, они как бы тоже внесли свой вклад, — говорит Уен, и его слова внезапно становятся гораздо более трезвыми и связными, чем были несколько минут назад. Он поворачивается, чтобы выбежать из комнаты, ненадолго останавливаясь в дверях, чтобы одарить Сана широкой улыбкой. — Видишь? Аффирмации сработали! Сан стонет, когда Уен выходит из комнаты, уже выкрикивая имена всех своих друзей так громко, что его определенно слышно сквозь музыку (вероятно, его также слышат соседи тремя этажами ниже и собаки, живущие в соседних городах). Он не удивится, если вся Корея слышит эти вопли. — Аффирмации? — спрашивает Есан. В его глазах вспыхивает огонек веселья, и Сану хочется наклониться и глупо поцеловать его. Просто потому, что он может. Сан проводит рукой по лицу. — Ты не захочешь этого знать. — Он на мгновение замолкает, нервно переплетая пальцы, лежащие у него на коленях. — Ты уверен, всё нормально? Я имею в виду, если ты не хочешь, чтобы все узнали, я могу пойти и найти его прямо сейчас — вряд ли он ушел слишком далеко. И все, наверное, изрядно пьяны и… Нежные пальцы касаются его руки, и он поворачивается к улыбающемуся ему Есану. — Все в порядке, Санни, — говорит он. Котенок теперь сидит на бедрах Есана, свернувшись калачиком, и наблюдает за ними. — Я не против, чтобы другие знали. Я не шутил, когда сказал, что хочу сделать это снова. Ты… ты не единственный, кто так долго ждал этого. Сердце Сана бешено колотится в груди, когда он видит, как теплый румянец разливается по щекам Есана. — Да? Есан кивает. — Да. И в этот момент Сан думает, что, может быть, ничего страшного, что он немного неудачник. Ну и что, что он простофиля, вздыхающий по красавчику — поправочка: по самому настоящему красавчику. Потому что прямо сейчас, глядя на Есана — парня, чья улыбка заставляет его таять, словно он горит под сотней солнц, который носит красивые серебряные заколки, чтобы убирать волосы назад, который потерялся, пытаясь спасти маленького котенка, слишком напуганного, чтобы выйти из темноты — он понимает, что оно того стоит. Что, он должен признать… Все просто.
