Стать кем-то друг для друга

      Они не друзья и никогда ими не были. Всё что их связывает – это одна случайная встреча на северной окраине Лисьего леса. Тем не менее, она сделал их кем-то друг для друга. Они не были знакомыми, не были товарищами, не были возлюбленными, вовсе нет. Они были чем-то большим.       Их взаимоотношения складывались из совместных миссий, недолгих разговоров и крупиц доверия, которые Кента по стечению времени завоёвывал.       Хизаши не привык доверять кому-то, но Кента стал исключением. Куматани многим казался простым и по-детски наивным, но хоть его глаза, казалось, были покрыты пеленой доверия ко всему живому, на деле они видели яснее чем у многих. Всё в этом человеке привлекало Хизаши, ведь никто другой не обладал такой мягкостью характера и твёрдостью духа одновременно. Никого другого не хотелось держать подле себя всю жизнь.       Мацумото знал, что рано или поздно его секрет раскроется, и все узнают кто он на самом деле. Но до того момента, ему хотелось быть рядом с Кентой, замечать на себе его взгляд полный доверия, чувствовать его прикосновения и стоять с ним спина к спине во время миссий. К сожалению, "тот самый момент" может наступить, когда ты этого не ждал.                                     ***       Мацумото и Куматани сидели на крыльце идзаки, в которой они с Мадокой и ещё несколькими учениками решили выпить, и смотрели куда-то в даль бескрайнего неба. В тот момент луна была такой яркой и в то же время далёкой, что невольно захватывала дух. Вокруг неё светили россыпи звёзд.       Кента потёр руки и засунул их в рукава кимоно, пытаясь согреть. Он посмотрел на Хизаши и вскоре заговорил хрипловатым, но всё таким же нежным голосом:       — Хизаши, можно задать тебе вопрос?       — Да, Кента.       Имя приятно отзывалось откуда-то изнутри и грело в разы лучше исписанного кимоно. Называть друг друга по имени для них стало обычным делом, но привыкнуть к этому оказалось сложнее.       — Ты же не человек, верно? — Это больше было похоже на утверждение, чем на вопрос, но Куматани всё равно не отвёл взгляда, будто ждал ответ.       Хоть и тело Хизаши всегда было холодным, в этот миг, казалось, холод пробрался в самую его душу, вызывая лишь тревогу. Всё, что между ними было, рассыпа́лось на его глазах. Смысла отнекиваться Хизаши не видел, поэтому решил задать вопрос:       — Как давно ты это знаешь?       — С самого начала.       Хизаши молча кивнул. В его голове было бесчисленное количество вопросов, но задать хотя бы один не поворачивался язык.       Они молча сидели рядом с друг другом, но вскоре Кента заговорил:       — Я не знаю зачем ты пришёл в школу экзорцизма, чего ты хочешь добиться или почему ты мне ничего не рассказал, — голос Кенты был всё таким же спокойным, как и всегда. Он, казалось, обволакивал тебя целиком, и Хизаши это всегда нравилось, — но я не собираюсь другим ни о чём рассказывать. Я всегда думал, что ты сам обо всём расскажешь, когда будешь готов и моё мнение на этот счёт не изменилось. Я всё так же буду ждать, пока ты доверишься мне настолько, чтобы рассказать о своих целях, а до того времени мне не хотелось бы, что бы ты и дальше скрывал себя настоящего. Хотя бы от меня.       Вокруг в миг стало тихо, только сверчки мирно стрекотали в ночной тени. Наконец Хизаши тихо произнёс:       — Спасибо…       Недалеко покачивался акатётин, освещая пространство едва ли на дзё, но для них было достаточно. И не только света. Кента довольствовался своими наблюдениями и теми немногими крупицами информации, что ему давал Хизаши и этого было вполне достаточно. Хизаши же никогда не хотел, чтобы его кто-то понимал, но сам того не замечая, он захотел быть понятым хоть кем-то. И даже если весь мир ополчится против него, то ему будет достаточно всего одного человека, который останется с ним рядом.