Новый мир

Выбравшись из полуразрушенной и опустошенной деревни, Влас поразился величию столицы. Нескольэтажные дома с потрясающей архитектурой возвышались над ровными дорогами, по которым слонялись высокопоставленные диалы благородных кровей. Лица их были стоичны. Лума тошнило от всего пафоса что царил на улицах. Вот там на углу хихикали дамы, а в глазах их лишь презрение друг к другу. Совсем неподалеку от них, вероятно, их мужья, восхваляют свои заслуги словно петухи надувающие грудину, желающие стать главными в курятнике. А вон бродяжка идёт в рваных одеяниях. От него все шугаются и смотрят с отвращением. А ведь диалы так кличатся своей "непохожестью" на вильсов. Сочинили себе красивых легенд и носом от правды вертят. Настрой у Власа был не из лучших. Пролетать над столицей было далеко не лучшей идеей, так что, пришлось топать пешком и лицезреть все эти мерзкие лица. И вот он добрался до дворцовых ворот. Его тут же остановил диал, но не говоря ни слова, велер кивнул Власу идти за ним. Это было сомнительно и опасно, но любопытство пересилило и лум пошёл следом. Они прошли ворота, пересекли сад и всё это для того чтобы спуститься в сырую темницу. Она была практически пуста. Всего четыре камеры и в крайней правой за решёткой, в слабом свете маленькой свечи что была на руках у велера, Влас заметил Ноя, он сидел на полу, прижав одну ногу к груди и кажется, не удосужился даже глаза открыть, только после щелчка замка, Ной наконец бросил взгляд в сторону решётки и тут же встрепенулся, но не поднялся когда заметил Власа. Сам же лум смотрел в глаза велеру, он уже знал что его запрут тут вместе с рыжим. И тем не менее, не долго думая, принц самостоятельно побежал в ловушку, в которой Ной служил прекрасной приманкой. —Пошёл вон!—зашипел Ной в сторону Власа и попытался подняться, но вернулся в исходное положение почувствовав резкую боль в боку. —О боги, ты...—Влас замер, присев на корточки рядом с Ноем и с сожалением посмотрев на растекающееся пятно крови на одежде и замотанную руку. Сердце Власа сжалось как никогда в жизни. Замок снова щёлкнул, а служащий ушёл, оставив пару в темноте и тишине. —Куриные ты мозги, зачем ты пришёл. А уж тем более зашёл в камеру. Идиота кусок, молодец, у нас теперь у обоих ноль шансов выжить,—Влас уже был рад услышать хотя бы как Ной его отчитывает. И всё же, слёзы Как-то резко подошли к горлу, когда лум слышал такой измотанный голос своего возлюбленного. Ком не давал ничего сказать, Влас лишь застыл со слезами на глазах, смотря в сторону Ноя. И первая из слезинка покатилась по его щеке, когда Ной обнял его одной рукой, прижимая к груди и ласкового поглаживая его по спине, сказал,—Не плачь, всё будет хорошо... Я найду способ вытащить тебя отсюда. —А.. А как же ты? Почему ты себя не упоминаешь? —Влас, я не смогу. Я как лишний груз сейчас для тебя. —Я никуда без тебя не уйду!—возразил Влас, поднимаясь. —Хватит геройствовать, недоумок! Что ж ты такой... Подумай хоть немного. Мы вдвоём тут сгинем тогда. Ты... Ты будущий правитель! У тебя есть родители и знакомые, может друзья. Не хочешь думать о себе, подумай о них! —Но мне ничего из этого не нужно без тебя,—всхлипнул Влас, обнимая Ноя за шею и укладывая голову на его плечо. —Ты с дуба рухнул? Нельзя ставить крест на себе из-за.. Да из-за кого угодно. Мать твою, да простит меня твоя мать, ты себя вообще слышишь? Хочешь перечеркнуть вообще всё из-за одного меня? Я с рождения был обречён. Смерть всю жизнь за мной по пятам ходит, а сейчас благополучно забирает в свои объятия. Влас, я убил его. Братоубийце никогда не жить счастливо. И вот тут Влас потупился, ошарашенно вникая в последние слова Ноя. Убил? Ему не послышалось? Земля буквально ушла из под ног, Ной был прав. Он обречён. Теперь уже точно. Влас замолчал на пару секунд, а потом совсем тихо спросил: —Но.. Почему? —Это.. Хотя, времени у нас достаточно. Он предложил сделку. Бой на мечах и победитель волен выбрать желание которое должен исполнить второй. И Террас выиграл. Его желание было слишком... Как бы это сказать. Я бы не смог его выполнить. Я бы не посмел поднять на тебя руку и тем более уж не пережил бы, если бы ко мне прикасался кто-то иной. Пришлось действовать очень критично. —А что у тебя было за желание? —Свобода. Твоя и моя,—устало вздохнул Ной. Наступила тишина. Глаза обоих уже привыкли к темноте и сидя напротив друг друга, каждый думал о своём. Обоим было интересны чужие мысли первым осмелился спросить Ной. —О чём задумался?—выпрямив ноги и поправив волосы Власа, параллельно потянув его голову себе на колени, спросил Ной. Его губы тронула улыбка, когда голова лума упокоилась на коленях метиса. —Родители. Вот интересно, они хотя бы пытались найти меня? Переживают ли? Скучают ли?—прикрывая глаза, ответил Влас. Он почувствовал как пальцы Ноя скользят по его щеке и рогам. Зеленоглазый в целом до этого как-то не интересовался отличительными чертами внешности лума. И такая ласка была очень приятна для брюнета. Все проблемы и сама ситуация отошли на второй план. Как будто они сейчас не сидели на полу в темнице. Как будто Ной не был одной ногой на коленях перед палачом. Как будто всё хорошо. —Ну наверное. Они ведь твои родители. Они тебя любят. —Может и любят, но никогда их не волновало слишком моё местоположение. Я ведь и до этого сбегал. Им было абсолютно всё равно,—спокойно сказал кареглазый. Его уже давно не беспокоило безразличие родителей. —Может они просто не показывают своего беспокойства. Не думаешь? —Всё в этой жизни возможно. Ты не подумай, я их не осуждаю. Просто.. Это так странно. Особенно когда я вижу как чужие родители хватаются за голову, когда теряют своё чадо из поле зрения. И даже обидно в некоторой степени. А ты скучаешь по своим? Ной откинулся назад, оперевшись полностью на стену. Бок уже перестал ныть. Было лишь неприятно влажно. —Не знаю... Я никогда не задумывался об этом. Да и не до тоски мне, честно говоря. Слишком уж жизнь у меня весёлая. —А по Харе? Ты, вроде, говорил что она тебя растила. —Хара... Я и не вспоминал о ней до того как ты спросил. Не думаю что она тоже сильно страдает по моему отсутствию. —Вот как ты думаешь, если бы мы тогда выбрались из леса. У нас бы могло что-то получится? —Нет,—не раздумывая ответил Ной. —Почему? —Мы из разных миров. Я бы не смог жить с тобой во дворце, решать проблемы государственной важности, лицемерить с кем-то лишь для сохранения жизни и хрупкого мира. Это всё.. Просто не моё. Я никогда так не жил и не смогу. Я всегда был сам по себе, всегда жил без уверенности и планов на завтрашний день. Я готов пожертвовать своей жизнью для тебя, но не свободой,—голос Ноя затих. Он не стал лгать "во благо". Ной предпочитал всё-таки горькую правду, даже несмотря на свою безнаказанность в отношении лжи. —Но ты и не пробовал так жить. Не пробывал быть уверенным в завтрашнем дне, всегда возвращаться в место где к тебе относятся с нежностью, нормально питаться вне зависимости от своей загруженности, спать на мягкой кровати и не мёрзнуть даже в самую холодную ночь. Да, может мы и из разных миров, но обоих из них есть свои прелести. Ты не хочешь даже пробовать. —Я уже знаю исход. Зачем лишняя морока тогда? Влас нахмурился, но немного подумав, улыбнулся со смешком.—Я понял, ты просто боишься. Ты не не хочешь, ты боишься. Сердце Ноя пропустило удар. Он знал и признался уже сам себе что это так, но сказать о подобном в слух не решался. Это был не страх перед не известностью, он всегда жил так что будущее размыто. —Я не потянул бы ту ответственность что ляжет мне на плечи. И явно не оправдаю твоих ожиданий. —Моих ожиданий? У меня их нет. Это всё лишь в твоей голове. Я бы никогда не стал бы заставлять тебя решать что-либо для государства. Или ходить куда-нибудь. Мне важно лишь чтобы ты был рядом. Остальное я могу решить сам. Мне нужно чтобы после трудного дня я пришёл к тебе, а ты заботливо отругал меня за что-то и обнял,—с улыбкой сказал брюнет —Дурак ты..—тихо рассмеялся Ной. От слов лума на душе его стало теплее. И возможная ответственность уже была не так страшна.